Решение № 2-987/2023 2-987/2023~М-711/2023 М-711/2023 от 26 октября 2023 г. по делу № 2-987/2023

Дело №2-987/2023 КОПИЯ

УИД 42RS0023-01-2023-000888-31


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Новокузнецк 27 октября 2023 года

Новокузнецкий районный суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Бычковой Е.А.,

с участием прокурора Шкатула И. С.,

при секретаре Сальниковой Е.И.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (далее - АО «ОУК «Южкузбассуголь»), Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее – ПАО «Южный Кузбасс») о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием, мотивируя заявленные требования тем, что он длительное время работал на промышленных предприятиях Кемеровской области, в том числе на предприятиях ответчиков, в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов подземным горнорабочим, слесарем подземным, что привело к развитию профессионального заболевания – <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт о случае профессионального заболевания. Стаж работы в условиях воздействия вредных и неблагоприятных факторов – <данные изъяты> года. Заключением БМСЭ № ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % бессрочно, что свидетельствует о резком ухудшении здоровья истца.

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, степень вины предприятий ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в развитии профессионального заболевания ФИО1 установлена пропорционально отработанному стажу: ОАО «Шахта «Тайжина» (<данные изъяты>) – 5,3%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», филиал «Шахта «Тайжина» (<данные изъяты>) – 5%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», филиал «Шахта «Осинниковская» (с <данные изъяты>) – 8,8%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», филиал «Шахта «Ерунаковская – VIII» (<данные изъяты> – 24%. Степень вины Филиала ОАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля (<данные изъяты>) – 11,7%.

Между ФИО1 и АО «ОУК «Южкузбассуголь» было подписано Соглашение о компенсации морального вреда, на основании которого истцу была выплачена компенсация в размере 58240, 81 руб., исходя из степени вины ответчика 43,1%. По Соглашению о компенсации морального вреда, заключенному с ПАО «Южный Кузбасс», истцу была выплачена компенсация в размере 15810, 15 руб., исходя из степени вины ответчика 11,7%. С расчетным размером компенсации морального вреда истец не согласен, поскольку он не учитывает всех юридически значимых факторов, которые должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда, в частности возраст пострадавшего на момент установления утраты профессиональной трудоспособности; физические и нравственные страдания; то обстоятельство, что при расчете компенсации на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, из размера компенсации вычитается единовременная страховая выплата, назначенная государством; утрата трудоспособности; нуждаемость в медикаментозном и санаторно-курортном лечении; переживания по поводу потери профессиональной трудоспособности, появившегося <данные изъяты>, невозможности ведения прежнего образа жизни и выполнения физической работы по дому; изменение материального благополучия семьи. ФИО1 беспокоят <данные изъяты>.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО1 в суд с исковым заявлением, в котором он просил взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 35000 руб.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 уточнил исковые требования, просил взыскать в свою пользу с АО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в размере 803760 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 17500 руб., расходы на проезд представителя в судебные заседания в размере 20889,50 руб.; взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» компенсацию морального вреда в размере 218189,85 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 17500 руб., расходы на проезд представителя в судебные заседания в размере 20889,50 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 на уточненных исковых требованиях настаивал, просил их удовлетворить в полном объеме, суду пояснил, что он работал на предприятиях ответчиков в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, в результате чего прибрёл профессиональное заболевание: <данные изъяты> Сначала ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты>%, затем <данные изъяты> % бессрочно. В результате указанного заболевания у него <данные изъяты> Из-за болезни он вынужден проходить лечение: ставить уколы, принимать лекарственные препараты, лечиться в санатории. За ним ухаживает его супруга, поскольку сам он не может ничего делать, в том числе работать в огороде, делать что-то по дому, ездить за рулем на машине. Раньше он часто играл с внучками, но теперь не может этого делать из-за болей. Материальное положение семьи сильно ухудшилось, поскольку на работу его не берут из-за профессионального заболевания. Лечение требует постоянных затрат, поскольку он вынужден ставить «блокады», постоянно принимать обезболивающие препараты.

Представитель истца ФИО1 - ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, просила удовлетворить их в полном объеме, суду пояснила, что, соблюдая программу реабилитации, истец вынужден постоянно принимать большое количество лекарственных препаратов, в том числе обезболивающих. Утрата профессиональной трудоспособности <данные изъяты> % установлена истцу бессрочно. Из-за своего состояния здоровья он очень сильно переживает. Действительно ответчики выплатили ФИО1 компенсацию, но при её расчете не были учтены имеющиеся у истца проблемы со здоровьем, его физические и нравственные страдания. Просила признать необходимыми понесенные истцом судебные расходы по оплате услуг представителя, по его перелету и проезду в судебные заседания.

Представитель ответчика АО «ОУК Южкузбассуголь» ФИО5, действующая на основании доверенности, поддержала письменные возражения на иск, уточненные исковые требования не признала, суду пояснила, что ФИО1 обращался в АО «ОУК Южкузбассуголь» за выплатой компенсации в связи с профессиональным заболеванием, на основании положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2019-2021 ему была выплачена в добровольном порядке компенсация в размере 58240,81 руб. Указанная сумма является достаточной и компенсирует все страдания истца. Удовлетворение требований ФИО1 приведет к повторному взысканию с ответчика компенсации морального вреда. Просила отказать в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов, поскольку указанные расходы полагала чрезмерно завышенными и не обоснованными.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования не признала, поддержала письменные возражения на иск, суду пояснила, что истцу была выплачена в добровольном порядке компенсация в размере 15810,15 руб. на основании заключенного с ним Соглашения в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности и коллективным договором. Судебные расходы полагала завышенными и необоснованными, возражала против взыскания судебных расходов на проезд представителя.

Заслушав участников процесса, помощника прокурора Новокузнецкого района ФИО3, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом степени вины ответчиков, физических и нравственных страданий истца, соразмерности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а так же гарантии и компенсации, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с положением ст.ст. 227-231 Трудового кодекса Российской Федерации связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Согласно ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом. Вина причинителя вреда предполагается.

В соответствии с ч. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит понятие морального вреда, под которым законодатель понимает физические и нравственные страдания и указывает, что если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что истец ФИО1 работал на предприятиях ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ года (<данные изъяты>) в ОАО «Шахта «Тайжина» <данные изъяты><данные изъяты>, <данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Тайжина» <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Осинниковская» <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>го и <данные изъяты><данные изъяты>го разряда; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ерунаковская – VIII» <данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) истец работал на предприятии Филиала ОАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля Шахта «Ольжерасская Новая» в должности <данные изъяты>.

Указанные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой, выданной на имя ФИО1 (л.д. 69-78).

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника ФИО1, работавшего <данные изъяты><данные изъяты>, из которой следует, что общий стаж работы ФИО1 на тот момент составил <данные изъяты> год <данные изъяты> месяца; стаж работы в данной профессии – <данные изъяты>; стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевания «полинейропатия верхних конечностей» - <данные изъяты>, «<данные изъяты>» - <данные изъяты> лет (л.д.50-53).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на стационарном обследовании и лечении в отделении № клиники НИИ КПГПЗ с диагнозом: «<данные изъяты>». Поступил на обследование с подозрением на <данные изъяты> (л.д.57).

Согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ, выданному ФГБНУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном обследовании и лечении в профпатологическом отделении № клиники НИИ КПГПЗ с диагнозом: <данные изъяты> (л.д.56).

ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о случае профессионального заболевания ФИО2, из которого усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: <данные изъяты>. Возникло в результате длительного стажа работы под воздействием вредного производственного фактора – тяжесть трудового процесса. Наличие вины работника – 0% (л.д. 54-55).

Приказом Филиала № ГУ – Кузбасское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в размере 13066, 60 руб. в связи с профессиональным заболеванием, полученным в период работы в АО «ОУК «Южкузбассуголь» (л.д.49).

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии клиники ФГБНУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ определена степень вины ответчиков в причинении истцу вреда здоровью профессиональным заболеванием пропорционально стажу в возникновении и прогрессии заболевания, и составляет: ОАО «Шахта «Тайжина» (<данные изъяты>) – 5,3%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», филиал «Шахта «Тайжина» (<данные изъяты>) – 5%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Осинниковская» (<данные изъяты>) – 8,8%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ерунаковская – VIII» (<данные изъяты>) – 24%; Филиал ОАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля (<данные изъяты>) – 11,7% (л.д.46).

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» и ФИО1, в связи с наличием у последнего профессионального заболевания, было заключено Соглашение о компенсации морального вреда, согласно которому ответчик выплатил истцу в добровольном порядке компенсацию в размере 58240, 81 руб. (л.д.46-47).

ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «Южный Кузбасс» и ФИО1 было заключено аналогичное соглашение, согласно которому ответчик выплатил истцу в добровольном порядке, в связи с наличием у последнего профессионального заболевания, компенсацию морального вреда в размере 15810,15 руб. (л.д.120).

Согласно справке № № от ДД.ММ.ГГГГ истцу было установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.34).

Согласно справке № № от ДД.ММ.ГГГГ истцу было установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (л.д.35).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 разработана программа реабилитации с указанием на необходимость медикаментозного лечения, санаторно-курортного лечения и возможности продолжения выполнения профессиональной деятельности при снижении квалификации, уменьшении объема (тяжести) работ, изменении условий труда (л.д. 18-22).

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 профессионального заболевания - <данные изъяты> которое возникло в результате длительного периода работы под воздействием вредного производственного фактора – тяжесть трудового процесса.

Отмеченные факторы имели место в период работы истца на предприятиях ответчика, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания. Данный документ ответчиком не оспорен и не признан недействительным.

Таким образом, судом установлено, что работодателями ФИО1 - ОАО «Шахта «Тайжина», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Тайжина», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Осинниковская», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ерунаковская – VIII», правопреемником которых является ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь»; Шахта «Ольжерасская Новая», правопреемником которой является Филиал ОАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля, - истцу не были обеспечены безопасные условия труда. При исполнении своих трудовых обязанностей он в течение длительного времени находился под воздействием вредных производственных факторов, в результате чего у истца развилось профессиональное заболевание и ему установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.

Поскольку причиненные истцу повреждения здоровья и связанные с этим физические и нравственные страдания обусловлены виновным ненадлежащим исполнением работодателями возложенных Трудовым кодексом РФ обязанностей, суд признает материальную обязанность ответчиков по заявленному предмету и основанию иска установленной.

Доводы представителей ответчиков о том, что истцу в соответствии с соглашением, заключенным на основании положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, полностью компенсирован причиненный моральный вред, в связи с чем, повторное его взыскание является необоснованным, основан на неверном толковании норм действующего законодательства.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Таким образом, выплата компенсации морального вреда на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 2019-2021 г.г. и коллективных договоров, не лишает истца права обратиться в суд с требованием о компенсации морального вреда, если он считает, что работодатели компенсировали ему моральный вред не в полном объеме.

Определяя размер компенсации морального вреда, проанализировав документы, характер профессионального заболевания, установленного у ФИО1, периодичность лечения, характер физических и нравственных страданий истца, его индивидуальные особенности, учитывая, что он испытывал и испытывает в настоящее время болезненные <данные изъяты>, не может вести привычный образ жизни, выполнять работы по дому, играть с внучками, вынужден из-за болей принимать обезболивающие лекарственные препараты, периодически проходить санаторное лечение, из-за ограничений в трудоспособности изменилось материальное положение его семьи, в связи с чем он переживает, испытывает тревогу за свою жизнь и здоровье, учитывая степень вины каждого из ответчиков в причинении вреда истцу, суд, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, с учетом выплаченных ответчиками в добровольном порядке сумм в возмещение морального вреда (ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» - 58240, 81 руб., ПАО «Южный Кузбасс» - 15810,15 руб.), определяет подлежащую взысканию компенсацию морального вреда с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в размере 200360 руб., с ПАО «Южный Кузбасс» в размере 54389,85 руб.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 35000 руб.; расходов на проезд представителя в размере 41779 руб., включающих в себя оплату проезда представителя в аэропорт г.Новокузнецка (Спиченково) в размере 787 руб., оплату авиаперелета Москва-Новокузнецк-Москва (в судебное заседание, назначенное на ДД.ММ.ГГГГ) в размере 21996 руб., оплату авиаперелета Москва-Новокузнецк-Москва (в судебное заседание, назначенное на ДД.ММ.ГГГГ) в размере 18996 руб.

Данные расходы суд считает обоснованными.

Понесенные истцом расходы подтверждены документально.

Требование истца о взыскании судебных расходов по оплате проезда представителя на такси в аэропорт г. Новокузнецка (Спиченково) в размере 787 руб. суд считает необоснованным и не подлежащим удовлетворению, поскольку истцом не представлено доказательств невозможности доехать до аэропорта г. Новокузнецка (Спиченково) иным способом, в том числе на общественном транспорте.

В соответствии со ст. 98, 100 ГПК РФ суд, исходя из сложности дела и фактической занятости представителя в процессе, учитывая объем оказанных услуг представителем, количество судебных заседаний, требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу истца судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 руб., проезда представителя в размере 20496 руб.; с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу истца судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 руб., проезда представителя в размере 20496 руб.

В остальной части исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с ответчиков подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200360 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 руб., проезда представителя в размере 20496 руб.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 54389,85 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 руб., проезда представителя в размере 20496 руб.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» и Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течении 1 месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Е.А. Бычкова

Копия верна. Судья: Е.А. Бычкова

Подлинный документ подшит в материалы гражданского дела № Новокузнецкого районного суда Кемеровской области.