Решение № 2-348/2026 2-348/2026~М-266/2026 2-99/2026 М-266/2026 от 3 июня 2026 г. по делу № 2-348/2026

УИД: № 36RS0034-01-2025-001830-05

Дело № 2-99/2026


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Россошь 04 июня 2026 г.

Россошанский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего – судьи Рязанцевой А.В.,

при секретаре – Петляковой Е.В.,

с участием представителя истца – /ФИО1./ ,

представителя ответчика – адвоката /Пушкарская Л.В./ ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску /ФИО2./ к /ФИО3./ о разделе совместно нажитого имущества, признании общим долгом супругов обязательства по договору займа, взыскании денежной компенсации, по иску /ФИО2./ к /ФИО3./ , /ФИО4/ о признании договора купли-продажи недействительным,

УСТАНОВИЛ:

/ФИО2./ , уточнив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обратился в суд с исковыми требованиями:

1) к /ФИО3./ и /ФИО4/ о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 25.01.2023 между /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой», недействительным;

2) к /ФИО3./ о признании квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, совместно нажитым имуществом супругов; о признании права собственности /ФИО2./ на ? долю вышеуказанной квартиры в праве общей долевой собственности; о признании общим долгом супругов обязательства, возникшего из договора займа от 06.12.2021, заключенного между истцом /ФИО2./ (заемщиком) и /О/ (займодавцем); о взыскании с /ФИО3./ денежной компенсации в счет ? доли денежных средств уплаченных /ФИО2./ по договору займа от 06.12.2021 в размере 1 000 000,00 руб..

В обоснование заявленных требований истец указал, что с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> /ФИО2./ и /ФИО3./ состояли в браке. <Дата обезличена> за счет совместных денежных средств ими была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Данная квартира была оформлена на сына /ФИО3./ – /ФИО4/ . Однако, на момент заключения договора купли-продажи квартиры, /ФИО4/ не имел самостоятельного дохода, позволяющего приобрести данное имущество. Сделка по приобретению /ФИО4/ квартиры подлежит признанию недействительной (ничтожной) сделкой на основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как притворная, прикрывающая собой субъектный состав на стороне покупателя, а именно покупателем по ней является /ФИО3./ . Спорная квартира была приобретена /ФИО4/ по договору купли-продажи от 25.01.2023 за денежные средства истца, переданные /ФИО3./ . Фактически указанный договор купли-продажи с последующим дарением были совершены для вывода спорной квартиры из режима совместно нажитого имущества в браке. Таким образом, спорная квартира является совместно нажитым имуществом и подлежит разделу в равных долях. Соглашения о добровольном разделе между сторонами не достигнуто.

Кроме того, в период брака /ФИО2./ по договору займа от 06.12.2021 взял в долг денежные средства у /О/ в сумме 2 000 000,00 руб., со сроком возврата до 29.12.2023. Истец переводил /О/ денежные средства в счет погашения займа, взятого на приобретение общего имущества. Для погашения имеющейся задолженности он вынужден был продать автомобиль, а также взять потребительские кредиты в ПАО «Сбербанк» на сумму 110 000,00 руб., а также в АО «Тинькофф банк» на сумму 690 000,00 руб.. Денежные средства по договору в размере 2 000 000,00 руб. были израсходованы на нужды семьи, а именно на приобретение спорной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Истец – /ФИО2./ , надлежащим образом извещенный о дате и времени рассмотрения дела, судебное заседание не явился, причину неявки не сообщил, обеспечил участие в судебном заседании своего представителя – /ФИО1./ (т. 2 л.д. 148, 149).

Представитель истца – /Щ/ , действующий на основании доверенности № 36 АВ 4342614 от 22.04.2024 (т. 1, л.д. 6-7), надлежащим образом извещенный о дате и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, причину неявки не сообщил (т. 2, л.д. 150). В ходе рассмотрения дела он заявил суду позицию, согласно которой /ФИО3./ приобрела квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, стоимостью 1 650 200,00 руб. на основании предварительного договора купли-продажи от 16.12.2021, заключенного ею с ООО «ВекторСтрой». Именно данный договор является основанием для возникновения у неё права собственности на спорную квартиру. При этом государственная регистрация права собственности на неё не была произведена. Вместе с тем, по неизвестным истцу причинам, спорная квартира была повторно продана /ФИО4/ . Денежные средства по договору между /ФИО3./ и ООО «ВекторСтрой» были внесены в кассу продавца 16.12.2021 ответчиком /ФИО3./ . Платежный документ, подтверждающий оплату по договору, находился у неё и к настоящему времени он не сохранился. При этом, основной договор купли-продажи между ООО «ВекторСтрой» и /ФИО3./ не заключался. Впоследствии квартира была продана обществом с ограниченной ответственностью «Дорспецстрой» /ФИО4/ , при этом ООО «ВекторСтрой» и ООО «Дорспецстрой» правопреемниками не являются. Денежные средства по предварительному договору от 16.12.2021 были возвращены /ФИО3./ , что подтверждается фактом оплаты ею денежных средств по основному договору от 25.01.2023 от имени /ФИО4/ . Полученные денежные средства в сумме 2 000 000,00 руб. по договору займа между /ФИО2./ и /О/ от 06.12.2021 были частично потрачены на приобретение квартиры на сумму 1 650 200,00 руб., а оставшиеся средства на сумму 349 800,00 на семейные нужды /ФИО2./ и /ФИО3./ .

Представитель истца – /ФИО1./ , действующий на основании доверенности № 36 АВ 5104624 от 28.05.2026 (т. 3, л.д. 131), в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, указанным в дополнении к правовой позиции истца от 29.05.2026 (т. 3, л.д. 140-141), а также суду пояснил, что формально договор купли-продажи от 25.01.2023 заключён между /ФИО4/ (сыном ответчицы) и ООО «Дорспецстрой». Фактически же финансирование приобретения осуществлялось за счёт общих средств семьи /ФИО5/ , а сам /ФИО4/ не имел самостоятельного дохода для покупки недвижимости, получение им займа или иного источника денежных средств не подтверждено. Впоследствии (13.02.2023) /ФИО4/ подарил указанную квартиру /ФИО3./ , что является звеном в цепи сделок, направленных на вывод имущества из-под раздела между супругами. Кроме того, 06.12.2021 между истцом (заёмщик) и /О/ (займодавец) заключён беспроцентный договор займа № 1 на сумму 2 000 000,00 руб.. Заёмные средства были израсходованы на нужды семьи, в том числе на приобретение вышеуказанной квартиры. Предварительный договор купли-продажи спорной квартиры от 16.12.2021 подписан непосредственно ответчицей /ФИО3./ . Основной договор от 25.01.2023 заключён уже между /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой», однако фактически оплата произведена за счёт общих средств семьи /ФИО5/ . Договор купли-продажи от 25.01.2023 является ничтожным как притворная сделка на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Он совершён с целью прикрыть фактическую покупку квартиры /ФИО3./ за счёт совместных с истцом средств, а также вывести имущество из режима совместной собственности супругов. При этом притворности сделки со стороны ООО «Дорспецстрой» не имеется. Притворность сделки подтверждает то, что: /ФИО4/ на момент сделки не имел самостоятельных доходов, позволяющих приобрести квартиру стоимостью около 1 200 000,00 руб.; оплата по договору производилась через расчётный счёт /ФИО3./ ; истец систематически переводил на карту /ФИО3./ денежные средства, что подтверждает финансовую взаимосвязь; сразу после выселения /ФИО3./ из семейного дома /ФИО4/ подарил ей квартиру, что указывает на изначальное предназначение квартиры для нужд ответчицы; /ФИО4/ является сыном /ФИО3./ , поэтому он заинтересован в выводе общего имущества семьи /ФИО5/ из-под раздела. С учётом изложенного квартира подлежит включению в состав совместно нажитого имущества, а договор купли-продажи от 25.01.2023 - признанию недействительным с применением последствий недействительности (реституция). После возврата квартиры в собственность ООО «Дорспецстрой» она должна быть разделена как актив, приобретённый за счёт общих средств супругов. Заёмные средства потрачены на нужды семьи, это подтверждается тем, что заём получен в декабре 2021 года (в период брака), а уже 16.12.2021 заключён предварительный договор купли-продажи спорной квартиры, то есть средства направлены на приобретение жилья для семьи. Кроме того, заёмные средства использовались и на иные семейные нужды, что подтверждается совокупностью обстоятельств дела. Бремя доказывания отсутствия использования средств на нужды семьи лежит на ответчице. Таким образом, долг по договору займа от 06.12.2021 подлежит признанию общим долгом супругов /ФИО5/ . Поскольку истец полностью обслуживает обязательство перед займодавцем, с ответчицы /ФИО3./ в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере ? от общей суммы займа т.е. 1 000 000,00 руб..

Ответчик – /ФИО3./ , надлежащим образом извещенная о дате и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, причину неявки не сообщила, в адресованном суду заявлении просила рассмотреть дело в её отсутствие (т. 3 л.д. 128).

Представитель ответчика – адвокат /Пушкарская Л.В./ , действующая на основании удостоверения № 3929 и ордера № 11150 от 27.01.2026 (т. 1 л.д. 41), в ходе рассмотрения дела заявила позицию, отраженную в возражении на исковое заявление от 27.01.2026 (т. 1, л.д. 42), и в возражении на исковое заявление от 29.05.2026 (т. 3, л.д. 135-139), согласно которой истец не представил доказательств того, что спорная квартира была приобретена в период брака по возмездной сделке. /ФИО3./ приобрела право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в период брака, однако, основанием для возникновения права собственности является договор дарения от 13.02.2023 между ею и её сыном /ФИО4/ . Таким образом, квартира является её личным имуществом и разделу не подлежит. В период брака /ФИО2./ и /ФИО3./ с ведома и согласия последней каких-либо договоров займа с /О/ не заключалось. /ФИО2./ не приносил в семью столь значительную сумму. Исходя из движений денежных средств по его счетам, названная сумма также не находилась на его счетах (вкладах), как и не передавалась /ФИО3./ . Значительных приобретений стороны в декабре 2021 года не осуществляли. О наличии данного обязательства /ФИО3./ стало известно только из уточненного искового заявления /ФИО2./ , которое было подано в апреле 2026 года. Ранее в производстве Россошанского районного суда находилось гражданское дело по иску /ФИО3./ к /ФИО2./ о расторжении брака и разделе имущества, нажитого в период брака. О каких-либо долговых обязательствах, использованных на нужды семьи, истец не говорил, как и не ссылался на данный договор при предъявлении иска по настоящему делу в декабре 2025 года. Денежные средства от /ФИО2./ , полученные им в займ в размере 1 650 000,00 руб. для покупки квартиры /ФИО3./ не получала, никаких сумм в ООО «ВекторСтрой» не вносила. Предварительный договор купли-продажи между ООО «ВекторСтрой» и /ФИО3./ не заключился, денежные средства от неё в данную организацию не поступали. Остаток денежных средств в размере 350 000,00 руб. на нужды семьи не были израсходованы, данное утверждение истца не подтверждается доказательствами. В связи с недоказанностью использования суммы займа на нужды семьи, данное обязательство не может быть признано общим обязательством бывших супругов и, соответственно, /ФИО3./ не обязана уплачивать истцу ? долю от возвращенной займодавцу суммы.

По наследству /ФИО2./ принадлежит на праве собственности земельный участок по адресу: <адрес>, на котором был расположен ветхий жилой дом. /ФИО3./ и истцом было принято решение о строительстве на данном участке жилого дома, в котором должна была проживать их семья. Фактическим добытчиком денежных средств в семье являлась /ФИО3./ , так как была индивидуальным предпринимателем и осуществляла торговую деятельность. Все зарабатываемые ею денежные средства она вкладывала в строительство жилого дома по указанному выше адресу и на содержание их с истцом семьи и, соответственно, денежных средств на покупку объектов недвижимости у них не было. На день прекращения фактических брачных отношений с /ФИО2./ жилой дом фактически был построен, но не введен в эксплуатацию. Следовательно семья не нуждалась в жилье, особенно в однокомнатной квартире. Её сын, /ФИО4/ , являясь совершеннолетним, не захотел проживать с /ФИО3./ и истцом в названном выше жилом доме. Сын работал у брата /ФИО3./ , /З/ , на строительстве объектов недвижимости. Брату стало известно, что ООО «ВекторСтрой» приступило к возведению многоквартирного жилого дома по адресу: <адрес> есть возможность заключить предварительный договор купли-продажи однокомнатной квартиры с уплатой стоимости покупки по завершении строительства. Так как /ФИО4/ было нужно отдельное жилье, то /ФИО3./ , /ФИО4/ и /З/ было принято решение о заключении указанного выше договора и предоставлении /З/ по мере необходимости /ФИО4/ в займ денежных средств. В конце декабря 2021 года /ФИО4/ заключил предварительный договор с ООО «ВекторСтрой» на покупку указанного выше жилого помещения и в январе 2023 года он же, в связи с передачей спорной квартиры от ООО «ВекторСтрой» в ООО «Дорспецстрой», заключил сначала предварительный, а затем и основной договоры купли-продажи, жилое помещение передано в собственность /ФИО4/ по передаточному акту. Денежные средства, уплаченные /ФИО4/ , принадлежат ему и являются заемными (договор займа заключен с /З/ 23.01.2023 на сумму 1 200 000,00 руб., сроком на четыре года, без уплаты процентов на сумму займа). От /ФИО4/ /ФИО3./ известно, что на сегодняшний день им не возвращена дяде сумма в размере 200 000,00 руб.. Договор займа от 23.01.2023 подписывался /ФИО4/ и /З/ в присутствии /ФИО3./ , деньги передавались также в этот день. Так как /З/ и /ФИО4/ в январе 2023 года занимались строительными работами в <адрес>, то /ФИО4/ дважды просил /ФИО3./ переводить на счет ООО «Дорспецстрой» денежные средства: 540,00 руб. в день подписания договора займа (сначала она внесла 540,00 руб. из своих денежных средств, вечером данная сумма из денежных средств, предоставленных в займ, была возвращена её /ФИО4/ ), 999 460,00 руб. - на следующий день после первого перевода денежных средств. Следовательно, денежная сумма в размере 1 000 000,00 руб., внесенная от имени /ФИО3./ на счет ООО «Дорспецстрой», принадлежала /ФИО4/ и вносилась в его интересах в целях оплаты покупаемой им квартиры по адресу: <адрес>. Остаток цены договора купли-продажи квартиры также был внесен /ФИО4/ в кассу ООО «Дорспецстрой» в день подписания основного договора. Нарушений требований закона при заключении 25.01.2023 договора купли-продажи спорной квартиры между /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой» не имеется. Совершенная сторонами сделка полностью соответствует воле сторон и содержит в себе элементы договора купли-продажи. У /ФИО3./ никогда не было намерения купить у ООО «Дорспецстрой» спорную квартиру и, соответственно, каких-либо денежных средств, принадлежащих ей или /ФИО2./ в счет оплаты за данную квартиру она не вносила. Следовательно, совершенная сделка не является притворной, так как не прикрывает иную сделку.

Ответчик – /ФИО4/ , надлежащим образом извещенный о дате и времени рассмотрения дела, судебное заседание не явился, причину неявки не сообщил, просил рассмотреть дело без его участия в возражениях на исковое заявление от 26.05.2026 (т. 2, л.д. 194-195), согласно которым с требованиями /ФИО2./ о признании договора купли-продажи от 25.01.2023, совершённого между /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой», недействительным, не согласен. Он является родным сыном /ФИО3./ и племянником /З/ . /ФИО3./ , находясь в браке с /ФИО2./ , занималась возведением жилого дома на территории земельного участка по адресу: <адрес> целью проживания в данном доме семьи, состоящей из неё, её супруга и несовершеннолетней дочери – /Э/ . Так как /ФИО4/ не хотел проживать совместно с семьёй матери, нуждался в отдельном жилом помещении, то 16.12.2021 он заключил с ООО «ВекторСтрой» предварительный договор купли-продажи однокомнатной <адрес>. Исходя из достигнутой договорённости, оплата за покупаемую квартиру вносилась при подписании договора купли-продажи, то есть после окончания строительства дома и введения его в эксплуатацию. В конце января 2023 года ему позвонил представитель продавца и сообщил, что квартира построена и он, если ещё заинтересован в её покупке, 23.01.2023 должен утром приехать в офис и подписать договор. Ему также была озвучена стоимость квартиры – 1 193 400,00 руб.. Названная цена почти на 500 000,00 руб. ниже той, что была оговорена в предварительном договоре в 2021 году. Представитель продавца ему сказал, что сумма 1 000 000,00 руб. должна быть внесена на счет продавца непосредственно до подписания основного договора, а остальная сумма в кассу организации в день подписания договора купли-продажи квартиры. Ему также разъяснили, что озвученная цена квартиры будет действовать только до конца января 2023 года. По состоянию на 2023 год он работал у своего дяди в строительной организации и между ними ещё с 2021 года имелась договорённость о предоставлении необходимой суммы в займ без уплаты процентов на четыре года. После общения с представителем продавца он созвонился с /З/ , который подтвердил свою готовность занять ему 1 200 000,00 руб.. 23.01.2023 он приехал по адресу, который сообщил ему представитель продавца и узнал, что квартира, которую он намерен купить, была передана от ООО «ВекторСтрой» к ООО «Дорспецстрой» и ему необходимо в подтверждение согласия подписать предварительный договор купли-продажи с ООО «Дорспецстрой» внести на счёт данной организации 540,00 руб., подписать названный договор, не позднее 25.01.2023, внести на счет названной организации 999 460,00 руб. и при соблюдении данных условий 25.01.2023 внести в кассу продавца остаток денежных средств, после чего подписать договор купли-продажи квартиры и передаточный акт. Так как ему необходимо было ехать на работу в г. Лиски, то он попросил свою мать внести 540,00 руб. на счёт ООО «Дорспецстрой», подписал предварительный договор купли-продажи квартиры и уехал на работу. Вечером того же дня он взял в долг у дяди 1 200 000,00 руб., вернул матери 540,00 руб., которые она перевела на счёт продавца и попросил её на следующий день внести 999 460,00 руб. также на счёт ООО «Дорспецстрой», так как /ФИО4/ с дядей должны были рано утром 24.01.2023 ехать на строительный объект в <адрес>. Мать согласилась и он передал ей названную выше сумму, которую она 24.01.2023 перечислила продавцу. 25.01.2023 утром он снова приехал в ООО «Дорспецстрой», внёс 193 400,00 руб. в кассу организации, подписал договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, а также передаточный акт и также уехал на работу. Так как купленная квартира сдавалась без отделки, то он в свободное от работы время занимался ремонтными работами. Утверждения /ФИО2./ , что деньги за купленную /ФИО4/ квартиру принадлежали ему и /ФИО3./ не соответствуют действительности, так как /ФИО2./ фактически нигде не работал, все деньги на содержание семьи и строительство жилого дома в <адрес> зарабатывала /ФИО3./ . Её семья не нуждалась в жилье и, соответственно, покупать однокомнатную квартиру не собиралась. /ФИО4/ деньги были взяты в долг у дяди. На основании их договорённости он ежемесячно после получения заработной платы отдавал ему 25 000,00 руб. в счёт погашения долга. На сегодняшний момент не возвращённой является сумма в размере 200 000,00 руб.. После того, как /ФИО2./ фактически выгнал /ФИО3./ с дочерью из дома, где они проживали, /ФИО4/ принял решение помочь матери и подарил ей свою квартиру. Купить или снять жильё она не могла, так как все деньги ею были вложены в дом по адресу: <адрес>. Оснований для признания недействительным договора между /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой» нет.

Третьи лица – ООО «Дорспецстрой» и ООО «Векторстрой» надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела явку представителей в судебное заседание не обеспечили (т. 2 л.д. 142, 144). В ходе рассмотрения дела представитель третьих лиц /Ж/ , допущенная к участию в деле на основании доверенностей от 16.03.2026 (т. 1, л.д. 101, 102) пояснила суду, что ООО «Дорспецстрой» и ООО «Векторстрой» осуществляют деятельность по строительству и продаже квартир в многоквартирных жилых домах. При заключении предварительного договора купли-продажи квартиры с ООО «Дорспецстрой» или ООО «Векторстрой» внесение платы не обязательно, хотя оплата за покупку квартиры возможна и на данном этапе. При этом, в самом предварительном договоре устанавливаются условия, способы и сроки последующей оплаты основного договора. Информации о заключении договора купли продажи квартиры между ООО «Дорспецстрой» или ООО «Векторстрой» и /ФИО3./ , а также информации о проведении оплаты или иных расчетах с ней, в архиве данных юридических лиц не содержится. Основным застройщиком квартир является ООО «Векторстрой», а иные фирмы в том числе ООО «Дорспецстрой» участвуют в строительстве путем осуществления инвестиций. По окончании строительства происходит распределение квартир между участниками стройки пропорционально понесенным им затратам. В связи с этим, к моменту заключения договора купли-продажи квартиры непосредственно с итоговым покупателем её продавцом может выступать не только ООО «Векторстрой», но и другая фирма. По правилам бухгалтерского учета в архиве ООО «Дорспецстрой» и ООО «Векторстрой» хранятся только те документы о сделках, по которым были совершены какие-либо финансовые операции. В связи с этим факт заключения предварительного договора купли-продажи квартиры от 16.12.2021 между ООО «Векторстрой» и /ФИО3./ теоретически мог иметь место в действительности, однако основной договор с ней не заключался. Основной договор купли-продажи квартир ООО «Дорспецстрой» и ООО «Векторстрой» заключают после введения дома в эксплуатацию и документальной регистрации всех квартир. В случае авансовой оплаты денежных средств по предварительному договору купли продажи квартиры, если за счет этих средств в итоге не была совершена основная сделка, этот аванс возвращается покупателю.

Третье лицо – Отдел образования и молодежной политики администрации Россошанского муниципального района Воронежской области о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представитель /Д/ , допущенная к участию в деле на основании доверенности № 25 от 06.12.2024 (т. 3, л.д. 127) представила суду заявление о проведении судебного заседания в ее отсутствие (т. 3, л.д. 126).

Суд, заслушав стороны, исследовав представленные по делу письменные доказательства, приходит к следующему:

Согласно п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Исходя из п. п. 1 и 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии со ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов (пункт 1).

В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация (пункт 3).

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (п. 1 ст. 39 Семейного Кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 26.11.2021 администрацией Россошанского муниципального района Воронежской области ООО «ВекторСтрой» было выдано разрешение № на строительство жилого многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 189-192).

29.11.2021 между ООО «ВекторСтрой» и ООО «Дорспецстрой» заключен договор об инвестировании строительства, в котором ООО «ВекторСтрой» является застройщиком, а ООО «Дорспецстрой» инвестором. Предметом договора является участие сторон в совместном строительстве многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 202-203).

09.12.2022 застройщиком ООО «ВекторСтрой» получено разрешение на ввод вышеуказанного объекта недвижимости в эксплуатацию (т. 1, л.д. 193-196).

В соответствии с соглашением о распределении результата строительства от 13.12.2022 и актом приема передачи от 13.12.2022 ООО «ВекторСтрой» в лице директора /Л/ и ООО «Дорспецстрой» также в лице директора /Л/ определили, что в собственность ООО «Дорспецстрой» поступает квартира, расположенная по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 198, 199).

13.12.2022 единственный участник ООО «Дорспецстрой» - /Л/ в связи с введением в эксплуатацию многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, принял решение осуществить государственную регистрацию права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 197).

В ходе рассмотрения дела установлено, что истец и /ФИО3./ с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> состояли в зарегистрированном браке, который был расторгнут на основании <данные изъяты>

Согласно позиции /ФИО2./ он с /ФИО3./ в период брака приобрели квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за счет совместных денежных средств.

В подтверждение своей позиции истцом представлена в материалы дела копия предварительного договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, между ООО «ВекторСтрой» и /ФИО3./ от 16.12.2021. По условиям договора стоимость квартиры составляла 1 650 200,00 руб.; продавец обязался до 30.09.2022 ввести дом в эксплуатацию и до 30.10.2022 предоставить пакет документов, необходимый для регистрации основного договора; стороны обязались заключить основной договор и произвести оплату квартиры до 30.10.2022. При этом согласно п.п. 4.1 договора в случае оплаты квартиры собственными средствами покупатель обязан внести плату в кассу продавца в момент подписания основного договора (т. 1, л.д. 65-66).

Однако, как установлено в ходе рассмотрения дела, основной договор купли-продажи на вышеуказанных условиях между /ФИО3./ и ООО «ВекторСтрой» не был заключен, доказательств обратного суду не представлено. Кроме того, установленный в договоре срок введения жилого дома в эксплуатацию не был соблюден ООО «ВекторСтрой», так как разрешение на ввод в эксплуатацию получено только 09.12.2022, а государственная регистрация права собственности на спорную квартиру осуществлена 13.12.2022 уже инвестором ООО «Дорспецстрой» после распределения результатов строительства.

По данным ООО «ВекторСтрой» от 22.04.2026 информации о заключении предварительного договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от имени ООО «ВекторСтрой» с /ФИО3./ не имеется и соответственно информации об оплате денежных средств в сумме 1 650 200,00 руб. за данную квартиру от имени /ФИО3./ в архивах ООО «ВекторСтрой» также не имеется. Указанная квартира не отчуждалась от имени ООО «ВекторСтрой» в пользу /ФИО3./ , поскольку: согласно предварительному и основному договорам купли-продажи квартиры её покупателем является /ФИО4/ ; собственником указанной квартиры являлось ООО «Дорспецстрой», соответственно оно выступало продавцом квартиры, как инвестор строительства многоквартирного жилого дома (т. 2, л.д. 22).

В силу п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» несовершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается.

Более того, 23.01.2023 было принято решение единственного участника ООО «Дорспецстрой» /Л/ продать квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, /ФИО4/ (т. 1, л.д. 107)

23.01.2023 между ООО «Дорспецстрой» и /ФИО4/ был заключен предварительный договор купли-продажи вышеуказанной квартиры, по условиям которого стоимость квартиры составляла 1 193 400,00 руб.; продавец обязался до 28.02.2023 предоставить пакет документов, необходимый для регистрации основного договора; стороны обязались заключить основной договор и произвести оплату квартиры до 28.02.2023 (т. 1, л.д. 69).

На основании вышеуказанного договора 25.01.2023 был заключен основной договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, между ООО «Дорспецстрой» и ФИО4, что подтверждается копией договора от 25.01.2023 и копией передаточного акта от 25.01.2023 (л.д. 69, 70).

Судом принято во внимание, что в материалы дела представлен еще один предварительный договор купли продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, между ООО «ВекторСтрой» и /ФИО4/ от 16.12.2021. По условиям договора стоимость квартиры составляла 1 650 200,00 руб.; продавец обязался до 30.09.2022 ввести дом в эксплуатацию и до 30.10.2022 предоставить пакет документов, необходимый для регистрации основного договора; стороны обязались заключить основной договор и произвести оплату квартиры до 30.10.2022 (т. 2, л.д. 23-24). Однако, в итоге, данный договор не стал основанием для заключения основного договора и, впоследствии, /ФИО4/ заключил еще один предварительный договор купли-продажи от 23.01.2023, но уже с ООО «Дорспецстрой». По мнению суда, данное обстоятельство свидетельствует о наличии волеизъявления /ФИО4/ на приобретение спорной квартиры уже на момент 16.12.2021.

Таким образом, заявленная к разделу квартира принадлежала ООО «ВекторСтрой», после чего право собственности на неё перешло ООО «Дорспецстрой», а оно в свою очередь продало её /ФИО4/ на иных условиях, чем в предварительном договоре между ООО «ВекторСтрой» и /ФИО3./ . На основании изложенного, спорная квартира не является имуществом /ФИО2./ и /ФИО3./ и не подлежит разделу в качестве общего имущества супругов.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, истец настаивает на разделе квартиры, так как согласно его позиции сделка между /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой» является притворной, прикрывающей иной субъектный состав на стороне покупателя, так как действительным покупателем квартиры является /ФИО3./ , а /ФИО4/ квартиру не приобретал и не имел для этого средств.

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними (пункт 1).

Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (пункт 2).

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3).

В силу п. 2 ч. 1 ст. 161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения сделки юридических лиц между собой и с гражданами.

В соответствии с п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу положений ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (пункт 1).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (пункт 4).

В соответствии с п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В силу п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

В соответствии с п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно копиям товарных накладных от 25.01.2023, квитанции от 25.01.2023 и кассовых чеков от 24.01.2023 и 25.01.2023 плательщиком по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от 25.01.2023 является /ФИО4/ , который внес 1 000 000,00 руб. в счет оплаты квартиры безналичными переводами и 193 400,00 руб. наличными в кассу ООО «Дорспецстрой» (т. 1, л.д. 72-73).

Однако, в материалы дела представлены копии платежных поручений № 629838 от 23.01.2023 на сумму 540,00 руб., № 627647 от 24.01.2023 на сумму 539 454,60 руб., № 921522 от 24.01.2023 на сумму 460 005,40 руб., согласно которым /ФИО3./ осуществила данные переводы на счет ООО «Дорспецстрой» в качестве предоплаты за квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 109-111), а также копия приходного кассового ордера ООО «Дорспецстрой» от 25.01.2023, согласно которому /ФИО4/ лично внес 193 400,00 руб. в качестве оплаты за вышеуказанную квартиру (т. 1, л.д. 112).

По данным ООО «ВекторСтрой» от 22.04.2026 предварительная сумма договора купли-продажи составляла 1 650 200,00 руб., но на момент оформления основного договора купли-продажи стоимость сложилась в сумме 1 193 400,00 руб.. Оплата указанной суммы производилась от имени /ФИО3./ на сумму 1 000 000,00 руб. безналичным способом, а также от имени /ФИО4/ на сумму 193 400,00 руб. наличными средствами в кассу предприятия (т. 2, л.д. 22).

После этого, согласно материалам дела, ответчик /ФИО3./ в период брака с истцом /ФИО2./ получила в дар от ответчика /ФИО4/ квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, на основании договора дарения от 13.02.2023 (т. 1, л.д. 43).

Согласно сведениям из ЕГРН, вышеуказанной квартире 15.12.2022 присвоен кадастровый №. Право собственности /ФИО4/ на приобретенную им квартиру, было зарегистрировано 06.02.2023. Право собственности /ФИО3./ на неё, зарегистрировано 21.02.2023 (т. 1, л.д. 44-45, 74-75).

В соответствии с "Обзором по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020) мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

В силу п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Данные положения согласуются с п. 7 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)", согласно которому для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью необходимо установить действительную волю всех сторон сделки на заключение иной (прикрываемой) сделки, при этом при заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена.

В соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2022 N 307-ЭС22-12875 в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят: факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Проанализировав вышеуказанные законодательные положения, суд пришел к выводу, что по смыслу закона притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является. Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Учитывая изложенное, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление, действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

Таким образом, истцу /ФИО2./ в ходе рассмотрения дела надлежало доказать порок воли ответчика /ФИО4/ , а также ООО «Дорспецстрой» при заключении договора купли-продажи спорной квартиры, а также доказать наличие умысла на достижение иного правового результата, чем передача права собственности на квартиру от ООО «Дорспецстрой» к /ФИО4/ .

В качестве одного из доказательств /ФИО2./ указывает, на тот факт, что часть денежных средств по договору в размере 1 000 000,00 руб. были перечислены на счет ООО «Дорспецстрой» со счета /ФИО3./ , а не со счета /ФИО4/ .

Согласно Определению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.01.2015 N 18-КГ14-161 то обстоятельство, что денежные средства по договору купли-продажи были уплачены не покупателем, а третьим лицом, не является основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 23.12.2009 N 20-П "По делу о проверке конституционности положения абзаца пятого подпункта 2 пункта 1 статьи 165 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации" возложение исполнения обязательства на третье лицо - поскольку каких-либо других специальных ограничений для него федеральный законодатель не устанавливает - может опираться на совершенно различные юридические факты, лежащие в основе взаимоотношений между самостоятельными субъектами гражданского оборота и подлежащие оценке исходя из предусмотренных гражданским законодательством оснований возникновения прав и обязанностей (пункт 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации), т.е. исполнение большинства обязательств, возникающих из поименованных в Гражданском кодексе Российской Федерации договоров и иных юридических фактов, может быть произведено третьим лицом, которое действует как самостоятельный субъект, от собственного имени.

В силу Постановления Президиума ВАС РФ от 28.10.2010 N 7945/10 в соответствии с пунктом 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом. По смыслу данной нормы должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение. При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо. Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, который принял как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившее исполнение лицо и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника. Поскольку в этом случае исполнение кредитором принимается правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, а значит, сама по себе последующая констатация отсутствия соглашения между должником и третьим лицом о возложении исполнения на третье лицо не свидетельствует о возникновении на стороне добросовестного кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица.

Таким образом, в силу вышеуказанных законодательных положений, частичное исполнение обязанности по передаче денежных средств по договору купли-продажи спорной квартиры от 25.01.2023 ответчиком /ФИО3./ не является основанием для удовлетворения требования истца.

В соответствии со статьей 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, как указано выше, истцу надлежало представить суду доказательства, подтверждающие порок воли /ФИО4/ и ООО «Дорспецстрой» при заключении договора купли-продажи спорной квартиры, чего им осуществлено не было, приведенные стороной истца факты в своей совокупности недостаточны для совершения вывода о притворности сделки.

Аргументация истца о невозможности совершения спорного договора, обусловленной финансовым положением /ФИО4/ , по мнению суда, является несостоятельной. Ответчики заявили позицию, согласно которой /ФИО4/ был трудоустроен у своего дяди – /З/ , что подтверждается справками о доходах и суммах налога за период с 2022 по 2024 года (т. 3, л.д. 143-145). Также они заявили, что /ФИО4/ взял в долг денежные средства у /З/ , что не было опровергнуто истцом. При этом /ФИО4/ не был лишен возможности сберегать наличные деньги, поступающие в его распоряжение.

Переход права собственности на спорную квартиру от одного собственника к другому каждый раз был надлежащим образом зарегистрирован ЕГРН, что свидетельствует о надлежащем поведении участников гражданского оборота по распоряжению своим имуществом.

Передача права собственности на спорную квартиру от ООО «Дорспецстрой» /ФИО4/ , а от него /ФИО3./ , не является цепью сделок, осуществленных с целью вывода спорного имущества из под раздела. Данное суждение основано, на факте заключения предварительного договора купли-продажи квартиры от 16.12.2021, как с /ФИО3./ , так и с самим /ФИО4/ , и объясняется характером межличностных отношений между ответчиками. Кроме того, именно /ФИО4/ впоследствии заключил еще один предварительный договор купли-продажи уже с ООО «Дорспецстрой», который явился основанием для заключения основного договора и приобретения права собственности.

При вынесении решения суд принимает во внимание противоречивость позиции стороны истца в отношении обстоятельств и срока оплаты спорной квартиры, в связи с чем критически относится к заявленным /ФИО2./ фактам заключения сделки.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований на основании притворности оспариваемой сделки ввиду того, что истцом не доказано наличие порока воли обеих сторон, который необходим для признания сделки притворной, ни одно из представленных доказательств прямо и безоговорочно об этом не свидетельствует, а также не доказано наличие умысла сторон на создание иных правовых последствий, чем те, которые наступили в результате заключения оспариваемого договора.

На основании всех изученных доказательств и обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для удовлетворения исковых требований о притворности сделки, признании её недействительной и применения последствий такой недействительности.

В ходе принятия решения суд исходил из того, что отказ в удовлетворении исковых требований на основании притворности сделки не лишает истца или иного другого заинтересованного лица возможности защищать свои права и законные интересы иным, не запрещенным законом способом.

Также истцом заявлено требование о признании общим долгом супругов обязательства по договору займа, которое непосредственно связано с требованием о признании договора купли-продажи недействительным, так как ввиду позиции /ФИО2./ денежные средства, полученные по договору, были им потрачены на приобретенние спорной квартиры и иные семейные нужды.

В силу ст. 45 Семейного кодекса Российской Федерации по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания (пункт 1).

Взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. При недостаточности этого имущества супруги несут по указанным обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них (пункт 2).

Истец /ФИО2./ заявил, что для приобретения спорной квартиры он получил займ от /О/ на основании договора от 06.12.2021 в размере 2 000 000,00 руб., со сроком возврата до 29.12.2023 (т. 2, л.д. 10-11, 12).

В претензии № 1 от 26.01.2024 /О/ потребовал от /ФИО2./ возвратить займ в размере 2 000 000,00 руб. в связи с тем, что истец пропустил срок для возврата и не перечислил задолженность добровольно (т. 2, л.д. 13).

В претензии № 2 от 22.03.2024 /О/ потребовал от /ФИО2./ возвратить займ в размере 800 000,00 руб., так как в счет погашения долга по договору займа 09.03.2024 между сторонами был составлен договор купли-продажи автомобиля Volkswagen Golf, VIN: №, 2017 года выпуска (т. 1, л.д. 173, 174-175, 176).

Для возврата займа /ФИО2./ получил потребительский кредит в АО «Тинькофф банк» на сумму 690 000,00 руб. под залог автомобиля Volkswagen Caddy VIN: №, стоимостью 873 565,00 руб., 2011 года выпуска, что подтверждается уведомлением об одобрении кредита, заявкой на получение кредита от 24.03.2024, копией кредитного договора от 24.03.2024, а также квитанцией о переводе денежных средств со счета /ФИО2./ на счет /О/ в размере 690 000,00 руб. (т. 1, л.д. 160, 163, 165-166, 168).

Кроме того, для возврата займа /ФИО2./ получил потребительский кредит в ПАО «Сбербанк» на сумму 110 000,00 руб., что подтверждается копией кредитного договора от 07.04.2024 (т. 1, л.д. 169-171).

Согласно п. 3. «Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 4 (2021)» возникновение заемного обязательства у одного из супругов в период брака не является безусловным основанием для возложения обязанности по возврату займа на другого супруга.

В соответствии с п. 5 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016)» в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из п. 2 ст. 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

В силу положений «Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025) в законодательстве отсутствует четкое определение нужд семьи, однако в судебной практике сложилось понимание под указанным определением расходов на жилище, питание, одежду, медицинские услуги, образование детей и иные расходы на поддержание необходимого уровня жизни семьи.

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга, что согласуется с позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 N 10-КГ24-1-К6.

Суд, исследовав материалы дела, пришел к выводу об отсутствии доказательств подтверждающих факт того, что денежные средства по договору займа были потрачены на нужды семьи истца /ФИО2./ и ответчика /ФИО3./ . Истец заявил, что 1 650 000,00 руб., полученные по займу, были потрачены на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на основании предварительного договора купли-продажи от 16.12.2021 между /ФИО3./ и ООО «ВекторСтрой», однако факт приобретения /ФИО3./ данной квартиры не подтвержден, обстоятельств подтверждающих наличие расчетных операцией между /ФИО3./ и ООО «ВекторСтрой» суду не представлено, доказательств траты вышеуказанных средств на нужды семьи истцом не приведено.

Согласно ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

На основании изложенного, принимая во внимание характер исковых требований в их совокупности и взаимосвязи, учитывая объем и достаточность приведенных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о необходимости отказать в удовлетворении исковых требований /ФИО2./ в заявленной редакции, в связи с отсутствием оснований для удовлетворения.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны, понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что исковые требования /ФИО2./ не подлежат удовлетворению, во взыскании судебных расходов понесенных им при подаче иска надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований /ФИО2./ к /ФИО3./ о разделе совместно нажитого имущества, признании общим долгом супругов обязательства по договору займа, взыскании денежной компенсации, по иску /ФИО2./ к /ФИО3./ , /ФИО4/ о признании договора купли-продажи недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд, через Россошанский районный суд Воронежской области, в месячный срок со дня изготовления его в окончательной форме.

Судья А.В. Рязанцева

Мотивированное решение изготовлено 11.06.2026.