Постановление № 44Г-23/2019 4Г-171/2019 4Г-7846/2018 от 29 января 2019 г. по делу № 2-24/2018

Дело № 44г -23 /19

Судья: Хоменко Л.Я.

Судьи апелляционной инстанции:

ФИО1, Гусева Е.В., ФИО2

Докладчик: судья Гусева Е.В.


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 35

президиума Московского областного суда

г. Красногорск, Московская область 30 января 2019 года

Президиум Московского областного суда в составе:

председательствующего Бокова К.И.,

членов президиума Виноградова В.Г., Лащ С.И., Соловьева С.В., Самородова А.А.,

при секретаре Зедияровой Л.И.,

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о прекращении права собственности на долю в жилом помещении, признании права собственности на долю в жилом помещении, взыскании денежной компенсации в счет стоимости доли в жилом помещении,

по кассационной жалобе ФИО3 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 июня 2018 года.

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Кондратовой Т.А., объяснения ФИО3 и ее представителя ФИО5, поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя ФИО4 – ФИО6, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о прекращении права собственности на 1/12 долю в жилом помещении, с выплатой в его пользу денежной компенсации в размере 132 833 руб., ссылаясь на то, что ответчик в квартире не проживает, расходов по ее содержанию не несет, его доля является незначительной и выдел этой доли в виде отдельной комнаты невозможен.

Представитель ответчика иск не признал, пояснив, что ФИО4 намерен пользоваться принадлежащей ему долей квартиры, зарегистрировался в нее по месту жительства в октябре 2017 года, с этого времени оплачивает свою долю в жилом помещении.

Решением Электростальского городского суда Московской области от 1 марта 2018 года иск удовлетворен.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 июня 2018 года решение суда отменено,

2
по делу постановлено новое решение об отказе в иске.

В кассационной жалобе заявитель просит об отмене апелляционного определения, ссылаясь на его незаконность.

По запросу от 4 декабря 2018г. дело истребовано для изучения в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Кондратовой Т.А. от 16 января 2019 года вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения по существу в судебном заседании президиума Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, президиум находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены в кассационном порядке определения суда апелляционной инстанции.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум находит, что такого характера нарушения были допущены судом апелляционной инстанций и выразились в следующем.

Согласно п.п. 4 и 5 ст. 252 ГК РФ в случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию. С получением компенсации в соответствии с настоящей статьей собственник утрачивает право на долю в общем имуществе.

Закрепляя в статье 252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность принудительной выплаты участнику долевой собственности денежной компенсации за его долю, а, следовательно, и утраты им права на долю в общем имуществе, законодатель исходил из исключительности таких случаев, их допустимости только при конкретных обстоятельствах и лишь в тех пределах, в каких это необходимо для восстановления нарушенных прав и законных интересов других участников долевой собственности.

Как установлено судом и следует из материалов дела что спорное жилое помещение представляет собой четырехкомнатную квартиру общей площадью 75,9 кв.м, в том числе жилой – 56,7 кв.м., которая была приватизирована супругами ФИО7, а также их несовершеннолетним сыном ФИО8, по 1/3 доле каждым по договору передачи квартиры в собственность №1404/38100 от 16 февраля 2009г.(л.д.10).

22 марта 2014 года ФИО11 умер. Принадлежавшая ему в порядке приватизации 1/3 доля спорной квартиры была унаследована в равных долях

3
(по ? каждым) его супругой ФИО3 (истец по делу), их детьми

ФИО9 и ФИО8, а также его матерью ФИО10, проживающей в Краснодарском крае.

11 сентября 2015 года ФИО10 подарила унаследованную после смерти сына 1/12 долю спорной квартиры своему внуку ФИО4, проживающему вместе с ней в Краснодарском крае ( л.д.128).

10 июня 2017 года ФИО4 зарегистрировался в спорной квартире по месту жительства (л.д.9), фактически продолжая проживать в Краснодарском крае.

В результате на момент разрешения спора собственниками спорной квартиры являются ФИО3 и ФИО8 – по 5/12 долей, ФИО9 и ФИО4 – по 1/12 доле. Все собственники, включая ответчика, зарегистрированы в квартире по месту жительства.

Разрешая при указанных обстоятельствах возникший спор и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 247, 252 ГК РФ и исходил из того, что спорная квартира не может использоваться для совместного проживания сторон, ФИО4 никогда в ней не проживал, в пользовании ею не нуждается, его доля является незначительной и не может быть реально выделена, членом семьи лиц, постоянно проживающих в квартире, он не является.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об отказе в иске, судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии совокупности установленных п.4 ст.252 ГК РФ условий, необходимых для удовлетворения заявленных требований.

Данный вывод судебная коллегия мотивировала тем, что ответчик постоянно зарегистрирован в квартире с 10 июня 2017 года, следовательно, он имеет интерес в использовании спорного жилого помещения. Кроме того, в квартире имеется изолированная комната площадью 9,8 кв.м., а поэтому имеется возможность определить порядок пользования ею.

Президиум с выводами судебной коллегии согласиться не может, так как они противоречат нормам материального права, не соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Так, судебная коллегия не учла, что общая площадь квартиры составляет 75,9 кв.м, жилая – 56,7 кв.м.

Соответственно на долю ответчика (1/12) приходится 6,3 кв.м. общей и 4,7 кв.м. жилой площади, что значительно меньше площади минимальной изолированной комнаты в квартире (9,8 кв.м.), в связи с чем принадлежащая ответчику доля не может быть ему реально выделена.

Кроме того, ссылаясь на наличие у ответчика регистрации в спорной квартире, судебная коллегия не учла, что сам по себе факт регистрации, без фактического вселения и проживания в ней, не является доказательством наличия у него существенного интереса в использовании совместного имущества.

4
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6, Пленума Высшего

Арбитражного Суда Российской Федерации N 8 от 1 июля 1996 г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", вопрос о том, имеет ли участник долевой собственности существенный интерес в использовании общего имущества, решается судом в каждом конкретном случае на основании исследования и оценки в совокупности представленных сторонами доказательств, подтверждающих, в частности, нуждаемость в использовании этого имущества в силу возраста, состояния здоровья, профессиональной деятельности, наличия детей, других членов семьи, в том числе нетрудоспособных.

Следовательно, при решении вопроса о наличии или отсутствии реальной заинтересованности в использовании незначительной доли в общем имуществе подлежит установлению соизмеримость интереса лица в использовании общего имущества с теми неудобствами, которые его участие причинит другим (другому) собственникам.

В данном случае установлено судом первой инстанции и не опровергнуто судебной коллегией, что ФИО4 проживает в Кранодарском крае, в спорную квартиру не вселялся, в ней никогда не проживал.

При этом ответчик является посторонним человеком для истца и проживание его в квартире будет сопряжено с неудобствами, которые он причинит другим сособственникам, являющимся членами одной семьи.

Таким образом, в данной конкретной ситуации сложившиеся между участниками общей долевой собственности по поводу объекта собственности (жилого помещения) правоотношения свидетельствуют о наличии исключительного случая, когда данный объект не может быть использован всеми сособственниками по его назначению (для проживания) без нарушения прав собственника, имеющего большую долю в праве собственности.

В этой связи суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что защита нарушенных прав и законных интересов собственника значительной доли в праве на имущество ФИО3 возможна в силу п. 4 ст. 252 ГК РФ путем принудительной выплаты ФИО4, как участнику долевой собственности, денежной компенсации за его долю с утратой им права на долю в общем имуществе.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены правильного по существу решения суда и принятия по делу незаконного решения об отказе в иске.

Допущенные судебной коллегией нарушения норм материального права являются существенными, повлияли на исход дела и могут быть устранены только путем отмены обжалуемого судебного акта.

5
Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, президиум

П О С Т А Н О В И Л :

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 июня 2018 года отменить, оставить в силе решение Электростальского городского суда Московской области от 1 марта 2018 года.

Председательствующий К.И.Боков