Апелляционное определение № 33-118/2026 от 18 февраля 2026 г.

Судья Цакирова А.Н. Дело № 33-118/2026

№ 2-2887/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 февраля 2026 г. г. Элиста

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего судьи Андреевой А.В.,

судей Бадмаевой О.В., Дорджиева Б.Д.,

при секретаре ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» о взыскании денежных средств, процентов, компенсации морального вреда, штрафа по апелляционной жалобе представителя ответчика АО «ТБанк» ФИО6 на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 05 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Дорджиева Б.Д. об обстоятельствах дела, возражения представителя истца ФИО9, судебная коллегия,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «ТБанк» о взыскании денежных средств, процентов, компенсации морального вреда, штрафа.

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «АМК Волгоград» и ею был заключен договор купли-продажи автомобиля марки Lada Granta стоимостью 792 900 руб. с привлечением кредитных средств путем заключения кредитного договора между ПАО Росбанк и нею на сумму 729 925 руб. 77 коп.

При заключении кредитного договора ей были навязаны дополнительные услуги «медицинская помощь на дороге» от ПАО страховая компания «Росгосстрах» стоимостью 36 000 руб., «Независимая гарантия» от ООО «Юридический партнер» стоимостью 118 000 руб.

Ей в адрес АО «ТБанк» была направлена претензия о возврате денежных средств, которая оставлена без удовлетворения, после чего она обратилась к уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, кредитной кооперации, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов (далее-финансовый уполномоченный) с требованием о взыскании с финансовой организации указанных сумм, а также убытков в виде начисленных на их стоимость процентов по кредитному договору, процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Решением финансового уполномоченного от ДД.ММ.ГГГГ ей в удовлетворении требований к АО «ТБанк» о взыскании денежных средств за оплаченные дополнительные услуги, убытков в виде процентов по договору потребительского кредита, процентов за пользование чужими денежными средствами отказано.

Ссылаясь на ущемление ее прав как потребителя, отсутствие возможности получения кредита без дополнительных услуг, просила суд взыскать с АО «ТБанк» в ее пользу денежные средства в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг ПАО СК «Росгосстрах», ООО «Юридический партнер» в размере 154 000 руб., убытки в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг в размере 54 897 руб. 41 коп. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 64 114 руб. 63 коп., 10 000 руб. в счет компенсации морального вреда, штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО9 исковые требования поддержала.

В письменных возражениях представитель ответчика АО «ТБанк» просил в удовлетворении исковых требований отказать, дело рассмотреть без участия представителя банка (л.д. 82-84).

Истец ФИО1, третьи лица ООО «Юридический партнер», ПАО Страховая компания «Росгосстрах», ООО «АМК Волгоград», извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 удовлетворены. Взысканы с АО «ТБанк» в пользу ФИО1 154 000 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг ПАО страховая компания «Росгосстрах», ООО «Юридический партнер», убытки в виде начисленных на них процентов по кредитному договору за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 54 897 руб. 41 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 64 072 руб. 44 коп., компенсация морального вреда - 3 000 руб., штраф за неисполнение в добровольном порядке требований - 137 984 руб. 93 коп.

Взыскана с АО «ТБанк» в доход бюджета г. Элисты государственная пошлина в размере 12 189 руб. 10 коп.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО5 ввиду нарушения норм материального и процессуального права просила решение суда отменить, принять новое решением об отказе в иске. Указала, что подпись заемщика в заявлении о предоставлении кредита подтверждает, что информация о дополнительных услугах внесена в заявление по его волеизъявлению, при этом у него имелась возможность отказаться от них, в том числе путем подписания графы «Нет» при отсутствии желания приобрести дополнительные услуги за счет кредитных средств, требование истца о возврате денежных средств направлено в Банк по истечении двух лет с момента оформления кредита, при этом никаких разумных действий за указанный период, позволяющих предполагать несогласие с услугами со стороны истца совершено не было. Также считала, что действия истца свидетельствует о недобросовестности его поведения. Указала, что банк является ненадлежащим ответчиком по требованиям о возврате платы за дополнительные услуги, в связи с тем, что они должны предъявляться непосредственно к исполнителям услуг. Истец имела возможность отказаться от получения дополнительных услуг, что не препятствовало получению кредита, поскольку они не были включены в п. 9 Индивидуальных условий в качестве обязательных. Истец не обращалась к поставщикам услуг о расторжении договора, в связи с чем, она пользуется услугами, при этом требует взыскать расходы с банка (л.д.161-165).

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца ФИО9 просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец, представитель ответчика АО «ТБанк» ФИО6, представители третьих лиц ООО «Юридический партнер», ПАО СК «Росгосстрах», ООО «АМК Волгоград», не явились.

Согласно ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «АМК Волгоград» был заключен договор купли – продажи № № транспортного средства марки Lada Granta, стоимостью 792 900 руб., из них 318 580 руб. за счет личных средств, оставшаяся сумма в размере 474 320 руб. выплачена за счет средств кредита, предоставленного ей ПАО Росбанк на основании заключенного кредитного договора <***>.

Из индивидуальных условий кредитного договора следует, что заемщику выдан кредит на сумму 729 925 руб. 77 коп. сроком до ДД.ММ.ГГГГ с процентной ставкой 13.40% годовых с учетом оформления опции «Назначь свою ставку», размер ставки до ее подключения – 16,40%.

Целью использования потребительского кредита является приобретение автотранспортного средства, оплата дополнительного оборудования (п. 11).

В п. 9.1 кредитного договора указано, что заемщик обязан заключить/обеспечить заключение.

Пунктом 15 кредитного договора предусмотрено, что заемщик согласен с подключением ему опции «Назначь свою ставку», предусматривающей снижение размера процентной ставки по договору при условии оплаты кредитору единовременного платежа в размере 41 605 руб. 77 коп.

Из заявления истца на предоставление кредита следует, что первоначальный взнос на приобретение автомобиля составляет 318 580 руб., стоимость кредита – 729 925 руб. 77 коп., дополнительные услуги ДМС при ДТП – 36 000 руб., независимая гарантия – 118 000 руб.

ФИО1 заключены указанные в заявлении о предоставлении кредита договоры о предоставлении дополнительных услуг, денежные средства в указанных выше размерах включены банком в сумму кредита.

ДД.ММ.ГГГГ ПАО Росбанк реорганизовано путем присоединения к АО «ТБанк».

26 мая, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направила в адрес АО «ТБанк» заявления о выплате ей денежных средств в счет возмещения убытков, связанных с оплатой стоимости дополнительных услуг, в размере 154 000 руб., процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 47 773 руб. 75 коп., за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 50 204, 84 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на основании ст.395 ГК РФ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 54 081 руб. 42 коп., за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 57 693 руб. 04 коп., которые были оставлены без удовлетворения.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что в подписанных истцом заявлении о предоставлении автокредита и распоряжении на перевод денежных средств наименования дополнительных услуг, проставлены заранее типографским (машинописным) способом, а не собственноручно ФИО1, в связи с чем подписание указанных документов не отражает её воли в части приобретения дополнительных услуг. Истец, являясь экономически более слабой стороной договора, была лишена возможности влиять на содержание типового заявления о предоставлении автокредита, до заключения кредитного договора получить информацию о потребительских качествах, характеристиках, экономическом обосновании стоимости дополнительных услуг, позволяющую разумно и свободно осуществить действительно необходимый ей выбор, наличие подписей потребителя в заявлении о предоставлении автокредита само по себе не свидетельствует о фактическом доведении полной информации об альтернативном варианте заключения потребительского кредита. В связи с чем взыскал с ответчика в пользу истца денежные средства в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг в размере 154 000 руб., убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 54897 руб. 41 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 64072 руб. 44 коп., компенсацию морального вреда в размере 3000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 137984 руб. 93 коп.

С такими выводами суда следует согласиться, поскольку они соответствуют требованиям материального закона и основаны на фактических обстоятельствах дела.

В соответствии с п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Аналогичные положения закреплены в ст. 32 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закона о защите прав потребителей).

В силу абз. 1 преамбулы Закона о защите прав потребителей данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Согласно ст. 8 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).

Указанная в п. 1 данной статьи названного закона информация в наглядной и доступной форме доводится до сведения потребителей при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора (п. 1 ст. 10 Закона о защите прав потребителей).

Пунктом 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, пункты 4 и 5 ст. 426 Гражданского кодекса РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, п. 2 ст. 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», ст. 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

В соответствии с п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Таким образом, исходя из содержания ст. 16 Закона о защите прав потребителей, следует признать, что условия договора, одной из сторон которого является потребитель, могут быть признаны недействительными и в том случае, если такие условия, хотя и установлены законом или иными правовыми актами, однако в силу ст. 1 (пункты 3, 4) Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть квалифицированы как ущемляющие права потребителя.

К числу ущемляющих права потребителей могут быть отнесены условия договора, согласно которым на потребителя возлагается несение бремени предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять, к примеру, на стоимость приобретаемого товара, притом что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.

В соответствии с ч. 2 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите) если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в таком заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Проставление кредитором отметок о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг не допускается.

Исходя из целей и смысла данных положений Закона о потребительском кредите, заемщик должен быть информирован кредитной организацией обо всех дополнительных услугах (в том числе оказываемых третьими лицами), которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

С 30 декабря 2021 г. п. 2 ст. 7 Закона о потребительском кредите действует в редакции, содержащей указание на то, что проставление кредитором отметок о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг не допускается. Данное изменение носит уточняющий характер, дополняя, но не изменяя смысла нормы в более ранней редакции.

По смыслу ст. 5 Закона о потребительском кредите в заявление о получении потребительского кредита и договор потребительского кредита включается информация только о тех услугах кредитора, которые являются обязательными для заемщика (необходимыми для заключения кредитного договора).

На реализацию этого нормативного положения направлен, в частности, п. 16 ч. 4 ст. 5 указанного закона, согласно которому кредитором в местах оказания услуг (местах приема заявлений о предоставлении потребительского кредита (займа), в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет») должна размещаться следующая информация об условиях предоставления, использования и возврата потребительского кредита (займа): информация об иных договорах, которые заемщик обязан заключить, и (или) иных услугах (работах, товарах), которые он обязан приобрести в связи с договором потребительского кредита (займа), а также информация о возможности заемщика согласиться с заключением таких договоров и (или) приобретением таких услуг (работ, товаров) либо отказаться от них.

Центральный Банк Российской Федерации, являющийся контролирующим органом за соблюдением Закона о потребительском кредите, разъяснил, что в соответствии с ч. 18 ст. 5 Закона о потребительском кредите условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита только при условии, если заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита.

Таким образом, из Закона о потребительском кредите и официальных разъяснений Банка России прямо следует запрет на включение в заявление на получение потребительского кредита и в индивидуальные условия договора перечня платных услуг кредитора или третьих лиц, если получение таких услуг или заключение каких-либо договоров не является условием заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения.

С учетом приведенных положений, проставление кредитором отметки о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг в кредитном договоре означает, что согласие заемщика на получение данных услуг является условием заключения договора потребительского кредита (займа), которое ставит его в невыгодное положение и нарушает права, как потребителя.

Между тем вышеприведенные императивные требования закона банком при заключении кредитного договора не выполнены.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в ООО «АМК Волгоград» приобретен автомобиль марки Lada Granta стоимостью 792 900 руб.

Данный автомобиль приобретен истцом за счет личных средств в размере 318 580 руб., а также средств кредита, предоставленного ему ПАО Росбанк на основании заключенного кредитного договора <***> на сумму 729 925 руб. 77 коп. сроком до ДД.ММ.ГГГГ под 13.40% годовых либо 16.40% в случае оформления услуги «Назначь свою ставку».

Из содержания заявления на предоставление кредита, подписанного ФИО1, следует, что первоначальный взнос на приобретение автомобиля составляет 318 580 руб., стоимость автомобиля – 792 900 руб., из индивидуальных условий кредитного договора видно, что целью получения кредита является приобретение автомобиля, оплата дополнительного оборудования.

Таким образом, заемщику необходимо было получение кредита на сумму 474 320 руб., которые и были перечислены Банком продавцу автомобиля.

Между тем в заявлении о предоставлении кредита уже указаны машинописным способом дополнительные услуги, в том числе «Независимая гарантия» - 118 000 руб., «Страхование ДМС при ДТП» - 36 000 руб.

Указанное свидетельствует о том, что сумма кредита изначально указана с учетом стоимости дополнительных услуг по указанным договорам, в подписанном истцом заявлении на предоставление кредита наименование дополнительных услуг проставлены заранее типографским (машинописным) способом, а не собственноручно ФИО1, в связи с чем подписание заявления о предоставлении кредита не отражает ее воли в части приобретения дополнительных услуг. Составленная банком форма заявления на предоставление кредита презюмирует согласие потребителя на оказание ему перечисленных дополнительных услуг посредством проставления подписи в соответствующих графах напротив наименований дополнительной услуги, а также полного текста заявления на предоставления кредита в конце заявления, что не свидетельствует о возможности отказа истца как заемщика от заключения договоров о предоставлении перечисленных дополнительных услуг.

Таким образом, истец, являясь экономически более слабой стороной договора, был лишен возможности влиять на содержание типового заявления на предоставление кредита, до заключения кредитного договора получить информацию о потребительских качествах, характеристиках, экономическом обосновании стоимости дополнительных услуг, позволяющую разумно и свободно осуществить действительно необходимый ему выбор. Кроме того, Банк заинтересован в заключении заемщиком дополнительных услуг за счет средств кредита, поскольку именно банк получает проценты по кредиту на сумму услуг.

Доказательства того, что Банк доводил до сведения потребителя информацию об альтернативном варианте заключения потребительского кредита на сопоставимых условиях (суммах, сроке возврата кредита (займа), без заключения договоров дополнительных услуг, иных условий страхования), возможности отказаться от заключения дополнительных услуг и страхования, суду не представлено, в материалах дела не имеется.

Учитывая изложенное, суд правомерно пришел к выводу, что истец волеизъявления получить дополнительные услуги в том порядке, который предусмотрен законодательством, не выразил; наличие подписи потребителя в заявлении на предоставление кредита само по себе не свидетельствует о фактическом доведении полной информации об альтернативном варианте заключения потребительского кредита.

Поскольку кредитные договоры заключаются гражданами с банками в потребительских целях, данные правоотношения между ними именуются потребительскими и регулируются Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», п. 2 ст. 16 которого запрещает обусловливать предоставление одних услуг обязательным предоставлением других услуг. Данный запрет призван ограничить свободу договора в пользу экономически слабой стороны - гражданина - и направлен на реализацию принципа равенства сторон. При этом указанный запрет является императивным, поскольку не сопровождается оговоркой «если иное не предусмотрено договором» (Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 г.).

Статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Истечение срока действия договоров страхового полиса «Медицинская помощь при ДТП» <***>, не изменяет правовой природы ничтожности навязанной Банком дополнительной услуги и не является основанием для отказа во взыскании понесенных истцом убытков. Доказательств, свидетельствующих об обращении истца за оказанием данной услуги, как и доказательств затрат, понесенных ими в ходе исполнения договора, в материалы дела исполнителями услуг не представлено.

Текст соответствующих пунктов о дополнительных услугах в заявлении на получение кредита проставлены машинописным способом; в индивидуальных условиях в сумму кредита уже включена стоимость дополнительных услуг, что свидетельствует о включении банком на этапе подписания заявления на кредит в запрашиваемую сумму кредита стоимость дополнительных услуг до фактического подписания истцом договоров об их предоставлении, при этом вся информация указана самим же банком машинописным способом, без предоставления заемщику возможности отказаться или изменить сумму кредита, уменьшив ее на стоимость дополнительной услуги.

Наличие в заявлении о предоставлении автокредита пустого поля для проставления подписи, расположенного после перечня наименований дополнительных услуг, не свидетельствует о возможности отказа истца как заемщика от заключения договоров о предоставлении перечисленных дополнительных услуг, поскольку согласно тексту заявления, проставляя подпись в данном поле, заемщик отказывается от включения суммы дополнительных услуг в сумму кредита, что не предусматривает возможности отказа от заключения самих договоров на предоставление дополнительных услуг.

Кроме того, доказательств того, что заемщику доводилась информация в явно выраженной форме о возможности оплаты дополнительных услуг как за счет собственных средств, так и за счет кредита (займа) с учетом возрастающих расходов заемщика на уплату процентов на часть кредита (займа), предоставляемую для оплаты дополнительных услуг, а также о возможности предоставления кредита без включения в него стоимости дополнительных услуг, ответчиком суду не представлено. При этом стоимость дополнительных услуг по умолчанию включена в тело кредита (сумму основного долга).

Принимая во внимание вышеприведенные нормы закона, учитывая, что оплата не оказанных услуг осуществлена истцом в полном объеме, что не оспаривается ответчиком, суд пришел к правильному выводу, что навязывание банком дополнительных услуг привело к убыткам истца в виде стоимости дополнительных услуг по заключенным договорам, в которых истец не нуждался, в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг, а также процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17«О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

По смыслу приведенной нормы закона и акта ее толкования сам факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред и отказ в удовлетворении требования потребителя о компенсации морального вреда не допускается.

Как установлено судом, неисполнением ответчиком требований закона о возврате истцу денежных средств нарушены права истца как потребителя, чем ему причинены нравственные страдания, связанные с необходимостью обращения в суд для защиты нарушенного права.

Суд первой инстанции с учетом требований разумности и справедливости, характера нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, определил подлежащую взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб.

С таким выводом суда следует согласиться, поскольку, вопреки доводам жалобы, он основан на требованиях материального и процессуального закона и соответствует установленным обстоятельствам дела.

В силу п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Само по себе наличие судебного спора указывает на несоблюдение ответчиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, а удовлетворение иска в обязательном порядке влечет наложение на ответчика штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения законных требований потребителя.

Таким образом, суд обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца предусмотренный Законом о защите прав потребителей штраф в размере 137 984 руб. 93 коп.

Довод апелляционной жалобы о недобросовестном поведении истца подлежит отклонению, поскольку статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает презумпцию добросовестности действий участников гражданских правоотношений, при этом судом наличие признаков недобросовестного поведения или злоупотребления правом в действиях истца, исходя из представленных доказательств, не установлено.

Иные доводы жалобы являлись предметом исследования суда первой инстанции, получили надлежащую оценку, и, по сути, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, не могут являться основанием отмены решения суда, постановленного в соответствии с нормами материального права и фактическими обстоятельствами дела.

Руководствуясь ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

о п р е д е л и л а :

решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 05 ноября 2025 г. оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Краснодаре, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Андреевой

Судьи О.В. Бадмаева

Б.Д. Дорджиев

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20.02.2026 г.