Решение № 2-1348/2020 2-23/2021 2-23/2021(2-1348/2020;)~М-1325/2020 М-1325/2020 от 25 июля 2021 г. по делу № 2-1348/2020

Копия 50RS0004-01-2020-001825-16 Дело № 2-23/2021


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Волоколамск 26 июля 2021 года

Волоколамский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Кочновой И.С.,

с участием помощника прокурора Мигачевой О.В.

при секретаре Хлебниковой Л.М.

представителя истца по доверенности ФИО9

представителя ответчика ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Волоколамская районная больница» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ МО «Волоколамская районная больница» о компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты>. Свои требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ его жена ФИО5 поступила на автомобиле скорой помощи в ГБУЗ МО «Волоколамская ЦРБ». Основанием для срочного приезда в ЦРБ послужило обследование УЗИ брюшной полости, проведенное в Волоколамской поликлинике, которое выявило подозрение на возникновение перитонита и кишечную непроходимость в связи с защемлением бедренной односторонней грыжи, диффузные изменения поджелудочной железы. При поступлении в приемный покой Волоколамской ЦРБ о возможном перитоните и кишечной непроходимости было сообщено медицинскому персоналу и предоставлены результаты УЗИ, сделанные в поликлинике. Вечером этого же дня ее прооперировали и поставили сетку на грыжу, после чего перевели в хирургическое отделение. Через два дня, ДД.ММ.ГГГГ при разговоре с женой по телефону, он узнал, что ее самочувствие начало резко ухудшаться, упала температура тела и давление, началась рвота, что уже свидетельствовало о прогрессировании перитонита. Медицинский персонал хирургического отделения знал об ухудшении состояния здоровья, но никаких действий не предпринял, УЗИ проведено не было, анализы не взяты. ДД.ММ.ГГГГ в 8 часов он с трудом мог дозвониться до жены. С ее слов узнал, что у нее упал сахар. В момент разговора она говорила с трудом, т.к. имела сахарный диабет 2 типа (инсулинозависимая). В таком состоянии с диагнозом «гипогликемия» ее продержали в хирургическом отделении до 13 часов, кололи глюкозу и лишь только потом, когда она впала в состояние спутанного сознания, отправили в реанимацию. Утром ДД.ММ.ГГГГ в отделении реанимации, при установке зонда для кормления врач обнаружил симптомы кишечной непроходимости. В 14 часов была проведена повторная операция, в ходе которой обнаружился некроз тканей кишки в результате образования петли. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 40 минут ФИО5 скончалась в отделении реанимации. Считает, что медицинский персонал Волоколамской ЦРБ выразил халатное отношение к своим обязанностям, повлекшее за собой смерть пациента. Был поставлен неверный диагноз. В ходе первой операции ДД.ММ.ГГГГ была поставлена только сетка для устранения грыжи, в результате чего потеряно время для своевременного устранения кишечной непроходимости и выявления причин перитонита. Результаты УЗИ, сделанного в Волоколамской поликлинике, были проигнорированы. Кишечная непроходимость не была устранена во время первой операции, не во время последующих четырех дней, что привело к некрозу тканей кишечника, разлитому перитониту, асептическому шоку и смерти. За месяц до этого ФИО5 в Волоколамской ЦРБ была сделана операция по удалению кисты, в ходе которой хирург впервые обнаружил бедренную грыжу и вставил ее на место, не поставив сетку, что впоследствии и привело к такому итогу. Смерть жены истца причинила ему нравственные страдания, размер компенсации морального вреда истцом определен в сумме <данные изъяты> рублей.

Истец ФИО1 о месте и времени судебного разбирательства извещен, в судебное заседание не явился. Представитель истца по доверенности ФИО9 поддержала исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика по доверенности ФИО6 в судебном заседании иск не признал.

В судебном заседании установлено, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированная по адресу : <адрес>, поступила в хирургическое отделение ГБУЗ МО «Волоколамская районная больница» ДД.ММ.ГГГГ примерно через 10 часов после начала заболевания с ущемленной правосторонней паховой грыжей. Со слов пациентки, грыженосительство более 2 лет, с медленной тенденцией к увеличению. Грыжа перестала вправляться около 2-3 дней назад, появились боли в животе, тошнота и рвота. Пациентка обследована в частном медицинском центре : получены данные за ущемленную паховую грыжу с признаками кишечной непроходимости.

ДД.ММ.ГГГГ в экстренном порядке выполнено грыжесечение справа, пластика грыжевых ворот по Руджи-Парлавеччи, пластика задней стенки пахового канала синтетическим аллотрансплантом. Операционный диагноз : ущемленная правосторонняя бедренная грыжа с непроходимостью. Послеоперационный период в хирургическом отделении протекал гладко. Учитывая длительный период рвоты, обезвоживание, пациентке проводилась дезинтоксикация инфузионная, анальгетическая, антибактериальная, сахароснижающая терапия под контролем уровня глюкозы.

Несмотря на проводимую терапию, ДД.ММ.ГГГГ у пациентки отмечался эпизод гипогликемии, гипертонии, тошнота и рвота. В связи с чем, она осматривалась лечащим врачом, заведующим хирургическим отделением – живот слабо болезненный, отменена инсулинотерапия, выполнялись внутривенные инфузии глюкозы, дексаметазон, кордиамин, появилась заторможенность, сонливость. Выполнена КТ головного мозга – без очаговых изменений. Ввиду неэффективности проводимой терапии, клиническая картина расценена как гипогликемический шок.

В 12 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ для проведения интенсивной терапии больная переведена в реанимационное отделение, где осмотрена неврологом, очаговой симптоматики не выявлено, выражен общемозговой синдром, что с учетом данных гликемического профиля может соответствовать гипогликемической энцефалопатии. Выполнена обзорная рентгенография органов брюшной полости, на которой выявлен свободный газ. Выставлен диагноз: ущемленная правосторонняя бедренная грыжа, перфорация полого органа, перитонит, сепсис, септический шок, синдром полиорганной недостаточности, сахарный диабет 2 типа, инсулинозависимый, гипертоническая болезнь 2 стадии, риск 3, хронический гастрит, хронический панкреатит. Продолжалась интенсивная терапия, наблюдение дежурным хирургом.

ДД.ММ.ГГГГ несмотря на проводимую терапию, отмечалось угнетение уровня сознания, отмечено отделяемой по зонду кишечного характера, отмечены признаки перфорации полого органа, в связи с чем, в экстренном порядке ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 30 минут произведена лапаротомия, резекция тонкой кишки, илеостомия по ФИО2, санация и дренирование брюшной полости. Выполнена ревизия тонкой и толстой кишки, при которой на расстоянии 5 см от илеоцекального перехода обнаружена петля кишки с наличием странгуляционной борозды с перфорацией до 0,5 см, откуда активно поступает тонкокишечное отделяемое. В послеоперационном периоде продолжена интенсивная терапия в условиях реанимационного отделения, несмотря на которую состояние пациентки прогрессивно ухудшалось. Нарастала клиника полиорганной недостаточности. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 10 минут у пациентки произошла остановка сердечной недостаточности. Проводились реанимационные мероприятия в течение 30 минут, без эффекта. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 40 минут констатирована смерть пациентки.

Согласно справке о смерти № А-00662, выданной Волоколамским отделом ЗАГС ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти ФИО5 шок септический, перитонит острый разлитой, грыжа бедренная односторонняя ущемленная.

В ходе судебного разбирательства ранее были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО7 показал, что занимает должность врача-хирурга хирургического отделения ГБУЗ МО «Волоколамская районная больница». Провел ФИО5 первую операцию. Изначально под местной анестезией. При операции поддерживался зрительный и словесный контроль. Операция проходила без осложнений. Кишка была оценена дважды. Некроза кишки не было. Перитонита не было. Перитонит появился как осложнение, а также осложнения связаны с сахарным диабетом. Проследить за осложнениями маловероятно. Пациентке было сделано все положенное. Он был лечащим врачом, пациенту осматривал не только он.

Свидетель ФИО8 показал, что занимает должность заведующего хирургическим отделением ГБУЗ МО «Волоколамская районная больница». Вторую операцию ФИО5 проводил он в экстренном порядке. Пациентка находилась в состоянии крайней степени тяжести. Перитонит является следствием основного заболевания – сахарного диабета, она была на инсулинотерапии. Был снижен сахар в крови. Живот был безболезненный. Спутанное сознание. Упала температура, упало давление. В воскресенье она была осмотрена дежурным хирургом. Была тошнота, рвота. Пациентке проведены ЭКГ, общий и биохимический анализы крови.

По данному делу была проведена судебная комплексная медицинская экспертиза.

Из выводов, изложенных в заключении экспертизы № следует, что ФИО5 при поступлении ДД.ММ.ГГГГ в хирургическое отделение ГБУЗ МО «Волоколамская районная больница» установлен диагноз «Ущемленная правосторонняя паховая грыжа. Сахарный диабет 11 типа, на инсулинотерапии. Гипертоническая болезнь 11 ст. Риск 111. Хронический гастрит. Хронический панкреатит». Имел место дефект диагностики – не диагностировано осложнение ущемленной грыжи пахово-бедренной области – кишечная непроходимость и сопутствующая почечная недостаточность. Были допущены дефекты тактики и лечения : отсутствие интенсивной медикаментозной предоперационной подготовки, консультации терапевта и анастезиолога перед операцией, отсутствие адекватной анастезии, отсутствие назоеюнальной декомпрессии и дренирования кишки во время операции, неадекватный доступ ( не позволяющий провести полноценную ревизию кишки), отсутствие дренирования брюшной полости после операции, недооценка тяжести состояния пациентки в послеоперационном периоде, отсутствие динамического контроля показателей крови (лейкоциты, креатинин,мочевина и др.), запоздалая диагностика перфорации тонкой кишки в месте странгуляционной борозды, несвоевременное повторное оперативное вмешательство ( ДД.ММ.ГГГГ). У ФИО5 имело место заболевание – ущемленная грыжа живота. Это заболевание при прогрессировании неизбежно осложняется кишечной непроходимостью, некрозом стенки кишки ( или другого ущемленного органа) с последующей перфорацией и развитием перитонита. Для предупреждения указанных состояний пациентам в экстренном порядке проводят оперативное вмешательство. Таким образом, полиорганная недостаточность, обусловленная фибринозно-гнойным перитонитом, приведшая к смерти ФИО5, является следствием (осложнением) имевшегося у пациентки до поступления в стационар заболевания – ущемленной грыжи живота. Поэтому, с медицинской точки зрения, между ущемленной грыжей живота, осложненной перфорацией тонкой кишки в месту странгуляции, развитием перитонита, полиорганной недостаточности и наступлением смерти ФИО5 имеется прямая причинно-следственная связь. Правильное оказание медицинской помощи могло бы прервать прямую причинно-следственную связь между заболеванием и наступлением последствий (смерти). Однако, само по себе наступление смерти обусловлено прогрессированием заболевания, имевшегося у пациента до обращения за медицинской помощью, которое реализовалось бы в случае не обращения за медицинской помощью. Поэтому дефекты медицинской помощи явились условиями, в которых происходило естественное закономерное прогрессирование болезни и с медицинской точки зрения в прямой причинно-следственной связи между заболеванием и наступлением смерти не находятся.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда явилось некачественное оказание ФИО5 ( супруге ФИО1 ) медицинской помощи в ГБУЗ МО «Волоколамская районная больница», приведшее, по мнению истца, к смерти жены.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 ГК РФ, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного постановления).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1), по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Волоколамская районная больница» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи со смертью ФИО5 (его жены), медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом.

Ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в оказании ФИО5 медицинской помощи, не соответствующей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (Министерством здравоохранения Российской Федерации).

Принимая во внимание, что ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих оказание медицинской помощи ФИО5 надлежащего качества, суд приходит к выводу о возложении на медицинское учреждение ответственности, связанной с выплатой компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. Данный размер компенсации морального вреда определен судом с учетом требований разумности и справедливости, с учетом степени физических и нравственных страданий истца, с учетом родственных отношений истца с умершей, а также обстоятельств данного дела.

Руководствуясь ст. ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Волоколамская районная больница» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Волоколамская районная больница» в пользу ФИО1 моральный вред в размере <данные изъяты> рублей.

В иске ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Волоколамская районная больница» о возмещении морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Волоколамская районная больница» государственную пошлину в доход государства в сумме <данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме путем подачи жалобы через Волоколамский городской суд Московской области.

Судья : подпись.

Копия верна.

Судья :

Решение вступило в законную силу :

Судья :

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-23\2021 Волоколамского городского суда Московской области.

Судья :