Решение № 2-1431/2024 2-1431/2024~М-1197/2024 М-1197/2024 от 14 октября 2024 г. по делу № 2-1431/2024

Дело №2-1431/2024

61RS0017-01-2024-002579-55


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 октября 2024 года г. Красный ФИО2 Ростовской области

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Сытник И.Ю.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой В.И.,,

с участием помощника Красносулинского городского прокурора Потехина А.А.,

истца ФИО3 и его представителя –ФИО4, действующего по устному заявлению истца,

представителя ответчика – ФИО5, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к АО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с утратой профтрудоспособности по причине установленного профзаболевания,

у с т а н о в и л:

Истец обратился в Красносулинский районный суд с иском к АО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда по тем основаниям, что 11.07.2023 годаво время работы у ответчика в должности «<данные изъяты>»ему впервые установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: «<данные изъяты>

Профессиональное заболевание возникло в результате длительной работы в организации ответчика, в условиях вредных производственных факторов, а именно: длительное воздействие физических нагрузок в течение рабочей смены, нахождение в вынужденной неудобной позе, в связи со сложной горно-геологической обстановкой в горных выработках, недостаточное применение средств малой механизации, а также учитывая вредный стаж 17 лет 6 месяцев.

При исполнении трудовых обязанностей работодателем не были созданы, в соответствии со ст.212 ТК РФ, условия труда, исключающие повреждение здоровья и это привело к повреждению здоровья профессиональным заболеванием, в связи с чем решением Бюро МСЭ от 06.09.2023 ему впервые установлено 40% утраты профтрудоспособности и <данные изъяты> с 01.09.2023 года по 01.09.2024г.

Выявленное у него профессиональное заболевание, причинившее вред его здоровью, причинило ему моральный вред, выразившийся не только в физических страданиях, но и в нравственных переживаниях и страданиях, а именно: постоянно болит в спина, болят ноги в бедрах и икрах(особенно с правой стороны), невозможно передвигаться пешком без боли даже на незначительные расстояния, усиливается боль в спине и в ногах при незначительных физнагрузках, нарушен полноценный сон, присутствует состояние постоянной несобранности и утомляемости, вынужден постоянно принимать лекарства. 07.09.2023 г. был вынужден уволится. По состоянию здоровья продолжать работу на прежнем рабочем месте не имеет возможности. Соответственно потерял возможность иметь заработную плату на прежнем уровне (~70т.р. в месяц).В настоящее время не работает. Устроится на подходящую работу не имеет возможности, ввиду отсутствия подходящей работы, которая соответствовала бы состоянию здоровья.

Из за болезни вынужден большую часть времени и средств тратить на лечение. При прохождении лечения в медучреждениях были назначены прием лекарственных средств: мидокалм, мильгамма, мелоксикам, структум, ацекардол, пентоксифиллин. Так же назначены ЛФК, ортопедический режим передвижение с ортопедическим поясом на спине (поясничный отдел) и санаторно-курортное лечение. Все перечисленные назначения и рекомендации создают большие неудобства для нормальной жизни. Прием лекарств вызывает сонливость, рассеянность, иногда чувство тошноты. Использование поясничного ортопедического пояса облегчает боль в пояснице, но вызывает неудобство при передвижении (потливость, зуд, раздражение, сыпь). 21.09.2023 года ответчиком произведена выплата морального вреда в размере 80 000, 00 рублей, в соответствии с условиями п. 10.1.2 Коллективного договора. Однако, считает размер выплаченной компенсации чрезмерно заниженным, не соответствующим принципам справедливости и соразмерности

На основании вышеизложенного, просит суд взыскать с АО «Донуголь» в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 200000,00 (двести тысяч )рублей.

В судебном заседании истец, представитель истца заявленные исковые требования поддержали в полном объеме мотивируя доводами, изложенными в иске.

Представитель ответчика АО «Донуголь» - ФИО5 заявленные исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве и пояснила, что истцу была выплачена компенсация из расчета 2000 рублей за каждый процент утраты трудоспособности, в соответствии с п. 10.1.2. Коллективного договора АО «ДОНУГОЛЬ», действующего в период получения профзаболевания и установления степени утраты трудоспособности Истцу. 21.09.2023г. общество выплатилоденежные средства в счет компенсации морального вреда в размере 80 000,00 (восемьдесят) рублей, что подтверждается платежным поручением № от 21.09.2023г., что значительно больше суммы, подлежащей выплате по условия коллективного договора. По мнению представителя ответчика, данная сумма соразмерна степени морального вреда, причиненного истцу в результате несчастного случая на производстве. Кроме того истцу было предложен перевод на другую работу, в соответствии с рекомендациями, указанными в программе реабилитации профессионального заболевания, однако истец от данного предложения отказался.

Прокурор в заключении полагал, что исковые требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению, размер компенсации морального вреда просил установить на усмотрение суда.

Суд, выслушав стороны, мнение прокурора, изучив материалы дела, считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В силу ч.2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условия условий труда возлагается на работодателя.

При этом, в силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в коллективном (трудовом) договоре.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

Из разъяснений, данных в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", следует, что в соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что истец работал в АО «ДОНУГОЛЬ» в период:

с 01.12.2008 по 20.09.2022 года -по профессии <данные изъяты> с полным подземным рабочим днем в шахте, с 30.07.2013 года по 07.09.2023 года-по профессии <данные изъяты> с полным подземным рабочим днем в шахте (л.д. <данные изъяты>).

07.09.2023 года в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением, трудовой договор между работником и работодателем был расторгнут, что подтверждается приказом № от 07.09.2023. (л.д<данные изъяты>).

Также в судебном заседании установлено, что в период работы истца в АО «Донуголь» им получено профессиональное заболевание - <данные изъяты>

Названные обстоятельства подтверждаются справкой серии <данные изъяты> № от 06.09.2023, актом № от 28.07.2023 о случае профессионального заболевания, протоколом заседания комиссии по расследованию случая профессионального заболевания у работника от 28.07.2023 г., санитарно-гигиенической характеристикой условий труда истца от 16.05.2023, медицинскими документами, представленными истцовой стороной в качестве доказательств.

Из акта о случае профессионального заболевания следует, что профессиональное заболевание у истца возникло в условиях длительного воздействия вредных производственных факторов в результате его работы в том числе, АО «Донуголь». Вышеназванным актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту его работы.

Истцу установлено 40 % утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в АО «Донуголь», на срок до 01.09.2024 (л.д<данные изъяты>).

Доказано, что истец испытывал воздействие вредных факторов при исполнении трудовых обязанностей в период работы у ответчика и что профессиональное заболевание впервые установлено ему в период работы именно в АО «Донуголь».

Согласно справки <данные изъяты> № от 06.09.2023 ему установлена 3 группа инвалидности по профессиональному заболеванию.(л.д. <данные изъяты>

Также из материалов дела следует, что в АО «ДОНУГОЛЬ» действует Коллективный договор, заключенный на период с 20.03.2019 года по 19.03.2022 года, который прошел уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития ФИО1 <адрес>, регистрационный №, срок действия которого продлен до 19.03.2025 года Дополнительным соглашением №, прошедшим уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития ФИО1 <адрес>, регистрационный №.

Согласно п. 10.1.2. Коллективного договора АО «ДОНУГОЛЬ», действующего в период получения травмы на производстве и установления степени утраты трудоспособности истцу, предусмотрено, что работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью в вследствие профессионального заболевания, связанного с производством, пи условии установления даты заболевания в период работы в АО «Донуголь», в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, с учетом периода работы в АО «Донуголь».

Ответчиком 21.09.2023 г. произведена единовременная выплата в счет компенсации морального вреда истцу в размере 80000,00 рублей, расчет которой произведен по пункту 10.1.2 Коллективного договора на 2019-2025 годы. (л.д.<данные изъяты>

На основании статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

Коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей (часть 1 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).

Содержание и структура коллективного договора определяются сторонами (часть 1 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации). В коллективный договор могут включаться обязательства работников и работодателя, в том числе по выплате пособий и компенсаций, экологической безопасности и охране здоровья работников на производстве, другие вопросы, определенные сторонами (часть 2 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ (ст. 1064-1101) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ч.3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно не могут ограничивать это право и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела.

Как видно из материалов дела, истец испытывает физическую боль и нравственные страдания, в связи с необходимостью периодически обращаться за медицинской помощью, переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможностью выбирать работу по своему усмотрению, материально обеспечивать семью.

Причинителем вреда здоровью истца, в данном случае, является ответчик, во время работы у которого у истца установлено профессиональное заболевание, а также утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для подземных работников.

Изложенное подтверждается и актом о случае профессионального заболевания от 28.07.2023г., в котором указано, что профессиональное заболевание у истца возникло, в том числе, в связи с его работой на предприятии ответчика, указан стаж работы и условия работы истца на всех предприятиях, где работал истец, при этом, никаких ссылок на долевую ответственность работодателей ответчиком не сделано.

Согласно имеющимся в деле медицинским документам сведений об установлении ФИО3 ранее профессионального заболевания не имеется.

В судебном заседании установлено, что при прохождении периодических медицинских осмотров за время работы ФИО3 у ответчика, он был признан годным к работе в подземных условиях по профессии.

Исходя из этого, следует учесть 100% вины ответчика в причинении вреда здоровью ФИО3

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, суд, учитывая фактические обстоятельства, подлежащие установлению при определении размера компенсации морального вреда с учетом положения ст.151 Гражданского кодекса РФ, приходит к выводу о том, что в данном случае размер единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием подлежит определению не только с учетом положений п. п.10.1.2 ФИО6 «Донуголь», но и с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств установления профессионального заболевания, в связи с чем, с учетом вышеизложенного взысканию с ОАО «Донуголь» в пользу ФИО3 подлежит единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, не считая выплаченных ответчиком истцу денежных сумм в размере 80 000 рублей, в связи с утратой профессиональной трудоспособности в сумме 200 000 руб., как соответствующая степени нравственных страданий истца, а также отвечающая требованиям разумности и справедливости.

На основании ст. 333.19 ч.1 п.3 НК РФ, суд также взыскивает с ответчика госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 рулей.

Руководствуясь 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3.

Взыскать с акционерного общества «Донуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 615501001) в пользу ФИО3 компенсацию в счет возмещения морального вреда; в связи с утратой профтрудоспособности по причине установленного профзаболевания в размере 200 000 (двести тысяч) рублей 00 коп.

Взыскать с акционерного общества «Донуголь» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через Красносулинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 25 октября 2024 года.

Судья: И.Ю. Сытник