Постановление № 5-44/2019 от 7 июля 2019 г. по делу № 5-44/2019

5-44/2019


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

8 июля 2019 года город Борзя

Судья Борзинского гарнизонного военного суда Шнорр Алексей Геннадьевич, при секретаре судебного заседания Бугаевой Н.Ф., с участием лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 и защитника – адвоката Милорадова В.В., в помещении Борзинского гарнизонного военного суда, расположенного по адресу: Забайкальский край, город Борзя, улица имени Сергея Лазо, дом 104, рассмотрев дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении военнослужащего <данные изъяты><данные изъяты>

ФИО1, <данные изъяты>

установил:

ФИО1, при отсутствии в его действиях уголовно наказуемого деяния, в 01 час 43 минуты 26 мая 2019 года в районе дома <адрес>, в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее по тексту – ПДД РФ), с признаками опьянения управлял транспортным средством – легковым автомобилем марки «Тойота Ипсум» («Toyota Ipsum»), государственный регистрационный знак (далее по тексту – г.р.з.) №. В это же время он был задержан инспектором ДПС, после чего установленным порядком освидетельствован на состояние алкогольного опьянения. По результатам освидетельствования у ФИО1 в 02 часа 07 минут тех же суток было установлено состояние алкогольного опьянения.

ФИО1 виновным себя в совершении вменяемого ему деяния не признал и пояснил, что при указанных в описательной части постановления времени и обстоятельствах он автомобилем марки «Тойота Ипсум» не управлял, а лишь находился на водительском месте.

В обоснование такой позиции ФИО1 пояснил, что в ночь с 25 на 26 мая 2019 года он с друзьями в гараже распивал спиртное в связи с празднованием профессионального праздника Дня кинолога. В связи с тем, что у них закончились спиртные напитки, он около 23-х часов 25 мая 2019 года позвонил своему знакомому ФИО12 с просьбой довезти его на автомобиле «Тойота Ипсум» до ближайшего магазина с целью приобретения пива, на что получил согласие последнего. После прибытия ФИО12 они отправились на указанном автомобиле в пивную лавку <данные изъяты>, расположенную на улице <адрес>, для приобретения пива. При этом автомобилем управлял ФИО12, а он находился на заднем пассажирском сидении. После того, как они около 01 часа 26 мая 2019 года подъехали к упомянутой торговой точке, ФИО12 на мобильный телефон позвонила его девушка с жалобами на внезапное ухудшение состояние её здоровья, в связи с чем ФИО12 направился домой, а он сразу же пересел на место водителя, поскольку ему так было удобно разговаривать с его другом, который находился на переднем пассажирском сидении. Примерно через пять минут к автомобилю «Тойота Ипсум» подъехал служебный автомобиль ДПС. Инспекторы ДПС препроводили его в указанный автомобиль, где составили в отношении него протокол об административном правонарушении за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

Наряду с этим ФИО1 пояснил, что во время составления в отношении него административного материала он действительно не отрицал свою причастность к совершению вменяемого ему административного правонарушения, поскольку находился в подавленном психоэмоциональном состоянии и не понимал сути совершаемых в отношении него процессуальных действий.

Милорадов В.В. позицию своего подзащитного поддержал и заявил, что вина ФИО1 к совершению вменяемому ему деяния не подтверждается фактическими обстоятельствами дела. Так, по его мнению, материалами дела не подтверждён факт управления автомобилем именно ФИО1, поскольку видеозапись фиксации административного правонарушения таких данных не содержит. При этом упомянутая видеозапись свидетельствует о том, что автомобиль марки «Тойота Ипсум» напротив находится без движения и у него были выключены передние фары освещения. Кроме того, инспекторами ДПС при преследовании автомобилей использовался нештатный фронтальный видеорегистратор, что ставит под сомнение законность производства видеозаписи фиксации административного правонарушения. Более того, из содержания протокола об административном правонарушении следует, что ФИО1 якобы были разъяснены его права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, и положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, о чём в указанном документе имеются подписи его подзащитного. Вместе с тем, из содержания видеозаписи фиксации административного правонарушения следует, что ФИО1, в нарушение ч. 3 ст. 28.2 КоАП РФ, непосредственно перед составлением данного протокола положения этих статей ему повторно разъяснены не были. Инспектором ДПС ФИО1 было лишь предложено поставить свою подпись в соответствующей графе протокола. При таких обстоятельствах ФИО1, при составлении протокола об административном правонарушении, не был осведомлён об объёме представленных ему процессуальных прав, гарантированных ему, как КоАП РФ, так и Конституцией Российской Федерации, что повлекло нарушение его права на защиту. Кроме того, согласно содержанию протокола об отстранении от управления транспортным средством, данная обеспечительная мера была применена к ФИО1 в 01 час 43 минуты 26 мая 2019 года, тогда как такое время вступает в противоречие со временем, отражённым на видеозаписи фиксации административного правонарушения. При этом согласно содержанию видеозаписи, снятой с видеорегистратора служебного автомобиля ДПС, в указанное время сотрудники полиции осуществляли преследование автомобиля марки «Лексус» и только-лишь в 01 час 43 минуты 43 секунды подъехали к автомобилю ФИО1, что с учётом его покидания и первичного общения с последним, отстранение его от управления транспортным средством за временной промежуток в 17 секунд выполнить не представляется возможным. Таким образом, неверное указание в протоколе времени отстранения ФИО1 от управления транспортным средством является недопустимым. В этой связи, протокол об отстранении от управления транспортным средством и протокол об административном правонарушении должны быть признаны недопустимыми доказательствами. Более того, поскольку служебный автомобиль ДПС был оборудован нештатным фронтальным видеорегистратором, указанное обстоятельство ставит под сомнение законность произведённой при помощи него видеозаписи и также влечёт её признание недопустимым доказательством.

В заключении Милорадов В.В. заявил, что все неустранимые сомнения о виновности ФИО1 в совершении вменяемого ему административного правонарушения должны быть истолкованы в пользу его подзащитного, а производство по делу подлежит прекращению в связи с отсутствием события административного правонарушения, либо в связи с недоказанностью.

Заслушав пояснения ФИО1, защитника Милорадова В.В., показания свидетелей, а также исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, судья приходит к следующему.

Так, в силу ч. 1, 2 ст. 26.2 КоАП РФ, доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

В силу п. 2.7 ПДД РФ, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомлённом состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Как указано в ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ, лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 настоящей статьи.

Согласно ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Из содержания п. 2 и 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствовании на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475, следует, что освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения, медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения подлежит водитель транспортного средства, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения. Достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Согласно п. 40 Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утверждённого приказом МВД России от 23 августа 2017 года № 664 (далее по тексту – Регламент), для видеозаписи процессуальных действий, проводимых без участия понятых, допускается использование сотрудником цифровой аппаратуры (носимых видеорегистраторов, видеокамер, фотоаппаратов с функцией видеозаписи, прочих устройств, позволяющих осуществлять видеозапись). Полученные при совершении административных действий видеозаписи, приобщаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечёт наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля инспектор <данные изъяты> ФИО18 показал, что 26 мая 2019 года он совместно с инспектором ДПС ФИО19 на служебном автомобиле осуществлял патрулирование <адрес>. Примерно во 2-м часу указанных суток на <адрес> ими были замечены два подозрительных автомобиля марок «Тойота Ипсум» и «Лексус», которые двигались колонной в одном направлении. При этом впереди двигался автомобиль марки «Тойота Ипсум», а за ним автомобиль марки «Лексус». Ими было принято решение проверить водителей данных автомобилей, после чего они начали их преследование с применением звуковой сигнализации и проблесковых маячков. В ходе преследования автомобиль марки «Лексус» резко увеличил скорость и скрылся, после чего при выезде на перекрёсток с <адрес>, они заметили в движении схожий по приметам автомобиль марки «Тойота Ипсум», который резко приняв вправо, остановился возле пивной лавки <данные изъяты>, расположенной в доме №, и выключил свет фар. При этом данный автомобиль находился в поле его зрения и из виду не терялся. При проверке у водителя документов было установлено, что данным автомобилем управлял ФИО1 Кроме ФИО1 в автомобиле находился молодой человек, который располагался на переднем левом пассажирском сидении. Поскольку у ФИО1 были выявлены признаки алкогольного опьянения, а именно запах алкоголя изо рта и резкое изменение окраски кожных покровов лица, он был препровождён в служебный автомобиль ДПС для его отстранения от управления транспортным средством. При отстранении ФИО1 были разъяснены его процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, а также положения ст. 51 Конституции Российской Федерации. При этом ФИО1 пояснил им, что незадолго до этого он с друзьями в гараже распивал спиртное и не отрицал факта управления автомобилем в состоянии опьянения. Затем ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, на что он дал своё согласие. По результатам освидетельствования у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения. С результатом освидетельствования ФИО1 согласился, о чём собственноручно сделал запись в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, удостоверив её своей подписью. После этого в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля инспектор <данные изъяты> ФИО19 показал, что 26 мая 2019 года он совместно с инспектором ДПС ФИО18 на служебном автомобиле осуществлял патрулирование <адрес>. Примерно во 2-м часу тех же суток на <адрес> ими были замечены два автомобиля марок «Тойота Ипсум» и «Лексус», которые двигались колонной в одном направлении со стороны <адрес>. При этом впереди двигался автомобиль марки «Тойота Ипсум», а за ним автомобиль марки «Лексус». Данные автомобили показались им подозрительными, в связи с чем было принято решение проверить указанные транспортные средства, после чего они начали их преследование с применением звуковой сигнализации и проблесковых маячков. В ходе преследования автомобиль марки «Лексус» повернул вправо, а автомобиль марки «Тойота Ипсум» продолжил движение в прямом направлении. Они начали преследование автомобиля марки «Лексус», однако ему удалось скрыться, после чего при выезде на перекрёсток с <адрес>, они заметили в движении схожий по приметам автомобиль марки «Тойота Ипсум», который резко приняв вправо, остановился возле пивной лавки <данные изъяты> и выключил свет фар. Данный автомобиль находился в поле его зрения и из виду не терялся. В ходе проверки у водителя документов было установлено, что этим автомобилем управлял ФИО1 Кроме ФИО1 в автомобиле находился молодой человек, который располагался слева на переднем пассажирском сидении. В ходе выяснения маршрута движения автомобиля «Тойота Ипсум», ФИО1 пояснил им, что он двигался на данном автомобиле из гаража, где незадолго до этого с друзьями употреблял спиртные напитки. Поскольку от ФИО1 исходил резкий запах алкоголя, он был препровождён в служебный автомобиль ДПС для отстранения от управления транспортным средством. При этом ФИО1 не отрицал факта управления автомобилем в состоянии опьянения и пояснил им, что ехал за пивом. При отстранении инспектор ДПС ФИО18 разъяснил ФИО1 его процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, и положения ст. 51 Конституции Российской Федерации. Затем ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, на что он дал своё согласие. По результатам освидетельствования у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения. С результатом освидетельствования ФИО1 согласился, о чём собственноручно сделал запись в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, удостоверив её своей подписью. После этого в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ.

Наряду с этим ФИО18 и ФИО19, каждый в отдельности, пояснили, что перед составлением протокола об административном правонарушении необходимость повторного разъяснения ФИО1 положений ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции Российской Федерации отсутствовала, поскольку указанные законодательные нормы ему были разъяснены при отстранении от управления транспортным средством. При этом действительно служебный автомобиль ДПС был оборудован нештатным фронтальным видеорегистратором, поскольку штатное видеозаписывающее устройство было демонтировано ввиду его неисправности. Вместе с тем, положения Регламента не содержат запрета на использование нештатного видеорегистратора в целях фиксации административного правонарушения. Более того, при указании в протоколе времени отстранения ФИО1 от управления транспортным средством они вовсе не руководствовались показаниями времени, отображаемыми часами фронтального видеорегистратора. Кроме того, в момент, когда они подъехали к автомобилю «Тойота Ипсум», каких-либо перемещений находящихся в нём лиц не происходило.

ФИО1 и Милорадов В.В. в судебном заседании, каждый в отдельности, заявили о несогласии с показаниями свидетелей ФИО18 и ФИО19, пояснив, что указанные лица оговаривают ФИО1 ввиду служебной заинтересованности в разрешении дела. При этом их показания об обнаружении на <адрес> схожего по приметам автомобиля марки «Тойота Ипсум» носят предположительный характер.

Допрошенный в судебном заседании свидетель защиты ФИО12 показал, что 25 мая 2019 года он находился у себя дома. Около 23-х часов указанных суток ему позвонил ФИО1, который попросил повозить его на принадлежащем ему, ФИО1, автомобиле марки «Тойота Ипсум» по <адрес> в целях приобретения пива, на что он дал своё согласие. Прибыв к ФИО1 в гараж, он сел за руль указанного автомобиля, после чего они совместно стали следовать на нём по улицам названного населённого пункта. При этом ФИО1 разместился на заднем пассажирском сидении, а на переднем пассажирском сидении находился его знакомый, данные о личности которого ему не известны. В ходе следования на автомобиле по улицам <адрес> их не преследовал патрульный автомобиль ДПС. Между тем, около 01 часа 26 мая 2019 года при движении по <адрес> ему по мобильному телефону позвонила его девушка, которая пожаловалась на ухудшение состояния её здоровья, в связи с чем он остановил автомобиль возле пивной лавки <данные изъяты> и отправился домой. Поскольку действительно состояние здоровья его девушки ухудшилось, он принял решение не возвращаться к автомобилю и остался дома. Что происходило далее ему не известно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель защиты ФИО28 показал, что около 02-х часов 26 мая 2019 года он следовал из кафе домой по <адрес>. Проходя мимо пивной лавки <данные изъяты> он увидел автомобиль марки «Тойота Ипсум», принадлежащий ФИО1, и служебный автомобиль ДПС. Он подошёл к служебному автомобилю ДПС, где на его заднем сидении обнаружил ФИО1 На его вопрос, что происходит, ФИО1 ответил ему, что он просто сидел за рулём автомобиля «Тойота Ипсум», однако им не управлял. Однако сотрудники полиции без объяснения причин его задержали и в настоящее время оформляют административный материал за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Наряду с этим ФИО1 пояснил ему, что в действительности автомобилем управлял его знакомый ФИО12 В то же время, по внешним признакам ФИО1 находился в трезвом состоянии, запаха алкоголя он от него не исходило. После этого он порекомендовал ФИО1 доложить о данном факте начальнику подразделения, после чего отправился домой.

Как видно из содержания справки начальника <данные изъяты> от 27 мая 2019 года № №, ФИО1 в списках лишённых права управления транспортными средствами не значится, имеет водительское удостоверение №.

Из данных, содержащихся в протоколе об отстранении от управления транспортным средством от 26 мая 2019 года № следует, что ФИО1 в 01 час 43 минуты указанных суток в районе дома <адрес> инспектором ДПС ФИО18 был отстранён от управления транспортным средством – легковым автомобилем марки «Тойота Ипсум», г.р.з. №, в связи с наличием у него признаков опьянения – запаха алкоголя изо рта и резкого изменения окраски кожных покровов лица.

Из содержания контрольного талона показаний измерительного прибора «Алкотектор Юпитер» (заводской номер 006158, дата последней проверки прибора 21 июня 2018 года) и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 26 мая 2019 года 75 АО № следует, что у ФИО1 в 02 часа 07 минут тех же суток установлено состояние алкогольного опьянения. Концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом ФИО1 воздухе по результатам измерения составила 0,559 мг/л. При этом в графе упомянутого акта «С результатом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения» имеется собственноручная запись ФИО1 «Согласен», удостоверенная его подписью.

Согласно протоколу об административном правонарушении № от 26 мая 2019 года, ФИО1, при отсутствии в его действиях уголовно наказуемого деяния, при указанных в описательной части постановления времени и обстоятельствах управлял транспортным средством – легковым автомобилем марки «Тойота Ипсум», г.р.з. №, в состоянии опьянения, чем нарушил п. 2.7 ПДД РФ.

В то же время материалы дела об административном правонарушении не содержат сведений, свидетельствующих о наличии в указанных выше действиях ФИО1 уголовно наказуемого деяния.

В судебном заседании была просмотрена видеозапись фиксации административного правонарушения, приложенная к материалам дела.

Как видно из просмотренного видеофайла № служебный автомобиль ДПС по просёлочной дороге следует за автомобилями марок «Тойота Ипсум» и «Лексус», которые двигаются друг за другом в одном направлении. После выезда на асфальтированную автодорогу служебный автомобиль ДПС начинает преследование автомобилей с включением световой сигнализации. Автомобиль марки «Лексус» сворачивает вправо на не асфальтированную дорогу, а служебный автомобиль ДПС продолжает его преследование. Между тем, автомобиль марки «Лексус» резко увеличивает скорость движения и через непродолжительное время скрывается от преследования. Служебный автомобиль ДПС продолжает движение по не асфальтированной дороге и подъезжает к перекрёстку дороги с асфальтированным покрытием несколько замедлив скорость движения, после чего сворачивает налево и подъезжает к припаркованному у края проезжей части автомобилю марки «Тойота Ипсум»

Согласно просмотренному видеофайлу № инспектор ДПС ФИО18 в присутствии инспектора ДПС ФИО19 в служебном автомобиле составляет протокол об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством в связи с наличием у него признаков опьянения – запаха алкоголя изо рта и резкого изменения окраски кожных покровов лица, разъясняет при этом положения ст. 51 Конституции Российской Федерации и права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ. На вопрос ФИО18 ФИО1 отвечает, что указанные нормативные положения ему понятны, после чего ФИО1 знакомится с содержанием протокола, где ставит свои подписи в соответствующих графах, после чего получает его копию. На предложение ФИО18 о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте ФИО1 отвечает согласием. После этого ФИО1 продувает воздух в измерительный прибор, который после проведённого анализа показывает концентрацию абсолютного этилового спирта в выдыхаемом им воздухе 0, 559 мг/л. ФИО19 демонстрирует показания прибора на камеру видеорегистратора. ФИО18 составляет акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. ФИО1 с результатом освидетельствования соглашается, о чём делает запись в соответствующей графе указанного документа и удостоверяет её своей подписью, после чего получает копию акта. После этого ФИО18 составляет протокол об административном правонарушении. На предложение ФИО18 изложить в протоколе свои объяснения по обстоятельствам совершённого административного правонарушения ФИО1 вносит в соответствующую графу документа запись «Нет объяснений». При этом ФИО18 предлагает ФИО1 поставить свою подпись в графе протокола о разъяснении положений ст. 51 Конституции Российской Федерации и прав, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ, которые ему были разъяснены ранее. ФИО18 вручает ФИО1 копию протокола. В то же время ФИО1 во время составления в отношении него административного материала не отрицает свою причастность к управлению транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, подписывает все составленные в отношении него процессуальные документы без замечаний.

Таким образом, совокупность приведённых выше доказательств позволяет признать вину ФИО1 в управлении транспортным средством в состоянии опьянения установленной и доказанной.

Утверждение ФИО1 о том, что он автомобилем не управлял и ссылку Милорадова В.В. на то, что материалами дела не подтверждён факт управления автомобилем его подзащитным, поскольку видеозапись фиксации административного правонарушения таких данных не содержит, нельзя признать состоятельными по следующим основаниям.

Так, субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, является водитель транспортного средства. В силу пункта 1.2 ПДД РФ, водителем признается лицо, управляющее каким-либо транспортным средством.

Как следует из содержащихся в материалах письменных доказательств, в частности, протокола об отстранении от управления транспортным средством, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокола об административном правонарушении, а также пояснений, данных в суде свидетелями ФИО18 и ФИО19 следует, что транспортным средством управлял именно ФИО1 Более того, ФИО1 прошёл процедуру освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, предусмотренную в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении водителей транспортных средств, и не отрицал свою причастность к управлению транспортным средством. На месте совершения административного правонарушения ФИО1 не оспаривал результат освидетельствования, факт совершения административного правонарушения и его юридическую оценку, что подтверждается его собственноручной записью «Согласен» и подписью в соответствующей графе акта освидетельствования. При этом ФИО1 подписал протокол об административном правонарушении без замечаний. В то же время Закон не содержит требований об обязательном подтверждении факта управления транспортным средством видеозаписью. Таким образом, ФИО1 являлся водителем транспортного средства, в связи с чем обоснованно признан субъектом вменённого ему административного правонарушения.

В то же время ФИО1, при составлении в отношении него процессуальных документов не был лишён права в своих замечаниях заявить о том, что автомобилем он не управлял, однако этим правом не воспользовался, с административным правонарушением согласился, подписав все составленные в отношении него процессуальные документы без замечаний.

Наряду с этим, следует отметить, что изложенная ФИО1 версия о его непричастности к управлению транспортным средством возникла у него в ходе судебного рассмотрения настоящего дела. Между тем, из содержания произведённой сотрудниками полиции при оформлении административного материала видеозаписи усматривается, что ФИО1 факта управления транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения не отрицал.

Утверждения ФИО1 о том, что во время составления в административного материала он действительно не отрицал свою причастность к совершению вменяемого ему административного правонарушения, поскольку находился в подавленном психоэмоциональном состоянии и не понимал сути совершаемых в отношении него процессуальных действий, являются надуманными, поскольку объективная оценка его внешнего вида и поведения, зафиксированная на видеозаписи, свидетельствует об обратном. Данные видеозаписи, бесспорно, указывают на то, что ФИО1 отчётливо понимал существо вменяемого ему административного правонарушения, каких-либо замечаний и возражений по поводу необоснованности проводимых инспектором ДПС в отношении него действий не высказывал, подписал все составленные в отношении него процессуальные документы без замечаний.

Довод Милорадова В.В. о том, что инспекторами ДПС при преследовании автомобилей использовался нештатный фронтальный видеорегистратор, что ставит под сомнение законность производства видеозаписи фиксации административного правонарушения, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и не ставит под сомнение обоснованность его привлечения к административной ответственности.

Заявление Милорадова В.В. о признании недопустимым доказательством видеозаписи фиксации административного правонарушения, поскольку она была сделана при помощи нештатного фронтального видеорегистратора служебного автомобиля ДПС, судья расценивает как необоснованное и отвергает его, поскольку в силу положений ст. 26.2 КоАП РФ, доказательствами являются фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. При этом не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведённой в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением Закона. Следовательно, КоАП РФ не содержит какого-либо запрета на использование в качестве доказательств видеозаписи, сделанной при помощи нештатного видеорегистратора, установленного в служебном автомобиле ДПС. Оснований считать, что данная видеозапись была получена с нарушениями Закона, у судьи не имеется, поскольку она не искажает события административного правонарушения и действий лица, причастного к его совершению, в связи с чем не может быть признана недопустимым доказательством

Утверждение Милорадова В.В. о том, что при составлении протокола об административном правонарушении ФИО1 повторно не были разъяснены его права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, и положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, в связи с чем он не был осведомлён об объёме представленных ему процессуальных прав, гарантированных указанными нормами, что повлекло нарушение права на защиту, судья отвергает ввиду следующего.

Так, согласно пояснениям свидетелей ФИО18 и ФИО19 процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, и положения ст. 51 Конституции Российской Федерации были разъяснены ФИО1 при отстранении от управления транспортным средством. Приведённое обстоятельство подтверждается видеозаписью фиксации административного правонарушения. Таким образом, анализ изложенного позволяет утверждать, что ФИО1 был осведомлён об объёме предоставленных ему процессуальных прав, в том числе права на защиту, в связи с чем обязанность повторно разъяснять ему указанные нормативные положения перед составлением протокола об административном правонарушении у инспекторов ДПС отсутствовала.

Изложенный Милорадовым В.В. довод о том, что время отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, указанное в соответствующем протоколе, не совпадает со временем, отражённым на видеозаписи фиксации административного правонарушения, что является недопустимым, судья оценивает критически, поскольку несоответствие в протоколе времени его составления времени, зафиксированному видеорегистратором, не является существенным недостатком протокола. Кроме того, свидетели ФИО18 и ФИО19 в судебном заседании пояснили, что при указании в протоколе времени отстранения ФИО1 от управления транспортным средством они вовсе не руководствовались временными показаниями часов фронтального видеорегистратора. Между тем, сам ФИО1 каких-либо возражений или замечаний относительно достоверности сведений о времени его отстранения от управления транспортным средством, при составлении соответствующего протокола не привёл.

Отстранение ФИО1 от управления транспортным средством произведено в соответствии с положениями ст. 27.12 КоАП РФ. Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом с соблюдением положений ст. 28.2 КоАП РФ. Существенных нарушений при составлении протоколов допущено не было. В этой связи оснований для признания указанных документов недопустимыми доказательствами по делу не имеется.

Доводы ФИО1 и Милорадова В.В. об оговоре ФИО1 инспекторами ДПС ввиду служебной заинтересованности в разрешении дела, носят предположительный характер и ничем объективно не подтверждаются. В ходе судебного рассмотрения дела какой-либо личной или служебной заинтересованности инспекторов ДПС в привлечении ФИО1 к административной ответственности не установлено, доказательств обратного ни ФИО1, ни Милорадовым В.В. не представлено. Нахождение инспекторов ДПС при исполнении своих служебных обязанностей и обнаружение в связи с этим в действиях ФИО1 признаков административного правонарушения, само по себе о такой заинтересованности не свидетельствует.

Утверждения ФИО1 и Милорадова В.В. о предположительном характере показаний свидетелей ФИО18 и ФИО19, в части обнаружения на <адрес> схожего по приметам автомобиля марки «Тойота Ипсум», не влияют на законность и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности за вмененный состав правонарушения.

Показания свидетелей защиты ФИО12 и ФИО28 о якобы непричастности ФИО1 к совершению вменяемого ему административного правонарушения, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного рассмотрения настоящего дела. Так, показания указанных свидетелей опровергаются последовательными и согласующимся между собой показаниям свидетелей ФИО18 и ФИО19, письменными доказательствами по делу и видеозаписью фиксации административного правонарушения. В связи с этим, судья расценивает показания свидетелей ФИО12 и ФИО28, находящихся с ним в дружеских и служебных отношениях, соответственно, как недостоверные и отвергает их.

Поскольку факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, нашёл своё подтверждение, оснований для прекращения производства по настоящему делу по указанным Милорадовым В.В. доводам не имеется.

Иные доводы, приведённые ФИО1 и ФИО2 в ходе рассмотрения дела в обоснование своей позиции, не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и не ставят под сомнение обоснованность его привлечения к административной ответственности.

Таким образом, оценив в совокупности имеющиеся по делу доказательства, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывает, судья находит установленным совершение ФИО1 административного правонарушения и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, как управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, не содержащее в таких действиях уголовно наказуемого деяния.

При назначении ФИО1 административного наказания судья учитывает личность виновного, а также характер совершённого им административного правонарушения, объектом которого являются общественные отношения, возникающие в сфере безопасности дорожного движения.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих ФИО1 административную ответственность, не установлено.

В то же время судья не усматривает наличия исключительных обстоятельств, связанных с характером совершённого административного правонарушения, личностью и имущественным положением ФИО1, которые в силу ч. 2.2 ст. 4.1 КоАП РФ позволили бы назначить ему административное наказание в виде наложения административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 29.9 и 29.10 КоАП РФ, судья

постановил:

Признать ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, на основании которой назначить ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

Сумма административного штрафа должна быть внесена либо перечислена ФИО1 по реквизитам: УФК по Забайкальскому краю (УМВД России по Забайкальскому краю, лицевой счёт <***>), ИНН: <***>, КПП: 753601001, расчётный счёт: <***>, банк получателя: ГРКЦ ГУ Банка России по Забайкальскому краю город Чита, КБК: 18811630020016000140, БИК: 047601001, ОКТМО: 76612151, УИН: 18810475190130001019, не позднее шестидесяти дней со дня вступления настоящего постановления в законную силу.

Разъяснить, что в течение трёх рабочих дней со дня вступления в законную силу настоящего постановления ФИО1 надлежит сдать водительское удостоверение в подразделение Госавтоинспекции, исполняющее вид административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, а в случае утраты данного документа в тот же срок заявить об этом в указанный орган.

Постановление может быть обжаловано в Восточно-Сибирский окружной военный суд путём подачи жалобы судье, которым вынесено постановление, либо непосредственно в Восточно-Сибирский окружной военный суд в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Судья А.Г. Шнорр