Апелляционное определение № 33-305/2026 от 14 апреля 2026 г.

Судья Нецветаева И.В.

49RS0001-01-2025-008022-22

Дело № 2-340/2026

33-305/2026

15 апреля 2026 года

город Магадан

МАГАДАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Магаданского областного суда в составе:

председательствующего Кречетова А.А.,

судей Леонтьевой Е.А., Семёновой М.В.,

при секретаре Дергачевой В.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Магаданского областного суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области о признании незаконным приказа о внесении изменений в должностной регламент, возложении обязанности восстановить действие должностного регламента и обеспечить возможность исполнения должностных обязанностей, установлении факта совершения дискриминирующих действий, компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам ФИО1, Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области на решение Магаданского городского суда Магаданской области от 27 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Магаданского областного суда Кречетова А.А., пояснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО2, поддержавших поданную истцом апелляционную жалобу и возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика, пояснения представителей ответчика ФИО3, ФИО4, поддержавших поданную ответчиком апелляционную жалобу и возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы истца, судебная коллегия по гражданским делам Магаданского областного суда

установила:

ФИО1 обратилась в Магаданский городской суд с иском к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области (далее - Управление Роспотребнадзора по Магаданской области) о признании незаконными приказов, возложении обязанности восстановить действие должностного регламента и обеспечить возможность исполнения должностных обязанностей, установлении факта совершения дискриминирующих действий, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что на основании служебного контракта от 27 мая 2019 года № 27К/19-27 она замещает должность ведущего специалиста-эксперта отдела организации и социально-гигиенического мониторинга Управления Роспотребнадзора по Магаданской области.

23 сентября 2025 года ответчик ознакомил ее с приказом № ПР-285-2025 о внесении изменений в должностной регламент.

Данный приказ вносит кардинальные изменения в её должностной регламент, исключает более 20 ключевых пунктов, составляющих суть её трудовой функции, и вменяет новую обязанность по осуществлению отправки исходящей корреспонденции Управления почтовыми отправлениями, которая носит технический, курьерский характер и не соответствует квалификационным требованиям и должности ведущего специалиста-эксперта государственной гражданской службы.

25 сентября 2025 года работодателем издан приказ № ПР-287-2025, возлагающий на нее обязанность вести журнал передачи документов для почтового отправления, что, по её мнению, подтверждает фактический перевод её трудовой функции на низкоквалифицированные технические задачи.

Ответчик допустил грубые нарушения установленного законом порядка внесения изменений в должностной регламент, поскольку изменил ее трудовые функции без ее согласия и без уведомления о предстоящих изменениях не менее чем за 2 месяца.

Предоставленное ей новое рабочее место не соответствует требованиям охраны труда (у окна, рядом с батареями), без доступа к необходимым для работы информационным ресурсам.

Действия Управления Роспотребнадзора по Магаданской области ущемляют её права на реализацию профессиональных навыков и карьерный рост, могут быть квалифицированы как дискриминация и принуждение к увольнению путём создания невыносимых условий службы. Непредставление ей доступа к системе электронного документооборота, интернету и другим ресурсам не позволяет ей выполнять должностные обязанности. Как следствие, неправомерное изменение условий её контракта и создание препятствий к выполнению работы привели к тому, что с 24 сентября 2025 года она фактически отстранена от исполнения своих обязанностей по вине представителя нанимателя и переведена на работу, предусматривающую более низкую квалификацию и нижестоящую должность.

Данные действия представляют собой скрытую дискриминацию и принуждение к увольнению, причинили ей моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. При этом её нравственные страдания связаны с односторонним, грубым изменением её трудовой функции с квалифицированной экспертной деятельности на техническую работу курьера, что является актом пренебрежения и дискредитации её как профессионала с высшим образованием и многолетним опытом государственной службы, низвело её статус в коллективе, вызвав чувство беспомощности, несправедливости и унижения. Физические страдания ей причинены в результате вреда здоровью из-за предоставления нового рабочего места рядом с окном и двумя батареями, где по причине перепада температур и сквозняка она подверглась переохлаждению и в период с 28 октября по 4 ноября 2025 года находилась на больничном, в связи с <.......> заболеванием.

Просила суд (с учётом уточнений):

признать незаконным и не подлежащим применению приказ Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР- 285-2025 «О внесении изменений в должностной регламент»;

признать незаконным приказ от 25 сентября 2025 года № ПР-287-2025 «Об утверждении формы журнала» в части возложения на нее обязанностей;

обязать ответчика восстановить действие её должностного регламента в редакции, действовавшей до 23 сентября 2025 года и обеспечить возможность исполнения обязанностей в соответствии с ним, включая предоставление доступа ко всем необходимым информационным системам и оборудованию;

установить факт совершения ответчиком в отношении нее дискриминирующих действий;

взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

Определением Магаданского городского суда от 27 января 2026 года производство по делу в части требования о признании незаконным приказа от 25 сентября 2025 года № ПР-287-2025 «Об утверждении формы журнала» в части возложения на ФИО1 обязанностей прекращено в связи с отказом истца от иска в данной части.

Решением Магаданского городского суда от 27 января 2026 года иск удовлетворен частично.

Признан незаконным приказ Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 о внесении изменений в должностной регламент ведущего специалиста-эксперта отдела организации и социально-гигиенического мониторинга Управления Роспотребнадзора по Магаданской области ФИО1

С Управления Роспотребнадзора по Магаданской области в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 выражает несогласие с решением суда в части отказа в удовлетворении предъявленных ею требований о возложении на ответчика обязанности восстановить действие её должностного регламента в редакции, действовавшей до 23 сентября 2025 года, обеспечить возможность исполнения обязанностей в соответствии с ним, а также в части размера взысканной компенсации морального вреда.

В обоснование жалобы указывает, что признание незаконным приказа Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 не влечет восстановление прежней редакции ее должностного регламента и предоставление ей доступа ко всем необходимым информационным системам и оборудованию.

Ссылаясь на пункт 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», считает, что суд при удовлетворении требования о признания локального акта незаконным вправе и обязан применить последствия недействительности данного акта если без этого невозможно восстановление нарушенного права.

Приводя положения статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», полагает, что совокупность установленных по делу обстоятельств (наличие конфликта на почве требования о повышении, избирательный характер примененных санкций, несоответствие новых обязанностей ее квалификации, образованию и прежнему месту работы, отсутствие объективных причин для изменения обязанностей, создание невыносимых условий труда) свидетельствует о целенаправленных действиях работодателя, имеющих дискриминационный характер.

Приводит довод о том, что при определении размера компенсации морального вреда суд не учел:

публичную дискредитацию ее ответчиком как профессионала с высшим образованием и многолетним стажем, повлекшее причинение ей глубоких нравственных страданий, чувство унижения и несправедливости;

создание угрозы ее здоровью вынужденным нахождением на несоответствующем нормам рабочем месте;

нравственные страдания (стресс, тревога, бессонница), вызванные конфликтом и давлением;

степень вины ответчика.

Считает, что взысканная судом компенсация морального вреда носит формальный характер и не компенсирует перенесенные ею нравственные страдания.

Управление Роспотребнадзора по Магаданской области в апелляционной жалобе просит отменить решение суда в части, которой удовлетворены исковые требования и принять в данной части новое решение.

В обоснование жалобы указывает, что обжалуемое решение содержит противоречивые выводы относительно применения к правоотношениям сторон положений статьи 29 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ).

Так, в абзаце 1 на странице 9 решения сделан вывод о необходимости соблюдения положений указанной нормы, тогда как абзац 3 страницы 9 и абзац 2 страницы 10 решения содержат вывод о том, что статья 29 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ применению не подлежит.

Полагает, что оснований для уведомления истца об издании оспариваемого приказа не имелось, поскольку данным приказом условия профессиональной служебной деятельности истца, область и вид служебной деятельности не изменены, новые должностные обязанности ей не вменены.

Считает ошибочной имеющуюся в решении ссылку на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июля 2022 года № 29-П в связи с тем, что данное постановление вынесено по иным обстоятельствам.

Обращает внимание на то, что обязанность обеспечения отправки исходящей корреспонденции Управления почтовыми отправлениями была возложена на истца пунктом 3.1.2.4 Должностного регламента и Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих, утвержденным постановлением Минтруда России от 21 августа 1998 года № 37, до вынесения оспариваемого приказа.

Пунктом 2.1 приказа Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 урегулирован вопрос периодичности отправки почтовой корреспонденции, изменения в должностные обязанности истца не вносились.

Указывает, что проведение организационно-штатных мероприятий в Управлении Роспотребнадзора по Магаданской области обусловлено отсутствием канцелярии и необходимостью перераспределения должностных обязанностей по отправке почтовой корреспонденции, устранения нарушений законодательства при осуществлении делопроизводства.

Приводит довод о непричинении истцу морального вреда, отсутствии причинно-следственной связи между заболеванием истца и действиями ответчика, а также о несогласии с размером взысканной в пользу истца компенсации морального вреда.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав объяснения сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 с 27 мая 2019 года на основании служебного контракта № 27 К/19-27 и дополнительных соглашений к нему проходит государственную гражданскую службу в Управлении Роспотребнадзора по Магаданской области, с 10 января 2022 года замещает должность государственной гражданской службы – ведущего специалиста-эксперта отдела организации и социально-гигиенического мониторинга.

Должностные обязанности истца установлены должностным регламентом, утверждённым руководителем Управления Роспотребнадзора по Магаданской области 3 февраля 2023 года (далее – Должностной регламент). С данным регламентом ФИО1 ознакомлена 5 ноября 2024 года (т. 1 л.д. 20-28).

Приказом Управления Роспотребнадзора от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 в целях упорядочения отдельных вопросов делопроизводства в должностной регламент истца внесены изменения, из числа её функциональных обязанностей исключено 20 обязанностей, а также возложена обязанность осуществлять отправку исходящей корреспонденции Управления почтовыми отправлениями по понедельникам, средам и пятницам, а также в случае возникновения необходимости по поручению руководства – по иным дням (т. 1 л.д. 48-49).

24 сентября 2024 года ответчиком также было изменено расположение рабочего места истца.

Полагая незаконными приказ Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 и действия ответчика по изменению рабочего места, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 23, 24, 26, 29, 33, 47 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ, правовой позицией, отраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июля 2022 года № 29-П, оценив собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемым приказом ответчик в нарушение требований части 5 статьи 24 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ изменил существенные условия (функциональные обязанности) служебного контракта истца без ее согласия.

Указанные обстоятельства послужили основанием для удовлетворения исковых требований о признании приказа Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 незаконным, а также для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного нарушением ее трудовых прав.

Вместе с тем суд, руководствуясь статьями 3, 11 Трудового кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии дискриминации истца в сфере труда, и основания для возложения на ответчика обязанности восстановить действие должностного регламента истца в редакции, действовавшей до 23 сентября 2025 года.

Судебная коллегия находит указанные суждения и выводы суда первой инстанции правильными, так как они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении и истолковании норм материального права, которое в решении суда приведено.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о законности оспариваемого приказа в связи с тем, что им условия профессиональной служебной деятельности истца не изменены, не могут быть приняты во внимание в силу следующего.

Федеральный закон от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ регулирует отношения, связанные с прохождением государственной гражданской службы, предусматривает осуществление гражданином Российской Федерации профессиональной служебной деятельности на должности государственной гражданской службы на основании заключаемого им с представителем нанимателя служебного контракта (статья 13) и закрепляет требования к содержанию этого контракта, определяя, помимо прочего, перечень его существенных условий (часть 3 статьи 24).

К числу таких условий относятся, в частности, права, обязанности и ответственность гражданского служащего, предусмотренные в соответствии с названным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами о гражданской службе, должностной регламент (пункт 3 части 3 статьи 24 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ).В соответствии с общеправовыми принципами добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств и стабильности договора, которые в сфере как трудовых, так и служебных отношений призваны обеспечить реализацию принципов свободы труда, запрещения принудительного труда и уважения человека труда, а также права каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, части 1 и 2; статья 75.1 Конституции Российской Федерации), данный Федеральный закон устанавливает общее правило об изменении условий служебного контракта только по соглашению сторон и в письменной форме, а также запрещает требовать от гражданского служащего исполнения должностных обязанностей, не установленных служебным контрактом и должностным регламентом (части 3 и 5 статьи 24 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ).

Между тем необходимость изменения существенных условий служебного контракта, заключенного с гражданским служащим, может быть вызвана объективными потребностями организации гражданской службы в государственном органе, а сами эти изменения, обусловленные изменением существенных условий профессиональной служебной деятельности, могут быть направлены на совершенствование организации и прохождения гражданской службы и, как следствие, - на повышение эффективности функционирования государственного органа как неотъемлемой части механизма реализации публичных функций государства.

Изложенное служит причиной наделения представителя нанимателя - в порядке исключения - правом изменять в одностороннем порядке существенные условия служебного контракта в случаях, предусмотренных законом. Однако в целях обеспечения баланса публичных интересов и частных интересов гражданского служащего реализация представителем нанимателя указанного права должна осуществляться с соблюдением установленной законом процедуры, а гражданскому служащему при этом должны предоставляться гарантии, обеспечивающие его защиту как от произвольного изменения условий служебного контракта, так и от необоснованного увольнения с гражданской службы.

Статья 29 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ в качестве исключения из общего правила о необходимости достижения взаимного согласия сторон служебного контракта на изменение его условий допускает изменение условий профессиональной служебной деятельности гражданского служащего по инициативе представителя нанимателя с письменного согласия гражданского служащего без изменения должностных обязанностей гражданского служащего (часть 1).

При этом о предстоящих изменениях условий служебного контракта, а также о причинах их изменения гражданский служащий должен быть уведомлен представителем нанимателя в письменной форме не позднее чем за два месяца до их введения. В случае письменного отказа гражданского служащего от продолжения государственно-служебных отношений по замещаемой им должности гражданской службы в связи с изменением условий профессиональной служебной деятельности, влекущим изменение условий служебного контракта, предусмотренных пунктами 3 и 4 части 2 названной статьи, служебный контракт прекращается в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 33 указанного Федерального закона (части 3 и 5).

Приведенное правовое регулирование, допуская изменение представителем нанимателя в одностороннем порядке определенных сторонами существенных условий служебного контракта лишь в случаях, когда они в силу объективных причин, связанных с изменением существенных условий профессиональной служебной деятельности, не могут быть сохранены, во всяком случае гарантирует неизменность должностных обязанностей гражданского служащего, которые определяются должностным регламентом применительно к каждой должности, а также предоставляет ему время, достаточное для принятия решения о продолжении профессиональной служебной деятельности в новых условиях (но без изменения должностных обязанностей) либо об отказе от дальнейшего прохождения гражданской службы в изменившихся условиях и увольнении с нее.

При этом часть 1 статьи 29 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ во взаимосвязи с пунктом 3 части 2 статьи 24 данного закона фактически устанавливает запрет на изменение представителем нанимателя такого существенного условия служебного контракта, как должностные обязанности гражданского служащего, перечень которых устанавливается в соответствии с утвержденным представителем нанимателя должностным регламентом исходя из задач и функций соответствующего государственного органа, с учетом направления деятельности конкретного структурного подразделения и функциональных особенностей данной должности (часть 1 и пункт 2 части 2 статьи 47 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ).

Предоставление же гражданскому служащему возможности продолжить гражданскую службу как в том же, так и в другом государственном органе учитывает принцип стабильности гражданской службы (пункт 5 статьи 4 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ), который предполагает сохранение статуса гражданского служащего путем перераспределения кадров гражданской службы внутри единой системы государственных органов.

Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса публичных интересов и частных интересов государственного гражданского служащего, согласуется с конституционными предписаниями о свободе труда и праве каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также о запрете принудительного труда и уважении человека труда (статья 37, части 1 и 2; статья 75.1 Конституции Российской Федерации) и не предполагает его произвольного применения (данная правовая позиция приведена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июля 2022 года № 29-П).

Оспариваемым приказом Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 изменены установленные Должностным регламентом должностные обязанности истца – исключены ранее предусмотренные Должностным регламентом 20 обязанностей и возложена одна новая обязанность.

Изменяя подобным образом Должностной регламент истца, представитель нанимателя нарушил императивный запрет, установленный частью 1 статьи 29, пунктом 3 части 2, частью 3 статьи 24 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ на изменение должностных обязанностей государственного гражданского служащего без его согласия, что недопустимо.

Учитывая, что суд первой инстанции пришел к выводу о нарушении ответчиком при издании оспариваемого приказа положений части 3 статьи 24 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ, ошибочное суждение суда о том, что для изменения функциональных обязанностей истца ответчику надлежало уведомить её о предстоящих изменениях условий служебного контракта и причинах их изменения за два месяца до внесения изменений в должностной регламент не может повлечь отмену правильного по существу решения суда.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что пунктом 2.1 оспариваемого приказа изменения в должностные обязанности истца не внесены уже являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции, который обоснованно отклонил их, указав, что Должностным регламентом истца на нее возлагалась обязанность обеспечения отправки исходящей корреспонденции, заключающаяся в ее подготовке для отправки почтовой связью. Оспариваемым приказом на истца возложена новая обязанность в виде отправки данной корреспонденцией почтовой связью.

Разрешая исковое требование об установлении факта совершения ответчиком в отношении истца дискриминирующих действий, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В соответствии со статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации запрещается дискриминация в сфере труда. Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (часть 2).

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (часть 4 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Для установления факта дискриминации со стороны работодателя в отношении конкретного работника юридически значимыми обстоятельствами по делу являются установление прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при осуществлении трудовых (служебных) функций в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, содержание и последствия принятия оспариваемого приказа, суд пришел к верному выводу о том, что доказательств совершения ответчиком в отношении истца действий дискриминационного характера в материалы дела не представлено, нарушение ответчиком порядка изменения условий служебного контракта, предусмотренного Федеральным законом от 27 июля 2004 года № 79ФЗ, само по себе не свидетельствует о допущенной им дискриминации в сфере труда по отношению к истцу.

Приведенные в апелляционной жалобе истца доводы указанный вывод суда не опровергают.

Отказывая в удовлетворении искового требования о возложении на ответчика обязанности восстановить действие Должностного регламента в редакции, действовавшей до 23 сентября 2025 года, суд правильно указал, что признание приказа Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 незаконным прекращает его действие.

Указанное означает, что Должностной регламент с момента вступления в законную силу решения суда не может применяться в редакции приказа Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025, принятия отдельного судебного решения для восстановления прежней редакции Должностного регламента не требуется.

Учитывая, что приказ Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 23 сентября 2025 года № ПР-285-2025 не содержит указания на ограничение в связи с его изданием доступа истца к каким-либо информационным системам и оборудованию, признание его незаконным вопреки приведенному в иске утверждению и доводам апелляционной жалобы истца не может являться основанием для возложения на ответчика обязанности предоставить истцу доступ к информационным системам и оборудованию.

Содержащееся в апелляционной жалобе истца утверждение о том, что в соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд при удовлетворении требования о признания локального акта незаконным вправе и обязан применить последствия недействительности данного акта если без этого невозможно восстановление нарушенного права несостоятельно, поскольку подобных разъяснений указанное постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации не содержит.

Доводы апелляционных жалоб сторон относительно принятого судом решения в части компенсации морального вреда не могут быть приняты во внимание в связи со следующим.

Трудовой кодекс Российской Федерации относит право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным Кодексом, иными федеральными законами, к числу основных прав работника (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21).

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Таким образом, правовой механизм, установленный частью 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, направлен на обеспечение работнику судебной защиты его права на компенсацию не только имущественных потерь, вызванных незаконными действиями или бездействием работодателя, но и физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав.

Принимая во внимание, что при разрешении спора нашел подтверждение факт нарушения трудовых прав истца, выразившегося во внесении изменений в должностной регламент ФИО1 с нарушением порядка, установленного Федеральным законом от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ, суд в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации пришел к обоснованному выводу о праве истца на получение денежной компенсации морального вреда.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд учел обстоятельства дела, характер причинённых истцу нравственных переживаний, длительность нарушения ее прав, требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб размер компенсации морального вреда определен судом правильно, с учетом юридически значимых обстоятельств, влияющих на размер компенсации морального вреда. Взысканная сумма компенсации морального вреда является соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям истца, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Несогласие с размером компенсации морального вреда, выраженное в апелляционных жалобах, не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого решения в указанной части, поскольку оценка характера и степени причиненного истцу морального вреда относится к исключительной компетенции суда.

Оснований полагать, что суд не учел требований закона и неверно определил размер компенсации морального вреда с учетом фактических обстоятельств дела не имеется, поскольку судом могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда любые заслуживающие внимание обстоятельства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика при определении размера компенсации морального вреда судом учтено отсутствие доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчика и <.......> заболеванием, по поводу которого ФИО1 обратилась за медицинской помощью 28 октября 2025 года и проходила лечение, а также отсутствие доказательств причинения физического вреда здоровью истца в результате действий ответчика.

Доводы о несогласии с определенным судом размером денежной компенсации морального вреда, приведенные в апелляционных жалобах, связаны с переоценкой доказательств и фактических обстоятельств дела, установленных судом.

Между тем судебная коллегия не усматривает оснований для вмешательства в оценку доказательств, которая применена судом первой инстанции.

Иные доводы апелляционных жалоб сторон не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого решения.

При таких обстоятельствах состоявшееся по делу решение сомнений в своей законности не вызывает, является правильным и оснований для его отмены или изменения не усматривается.

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, которые бы привели или могли привести к неправильному разрешению дела судом не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Магаданского областного суда

определила:

решение Магаданского городского суда Магаданской области от 27 января 2026 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области – без удовлетворения.

Апелляционное определение по гражданскому делу вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 апреля 2026 года.