Решение № 2-3130/2024 2-3130/2024~М-2441/2024 М-2441/2024 от 9 октября 2024 г. по делу № 2-3130/2024

УИД 34RS0004-01-2024-004426-49

Дело № 2-3130/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Красноармейский районный суд г. Волгограда

в составе: председательствующего судьи Озаевой О.В.,

при секретаре Шошине В.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя по доверенности ФИО2,

«09» октября 2024 года в г. Волгограде, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «АвтоГарант» о признании сертификата комплексной услуги прекратившим действие, взыскании суммы неустойки, штрафа, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «АвтоГарант» о признании сертификата комплексной услуги прекратившим действие, взыскании суммы неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, указав в обоснование, что 01 июня 2024 года ему в АО «Тинькофф Банк» предоставлен кредит в размере 1 230 600 руб. на приобретение автомобиля, оплаты дополнительных продуктов, из которых 98 600 руб. оплачено на счет ООО «АвтоГарант» за комплексную услугу «Автозащита» №/АГ/2-2024, в состав которой входит услуга «Юридическая помощь» стоимостью 1 972 руб., а также выдача независимой гарантии стоимостью 96 628 руб., сроком действия до 01 октября 2027 года. Вышеуказанный сертификат является навязанной услугой, поскольку он не был заинтересован в его приобретении. 10 июня 2024 года он направил в адрес ООО «АвтоГарант» заявление об отказе от сертификата независимой гарантии, прекращении действия комплексной услуги «Автозащита» №/АГ/2-2024 и возврате уплаченных денежных средств в размере 98 600 руб., которое получено ответчиком 17 июня 2024 года, однако оставлено им без удовлетворения.

Просит суд признать сертификат комплексной услуги «Автозащита» №/АГ/2-2024 от 01 июня 2024 года прекратившим действие; взыскать с ООО «АвтоГарант» в пользу ФИО1 оплаченные за сертификат комплексной услуги «Автозащита» №/АГ/2-2024 от 01 июня 2024 года денежные средства в размере 98 600 руб., неустойку - 98 600 руб., компенсацию морального вреда - 10 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом денежной суммы, расходы по оплате услуг представителя - 20 000 руб..

В ходе рассмотрения дела по существу к участию в деле в качестве третьего лица привлечено АО «Т-Банк».

Истец - ФИО1, его представитель по доверенности ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчика - ООО «АвтоГарант» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещен, направил в адрес суда возражения, в которых исковые требования не признал, просил суд в их удовлетворении отказать, ввиду необоснованности, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. Указал, что возврат денежных средств в размере 1 972 руб. за услугу «юридическая помощь» осуществлен истцу 19 июня 2024 года.

Представитель третьего лица - АО «Т-Банк» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещен, причин неявки суду не сообщил. Заявлений, возражений суду не представил.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав истца, его представителя, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться независимой гарантией и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьей 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом (пункт 1).

Независимая гарантия выдается в письменной форме (пункт 2 статьи 434), позволяющей достоверно определить условия гарантии и удостовериться в подлинности ее выдачи определенным лицом в порядке, установленном законодательством, обычаями или соглашением гаранта с бенефициаром (пункт 2).

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ, предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Пунктом 1 статьи 371 ГК РФ определено, что независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.

Согласно статье 373 ГК РФ, независимая гарантия вступает в силу с момента ее отправки (передачи) гарантом, если в гарантии не предусмотрено иное.

Таким образом, момент отправки (передачи) гарантии определяется как момент сдачи в организацию связи для пересылки бенефициару либо момент вручения бенефициару. В гарантии может быть установлен иной момент вступления ее в силу.

По общим правилам пункта 1 статьи 378 ГК РФ, обязательство гаранта перед бенефициаром по независимой гарантии прекращается: 1) уплатой бенефициару суммы, на которую выдана независимая гарантия; 2) окончанием определенного в независимой гарантии срока, на который она выдана; 3) вследствие отказа бенефициара от своих прав по гарантии; 4) по соглашению гаранта с бенефициаром о прекращении этого обязательства.

Таким образом, независимая гарантия - это личный неакцессорный способ обеспечения обязательств, существо которого заключается в том, что дополнительно к имущественной массе должника, которая изначально ответственна перед кредитором, последний приобретает право удовлетворяться из имущественной массы другого лица - гаранта.

По общему правилу пункта 1 статьи 379 ГК РФ, принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Указание в пункте 1 статьи 368 ГК РФ на то, что независимая гарантия выдается по просьбе должника, не влечет регулирования правовых отношений между гарантом и принципалом по поводу предоставления независимой гарантии исключительно положениями параграфов 1 и 6 главы 23 ГК РФ, поскольку действия гаранта и принципала в такой ситуации направлены на установление и изменение гражданских прав и обязанностей принципала и гаранта, как по отношению друг к другу, так и по отношению к третьему лицу - бенефициару, для которых необходимо выражение согласованной воли как принципала, так и гаранта, а также в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 368 ГК РФ самого бенефициара, что подпадает под дефиниции сделки и договора, содержащиеся в статьях 153, 154, пункте 1 статьи 420 ГК РФ, в связи с чем на такой договор распространяются общие правила глав 9, 27, 28, 29 ГК РФ.

По договору о предоставлении независимой гарантии гарант обязывается перед принципалом предоставить кредитору принципала - бенефициару независимую (банковскую) гарантию в качестве обеспечения исполнения обязательств должника по основному договору перед бенефициаром по основному обязательству.

Отсутствие специальных норм, регулирующих договор о предоставлении независимой гарантии, в разделе IV "Отдельные виды обязательств" ГК РФ, подразумевает необходимость применения к нему правил пунктов 2 и 3 статьи 422 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 422 ГК РФ, стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

В соответствии с пунктом 3 статьи 422 ГК РФ, стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01 июня 2024 года между АО «Т-Банк» и ФИО1 заключен кредитный договор №, по условиям которого ФИО1 предоставлены денежные средства в размере 1 230 600 руб. на 84 мес. под 21,9% годовых на приобретение автомобиля Citroen C4 Aircross, VIN №, и оплату дополнительных продуктов, из которых 98 600 руб. оплачено на счет ООО «АвтоГарант» за комплексную услугу «Автозащита» №/АГ/2-2024, в состав которой входит услуга «Юридическая помощь» стоимостью 1 972 руб., а также выдача независимой гарантии стоимостью 96 628 руб., сроком действия до 01 октября 2027 года.

В обеспечение исполнения обязательств по договору ФИО1 предоставил АО «Т-Банк» в залог транспортное средство Citroen C4 Aircross, VIN №.

Согласно сертификата ООО «АвтоГарант» в соответствии с Общими условиями договора оказания комплексной услуги «Автозащита», утвержденной директором ООО «АвтоГарант» ФИО3 21 января 2024 года и размещенными на веб-сайте ООО "АвтоГарант" в сети Интернет, заявлением клиента, предоставляет бенефициару по поручению клиента безотзывную независимую гарантию исполнения договорных обязательств клиента по кредитному договору, заключенному между клиентом и бенефициаром, в пределах суммы Гарантии.

В сертификате изложены Условия безотзывной независимой гарантии, согласно которым обеспечиваемое независимой гарантией обязательство (кредитный договор), целевым использованием которого является приобретение автомобиля Citroen C4 Aircross, VIN №. Наименование, реквизиты бенефициара (кредитной либо микрофинансовой организации) - АО «Т-Банк». Дата выдачи независимой гарантии (сертификата) - 01 июня 2024 года. Срок действия независимой гарантии - с 01 июня 2024 года по 01 октября 2027 года. Стоимость программы - 98 600 руб., из которых: за выдачу гарантии - 96 628 руб., за услугу «Юридическая помощь (абонентское обслуживание)» - 1 972 руб..

В соответствии с сертификатом, независимая гарантия обеспечивает исполнение клиентом (принципалом) основного обязательства (кредитного договора) перед бенефициаром в случае, если в течение 60 календарных дней с момента наступления срока соответствующего платежа по договору или наступления срока для полного досрочного погашения кредита принципал не погасит задолженность.

С момента предоставления гарантом независимой гарантии (выдачи сертификата в форме, предусмотренной Общими условиями), у гаранта возникает обязательство перед бенефициаром (кредитной либо микрофинансовой организацией) уплатить бенефициару согласованную условиями независимой гарантии денежную сумму в обеспечение исполнения принципалом обязательств по кредитному договору.

01 июня 2024 года истцом цена договора о предоставлении независимой гарантии оплачена, что не оспаривалось представителем ответчика.

Как следует из акта об оказании услуг от 01 июня 2024 года, ФИО1 получил от ООО «АвтоГарант» независимую безотзывную гарантию №/АГ/2-2024 от 01 июня 2024 года.

10 июня 2024 года ФИО1 направил в адрес ООО «АвтоГарант» заявление об отказе от сертификата независимой гарантии, прекращении действия комплексной услуги «Автозащита» №/АГ/2-2024 и возврате уплаченных денежных средств в размере 98 600 руб., которое получено ответчиком 17 июня 2024 года (РПО 40002693279709).

На основании платежного поручения № от 19 июня 2024 года ФИО1 осуществлен возврат денежных средств в размере 1 972 руб. за услугу «юридическая помощь».

Таким образом, обозначенный договор о предоставлении независимой гарантии заключенный между ФИО1 и ООО «АвтоГарант» является возмездной, каузальной сделкой, и его сторонами согласованы существенные условия договора. Условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом. Обязательство гаранта носит срочный характер. Срок действия договора о предоставлении независимой гарантии от 01 июня 2024 года между ФИО1 и ООО «АвтоГарант» не ограничен датой предоставления независимой гарантии и сохраняет свое действие на срок действия гарантии.

С учетом согласования размера подлежащей выплате денежной суммы, оснований наступления обязательства гаранта по выплате денежной суммы, срока независимой гарантии принципалом оплачена цена договора о предоставлении независимой гарантии. Факт исполнения ФИО1 обязанности по оплате цены договора судом установлен и сторонами не оспаривался.

В соответствии с пунктом 1 статьи 426 ГК РФ, публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Таким образом, рассматриваемый договор о предоставлении независимой гарантии от 01 июня 2024 года является публичным.

По смыслу преамбулы Закона о защите прав потребителей, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 1, 2, 3 Постановления от 28 июня 2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", на спорные правоотношения распространяется действие Закона о защите прав потребителей.

В силу свободы договора и возможности определения сторонами его условий (при отсутствии признаков их несоответствия действующему законодательству и существу возникших между сторонами правоотношений) (статьи 1, 421, 422 ГК РФ) они становятся обязательными для сторон и для суда при разрешении спора, вытекающего из данного договора.

Согласно пункту 1 статьи 422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы).

Статьей 32 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 данного Закона недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, относятся условия, которые устанавливают для потребителя штрафные санкции или иные обязанности, препятствующие свободной реализации права, установленного статьей 32 данного Закона.

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ определено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

На основании статьи 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Таким образом, условия договора о предоставлении независимой гарантии, на который распространяются положения Закона о защите прав потребителей, о запрете принципала отказаться от договора о предоставлении независимой гарантии по инициативе принципала по обстоятельствам, которые препятствуют свободной реализации потребителем права, предусмотренного статьей 32 Закона о защите прав потребителей, ничтожны с момента совершения такого договора и не влекут юридических последствий, которые связаны с их ничтожностью.

Согласно пункту 1 статьи 428 ГК РФ, договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Судом установлено, что договор независимой гарантии от 01 июня 2024 года является договором присоединения, в связи с чем в силу пункта 2 статьи 428 ГК РФ присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Согласно пункту 3 статьи 428 ГК РФ, правила, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 3 апреля 2023 г. № 14-П разъяснено, что применительно к делам с участием потребителей обременительность условий может и не осознаваться ими. Однако и в отсутствие в договоре положений, лишающих сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, либо исключающих или ограничивающих ответственность другой стороны (т.е. тех, которые пункт 2 той же статьи в его буквальном изложении признает явно обременительными, связывая с ними возникновение у одной из сторон права на указанные в нем способы защиты), иные условия договора (о величине скидки, способах ее расчета и основаниях возвращения продавцу и т.д.) как по отдельности, так и в совокупности могут быть для потребителя явно обременительными, что также дает основания для предоставления ему дополнительных правовых преимуществ.

К явно обременительным для потребителя условиям в контексте пункта 2 статьи 428 ГК РФ можно отнести условия договора о цене, которые определены с использованием методов манипулирования информацией о действительной цене товара, препятствующих - в ситуации непрозрачности ценообразования - осознанию потребителем конечной стоимости сделки. К таким методам, в частности, можно причислить указание цены товара со скидкой под условием оплаты потребителем дополнительных товаров и услуг по завышенной (нерыночной) цене, а также предложение скидки с цены, произвольно указанной продавцом, или с цены, которая не является обычной рыночной, равно как и предложение цены, которая отличается от объявленной в рекламе, публичной оферте, на сайте продавца или изготовителя. При этом предлагаемая потребителю цена может быть изначально завышена (например, на величину скидки) в сравнении с рыночной. В результате создается лишь видимость выгодности сделки для потребителя, в то время как продавец и участвующие в данной бизнес-модели финансовые организации распределяют между собой доход, полученный вследствие выплат потребителя по договорам страхования или кредита в виде процентов за кредит, страховой премии и т.п. (пункт 4.1).

Согласно статье 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.). Соответственно, если для потребителя не очевидна взаимная связь различных обязательств (купли-продажи, страхования, кредита и др.), от динамики которых зависит расчет цены договора с предоставлением услуги или право отказа от услуги, то не очевидно и наличие необходимых гражданско-правовых оснований для осуществления таковых.

Кроме того, в отношениях с потребителями применимо правило, по которому на предпринимателя возлагается доказать, что условие договора, предположительно невыгодное для потребителя, индивидуально обсуждалось сторонами, например при заключении договора кредита (пункт 3 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2011 г. № 146).

При заключении договора о предоставлении независимой гарантии с учетом требований пунктов 3, 4 статьи 1, пункта 5 статьи 10 ГК РФ на гражданина-принципала, не обладающего профессиональными знаниями в сфере финансовой деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени контрагента набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий. При том, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывал на то, что данный сертификат был выдан ему одновременно с приобретением автомобиля с использованием кредитных средств, привлеченных по кредитному договору с АО «Т-Банк».

Однако, суд принимает во внимание, что данным условиям договора о предоставлении независимой гарантии и обстоятельствам его заключения на предмет определения неравенства переговорных возможностей, в результате которых истец был поставлен в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, явно обременительных для потребителя, создания видимости выгодности сделки для потребителя с учетом продавца и финансовых организаций, участвующих в данной бизнес-модели, - с учетом установленной пунктом 1 статьи 379 ГК РФ обязанности принципала возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, - и применения последствий, предусмотренных пунктами 2, 3 статьи 428 ГК РФ.

Поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 371 ГК РФ независимая гарантия, если в ней не предусмотрено иное, не может быть отозвана или изменена гарантом, то безотзывная независимая гарантия представляет собой такое обеспечение исполнения обязательства принципала, при котором оно не может быть отозвано или изменено только самим гарантом, что само по себе не исключает расторжения по инициативе принципала-гражданина (статьи 450, 450.1 ГК РФ) договора о предоставлении независимой гарантии и возврата денежных средств, уплаченным потребителем по такому договору, исполнением по которому со стороны гаранта является предоставление кредитору принципала по кредитному договору - бенефициару - независимой гарантии в качестве обеспечения исполнения обязательств принципала по кредитному договору по обязательству в установленных договором размере и случаях в течение всего срока действия договора предоставления независимой гарантии и самой независимой гарантии, за которое принципал-гражданин уплачивает соответствующую цену, разумно ожидая производство исполнения гарантом в течение оплаченного принципалом периода, а не только сам факт выдачи или направления документа, подтверждающего выдачу независимой гарантии (из чего исходил суд апелляционной инстанции), то есть применительно к настоящему спору - сертификата независимой гарантии, который выдается не бенефициару, а самому принципалу, в отсутствие установления договором обязанности гаранта по направлению или вручению гарантии бенефициару и обязанности представления сертификата бенефициару принципалом, за исключением вытекающих из гражданского оборота ситуаций возникновения случаев, предусмотренных условиями независимой гарантии, при которых принципал (его наследники) и бенефициар вправе требовать от гаранта исполнения, предусмотренного независимой гарантией (пунктов 2, 4 независимой гарантии) (статьи 307, 328 ГК РФ), - когда фактически условия возникновения обязательства по осуществлению исполнения по независимой гарантии сторонами договора поставлены в зависимость исключительно от воли принципала (его наследников) при не информированности бенефициара о заключении между принципалом и гарантом договора о предоставлении независимой гарантии для обеспечения исполнения обязательств принципала перед бенефициаром (статья 157 ГК РФ).

При таком положении, условия договора, запрещающие принципалу отказаться от договора о предоставлении независимой гарантии позднее момента выдачи сертификата независимой безотзывной гарантии принципалу до исполнения гаранта бенефициару по инициативе принципала, подлежат толкованию с учетом требований статей 168, 422, 428, 431, 450.1 ГК РФ, статей 16, 32 Закона о защите прав потребителей, в том числе в совокупности с другими условиями договора о предоставлении независимой гарантии, включая условия о цене договора и объеме, сроке и условиях исполнения гаранта перед бенефициаром, взаимодействии сторон с бенефициаром, возврате цены договора полностью или в части.

Поскольку ответчик не представил суду каких-либо доказательств, подтверждающих его расходы по договору независимой гарантии от 01 июня 2024 года, заключенному с ФИО1, суд приходит к выводу о необходимости признании сертификата независимой гарантии № от 01 июня 2024 года прекратившим действие и взыскании с ответчика в пользу истца суммы, уплаченной по договору независимой гарантии суммы в размере 96 628 руб.. Денежные средства в размере 1 972 руб. возвращены ФИО1 платежным поручением № 17627 от 19 июня 2024 года.

Кроме того, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 31, ч. 5 ст. 28 Закона «О защите прав потребителей», с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в размере 130 447 руб. 80 коп. (96 628 руб. х 3% х 45 дней (за период с 28 июня 2024 года по 12 августа 2024 года).

В соответствии с положениями ст. 28 Закона «О защите прав потребителя», сумма взысканной неустойки не может превышать цену отдельного вида оказания услуги.

Соответственно неустойка, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца составляет 96 628 руб..

Факт признания того, что права потребителя нарушены, является основанием для возмещения морального вреда в исполнение положений статьи 15 Закона о защите прав потребителей. Учитывая, что ответчиком допущено нарушение прав потребителей, предусмотренных законом, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 3 000 руб.. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В силу п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом "О защите прав потребителей", которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Следовательно, условием взыскания штрафа является установление судом того факта, что соответствующее требование было предъявлено потребителем во внесудебном порядке и не было добровольно удовлетворено ответчиком.

Учитывая, что доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для снижения штрафа, суду не представлено, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит предусмотренный статьей 13 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 "О защите прав потребителей" штраф в размере 98 128 руб. (96 628 руб. + 96 628 руб. + 3 000 руб. /2).

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При разрешении вопроса о судебных издержках расходы, связанные с оплатой услуг представителя, как и иные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, требуют судебной оценки на предмет их связи с рассмотрением дела, а также их необходимости, оправданности и разумности; возмещение стороне расходов на оплату услуг представителя может производиться только в том случае, если сторона докажет, что в действительности имело место несение указанных расходов, объем и оплату которых, в свою очередь, определяют стороны гражданско-правовой сделки между представителем и представляемым лицом, позволяющей им включить в перечень расходов на оплату услуг представителя в том числе затраты, понесенные представителем в связи с явкой в суд (проезд, проживание, питание и т.д.).

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В соответствии с договором на оказание юридических услуг от 06 июня 2024 года, заключенным между ФИО1 и ФИО2 (Исполнитель) последний обязался оказать юридическую помощь по исковому заявлению ФИО1 к ООО «АвтоГарант» о признании сертификата комплексной услуги «Автозащита» №/АГ/2-2024 от 01 июня 2024 года прекратившим действие, взыскании суммы неустойки, штрафа и компенсации морального вреда. Стоимость услуг стороны установили в размере 20 000 руб..

Копией договора на оказание юридических услуг от 06 июня 2024 года, квитанцией к приходному кассовому ордеру от 06 июня 2024 года подтверждается оплата услуг в указанном размере.

Таким образом, понесенные истцом судебные расходы в размере 20 000 руб. подтверждены материалами дела, при этом, с учетом объема работ, выполненного представителем, категории дела, не относящейся к сложной, количества судебных заседаний, расходы признаются судом разумными и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца в размере 20 000 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку в силу пункта 4 части 2 статьи 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты госпошлины при подаче иска, то в соответствии с нормами статьи 333.19 НК РФ государственную пошлину в размере 9 797 руб. 68 коп. следует взыскать с ответчика в доход бюджета муниципального образования городской округ город герой-Волгоград.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «АвтоГарант» о признании сертификата комплексной услуги прекратившим действие, взыскании суммы неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Признать сертификат комплексной услуги «Автозащита» № от ДД.ММ.ГГГГ прекратившим действие.

Взыскать с ООО «АвтоГарант» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) оплаченные за сертификат комплексной услуги «Автозащита» № от 01 июня 2024 года денежные средства в размере 96 628 руб., неустойку - 96 628 руб., компенсацию морального вреда - 3 000 руб., штраф - 98 128 руб., расходы по оплате услуг представителя - 20 000 руб..

Взыскать с ООО «АвтоГарант» (ОГРН <***>) государственную пошлину в доход муниципального образования город-герой Волгоград в размере 9 797 руб. 68 коп..

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «АвтоГарант» о взыскании денежных средств, суммы неустойки, компенсации морального вреда в оставшейся части - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Красноармейский районный суд г. Волгограда в течении месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: подпись О.В. Озаева

Мотивированное решение изготовлено 23 октября 2024 года.

Председательствующий: О.В. Озаева