Решение № 2-51/2018 2-51/2018~М-42/2018 М-42/2018 от 21 июня 2018 г. по делу № 2-51/2018

Дело № 2-51/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 июня 2018 года Красноярский край

город Игарка

Игарский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Безруковой О.В.,

при секретаре Вершининой А.В.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «РАСЭ» к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «РАСЭ» обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей. Требования мотивированы тем, что ФИО2 работала в ООО «РАСЭ» по трудовому договору с ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> магазина «<данные изъяты>». В результате проведенной ДД.ММ.ГГГГ инвентаризации выявлена недостача материальных ценностей на сумму 86.269 руб. 53 коп. Ответчик возместил причиненный ущерб частично в сумме 25.953 руб., а затем еще 8.141 руб., оставшаяся сумма недостачи не выплачена, несмотря на то, что ФИО2 дала расписку с обязательством возместить ущерб до 31.12.2016 года. Просит взыскать с ответчика в пользу ООО «РАСЭ» сумму долга по расписке в размере 52.175 руб. 53 коп. (т. 1 л.д. 4-6).

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности от 27.11.2017 года, в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, указанным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что ФИО2 и ФИО9 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не выходили на работу, магазин был закрыт. 07.11.2016 года ФИО2 отказалась выходить на ревизию, которая проводилась потому, что соседи ФИО9 говорили, что в указанные дни она из магазина коробками выносила товар. Ревизия была проведена в присутствии ФИО9 На следующий день ФИО2 и ФИО9 ознакомились с результатами ревизии, были не согласны, ходили в магазин вместе с одним из членов комиссии, смотрели, нашли неучтенный при инвентаризации товар на 760 руб., которые вычли из суммы недостачи. Также они проверяли все бухгалтерские документы. Отчет по состоянию на 07.11.2016 года составила она, так как подотчетных лиц не было, отчет они не составили, а необходимо было проводить инвентаризацию. ФИО2 сама написала расписку о том, что выплатит половину суммы недостачи. После увольнения она в счет выплаты недостачи принесла еще денежные средства. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что ревизия была проведена без нее, в ревизии принимало участие постороннее лицо. На следующий день после ревизии вместе с ФИО9 ходили в бухгалтерию разбираться по недостаче, так как были не согласны, ничего выяснить не смогли. Расписку о том, что выплатит часть недостачи написала потому, что не отдавали трудовую книжку. Не отрицала, что вместе с ФИО9 отпускала товар в долг покупателям без ведома работодателя, но эти деньги они уже вернули: при увольнении денежные средства были удержаны из их заработной платы, потом она еще отдавала около 8.000 руб., какую-то сумму вносила и ФИО9

Определением от 23.04.2018 года Игарского городского суда Красноярского края к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечена ФИО3 (т.д. 2 л.т. 66).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3 в судебное заседание не явилась, представила суду заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие.

В судебном заседании от 20.06.2018 года ФИО3 пояснила, что работала вместе с ФИО3 <данные изъяты> сначала в магазине «<данные изъяты>», потом в магазине «<данные изъяты>», заключали договор о полной коллективной материальной ответственности. С результатами ревизии от 07.11.2016 года не согласна, так как в момент проведения ревизии она находилась в состоянии алкогольного опьянения, при ревизии присутствовал посторонний человек. Расписку о согласии выплатить недостачу написала, так как на работе не отдавали трудовую книжку. Не отрицала, что она и ФИО2 отпускали в дог товар покупателям без ведома работодателя, на день ревизии долги собрали не все, однако отрицает, что долги покупателей по полученному в долг товару составляли сумму недостачи.

Выслушав представителя истца, ответчика и третье лицо, изучив материалы гражданского дела в полном объеме, оценивая представленные доказательства в их совокупности с позиции достоверности, достаточности и объективности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя.

В случаях, предусмотренных Трудовым кодексом, на работника может возлагаться полная материальная ответственность, которая состоит в обязанности работника возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных по разовому документу.

Таким специальным письменным договором в силу ст. 244 Трудового кодекса Российской Федерации является письменный договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

Статьей 247 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 работала в ООО «РАСЭ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> магазинов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», трудовой договор расторгнут по инициативе работника с ДД.ММ.ГГГГ. Режим работы продавцов был установлен с 08-00 час. до 20-00 час. два дня рабочих, два выходных (т.д. 1 л.т. 8-10, 11; т.д. 2 л.т. 72)

В соответствии с п. 3.2.5 трудового договора работник обязан, в том числе, обеспечивать сохранность товара, принимать непосредственное участие в инвентаризации.

ФИО3 работала в ООО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> магазинов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», трудовой договор расторгнут по инициативе работника (т.д. 2 л.т. 73).

30.05.2016 года между ООО «РАСЭ» в лице генерального директора ФИО5 и продавцами магазина «<данные изъяты>» ФИО2 и ФИО3 заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, по условиям которого бригада продавцов принимает на себя полную коллективную материальную ответственность за все переданные ей для пересчета, приема, выдачи, обработки, хранения и перемещения ценности и обязуется принимать меры к предотвращению ущерба, возмещать суммы допущенных по вине членов бригады недостач. Бригадиром являлась ФИО2 Договор подписан ФИО2 и ФИО3 в день его заключения (т.д. 1 л.т. 34, 35-36).

30.05.2016 года в магазине «<данные изъяты>» ООО «РАСЭ», куда ФИО3 и ФИО2 были приняты на работу <данные изъяты>, в связи со сменой материально-ответственных лиц была проведена инвентаризация, по результатам которой ФИО3 и ФИО2 приняли в подотчет товарно-материальные ценности на общую сумму 630.310 руб. 13 коп. (т.д. 1 л.т. 46, 47-64).

Приказом от 15.06.2016 года № 10-р ООО «РАСЭ» магазин «<данные изъяты>» подготовлен к закрытию с проведением инвентаризации ДД.ММ.ГГГГ, работники прилавка ФИО4 и ФИО3 переводятся в магазин «<данные изъяты>» со всеми товарно-материальными ценностями, денежными средствами, находящимися на подотчете согласно инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ по результатам ревизии в магазине «<данные изъяты>» фактически находились товарно-материальные ценности на сумму 695.070 руб. 20 коп. ( т.д. 1 л.т. 65, 66, 67-103).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО3 на работу не выходили, 07.11.2016 года сотрудниками полиции ФИО3 была доставлена в магазин «<данные изъяты>» для проведения инвентаризации. ФИО2 ехать отказалась, так как находилась в состоянии алкогольного опьянения. Эти обстоятельства не отрицаются ответчиком и третьим лицом ФИО3, подтверждаются актами об отсутствии сотрудников на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, актом от 11.11.2016 года (т.д. 2 л.т. 48-51, 54).

07.11.2016 года генеральным директором ООО «РАСЭ» издан приказ № 22 о проведении инвентаризации по причине контрольной проверки (т. 2 л.д. 1).

По результатам инвентаризации, проведенной 07 ноября 2016 года, комиссией в составе: генерального директора ФИО5, сторонних представителей ФИО7 и ФИО8, а также материально-ответственного лица - <данные изъяты> ФИО3, выявленанедостачав сумме 173.299 руб. 06 коп., что следует из пояснений представителя истца в судебном заседании, инвентаризационной описи № 22 от 07.11.2016 года товарно-материальных ценностей в магазине «<данные изъяты>» ООО «РАСЭ», акта от 07.11.2016 года об обнаружении недостачи продукции товара при проведении перерасчета (инвентаризации) (т.д. 2 л.т. 2-41, 46-47).

В связи с выявленной недостачей работодателем издан приказ № 16-р от 08.11.2016 года о проведении служебного расследования для установления причин возникновения ущерба. ФИО2 отказалась от дачи объяснения по факту недостачи, о чем 10.11.2016 года составлен акт. Как видно из акта от 11.11.2016 года о результатах проведенного служебного расследования причин недостачи, в период с 08 по 10 ноября 2016 года оба продавца в присутствии стороннего представителя ФИО8 самостоятельно проводили дополнительную проверку количества и цен товара, фактических остатков с описью № 22 от 07.11.2016 года, по итогам которой в опись № 22 от 07.11.2016 года не был записан товар на 760 руб. По окончании проверки работодателем издан приказом № 17-р от 11.11.2016 года «Об изменении суммы недостачи по ревизии в магазине «<данные изъяты>» от 07.11.2016 года», согласно которого после проведения дополнительных подсчетов цен и количества некоторых товаров по ревизии в магазине «<данные изъяты>» и изменения суммы недостачи окончательной суммой недостачи считать 172.539 руб. 06 коп. (т.д. 2 л.т. 52, 53, 54, 55).

22.11.2016 года ФИО2 и ФИО3 написали расписки с обязательствами выплатить недостачу в сумме 60.316 руб. 53 коп. каждая с учетом выплаченной части 25.953 руб. каждым из продавцов в срок до 31.12.2016 года (т.д. 2 л.т. 56, 57).

22.11.2016 года ФИО2 в счет выплаты недостачи внесла в кассу ООО «РАСЭ» 25.953 руб. 00 коп., 25.11.2016 года - 8.141 руб. 00 коп., что следует из приходных кассовых ордеров № 977 от 22.11.2016 года и № 943 от 25.11.2016 года соответственно. Оставшаяся сумма недостачи 52.175 руб. 53 коп. в добровольном порядке ответчиком до настоящего времени не выплачена (т.д. 2 л.т. 60-61).

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 16.11.2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственностьработниковза ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущербаработником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственностьработника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; винаработникав причинении ущерба; причинная связь между поведениемработникаи наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключениясработником договора о полной материальной ответственности и наличие у этогоработниканедостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба (п. 4). Работникне может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенногоработнику(ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации) (п. 5).

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Доказательств, свидетельствующих о том, что работодателем в предусмотренном законом порядке проводилась проверка для установления причин возникновения недостачи и наличие причинной связи образования недостачи и виновных действий (бездействий) ответчика, его вины, при наличии коллективной материальной ответственности, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено.

Порядок проведения инвентаризации определяется с учетом Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов РФ от 13.06.1995 года N 49.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что при проведении инвентаризации истцом были нарушены Методические указания по проведению инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 года № 49.

В соответствии с п. 1.3 Методических указаний инвентаризации подлежит все имущество организации независимо от его местонахождения и все виды финансовых обязательств. Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств (п. 1.4).

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Председатель инвентаризационной комиссии визирует все приходные и расходные документы, приложенные к реестрам (отчетам), с указанием "до инвентаризации на "..." (дата)", что должно служить бухгалтерии основанием для определения остатков имущества к началу инвентаризации по учетным данным (п. 2.4).

Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее, чем в двух экземплярах (п. 2.5).

Инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках основных средств, запасов, товаров, денежных средств, другого имущества и финансовых обязательств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации (п. 2.6).

Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (п. 2.8).

Исправление ошибок производится во всех экземплярах описей путем зачеркивания неправильных записей и проставления над зачеркнутыми правильных записей. Исправления должны быть оговорены и подписаны всеми членами инвентаризационной комиссии и материально-ответственными лицами (п. 2.9).

Товарно-материальные ценности (производственные запасы, готовая продукция, товары, прочие запасы) заносятся в описи по каждому отдельному наименованию с указанием вида, группы, количества и других необходимых данных (артикула, сорта и др.) (п. 3.15).

Инвентаризация расчетов с банками и другими кредитными учреждениями по ссудам, с бюджетом, покупателями, поставщиками, подотчетными лицами, работниками, депонентами, другими дебиторами и кредиторами заключается в проверке обоснованности сумм, числящихся на счетах бухгалтерского учета (п. 3.44).

Сличительные ведомости составляются по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных. В сличительных ведомостях отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей (п. 4.1).

Как установлено из пояснений ответчика и третьего лица в магазине ООО «РАСЭ» «<данные изъяты>» по месту осуществления трудовой деятельности ответчика, сложилась практика продажи товаров покупателям в рассрочку (в долг), что фиксировалось путем соответствующих записей в тетрадь, без ведома работодателя. При этом данная тетрадь согласно пояснениям третьего лица ФИО3 предъявлялась инвентаризационной комиссии. Таким образом, в период проверки перед магазином и ООО «РАСЭ» имелись финансовые обязательства со стороны третьих лиц, которые подлежали проверке и учету при проведении инвентаризации, помимо инвентаризации товарно-материальных ценностей, поскольку выявленная недостача может содержать в себе данные обязательства. При этом соответствующих описей на товарно-материальные ценности, отгруженные и не оплаченные в срок покупателями с указанием наименования покупателя, наименование товарно-материальных ценностей, суммы указанных товаров в судебное заседание не представлено. С учетом изложенного имеющаяся задолженность населения перед магазином подлежала инвентаризации в установленном законом порядке и не освобождала работодателя от принятия надлежащих мер к установлению причиненного действительного вреда.

В нарушение требований вышеприведенных Методических указаний инвентаризационная ведомость на страницах <данные изъяты> имеет многочисленные исправления, которые не оговорены и не подписаны всеми членами инвентаризационной комиссии и материально-ответственным лицом (т.д. 2 л.т. 1-41).

Кроме этого, суд полагает, что при проведении инвентаризации 07.11.2016 года работодателем не приняты меры к установлению действительного наличия товарно-материальных ценностей в магазине по данным бухгалтерского учета, что подтверждается не заполнением соответствующих граф в инвентаризационной описи. Сличительная ведомость, которая составляется по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных, истцом не представлена и в материалах инвентаризации отсутствует. Исходя из изложенного правильность и обоснованность выявления работодателем фактического наличия имущества, сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета, проверка полноты отражения в учете обязательств вызывает объективные и не устраненные истцом в судебном заседании сомнения.

Из пояснений представителя истца и третьего лица ФИО3 в судебном заседании следует, что товарный отчет за период с 01 по 06 ноября 2016 года с указанием остатка товара на 07.11.2016 года был составлен, принят и проверен представителем истца ФИО1, что также следует из указанного товарного отчета (т.д. 2 л.т. 45).

В нарушение п. 2.8 Методических указаний при проведении инвентаризации отсутствовала ФИО2, которой наряду с ФИО3 были вверены товарно-материальные ценности. Более того, как следует из текста договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности ФИО2 являлась бригадиром коллектива продавцов магазина «<данные изъяты>».

Таким образом, суд приходит к выводу, что работодателем нарушены пункты 1.3, 1.4, 2.4, 2.5, 2.6, 2.8, 2.9, 2.15, 3.15, 3.22, 3.48 и 4.1 вышеизложенных Методических указаний и не были приняты меры к надлежащему установлению действительного вреда.

При этом совокупность имеющихся нарушений порядка проведения инвентаризации, установленного Методическими указаниями, суд признает грубыми, что служит основанием для признания результатов инвентаризации, проведенной 07.11.2016 года, недействительными. В связи с изложенным суд полагает, что в нарушение требований ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель не определил размер действительного причиненного ему материального ущерба.

Ссылка представителя истца в судебном заседании на согласие ответчика с результатами ревизии, что подтверждается подписью в приказе и распиской ФИО2, правового значения для дела не имеет, поскольку не отменяет установленные судом нарушения работодателем требований законодательства, регламентирующих порядок привлечения работника к материальной ответственности. Суд также учитывает, что ФИО2 непосредственно при даче расписки 22.11.2016 года принимала на себя обязательства выплатить сумму недостачи по ревизии от 07.11.2016 года только в размере 60.316 руб. 53 коп. с учетом выплаченных 25.953 руб., в то время как ревизией установлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 172.539 руб. 06 коп. (т.д. 2 л.т. 56).

Каких-либо доказательств в обоснование доводов о том, что при проведении ревизии участвовало постороннее лицо, ответчиком не представлено.

Суд также учитывает, что истцом не представлено каких-либо фактических данных о наличии вины ФИО2 в причинении ущерба и причинной связи между поведением работника и наступившими последствиями. В судебном заседании ФИО2, равно как представитель истца и третье лицо ФИО3, не смогли объяснить с достоверностью причину выявленной недостачи, за исключением предполагаемой ответчиком суммы задолженности населения по не оплаченному товару в размере около 60.000 рублей. Не содержится каких-либо выводов об этом в результатах инвентаризации и доказательствах, представленных работодателем. Значительная сумма недостачи, не установление работодателем точного количества имущества по данным бухгалтерского учета без отсутствия причинной связи между поведением работника и наступившими последствиями, не позволяют суду сделать объективный вывод о вине ФИО2, как члена коллектива продавцов магазина «<данные изъяты>» ООО «РАСЭ», и не причастности к возникновению недостачи иных лиц, либо возникновении недостачи при иных обстоятельствах в отсутствие вины ответчика.

Наличие договора о полной материальной ответственности не освобождает работодателя от обязанности доказать факт материального ущерба, обстоятельств его возникновения, размер ущерба, противоправность поведения работника и наличие причинно-следственной связи между поведением работника и причиненным ущербом.

Не опровергают указанных выводов и доводы представителя истца о том, что ответчик после выявления недостачи была согласна с результатами инвентаризации, согласившись на добровольное возмещение ущерба, поскольку не освобождают истца от обязанности подтвердить соблюдение порядка проведения инвентаризации.

При таких обстоятельствах, представленные истцом в подтверждение недостачи документы, не являются бесспорными доказательствами, подтверждающими как размер недостачи, так и вину ответчика в ее образовании, что является основанием для отказа в заявленных исковых требованиях.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований о взыскании с ФИО2 ущерба, причиненного работодателю, то и правовых оснований для удовлетворения производных требований о взыскании судебных расходов по делу также не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «РАСЭ» к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня составления судом мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Игарский городской суд Красноярского края.

Председательствующий О.В. Безрукова

Мотивированное решение изготовлено 26.06.2018 года.