Постановление № 1-408/2019 от 19 августа 2019 г. по делу № 1-408/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Кострома 20 августа 2019 года

Свердловский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего – судьи Балаева Д.Е.,

при секретаре Клестовой С.В.,

с участием:

помощника прокурора г. Костромы Богомолова И.В.,

обвиняемых ФИО1 и ФИО2,

защитника – адвоката Калиникова М.А.,

рассмотрев в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

Матосяна ФИО7, <дата> года рождения, уроженца ..., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226.1, ч. 2 ст. 191, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 1 ст. 228 УК РФ,

Новаченко ФИО11, <дата> года рождения, уроженца ..., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 191 УК РФ,

установил :

при изучении уголовного дела судом выявлены нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные следственным органом при составлении обвинительного заключения, что исключает возможность постановления судом приговора на основе данного заключения, в связи с чем судом на обсуждение сторон поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ.

В судебном заседании прокурор указал на отсутствие оснований для возвращения уголовного дела прокурору, обвиняемые и защитник поддержали его позицию.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного акта.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь среди прочего указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, при этом по смыслу закона, они должны быть достаточно чёткими и понятными, исключать какие-либо неясности и их неоднозначное толкование.

Из этого следует, что соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, подлежащие доказыванию, отсутствие которых исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чём он конкретно обвиняется (ст. 47 УПК РФ), а также осуществлять защиту от предъявленного обвинения.

При предъявлении обвинения Матосяну и Новаченко эти требования закона соблюдены не были.

Так, им среди прочего инкриминируется совершение сделки, связанной с природными драгоценными камнями, в нарушение правил, установленных законодательством Российской Федерации, однако обвинение не содержит конкретных пунктов и статей нормативно-правовых актов, которые Матосяном и Новаченко были нарушены при совершении сделки, т.е. не ясно, в чём именно выразилась незаконность сделки, т.е. фактически отсутствует описание объективной стороны преступления. Суд при рассмотрении дела по существу лишён возможности их конкретизировать, т.к. в этом случае примет на себя функцию стороны обвинения и выйдет за пределы судебного разбирательства.

Аналогичные нарушения закона были допущены при предъявлении обвинения Матосяну в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226.1 УК РФ, которое также не содержит указания на нарушение конкретных пунктов и статей нормативно-правовых актов, допущенных при перемещении драгоценных камней через границу России, сам суд не может их указать, т.к. их нарушение не вменяется Матосяну, в этом случае суд примет на себя функцию стороны обвинения.

Более того, обвинение Матосяну не содержит сформулированной диспозиции преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226.1 УК РФ, которую содержит правовая норма, а имеется указание лишь на то, что совершена «контрабанда стратегически важных товаров в крупном размере», из чего не ясны пределы судебного разбирательства, конкретизировать которые суд не вправе, т.к. в этом случае примет на себя функцию стороны обвинения.

Из предъявленного Новаченко по ч. 1 ст. 191 УК РФ обвинения следует, что в период с <дата> по <дата> Матосян, действуя по предварительной договорённости с Новаченко, совместно и согласованно, приобрёл в Республики ... четыре бриллианта, которые ввёз на территорию России, однако Матосяну при формулировании обвинения по ч. 1 ст. 226.1 УК РФ, не вменяется совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, а Новаченко при фактическом установлении органом следствия совместного с Матосяном умысла на перемещение бриллиантов через границу России и вовсе не инкриминируется совершение отдельного преступления по ч. 1 ст. 226.1 УК РФ, что является самостоятельным основанием для возвращения дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в его толковании, данным в п. 13 постановления Пленума ВС РФ № 1 от 05.03.2004 «О применении судами норм УПК РФ», в обвинительном заключении следователь указывает не только перечень доказательств, подтверждающих обвинение, но и краткое содержание самих доказательств, поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу. Однако в нарушении указанных требований закона указанные в обвинительном заключении письменные доказательства, в частности, протоколы осмотра предметов, не содержат краткого содержания этих доказательств, а имеется лишь указание, что осматриваемые предметы «имеют информацию, подтверждающие причастность Матосяна или Матосяна и Новаченко к незаконному обороту драгоценных камней», но не ясно, что это за информация, каково её содержание, что нарушает право обвиняемых на защиту.

Данные нарушения, допущенные при предъявлении обвинения, являются существенным, касается описания преступности деяний, объективной стороны преступлений, не могут быть устранены либо восполнены судом самостоятельно, т.к. предполагает выход судом за пределы предъявленного обвинения, что нарушает ст. 252 УПК РФ, в связи с чем суд лишён возможности постановить приговор или вынести иное решение на основе данного обвинительного заключения, поэтому суд считает необходимым возвратить уголовное дело прокурору для устранения выявленных нарушений уголовно-процессуального законодательства.

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении Матосяна и Новаченко, суд, выслушав позицию сторон, пришел к выводу об отсутствии оснований для их изменения или отмены, т.к. каждому из подсудимых соответствующая мера пресечения избрана законно и обоснованно с учётом тяжести предъявленного обвинения и данных о личности подсудимых, обстоятельства, ранее учитывавшиеся судом при избрании мер пресечения в виде заключение под стражу и её дальнейшем продлении, не изменились и не отпали, поэтому правовых оснований для её изменения в соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ не имеется.

При решении вопроса о сроке, на который необходимо продлить меру пресечения виде заключения под стражей, суд руководствуется положениями ч. 2 ст. 255 УПК РФ, принимая во внимание, объём процессуальных действий, необходимый для выполнения до вступления в силу настоящего постановления.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 236, 237 УПК РФ, суд

постановил :

возвратить прокурору г. Костромы уголовное дело в отношении Матосяна ФИО7, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226.1, ч. 2 ст. 191, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 1 ст. 228 УК РФ, и Новаченко ФИО11, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 191 УК РФ.

Меру пресечения в виде заключения под стражей Матосяну ФИО7 оставить без изменения и продлить её срок до <дата>.

Меру пресечения Новаченко ФИО11 в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение 10 суток со дня его вынесения, а обвиняемым Матосяном – в тот же срок со дня получения его копии.

Судья Д.Е. Балаев