Апелляционное постановление № 22-801/2026 от 8 апреля 2026 г.

Председательствующий Зубрилов Е.С. Дело № 22-801/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Омск 9 апреля 2026 года

Омский областной суд в составе председательствующего судьи Погребной Н.В.,

при секретаре судебного заседания Михайленко А.А.,

с участием прокурора Скоковой Д.В.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Галашева А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и дополнениям к нему заместителя прокурора ОАО г. Омска ФИО, апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его адвоката Галашева А.В. на приговор Октябрьского районного суда г. Омска от 28 января 2026 года, которым

ФИО1, <...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

осужден за совершение четырех преступлений по ч. 1 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 месяцев за каждое, по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ наказание по совокупности преступлений назначено в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц.

На основании ч. 4 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка № <...> в Куйбышевском судебном районе в г. Омске от <...>, и по правилам ст. 70 УК РФ путём частичного присоединения неотбытой части наказания к вновь назначенному, окончательно определено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с <...> до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор и.о. мирового судьи судебного участка № <...> в Куйбышевском судебном районе в г. Омске мирового судьи судебного участка № <...> в Куйбышевском судебном районе в г. Омске от <...> постановлено исполнять самостоятельно.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменена на содержание под стражей, взят под стражу в зале суда.

Гражданские иски потерпевших и представителей потерпевших удовлетворены в полном объеме, с ФИО1 в счёт возмещения материального ущерба взыскано в пользу: <...>

Судьба процессуальных издержек и вещественных доказательств приговором определена.

Заслушав выступление прокурора Скоковой Д.В., поддержавшей доводы апелляционного представления и дополнений к нему, осужденного ФИО1, его адвоката Галашева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно обжалуемому приговору ФИО1 признан виновным и осужден за четыре кражи, то есть тайные хищения чужого имущества; за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в иное хранилище; за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с причинением значительного ущерба потерпевшим.

Преступления совершены <...>, <...>, <...>, <...>, <...> в г. Омске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 вину полностью признал, при этом отрицая факт незаконного проникновения в помещение и иное хранилище.

В апелляционном представлении заместитель прокурора ОАО г. Омска ФИО выразил несогласие с приговором суда ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона.

В обоснование своей позиции отметил, что судом при вынесении обжалуемого решения относительно квалификации действий осужденного ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, не были учтены положения закона, определяющие критерии отнесения того или иного объекта к хранилищу, а также предназначение контрольно-кассовой техники.

Так, отметил, что по смыслу закона, кассовый аппарат не относится к числу сооружений, предназначенных для постоянного или временного хранения материальных ценностей, а является видом контрольно-кассовой техники, используемой для осуществления и фиксации расчетов.

При указанных обстоятельствах полагал, что действия ФИО1, направленные на хищение денежных средств из ящика кассового аппарата не могут быть квалифицированы как кража, совершенная с незаконным проникновением в хранилище, ввиду чего указанные противоправные действия осужденного подлежат переквалификации на ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Таким образом, государственный обвинитель просил в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступления, признанного доказанным (эпизод от <...>), исключить указание на то, что кассовый ящик является хранилищем; в описательно-мотивировочной и резолютивных частях приговора переквалифицировать действия осужденного по эпизоду от <...> с п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 месяцев, снизить наказание, назначенное по ч. 2 ст. 69 УК РФ, до 2 лет лишения свободы, по ст. 70 УК РФ – до 2 лет 5 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В дополнениях прокурор указывает на противоречие в описании преступного деяния. Отмечает, что согласно обвинению, хищение денежных средств из кассы совершено ФИО1 около 19:32 <...>, однако, суд в приговоре указал время совершения преступления около 18:32 <...>, что, по мнению прокурора, противоречит материалам уголовного дела и предъявленному обвинению.

Кроме того, прокурор заявил о недопустимости применения в качестве доказательств письменных документов. Он отметил, что в приговоре суд, обосновывая выводы о виновности ФИО1 в инкриминируемых ему противоправных деяниях, сослался на ряд письменных материалов. Среди них: постановление о признании вещественным доказательством акта инвентаризации, счета-фактуры и товарная накладная (т. 2 л.д. 157-158). При этом, протокол судебного заседания не содержит информации об исследовании указанных письменных документов, находящихся в уголовном деле. Просит приговор изменить по доводам основного и дополнительного представления.

В апелляционной жалобе адвокат Галашев А.В., действующий в интересах осужденного ФИО1, посчитал приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания.

Привел доводы о несогласии с квалификацией действий ФИО1 по эпизоду от <...> по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, указав, что по смыслу закона кассовый аппарат не относится к числу сооружений, предназначенных для постоянного или временного хранения материальных ценностей, а является видом контрольно-кассовой техники, используемой для осуществления и фиксации расчетов. Ввиду чего, полагал, что действия ФИО1 необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 158 УК РФ.

По эпизоду от <...> по факту хищения сотовых телефонов потерпевших ФИО, ФИО, ФИО сторона защиты выразила несогласие с квалифицирующим признаком «причинение значительного ущерба», поскольку потерпевшие не заявили о причинении им значительного ущерба при подаче заявления о хищении, не явились в судебное заседание, фактически отказавшись от доказывания данного квалифицирующего признака.

Помимо прочего, по мнению защиты, сторона обвинения не приняла мер к доказыванию значительности причиненного потерпевшим ущерба. Полагал, что у потерпевших не выяснена реальная сумма их доходов, поэтому в данной части квалификация действий ФИО1 выглядит неверной.

Также отметил, что по эпизодам от <...>, <...>, <...>, <...> судом неверно установлена сумма ущерба и как следствие неверно решен вопрос об удовлетворении в данной части гражданских исков, поскольку при указании суммы причиненного ущерба в его размер включена торговая надбавка. Полагал, что гражданские иски данных потерпевших должны были быть оставлены судом без рассмотрения с предложением потерпевшим заявить такого рода иски в порядке гражданского судопроизводства, а сумма причиненного ФИО1 ущерба должна была быть рассчитана из закупочной цены товаров, указанных в материалах уголовного дела.

Указал, что при назначении окончательного наказания судом не учтено, что ФИО1 ранее уже был осужден за совершенные в аналогичный период аналогичным способом преступления к наказанию в виде принудительных работ, поэтому назначение иного наказания, по мнению защиты, нарушает принцип справедливости приговора. Полагал, что наказание в виде принудительных работ будет отвечать признакам справедливости и позволит осужденному перевоспитаться и возместить ущерб всем потерпевшим.

Просил изменить приговор суда. Действия ФИО1 по эпизодам от <...> и <...> квалифицировать по ч. 1 ст. 158 УК РФ, снизив наказание; исключить из текста приговора указание на отмену ФИО1 условного осуждения, снизив наказание; по эпизодам хищения спиртного и парфюмерных изделий <...>, <...>, <...>, <...> снизить сумму ущерба до размера закупочных цен, указанных в материалах дела, гражданские иски представителей потерпевших по данным эпизодам оставить без рассмотрения; окончательным видом наказания для ФИО1 определить принудительные работы.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не согласился с приговором суда, посчитав его незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Привел доводы об отсутствии квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба» потерпевшим ФИО, ФИО, ФИО по эпизоду от <...> и необходимости переквалификации его действий на ч. 1 ст. 158 УК РФ. Так, суд первой инстанции указал на наличие данного признака, основываясь исключительно на доказательствах, представленных стороной обвинения, не вызвав в судебное заседание указанных потерпевших и не уточнив их позицию по данному вопросу. Обратил внимание, что предметом хищения являлись мобильные телефоны, не относящиеся, по мнению осужденного, к предметам первой необходимости, кража которых не поставило потерпевших в трудную жизненную ситуацию.

Просит отменить приговор суда, отправить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

На апелляционные жалобы государственным обвинителем Куляпиным Р.Ю. были поданы возражения, в которых он просил оставить апелляционные жалобы без удовлетворения ввиду их необоснованности.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, поданных возражений, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, нарушений требований ст. 63 УПК РФ по уголовному делу не допущено. Судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ. Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал участников судебного разбирательства в исследовании имевшихся доказательств; данных, свидетельствующих о проведении судебного следствия односторонне либо неполно, не имеется. Также суд первой инстанции обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по соблюдению принципа состязательности, создал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Доказательства, представленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в соответствии с требованиями ст. 14, 17, 87, 88 УПК РФ исследовались, проверялись и оценивались судом первой инстанции на предмет относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности – достаточности для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Виновность ФИО1 в совершении преступлений подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе признательными показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного следствия и в ходе судебного заседания, показаниями представителей потерпевших ФИО2, ФИО, ФИО, ФИО3, потерпевших ФИО, ФИО, ФИО, свидетелей ФИО, ФИО, ФИО, ФИО, содержание которых изложено в приговоре.

Оснований не доверять показаниям указанных лиц суд первой инстанции не усмотрел; также не усмотрел таких оснований суд апелляционной инстанции, поскольку эти показания полностью согласуются между собой и с исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, собранными надлежащим должностным лицом в установленном законом порядке.

Суд апелляционной инстанции признает приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. Существенные противоречия в доказательствах, не устраненные судом и требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его виновности, по делу отсутствуют. Обстоятельства дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно.

Выводы суда в приговоре о виновности осужденного и о юридической квалификации его действий по ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ являются мотивированными.

Анализ совокупности собранных по делу доказательств свидетельствует о правильности вывода суда о том, что хищение имущества потерпевших осуществлено осужденным тайно, противоправно, безвозмездно, с корыстной целью и с прямым умыслом, в результате чего потерпевшим был причинен материальный ущерб.

Принимая во внимание имущественное положение потерпевших, характеристику похищенного имущества, его значимость для потерпевших, суд апелляционной инстанции соглашается с надлежащим образом мотивированным выводом суда о том, что квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину» нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Доводы стороны защиты об оспаривании квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба» являются несостоятельными. Согласно п. 2 примечания к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей.

В соответствии с показаниями потерпевших лиц, содержащихся в материалах дела, они имели невысокий уровень дохода в виде небольших заработных плат, осуществляли существенные траты на постоянные жизненно-необходимые нужды. У суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений правильность выводов суда первой инстанций относительно наличия указанного квалифицирующего признака в действиях осужденного.

Таким образом, выводы суда о виновности осужденного ФИО1 и о юридической квалификации его действий по ч. 1 ст. 158 УК РФ (кража, то есть тайное хищение чужого имущества), по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину) являются обоснованными, а оснований для иной квалификации действий осужденного либо его оправдания суд апелляционной инстанции не установил.

Вместе с тем, давая правовую оценку действиям ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд исходил из того, что ящик, из которого были похищены денежные средства, предназначен для хранения материальных ценностей в виде денежных средств в целях обеспечения их безопасности и сохранности в нем, доступ к нему был ограничен, что было очевидно для ФИО1, следовательно, место, откуда он извлекал деньги, является иным хранилищем.

В соответствии с п. 3 примечания к ст. 158 УК РФ под хранилищем понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.

Исходя из основных положений Федерального закона от 22 мая 2003 года N 54-ФЗ "О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в Российской Федерации", использование контрольно-кассовых аппаратов обеспечивает фиксацию производимых расчетно-кассовых операций, хранение же в них денежных средств не является их основной функцией.

Однако приведенные выше положения закона, определяющие критерии отнесения того или иного объекта к хранилищу, а также предназначение контрольно-кассовой техники не были учтены судом при вынесении приговора.

Таким образом, по смыслу закона кассовый аппарат не относится к числу сооружений, предназначенных для постоянного или временного хранения материальных ценностей, а является видом контрольно-кассовой техники, используемой для осуществления и фиксации расчетов.

С учетом изложенного хищение денежных средств из ящика кассового аппарата не может оцениваться как кража с незаконным проникновением в хранилище, ответственность за которую предусмотрена п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

При таких обстоятельствах содеянное ФИО1 необходимо переквалифицировать на ч. 1 ст. 158 УК РФ, как кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, и назначить ему наказание в виде лишения свободы в пределах санкции этого уголовного закона с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и данных о личности, в том числе смягчающих и отягчающего обстоятельств.

Также, заслуживают внимания доводы дополнительного апелляционного представления, касающиеся времени совершения преступного деяния, предусмотренного п. «б» ч. ст. 158 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств из кассы).

Действительно, в обвинительном заключении указано, что хищение денежных средств из кассы было совершено ФИО1 около 19:32 <...>. Однако, суд в приговоре допустил ошибку, указав время совершения преступления около 18:32 <...>. Это несоответствие, как справедливо отмечает прокурор, свидетельствует о противоречии между предъявленным обвинением и выводами суда, изложенными в приговоре.

Признавая данный довод обоснованным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости устранения указанного противоречия для обеспечения законности и справедливости вынесенного решения.

Данное расхождение по мнению суда апелляционной инстанции является технической ошибкой, не повлиявшей на существо обвинения и выводы суда о виновности осужденного. Анализ совокупности доказательств, представленных в ходе судебного разбирательства, свидетельствует о том, что несмотря на указанное временное несоответствие, все иные обстоятельства совершенного преступления – место, способ, объект посягательства, а также личность виновного – установлены полно и всесторонне.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в приговоре при изложении показаний представителя потерпевшего ФИО и свидетеля ФИО содержатся сведения об уточнении времени по преступлению от <...> в виде фразы "(время новосибирское)". Учитывая, что фактическое время совершения преступления, а именно 19:31 по омскому времени, уже приведено с учетом соответствующей разницы во времени, указанные уточнения являются избыточными и подлежат исключению из текста изложения показаний, как не влияющие на существо обстоятельств дела.

Доводы апелляционного представления прокурора о недопустимости применения в качестве доказательств письменных документов, основанные на неполноте протокола судебного заседания, подлежат отклонению.

Прокурор, ссылаясь на отсутствие в протоколе судебного заседания информации об исследовании постановления о признании вещественным доказательством акта инвентаризации, счета-фактуры, товарной накладной (т. 2 л.д. 157-158), делает преждевременный и необоснованный вывод.

Анализ аудиозаписи судебного заседания от <...>-<...>, имеющейся в материалах дела, позволяет с полной уверенностью утверждать, что указанное письменное доказательство было надлежащим образом исследовано судом. На аудиозаписи зафиксирован момент, когда государственным обвинителем были озвучены и представлены суду сведения, содержащиеся в постановлении о признании вещественным доказательством от <...>.

Более того, именно прокурор инициировал озвучивание содержания данных документов, направляя тем самым внимание суда на их значение для установления обстоятельств дела. Таким образом, доводы прокурора о том, что протокол судебного заседания не содержит информации об исследовании этих документов, опровергаются фактическими данными, зафиксированными на аудиозаписи.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора должны быть приведены мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Назначенное осужденному наказание по 4 преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 158 УК РФ, и преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, соответствует требованиям ст. 6, 15, 43, 60 УК РФ, определено с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

Суд в полной мере учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, признание осужденным своей вины и раскаяние в содеянном, болезненное состояние его здоровья и близких родственников, фактические явки с повинной при сообщении до возбуждения уголовных дел об обстоятельствах 5 неочевидных преступлений, кроме кражи от <...>, активное способствование раскрытию и расследованию преступления в магазине <...>

Иных обстоятельств, смягчающих наказание, не учтенных судом первой инстанции, но подлежащих учету в соответствии с положениями ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усмотрел.

Обстоятельством, отягчающим наказание, судом первой инстанции обоснованно признан рецидив преступлений, который согласно ч. 1 ст. 18 УК РФ является простым.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволявших применить положения ст. 64 УК РФ, обоснованно не установлено.

Изложенные в приговоре выводы об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ст. 62, ст. 64, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ судом убедительно мотивированны и обоснованы.

Вместе с тем, изменение объема обвинения и переквалификация действий осужденного ФИО1 с п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ влечет смягчение наказания, определенного судом первой инстанции, как за указанное преступление, так и с учетом правил ч. 2 ст. 69, 70 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, правовое и фактическое обоснование принятого судом решения о взыскании с осужденного в пользу потерпевших ФИО, ФИО, ФИО компенсаций материального ущерба, причиненного преступлением, в приговоре приведено; размер компенсации определен верно и подтверждается доказательствами, имеющимися в материалах дела, при этом с заявленными потерпевшими исковыми требованиями ФИО1 в суде первой инстанции согласился.

Кроме того, суд первой инстанции при принятии решения по заявленным <...> гражданским искам правильно руководствовался разъяснениями, данными в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года № 29 (в редакции от 15 декабря 2002 года) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», о том, что при определении размера похищенного имущества следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

Согласно п. 4.1 Методических рекомендаций по формированию и применению свободных цен и тарифов на продукцию, товары и услуги, подготовленные Минэкономики России с участием Госналогслужбы России, Минфина России, Роскомторга, Центросоюза России и отдельных органов ценообразования субъектов Российской Федерации, утвержденные Минэкономики России <...>, свободные розничные цены и тарифы определяются самостоятельно розничными торговыми предприятиями, предприятиями общественного питания и другими юридическими лицами, осуществляющими продажу товаров (услуг) населению, в соответствии с конъюнктурой рынка (сложившимся спросом и предложением в данном регионе), качеством и потребительскими свойствами товаров и предоставляемых услуг, исходя из свободной отпускной цены предприятия-изготовителя или цены другого поставщика (цены закупки) и торговой надбавки.

При этом, в соответствии с п. 4.3 Методических рекомендаций, торговые надбавки определяются продавцом самостоятельно, исходя из конъюнктуры рынка (сложившегося спроса и предложения), кроме торговых надбавок, уровень которых регулируется в соответствии с действующим законодательством. В торговую надбавку включаются издержки обращения, в том числе транспортные расходы по доставке товаров от поставщика (в зависимости от вида франко, предусмотренного в свободной отпускной цене предприятия-изготовителя или цене закупки продукции (товаров) и условий поставки, указанных в договоре на поставку), другие расходы по закупке и реализации товаров розничных торговых организаций и предприятий или предприятий бытового обслуживания населения и налог на добавленную стоимость, а также прибыль.

Согласно п. 4.6 Методических рекомендаций, реализация предприятиями-изготовителями продукции и товаров собственного производства населению через кассу предприятия осуществляется по свободным розничным ценам, определяемым предприятиями самостоятельно, исходя из свободных отпускных цен, с добавлением торговой надбавки, определяемой в соответствии с п. 4.3 Методических рекомендаций.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что фактическая стоимость товаров, похищенных из магазинов и других организаций, осуществляющих розничную торговлю, для целей квалификации преступления должна определяться на основании розничной цены на момент совершения преступления, исчисленной торговой организацией в соответствии с вышеуказанными Методическими рекомендациями и включающей в себя все элементы ценообразования, в том числе НДС и прибыль.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит необходимым изменить приговор и в части разрешения гражданских исков.

Так, гражданские иски потерпевших и представителей потерпевших о взыскании с осужденного суммы, причиненного преступлениями имущественного ущерба, разрешены судом первой инстанции по существу верно. Между тем, расчет суммы ущерба в пользу <...> произведен неверно.

Так, согласно обвинительному заключению и как достоверно установил суд первой инстанции и отразил в описательно-мотивировочной части приговора, преступлением от <...> ФИО1 причинен <...> материальный ущерб на сумму 7849,46 руб. (с товарной наценкой), однако суд в резолютивной части указал о взыскании с ФИО1 в пользу <...> – 7849 (семь тысяч восемьсот сорок девять) рублей 99 копеек.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить резолютивную часть приговора в части гражданского иска представителя потерпевшего, указав о взыскании с осужденного в пользу <...> в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, денежных средств в размере 7849 (семь тысяч восемьсот сорок девять) рублей 46 копеек.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу определена в соответствии со ст. 81, 82 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона либо неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену либо иное изменение обжалуемого приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь положениями ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Октябрьского районного суда г. Омска от 28 января 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описания преступного деяния, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду хищения денежных средств из кассы), указание на время его совершения «около 18:32».

Изложить абзац приговора, касающийся времени совершения хищения денежных средств из кассы, в следующей редакции: «<...> около 19:32».

Исключить из текста приговора при изложении показаний представителя потерпевшего ФИО и свидетеля ФИО указание на уточнение времени, а именно фразы «(время новосибирское)».

Переквалифицировать действия осужденного ФИО1 по эпизоду от <...> с п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ, по которому назначить наказание в виде 8 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, определить ФИО1 наказание в виде 2 лет лишения свободы.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию наказания по приговору мирового судьи судебного участка № <...> в Куйбышевском судебном районе в г. Омске от <...>, окончательно определить ФИО1 наказание в виде 2 лет 5 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Уточнить резолютивную часть приговора, указав о взыскании с ФИО1 в пользу <...> в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, денежную сумму в размере 7849 (семь тысяч восемьсот сорок девять) рублей 46 копеек.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано через суд, постановивший приговор, в порядке главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.В. Погребная