Решение № 2-87/2019 2-87/2019~М-63/2019 М-63/2019 от 23 мая 2019 г. по делу № 2-87/2019

№ 2-87/2019 <данные изъяты>


Решение

Именем Российской Федерации

23 мая 2019 года г. Москва

235 гарнизонный военный суд, в открытом судебном заседании в помещении суда в составе: председательствующего – судьи Карпова А.В., при секретаре Шогеновой М.Х., с участием представителя истца ФИО1 и ответчика, рассмотрев гражданское дело по иску войсковой части 0000 к военнослужащему указанной воинской части рядовому ФИО2 о возмещении ущерба,

установил:

Представитель войсковой части 0000 ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, в котором просила привлечь его к полной материальной ответственности и взыскать с ответчика в пользу филиала 0000 Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по г. Москве и Московской области» (далее – УФО) денежные средства в размере 39 025,20 руб. в соответствии с пунктом 2 ст. 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих».

В судебном заседании представитель истца Начарян поддержала заявленные требования и пояснила, что командиром войсковой части 0000 с ответчиком был заключен договор полной материальной ответственности. С 16 по 28 апреля 2018 года ФИО2 находился на лечении в госпитале, при этом убывая на лечение материальные средства, числящиеся за ним, не передавал. В ходе проверки вещевого склада воинской части была установлена недостача вещевого имущества, числящегося за ответчиком, на общую сумму 39 025,20 руб.

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика денежные средства в размере 39 025,20 руб. в счет возмещения причиненного ущерба.

Ответчик в судебном заседании иск не признал и просил отказать в удовлетворении исковых требований, пояснив, что в апреле 2018 года он экстренно был госпитализирован, в связи с чем у него не было возможности передать материальные ценности, находящиеся у него на ответственном хранении другому военнослужащему. В период его нахождения в госпитале, склад воинской части вскрывался посторонними лицами. Обстоятельства образовавшейся недостачи вещевого имущества ему не известны.

Представитель УФО, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не прибыл, о его отложении не просил.

Рассмотрев иск, заслушав объяснения сторон и исследовав представленные материалы в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с требованиями п.п. 1, 2, 73-75, 237 и 242 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 03 июня 2014 года № 333, и Руководства по учёту вооружения, военной, специальной техники и иных материальных ценностей в Вооруженных силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 15 апреля 2013 года № 300, в воинских частях и соединениях Министерства обороны Российской Федерации ответственными должностными лицами за хранение материальных ценностей проводятся мероприятия по обеспечению сохранности, учёта и движения материальных средств воинских частей.

В силу пункта 4 ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» за материальный ущерб, причинённый государству при исполнении обязанностей военной службы, военнослужащие привлекаются к материальной ответственности в соответствии с Федеральным законом «О материальной ответственности военнослужащих».

Статьей 2 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) определено, что реальный ущерб - утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

В пункте 1 ст. 3 Закона указывается, что материальная ответственность военнослужащего наступает только за причиненный по его вине реальный ущерб.

Согласно ст. 5 Закона, военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен, в том числе: военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей; в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации.

Приказом командира войсковой части 0000 от 22 декабря 2016 года 0000 временное исполнение обязанностей заведующего вещевым складом воинской части возложена на рядового ФИО2а. В Приложении 0000 к указанному приказу изложены должностные обязанности заведующего вещевым складом войсковой части 0000 в том числе, обязанность выполнять правила хранения, приёма и выдачи материальных средств, не допуская случаев их порчи и недостач.

Согласно договору о полной материальной ответственности, заключенного между командиром войсковой части 0000 и ответчиком, последний принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества.

Как усматривается из ответа командира войсковой части 0000 от 10 апреля 2019 года 0000, на основании наряда 0000 с базы 0000 <адрес> были получены ботинки в количестве 180 шт. и переданы на склад вещевой службы 0000 под ответственное хранение ФИО2у.

Из рапорта ВрИО заместителя командира части по тылу – начальника тыла ХЖЫ от сентября 2018 года усматривается, что при передаче – приема дел и должности командира войсковой части 0000 на вещевом складе части выявлена недостача имущества на сумму 39 000 руб.

Аналогичную информацию о выявленной недостаче на вещевом складе содержит рапорт заместителя командира части по работе с личным составом Корнейчука от 08 сентября 2018 года.

Из заключения по материалам служебного разбирательства усматривается, что при нахождении в госпитале и в отпуске, с ФИО2а ответственность за хранение имущества не снималась, иному ответственному лицу имущество на время отпуска и пребывания в госпитале не передавалось, что привело к утрате им имущества, а именно ботинок с высоким берцем на общую сумму 39 000 руб.

Согласно заключению по материалам служебного разбирательства от 21 марта 2019 года в сумме образовавшейся недостачи на складе вещевой службы войсковой части 0000 была допущена опечатка. В действительности на вещевом складе части выявлена недостача имущества на сумму 39 025,20 руб.

Как усматривается из сличительной ведомости на 30 августа 2018 года, подписанной, в том числе ответчиком, на вещевом складе войсковой части 0000 выявлена утрата имущества, а именно ботинок с высоким берцем на общую сумму 39 025,20 руб.

Из книги учёта недостач усматривается, что 16 ноября 2018 года, на основании приказа командира войсковой части 0000, в книгу внесена запись о выявленной недостачи в размере 39 025,20 руб., числящейся за Гребенюком.

Из рапорта ответчика от 09 сентября 2018 года усматривается, что он готов возместить ущерб в размере 39 000 руб., образовавшийся в результате несвоевременной проводки первичных документов.

Как усматривается из рапорта ответчика от 10 сентября 2018 года, о причинах образовавшейся недостачи на вещевом складе ФИО2 ничего не пояснил, при этом указав, что на складе в его отсутствие находились посторонние люди.

При этом, количество выявленной недостачи ответчиком не оспаривалась.

Согласно акту вскрытия вещевого склада от 18 апреля 2018 года усматривается, что в указанную дату комиссия в составе ЖЖЛ, ХЖЫ, ЧЮЛ ФЖД и ФЫЖ произвела вскрытие склада войсковой части 0000 для выдачи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, ботинок с высоким берцем. На складе наличие указанного имущества не обнаружено.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ЖЖЛ, ЧЮЛ и ФЖД, каждый в отдельности пояснили, что 18 апреля 2018 года по указанию командира войсковой части 0000 комиссионно был вскрыт склад вещевой службы для обеспечения военнослужащих, проходящих военную службу по призыву ботинками летнего образца. Склад вскрывался комиссионно в связи с тем, что исполняющий обязанности начальника склада – ФИО2 находился на стационарном лечении в госпитале. При убытии ФИО2а на лечение вещевой склад установленным порядком иному ответственному лицу не передавался. В ходе комиссионной проверки склада наличие ботинок обнаружено не было, о чём в дальнейшем был составлен акт.

Свидетель ДЖЭ, в судебном заседании показал, что ФИО2, при убытии на стационарное лечение 16 апреля 2018 года, вещевой склад войсковой части 0000 установленным порядком не передал. 18 апреля 2018 года в его присутствии комиссионно вскрывался вещевой склад части, где была обнаружена недостача берец в количестве 20 шт. на общую сумму 39 025,20 руб. Так же свидетель пояснил, что ключи от вещевого склада войсковой части 0000 в одном экземпляре находятся в тубусе у дежурного по части и выдаются строго под роспись по книге выдачи.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании пояснила, что книга выдачи ключей за период апрель 2018 года в воинской части отсутствует по неизвестной ей причине.

Свидетели БЛА, СЧЖ и ФЫЖ, каждый в отдельности, в судебном заседании пояснили, что они комиссионно вскрывали вещевой склад войсковой части 0000 в апреле 2018 года в связи с передачей дел и должности начальника склада без составления акта вскрытия. Перед началом проверки наличия имущества на вещевом складе от ЖЖЛ было известно о выявленной недостачи берец в количестве 20 шт.

Доказательств того, что ранее 18 апреля 2018 года на вещевом складе войсковой части 0000 находились посторонние люди, ответчиком не приведено и судом не установлено, в связи с чем суд отвергает довод ФИО2а о том, что недостача имущества образовалась в связи с нахождением на складе в его отсутствие посторонних людей.

В соответствии с частью 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, суд считает установленным, что по вине ФИО2а в войсковой части 0000 возникла недостача материальных ценностей на общую сумму – 39 025,20 руб., так как он как материально ответственное лицо должен был обеспечить сохранность, учёт и движение материальных средств вещевого склада войсковой части 0000.

Вместе с тем, в соответствии с частями 1 и 2 ст. 6 Закона размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба. Цены на вооружение, военную технику, боеприпасы, другое имущество, централизованно поставляемые воинским частям, определяются уполномоченными на то государственными органами. Размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

Как усматривается из справок-расчетов стоимость утраченного Гребенюком имущества, с учётом износа составила - 39 025,20 руб.

Ответчик размер причиненного ущерба в судебном заседании не оспорил, свой контррасчёт взыскиваемых сумм не привёл.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о необходимости привлечения ответчика к полной материальной ответственности и взыскания с ответчика суммы причинённого им материального ущерба с учётом износа в размере 39 025,20 руб.

Суд, удовлетворяя заявленные требования, полагает необходимым взыскать указанную сумму на лицевые счёта ФКУ УФО МО РФ, поскольку войсковая часть 0000 находится на финансовом обеспечении в указанном финансовом органе.

Удовлетворяя иск в полном объёме, суд, в соответствии со ст.ст. 94 и 103 ГПК РФ, находит необходимым взыскать с ответчика в федеральный бюджет государственную пошлину, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 1 370,75 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 103, 194-199 ГПК РФ, военный суд,

решил:

Иск войсковой части 0000 к военнослужащему указанной воинской части ФИО2 о возмещении ущерба, удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу филиал 0000 Федеральное казенного учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по г. Москве и Московской области» денежную сумму в размере 39 025, 20 руб.

Взыскать с ФИО2 в федеральный бюджет государственную пошлину, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 1 370,75 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский окружной военный суд через 235 гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья А.В. Карпов

Верно:

Судья А.В. Карпов

Секретарь судебного заседания М.Х. Шогенова