Решение № 2-12949/2024 2-1346/2025 от 1 сентября 2025 г. по делу № 2-79/2024(2-5315/2023;)~М-3204/2023

Дело № 2-1346/2025 (2-12949/2024)

УИД 35RS0010-01-2023-004118-32


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Вологда 19 августа 2025 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Подгорной И.Н.,

при секретаре Беляевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

установил:

ФИО1, ссылаясь на причинение ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) от 07 января 2023 года, обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, в котором с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу материальный ущерб в размере 1187000 рублей, расходы по оплате услуг за эвакуацию транспортного средства 22 000 рублей, расходы по оплате услуг за размещение транспортного средства на парковке 27 360 рублей, расходы по оплате услуг досудебной экспертизы 15 000 рублей, расходы на оформление доверенности 2400 рублей, расходы на проведение судебной экспертизы 93 600 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 14 136 рублей.

Требования мотивировала тем, что ущерб причинен по вине водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, гражданско-правовая ответственность которого на момент ДТП не была застрахована, собственником автомобиля являлся ФИО3

Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 18марта 2024 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 03 июня 2024 года, исковые требования ФИО1 удовлетворены частично: с ФИО3 в пользу ФИО1 взысканы материальный ущерб, причиненный ДТП, в размере 1 187 100 рублей, расходы на оплату услуг по перемещению транспортного средства на парковку в размере 27 300 рублей, расходы на оплату досудебной экспертизы в размере 15 000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 93 600 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 14136 рублей. В удовлетворении требований в остальной части, а также требований к ФИО2 отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21 октября 2024 года решение Вологодского городского суда Вологодской области от 18 марта 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 03 июня 2024 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции – Вологодский городской суд Вологодской области.

В судебное заседание истец ФИО1, извещенная надлежащим образом, не явилась. Ее представитель ФИО4 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 ФИО5 по поводу удовлетворения исковых требований к ответчику ФИО3 возражал по основаниям, изложенным в письменных поясненениях.

В судебное заседание ответчики ФИО3, ФИО2, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, САО «ВСК», извещенные надлежащим образом, не явились.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, под которыми понимаются, в частности, расходы, которые это лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В силу пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме, лицом причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 07 января 2023года по вине водителя ФИО2, управлявшего автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, причинены механические повреждения транспортному средству истца <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №.

На момент ДТП автогражданская ответственность виновника ДТП водителя ФИО2 в установленном порядке застрахована не была.

Согласно экспертному заключению «Независимой автотехнической экспертизы» ИП ФИО9 от 28 февраля 2023года № стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № без учета коэффициента износа составной части по состоянию на 07 января 2023 года составляет 2053500 рублей, с учетом износа – 1490700 рублей, при этом рыночная стоимость транспортного средства составляет 1672300 рублей, восстановительный ремонт транспортного средства нецелесообразен, стоимость годных остатков поврежденного транспортного средства составляет 485200 рублей.

Суд при вынесении решения принимает за основу экспертное заключение «Независимой автотехнической экспертизы» ИП ФИО9 от 28 февраля 2023года №, поскольку сомнений в правильности или обоснованности выводов оно не вызывает, соответствует требованиям законодательства, выполнено лицом, имеющим необходимую квалификацию и стаж работы, сторонами не оспаривалось, ходатайств о назначении по делу судебной автотовароведческой экспертизы не заявлялось.

С целью установления по делу юридически значимых обстоятельств, для определения виновника в указанном ДТП и определения степени вины каждого участника, по ходатайству представителя истца ФИО1 ФИО4, определением суда от 06 сентября 2023 года по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ Вологодская ЛСЭ Минюста России.

Согласно выводам эксперта ФИО15, изложенным в заключении от 28 декабря 2023 года №, № следует, что водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, 2007 года выпуска ФИО2 в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 1 и пункта 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД). Действия водителя ФИО2 в данной дорожной ситуации не соответствовали требованиям пункта 10.1 абзац 1 и пункта 1.5 ПДД. Водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, 2014 год выпуска ФИО1 в данной дорожной ситуации должна была руководствоваться требованиями пункта 9.1. и 10.1 абзац 2 ПДД. В действиях водителя ФИО1 в данной дорожной ситуации усматривается несоответствие требованиям пункта 9.1 ПДД. С учетом установленного механизма ДТП, дорожных условий водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО1 в сложившейся дорожной ситуации не располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в том числе путем применения экстренного торможения с сохранением прямолинейного направления движения в пределах занимаемой ей полосы движения.

В описательной части эксперт указывал, что поскольку в исследуемой дорожной ситуации водитель автомобиля Audi Q3 ФИО1 с целью предотвращения столкновения предприняла маневр смещения влево с выездом на полосу встречного движения, то в ее действиях усматривается несоответствие требованиям пункта 9.1 ПДД.

Для решения вопроса о соответствии (несоответствии) действий водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО1 требованиям вышеуказанного пункта 10.1 абзац 2 ПДД необходимо предварительное решение вопроса о наличии или отсутствии у нее технической возможности предотвратить данное ДТП, а именно столкновение с автомобилем <данные изъяты>.

При встречных столкновениях, если встречное транспортное средство (в данном случае автомобиль <данные изъяты>) до момента столкновения не было заторможено, то ни снижение скорости, ни остановка автомобиля <данные изъяты> в пределах занимаемой полосы движения не исключают возможности столкновения, а каких-либо данных о том, что к моменту столкновения автомобиль <данные изъяты> был заторможен в представленных материалах не содержится.

Поскольку выехавший на полосу встречного движения автомобиль <данные изъяты> до момента столкновения не был заторможен, двигался по левой стороне дороги и к моменту столкновения транспортных средств полосу встречного движения не освобождал, то торможением только одного автомобиля <данные изъяты> в пределах правой стороны проезжей части дороги столкновение не предотвращалось.

Таким образом, эксперт ФИО15 сделал вывод, что водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО1 не располагала технической возможностью предотвратить данное ДТП, в том числе путем применения экстренного торможения с сохранением прямолинейного направления движения в пределах занимаемой ей полосы движения, и поэтому в ее действиях несоответствий требованиям пункта 10.1 абзац 2 ПДД в данной дорожной ситуации не имеется.

Оснований не доверять заключению судебной экспертизы ФБУ Вологодская ЛСЭ Минюста России от 28 декабря 2023 года №, № (том 3 л.д. 19-29), на основании которого определена вина участников ДТП, произошедшем 07 января 2023 года, у суда не имеется.

Оценивая экспертное заключение по правилам статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд признает его надлежащим доказательством, поскольку заключение отвечает требованиям процессуального закона, содержит подробное описание произведенных исследований, мотивированные однозначные выводы по поставленным вопросам, проведено судебным экспертом, имеющим необходимые образование и квалификацию, продолжительный стаж работы, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение судебной экспертизы выполнено в полном соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», соответствует требованиям, предъявляемым к такому роду документам.

В судебном заседании суда первой инстанции 18 марта 2024 года эксперт ФИО15 заключение судебной экспертизы поддержал. Пояснил, что первопричиной выезда водителя ФИО1 являлись действия водителя автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, который создал опасность для транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в связи с чем у водителя ФИО1 отсутствовала возможностью предотвратить данное ДТП.

Данное экспертом ФИО15 заключение, равно как и объяснения эксперта в судебном заседании, его компетентность, у суда сомнений не вызывают.

Определяя надлежащего ответчика по настоящему делу, суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности на основании представленных суду доказательств.

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности в таких случаях, несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Предусмотренный статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим, но любое из таких оснований требует юридического оформления (заключение договора, выдача доверенности на управление управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.), на что указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 02 июня 2020 года № 4-КГ20-11.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания, ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Исходя из изложенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них при совокупности условий, а именно – наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

Пунктом 3 статьи 16 Федерального закона от 10 декабря 1995 года №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлено, что владельцы транспортных средств должны осуществлять обязательное страхование своей гражданской ответственности в соответствии с федеральным законом. В отношении транспортных средств, владельцы которых не исполнили данную обязанность, регистрация не проводится. Обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств осуществляется только при условии проведения в отношении транспортного средства государственного технического осмотра или технического осмотра, проведение которого предусмотрено законодательством в области осмотра транспортных средств.

Аналогичные положения содержатся и в статье 4 Федерального закона от 25 апреля 2022 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО).

При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения должна быть возложена на собственника транспортного средства.

Согласно ответу УМВД России по <адрес> автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на дату ДТП 07января 2023 года принадлежал на праве собственности ФИО3

Указанный факт подтверждается сведениями о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП, в которых указано, что собственником транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, является ФИО3

Оспаривая вину в причинении ущерба, ФИО3 ссылался на то обстоятельство, что указанный автомобиль на момент ДТП выбыл из его владения. В подтверждение этому в материалы дела представлен договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, заключенный 21 декабря 2022 года с ФИО2, согласно которому ФИО3 продал, а ФИО2 приобрел указанное транспортное средство за 300000 рублей.

При новом рассмотрении дела по ходатайству представителя ответчика ФИО3 ФИО5 и в целях установления юридически значимых обстоятельств по делу по делу определением суда от 14 февраля 2025 года была назначена судебно-техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ Вологодская ЛСЭ Минюста России.

Согласно выводам судебной экспертизы, изложенным в заключении от 18 июля 2025 года № установить, соответствует ли период времени выполнения подписей ФИО3 и ФИО2, текста в договоре купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № (л.д. 74, т. 3) указанной дате 21 декабря 2022 года и в какой период времени выполнен договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № не представляется возможным. Вопрос о давности нанесения печатного текста договора купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № от 21 декабря 2022 года (л.д. 74, т. 3) может быть решен при предоставлении в качестве образцов оригиналов документов любого содержания, изготовленных на том же печатающем устройстве за период с сентября 2022 года по март 2024 года (по два и более листа за каждый месяц при наличии возможности). В качестве образцов пригодны печатные тексты в документах, выполненные на том же печатающем устройстве, что и представленные в суд два экземпляра договора купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № от 21 декабря 2022 года (л.д. 74, т. 3; л.д. 127, т. 2). Договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № от 21 декабря 2022 года (л.д. 74, т. 3) подвергался механическому воздействию. Установить, подвергался ли договор термическому, световому, химическому агрессивному воздействию, - не представляется возможным по причине отсутствия необходимого комплекса признаков. Вопрос об искусственном старении документа не входит в компетенцию эксперта, поскольку предполагает правовую оценку, и в данной части экспертом не решался.

Оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку оно выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, составлено экспертом, имеющим профильное образование, длительный стаж работы по специальности. Экспертом соблюдены требования Федерального закона от 31мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности; заключение содержит мотивированные и научно обоснованные выводы эксперта относительно поставленных перед ним вопросов.

С учетом приведенных выше норм права и в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о том, что на дату ДТП собственником автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и его законным владельцем являлся ФИО2, который управлял данным транспортным средством, имел ключи зажигания, ПТС на автомобиль, договор купли-продажи, не оспоренный сторонами сделки, который представил сотрудникам ГИБДД при оформлении ДТП, в связи с чем был привлечен к административной ответственности по статье 12.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (управление транспортным средством, не зарегистрированным в установленном порядке) (т.1 л.д. 168).

Документальных подтверждений тому, что ответчик ФИО3 обладал гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности (автомобиля <данные изъяты>) суду не представлено. Сведения о противоправном изъятии ФИО6 транспортного средства у ФИО3 в материалах дела также отсутствуют. Полис ОСАГО ни собственником транспортного средства, ни лицом, управлявшим автомобилем и совершившим ДТП, не оформлялся. Сам ФИО2 в судебном заседании от 21 июня 2023 года пояснил, что управлял принадлежащим ему автомобилем <данные изъяты>, который приобрел у ФИО3 по договору купли-продажи 21 декабря 2022 года.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы права, регулирующие спорные правоотношения, установленные фактические обстоятельства по делу, суд полагает, что ответчик ФИО7 не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку утратил право собственности на автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в связи с заключением договора купли-продажи транспортного средства от 21 декабря 2022 года.

С учетом изложенного надлежащим ответчиком по требованиям ФИО1 о возмещении материального ущерба в размере 1187100рублей, рассчитанного как разница между рыночной стоимостью автомобиля на момент ДТП в размере 1672300 рублей и стоимостью годных остатков в размере 485200 рублей, является ответчик ФИО2

В обоснование требований истца о взыскании расходов на оплату услуг по эвакуации транспортного средства в размере 22000 рублей истцом представлен только счет на оплату от 09 января 2023 года №, при этом доказательств фактического несения истцом расходов на эвакуацию транспортного средства не представлено. В связи с чем требования в данной части удовлетворению не подлежат.

Заявленные истцом расходы на оплату услуг по перемещению транспортного средства на парковке в размере 27 360 рублей подтверждены истцом документально на сумму 27300 рублей, являются убытками истца, несение которых было обусловлено необходимостью исполнения истцом обязанности по сохранению поврежденного транспортного средства в том состоянии, в котором оно находилось на момент ДТП, что свидетельствует об обоснованности их взыскания с ответчика, в связи с чем приходит к выводу о наличии в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для взыскания указанной суммы с ФИО2

Заявленные истцом требования о взыскании с ответчика расходов за составление экспертного заключения подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

На основании статей 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», судебные расходы, необходимость несения которых была продиктована установлением размера материального ущерба для реализации права на обращение в суд, подлежат взысканию с ответчика.

Факт несения расходов на составление ИП ФИО9 экспертного заключения от 28 февраля 2023 года № подтвержден представленными в материалы дела кассовым чеком на сумму 15000 рублей. Проведение досудебной экспертизы обусловлено необходимостью определения размера исковых требований путем определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля AudiQ3.

Кроме того, истцом ко взысканию заявлены расходы на оформление нотариальной доверенности.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Исходя из содержания доверенности от 02 февраля 2023 года <адрес>0, выданной ФИО1, которой она уполномочивает ФИО4, ФИО11, ФИО12 представлять ее интересы в отношении ДТП, произошедшего 07 января 2023 года с участием принадлежащего ей автомобиля марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, 2014 года выпуска, следует, что истец уполномочила данных лиц представлять ее интересы во всех государственных и негосударственных органах, организациях и учреждениях, органах ГИБДД, во всех судебных, административных и правоохранительных органах, в том числе во всех судах со всеми правами, которые предоставлены законом заявителю, истцу, взыскателю, ответчику, третьему лицу, лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, административному истцу и административному ответчику.

Указанное свидетельствует о том, что нотариальная доверенность исходя из ее содержания выдана для участия представителя не только в настоящем гражданском деле. В связи с чем суд не усматривает оснований для взыскания в пользу истца понесенных ею расходов за совершение нотариального действия в размере 2400 рублей.

Несение истцом расходов на проведение судебной экспертизы документально подтверждено, а также поскольку указанные расходы связаны с данным делом, доказательства чрезмерности расходов не представлены, с ФИО2 в пользу истца на основании статей 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию судебные расходы на оплату судебной экспертизы – 93 600 рублей.

Расходы на оплату государственной пошлины также подлежат удовлетворению на сумму 14136 рублей, несение которых документально подтверждено чеком по операции от 03 апреля 2023 года на указанную сумму.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ) в пользу ФИО1 (паспорт серия № №) материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 1 187 100 рублей, расходы на оплату услуг по перемещению транспортного средства на парковке в размере 27 300 рублей, расходы на оплату досудебной экспертизы в размере 15 000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 93 600 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 136 рублей.

В удовлетворении требований в остальной части, а также требований к ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд Вологодской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья И.Н. Подгорная

Мотивированное решение изготовлено 02.09.2025.