Решение № 2-2110/2024 2-2110/2024~М-1144/2024 М-1144/2024 от 24 июня 2024 г. по делу № 2-2110/2024

УИД: 03RS0006-01-2024-001920-88

Дело №2-2110/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 июня 2024 года г. Уфа

Орджоникидзевский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Осипова А.П.,

при секретаре Гафаровой А.М.,

с участием помощника прокурора Калининского районного суда г. Уфы - ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Калининского района г. Уфы в интересах Российской Федерации к ФИО1 о признании сделок ничтожными, применении последствий их недействительности,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Калининского района г. Уфы обратился в суд с исковым заявлением в интересах Российской Федерации, в котором, ссылаясь на положения ст.ст. 169, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит признать ничтожными сделки по получению незаконного вознаграждения в виде взяток на общую сумму 100 000 руб., совершенных между ФИО4 и ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 ФИО15, ФИО2 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, а именно: признать сделку совершенную между ФИО1, и ФИО11 на сумму 10 000 руб. ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки; признать сделку совершенную между ФИО1, и ФИО12 на сумму 8 500 руб. ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки; признать сделку совершенную между ФИО1, и ФИО13 на сумму 2 500 руб. ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки; Признать сделку совершенную между ФИО1, и ФИО14 на сумму 5 000 руб. ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки; Признать сделку совершенную между ФИО1, и ФИО15 на сумму 9 000 руб. ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки; Признать сделку совершенную между ФИО1, и ФИО2 на сумму 65 000 руб. ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки. Взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации 100 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что приговором Калининского районного суда г. Уфы от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении 15 преступлений предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 291.1, п. «а» ч. 3 ст. 291.1, п. «а» ч. 3 ст. 291.1, п. «а» ч. 3 ст. 291.1и ему назначено итоговое наказание в виде штрафа в размере 1 050 000 руб.

В ходе судебных разбирательств, установлено, что ФИО1 совершил 15 преступлений, а именно посредничество во взяточничестве, то есть непосредственную передачу взятки по поручению взяткодателя и иное способствование взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере, за совершение заведомо незаконных действий, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В судебном заседании помощник прокурора Калининского районного суда г. Уфы ФИО5 настаивала на удовлетворении исковых требований по доводам изложенным в иске.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Третьи лица ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО15 в судебное заседание не явились, извещены в установленном порядке.

С учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющийся явке.

Выслушав помощника прокурора Калининского района г.Уфы, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч.1 ст.14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

Вместе с тем, квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему справедливого наказания по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу ст.169 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08.06.2004 №226-О, ст.169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Вместе с тем ст.169 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные ст.167 данного кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно п.1 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2).

Как разъяснено в п.85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Для применения ст.169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании ст.169 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет общие последствия, предусмотренные ст.167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

При этом, основывая исковые требования на положении ст.169 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец ни в исковом заявлении, ни при даче пояснений в судебном заседании не указал закон, предусматривающий в качестве последствий ничтожности сделки взыскание всего полученного по сделке в доход государства.

Тогда как в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы Уголовного кодекса Российской Федерации о конфискации имущества, что согласуется с позицией отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2023 №88-КГ23-2-К8.

Так, в силу ст.2 Уголовного кодекса Российской Федерации задачами данного кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (ч.1).

Для осуществления этих задач данный кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений (ч.2).

Согласно ч.1 ст.3 этого же кодекса (принцип законности) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным кодексом.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) и согласно ч.1 ст.104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе ст.290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в п. «а» данной статьи, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что приговором Калининского районного суда г. Уфы от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении 15 преступлений предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 291.1, п. «а» ч. 3 ст. 291.1, п. «а» ч. 3 ст. 291.1, п. «а» ч. 3 ст. 291.1и ему назначено итоговое наказание в виде штрафа в размере 1 050 000 руб.

В силу ч.4 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, к ФИО7 обратился ФИО11 с просьбой об оказании ему содействия в незаконном возврате водительского удостоверения путем внесения в ФИС «ГИБДД-М» заведомо ложных сведений о начале течения срока лишения его права управления транспортными средствами, и окончании течения срока лишения специального права, а также без прохождения проверки знаний им Правил дорожного движения Российской Федерации, то есть без фактической сдачи теоретического экзамена в соответствии с Правилами проведения экзаменов на право управления транспортными средствами и выдачи водительских удостоверений, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.10.2014 г. № 1097 «О допуске к управлению транспортными средствами», сдача которых в соответствии с ч.2 ст.25 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» от 10.12.1995 г. № 196-ФЗ является условием предоставления права на управление транспортными средствами, то есть в нарушение порядка, установленного Правилами возврата водительского удостоверения после утраты оснований прекращения действия права на управление транспортными средствами (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2014 г. № 1191).

После чего, в вышеуказанный период времени, более точные дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, у ФИО7 осознающего незаконный характер ФИО6, и что ФИО11, является лицом подвергнутым наказанию за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами сроком на 18 месяцев, и последний в соответствии ст.32.7 КоАП РФ в течение трех рабочих дней со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, соответствующее удостоверение (специальное разрешение - водительское удостоверение) в орган, исполняющий этот вид административного наказания, не сдал, возник преступный умысел, направленный на совершение посредничества во взяточничестве и иное способствование взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, за совершение заведомо незаконных действий, выраженных в оказании ФИО11 в незаконном восстановлении права управления транспортными средствами и на просьбу ФИО11 он ответил согласием.

Далее, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, ФИО7 (во исполнение преступного умысла, направленного на совершение посредничества во взяточничестве за заведомо незаконные действия, группой лиц по предварительному сговору, способствуя в достижении и реализации соглашения между взяткодателем и взяткополучателем в получении и даче взятки в значительном размере за совершение заведомо незаконных действий, обратился к ранее знакомому ФИО1, заведомо зная, что последний знаком с сотрудником ГИБДД МВД России, обладающим должностными полномочиями, позволяющими за незаконное денежное вознаграждение оказать непосредственное содействие в незаконном восстановлении права управления транспортными средствами ФИО11

С вышеуказанным предложением о передаче взятки за совершение указанных заведомо незаконных действий в интересах ФИО11, ФИО1 согласился, тем самым вступил в преступный сговор с ФИО7 (материалы дела, в отношении которого выделены в отдельное производство), и у него возник преступный умысел на посредничество во взяточничестве, то есть на непосредственную передачу взятки, по поручению взяткодателя, должностному лицу из числа сотрудников ГИБДД МВД России за совершение заведомо незаконных действий в виде незаконного восстановления специального права управления транспортными средствами ФИО11, группой лиц по предварительному сговору.

После чего, в вышеуказанный период времени ФИО1, действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО7, заведомо зная, что его знакомый ФИО8, состоящему в должности инспектора по исполнению административного законодательства ОГИБДД Отдела МВД России по <адрес> (далее по тексту – сотрудник полиции) может оказать содействие ФИО11 в незаконном восстановлении права управления транспортными средствами, способствуя в достижении и реализации соглашений между взяткодателем и взяткополучателем в получении и даче взятки в значительном размере за совершение заведомо незаконных действий, группой лиц по предварительному сговору, обратился к нему с просьбой оказать указанное содействие ФИО11, ранее лишенному специального права управления транспортными средствами, на что ФИО8 согласился и потребовал за вышеуказанное содействие незаконное денежное вознаграждение в размере 35 000 рублей.

В последующем, в указанный период времени, ФИО1, сообщил ФИО7 о готовности ФИО8 за незаконное денежное вознаграждение в размере 35 000 руб. оказать содействие в незаконном восстановлении права управления транспортным средством ФИО11, после чего, ФИО7 (материалы дела, в отношении которого выделены в отдельное производство) сообщил ФИО11, о готовности оказать ему вышеуказанное незаконное содействие за сумму взятки в размере 55 000 руб., которые последнему необходимо передать через ФИО1, выполняющего роль посредника сотруднику полиции ФИО8 за совершение им незаконных действий, направленных на незаконное восстановление права управления транспортным средством ФИО11, способствуя в достижении и реализации соглашения между взяткодателем и взяткополучателем в получении и даче взятки в значительном размере за совершение заведомо незаконных действий, группой лиц по предварительному сговору. На указанное предложение ФИО7 (материалы дела, в отношении которого выделены в отдельное производство), ФИО11 ответил согласием.

В последующем, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО11 в соответствии с ранее достигнутыми договоренностями, находясь на территории г. Уфа Республика Башкортостан, с целью незаконного восстановления права управления транспортными средствами передал ФИО7 денежные средства в размере 55 000 руб. для последующей передачи взятки в значительном размере должностному лицу – сотруднику полиции ФИО8

После чего, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ более точные дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, ФИО7 (материалы дела, в отношении которого выделены в отдельное производство) в целях реализации своего вышеуказанного преступного умысла, осознавая противоправность своих действий, умышленно, группой лиц по предварительному сговору, в соответствии с ранее достигнутыми договоренностями направленными на совершении сотрудником полиции ФИО8, заведомо незаконных действий, направленных на незаконное восстановление права управления транспортными средствами ФИО11, преследуя вышеуказанную цель, и желая ее достижения, передал часть ранее полученных им от ФИО11, денежных средств в размере 35 000 руб., передал ФИО1, для последующей передачи в виде взятки сотруднику полиции ФИО8, а оставшуюся часть денежных средств в размере 20 000 руб. ФИО7 (материалы дела, в отношении которого выделены в отдельное производство) и ФИО1 оставили себе в качестве вознаграждения за свои посреднические услуги.

Далее, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в целях реализации своего вышеуказанного преступного умысла, осознавая противоправность своих действий, умышленно, действуя группой лиц по предварительному сговору, в соответствии с ранее достигнутыми договоренностями о передаче незаконного вознаграждения ФИО8 за совершение заведомо незаконных действий, направленных на незаконное восстановление права управления транспортными средствами ФИО11 путем внесения в Федеральную информационную систему «ГИБДД-М» заведомо ложных сведений о начале и окончании течения срока лишения специального права, преследуя вышеуказанную цель и желая ее достижения, перевел со своего счета №, открытого в Башкирском отделении № ПАО «Сбербанк» <адрес>, по адресу: <адрес> на банковский счет №, открытый на имя матери ФИО8 – ФИО9, открытый в отделении № ПАО «Сбербанк» по адресу: <адрес>, денежные средства в размере 35 000 руб. в виде взятки, ранее полученных им от ФИО11 через ФИО7 (материалы дела, в отношении которого выделены в отдельное производство).

В последующем, ФИО11 вопреки требованиям п.2 Правил возврата водительского удостоверения после утраты оснований прекращения действия права на управление транспортными средствами (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2014 г. N1191) и ст. 32.7 КоАП РФ, без фактического истечения срока лишения специального права и без прохождения проверки знаний им ПДД РФ незаконно восстановил право управления транспортными средствами и получил водительское удостоверение.

Аналогичным образом ФИО1 получено незаконное вознаграждение от: ФИО12 в размере 8500 руб., ФИО13 - 2500 руб., ФИО14 в размере 5000 руб., ФИО15 – 9000 руб., ФИО2 – 65 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что преступные действия ФИО1 являются ничтожными сделками, совершенными с целью заведомо противоправной основам правопорядка и нравственности, в связи с чем на основании положений ст.ст. 167 и 169 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению последствия их недействительности в виде взыскания денежных средств в доход Российской Федерации.

Из положений ст. 104.1 УК РФ следует, что конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора подлежит имущество, полученное в результате совершения преступлений, перечисленных в п. «а» части указанной статьи, в перечень которых не входит ст. 291.1 УК РФ.

Таким образом, в силу прямого указания закона конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании обвинительного приговора суда, постановленного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу, принятого в порядке гражданского судопроизводства.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (ч.1 ст.50 Конституции Российской Федерации).

С учетом изложенного отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований по изложенным в иске основаниям.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Калининского района г. Уфы в интересах Российской Федерации к ФИО1 о признании сделок ничтожными, применении последствий их недействительности оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан через Орджоникидзевский районный суд г. Уфы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.П. Осипов

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ