Решение № 2-1668/2018 от 14 февраля 2018 г. по делу № 2-1668/2018

Дело № 2-1668/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

15 февраля 2018 года г. Казань

Советский районный суд г. Казань в составе

председательствующего судьи А.Ф. Гильмутдиновой

при секретаре судебного заседания Р.А. Махмудовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО33, ФИО1 ФИО34, ФИО1 ФИО35, ФИО1 ФИО36 к ФИО2 ФИО37, Пшеничной ФИО38 о признании завещания недействительным, установлении факта принятия наследства и признании права собственности на доли в квартире,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о признании завещания недействительным.

В обоснование заявленных требований указано, что 16 ноября 2016 года умер ее отец, ФИО1 ФИО39, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, инвалид 2-группы, диагноз - кардиогенный шок, острый инфаркт миокарда, рак прямой кишки, который был взят на учет в онкологии и лечился. После его смерти, ей при подаче заявления нотариусу ФИО6 стало известно, что отец все свое имущество завещал ответчикам ФИО4 и ФИО5. В выдаче копии завещания нотариус ей отказала. После долгих споров по настоятельной просьбе истице было сообщено, что завещание составлено ее отцом ФИО1 ФИО40 18 октября 2016 года.

Отец истицы длительное время тяжело болел. В последнее время значительно ухудшилось его здоровье, перестал принимать пищу, не мог сидеть при кормлении, плохо говорил, не слышал, естественные нужды были произвольными. Истец, предчувствуя близость кончины, позвонила в г. Севастополь сестрам ФИО2 ФИО41 и Пшеничной ФИО42. Они приехали к отцу в Казань примерно в начале сентября 2016 года. Все вместе начали ухаживать за отцом. Положили отца в больницу. Однако состояние отца день за днем начало ухудшаться, так как у него диагностировали рак прямой кишки.

16 ноября 2016 года умер отец истицы и за один месяц до смерти отца 18 ноября 2016 года появляется завещание на сестер – ФИО4 и ФИО5.

Ранее ФИО4 уже продала квартиру отца в Донецкой области по адресу: <адрес изъят> и квартиру брата, расположенную по адресу: <адрес изъят>

Последние 10 лет жизни ФИО7, за ним ухаживала его дочь ФИО3, так как работала в г. Казани в ресторане посудомойкой и зарабатывала на жизнь и на лечение отца. Все расходы по лечению отца истица производила сама, кроме того, принимала участие в организации похорон отца.

Сестры при оформлении завещания у нотариуса скрыли о существовании их сестры ФИО3 и солгали нотариусу, что она якобы вышла замуж и уехала на постоянное место жительство в Республику Азербайджан и никогда за отцом не ухаживала, а за отцом только смотрели они вдвоем. Они воспользовались беспомощным состоянием отца, так как он тяжело болел. Ранее 4 июня 2010 года ФИО7 завещал все свое имущество всем четверым детям, то есть ей ФИО3, ФИО3, ФИО4 и ФИО5.

Таким образом, в момент заключения завещания ФИО1 ФИО43, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не понимал значение своих действий и не отдавал отчет тому, что он делает, потому что являлся инвалидом второй группы. Подписывая завещание, он не понимал значение своих действий, не понимал полноценно все условия и содержание самого завещания.

На основании вышеизложенного ФИО3 просила признать завещание от 18 октября 2016 года недействительным.

ФИО8, ФИО8, ФИО8 обратились с иском к ФИО4, ФИО5 о признании завещания недействительным.

В обоснование заявленных требований указали, что 17 ноября 2015 года умер их дед ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, инвалид 1-группы по общим заболеваниям, диагноз - гипертоническая болезнь 3 степени с преимущественным поражением почек, нефросклероз, ХПН терминальная стадия, нефрогенная анемия тяжёлой степени.

ФИО7, умерший 16 ноября 2016 года, при жизни 04 июня 2010 года завещал квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят> всем четверым детям - ФИО1 ФИО46, ФИО2 ФИО104, ФИО1 ФИО45 и Пшеничной ФИО44.

После смерти деда, как выяснилось позже, указанную квартиру дед при жизни завещал ответчицам ФИО2 ФИО48 и Пшеничной ФИО49 в равных долях.

Дед ФИО7 длительное время тяжело болел. В последнее время значительно ухудшилось его здоровье, он перестал принимать пищу, не мог сидеть и 5 минут при кормлении, плохо говорил, не слышал, естественные нужды были произвольными. Они все вместе начали ухаживать за дедом. Положили его в больницу. Однако его состояние день за днем начало ухудшаться, так как у него диагностировали рак прямой кишки. За один месяц до его смерти появляется завещание на ответчиц ФИО4 и ФИО5.

Ранее ФИО4 уже продала квартиру отца в Донецкой области по адресу: <адрес изъят> квартиру отца, расположенную по адресу: <адрес изъят>.

Истцы ухаживали за своим больным дедом последние 5 лет его жизни, кроме того, принимали участие по организации похорон деда. Таким образом в момент заключения завещания ФИО1 ФИО50, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не понимал значение своих действий и не отдавал отчет тому что он делает, потому что являлся инвалидом второй группы. Подписывая завещание, он не понимал значение своих действий, не понимал полноценно все условия и содержание самого завещания.

На основании вышеизложенного истцы просят суд признать завещание от 18 октября 2016 года недействительным.

Определением Советского районного суда г. Казани от 13 июля 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 ФИО51, ФИО1 ФИО52, ФИО1 ФИО53 к ФИО2 ФИО54, Пшеничной ФИО55 о признании завещания недействительным передано для рассмотрения в Севастопольский городской суд по подсудности.

14 июня 2017 года определением Советского районного суда г. Казани гражданское дело по иску ФИО1 ФИО56 к ФИО2 ФИО57, Пшеничной ФИО58 о признании завещания недействительным, установлении факта принятия наследства передано для рассмотрения по подсудности в Севастопольский городской суд.

Определением Нахимовского районного суда г. Казани от 18 сентября 2017 года объединено в одно производство гражданское дело №2-2818/2017 по иску ФИО1 ФИО59, ФИО1 ФИО60, ФИО1 ФИО61 к ФИО2 ФИО62, Пшеничной ФИО63 о признании завещания недействительным и гражданское дело № 2-2661/2017 по иску ФИО1 ФИО64 к ФИО2 ФИО65, Пшеничной ФИО66 о признании завещания недействительным для совместного смотрения и разрешения.

При рассмотрении дела истцы неоднократно исковые требования увеличивали, в окончательном виде просили суд

признать завещание от 18 ноября 2016 года недействительным;

установить факт принятия истцами наследства, открывшегося после смерти ФИО1 ФИО67, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 16 ноября 2016 года.

признать в порядке наследования после смерти ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 16 ноября 2016 года, право собственности на доли в квартире, расположенной по адресу: <адрес изъят> за ФИО3 на 1/5 долю, за ФИО8 на 4/60 доли, за ФИО8 на 4/60 доли, за ФИО8 на 4/60 доли.

В судебном заседании ФИО3, ФИО8 исковые требования в увеличенном виде поддержали, просили их удовлетворить.

ФИО8, ФИО8 в судебное заседание не явились, обеспечив явку своего представителя ФИО9 (представляющий также интересы ФИО8 и ФИО3 по устному ходатайству), который исковые требования в увеличенном в виде поддержал.

Ответчики ФИО5, ФИО4, ее представитель ФИО10, участие которых в судебном заседании обеспечено путем использования систем видеоконференц-связи, с исковыми требованиями не согласились, просили в иске отказать.

Третье лицо нотариус ФИО6 в судебное заседание не явилась, представила отзыв, в котором указала на отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Заслушав лиц участвующих в деле, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Из положений статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).

Из материалов дела усматривается, что ФИО3, ФИО4, ФИО3, ФИО5, являются детьми ФИО7.

ФИО8, ФИО8, ФИО8 являются детьми ФИО3, умершего 16 ноября 2015 года.

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер 16 ноября 2016 года.

После смерти ФИО7, нотариусом Казанского нотариального округа 11 января 2017 года, было открыто наследственное дело <номер изъят>.

Из материалов наследственного дела следует, что в установленный законом шестимесячный срок, за принятием наследства после смерти ФИО7 обратились ФИО5, ФИО3, ФИО4.

После обращения ФИО3 к нотариусу с заявлением о принятии наследства, ей стало известно, что ФИО7 все свое имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось завещал ФИО4 и ФИО5 в равных долях.

Данное завещание за № <номер изъят>, удостоверено нотариусом Казанского нотариального округа ФИО6 18 октября 2016 года.

Истцы, оспаривая указанное завещание, ссылаются на то, что наследодатель, находясь в возрасте 87 лет, имея инвалидность второй группы и ряд тяжелых заболеваний, при его подписании не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта от 19 октября 2017 года № 840 ФИО1 ФИО68 при жизни каким-либо психическим заболеванием не страдал, на момент составления и подписания им завещания 18 ноября 2016 года во временно болезненном состоянии не находился, по своему психическому состоянию мог понимать значение своих действий и руководить ими. При проведении экспертизы были исследованы медицинские документы ФИО7 из которых усматривается, что за все время наблюдения у врачей, в дневниковых записях в поликлинической медкарте, а также в выписках, из истории болезней за время стационарного лечения, указаний на психические нарушения не имеется, консультации психиатра и психоактивные препараты не назначались.

В своем отзыве на исковые заявления нотариус ФИО6 пояснила следующее:

18 октября 2016 года при личном обращении во время приема граждан ФИО7 попросил удостоверить завещание от его имени, по которому: все его имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, он завещает: ФИО2 ФИО69, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Пшеничной ФИО70, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в равных долях, в 1/2 доле каждой.

Личность завещателя при удостоверении завещания была установлена по предъявленному ФИО1 ФИО71 паспорту серии <данные изъяты> 07 мая 2003 года. При личной беседе наедине с нотариусом проводится проверка дееспособности завещателя, задаются вопросы на предмет того, помнит ли он дату своего рождения, где родился, где живет, по какому вопросу обратился к нотариусу, кому будет завещать свое имущество, есть ли у него дети, зачем он хочет оформить завещание, необходимо ли ему это, кем ему приходятся лица, которым он пишет завещание, сможет ли он сам подписать завещание. Согласно статьи 54 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате "…нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон...". При оформлении документов нотариусом проводится личная беседа на предмет понимания, осознания и необходимости оформляемого документа, что было сделано и при оформлении завещания от имени ФИО1 ФИО72.

Заявлений от ФИО1 ФИО73 о необходимости присутствия свидетеля при составлении завещания не поступало, а согласно статье 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации при составлении завещания свидетель может присутствовать по заявлению завещателя.

Содержание статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля), а также статьи 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации об отмене или изменении завещания в любое время, ФИО1 ФИО74 нотариусом были разъяснены и им поняты.

Заявлений о том, что ФИО1 ФИО75 оформляет завещание под принуждением, под давлением, либо находясь под влиянием алкогольных, токсических или наркотических средств, лекарственных препаратов, а также о том, что состоит на учете в психоневрологическом или наркологическом диспансере, либо о лишении его дееспособности, заявлено не было, на уточняющий вопрос нотариуса о наличии указанных обстоятельств ФИО1 ФИО76 ответил отрицательно.

На доводы истца ФИО1 ФИО79 о том, что на момент подписания спорного завещания плохо понимал значение своих действий и не отдавал отчет тому, что делает, пояснила, что согласно статьям 29 и 35 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО1 ФИО77, являясь родственником завещателя, имела право при жизни завещателя поставить вопрос о признании его недееспособным и оформлении опекунства над ним, при этом, если бы ФИО1 ФИО80 не мог самостоятельно прийти к нотариусу ввиду болезни, то законодательством предусмотрен выезд нотариуса на дом, если бы ФИО1 ФИО78 не смог сам расписаться в силу своего заболевания в завещании, то согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации он мог бы поручить другому лицу- рукоприкладчику подписать документ, незаинтересованному в его составлении. Завещание до его подписания было полностью оглашено нотариусом вслух в связи с тем, что завещатель не мог прочитать его лично ввиду плохого зрения, в чем собственноручно он и расписался в присутствии нотариуса, а также ФИО1 ФИО81 сам лично расписался в реестре для регистрации нотариальных действий нотариуса.

Считает, что все требования, предъявляемые Конституцией Российской Федерации Гражданским кодексом Российской Федерации и Основами законодательства Российской Федерации "О нотариате" при удостоверении вышеуказанного завещания нотариусом ФИО29 были соблюдены и исполнены, сомнений относительно дееспособности завещателя у нотариуса не возникло, если бы у неё возникли какие-либо сомнение отношении дееспособности завещателя или свободы его волеизъявления, то совершении нотариального действия ФИО1 ФИО82 было бы отказано. Личности ФИО1 ФИО83, ФИО2 ФИО84, Пшеничной ФИО85 ей не знакомы, за давностью удостоверения завещания, подробностей беседы с завещателем физически вспомнить возможности не имеет.

ФИО1 ФИО86 представил справку о наличии инвалидности, так как при совершении нотариальных действий разъясняется, что инвалиды I и II группы пользуются скидками на 50 процентов от уплаты тарифа согласно Налоговому кодексу Российской Федерации.

В период действия завещания, с 18 октября 2016 года по дату смерти 16 ноября 2016 года, заявлений об отмене указанного завещания от ФИО1 ФИО87, и сведений об оформлении нового завещания к ней не поступало.

Одновременно, сообщает, что спустя два дня после оформления указанного завещания, 20 октября 2016 года во время приема граждан при личном обращении ФИО1 ФИО88 была засвидетельствована подлинность подписи на заявлении нотариусу Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО6 о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону к имуществу умершей, 26 июля 2011 года жены ФИО1 ФИО89, проживавшей по адресу: <адрес изъят>, содержание указанного заявления было прочитано им лично и зачитано, нотариусом вслух, в чем собственноручно он расписался в присутствии нотариуса, а ФИО1 ФИО90 сам лично расписался в реестре для совершения нотариальных действий нотариуса. В тот же день ФИО1 ФИО91 было выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в чем собственноручно он расписался в присутствии нотариуса в реестре для регистрации нотариальных действий нотариуса, при этом к сотрудникам он обращался по имени, помня их по памяти, ни в чем не путался.

Дополнительно поясняю, что в этом же наследственном деле к имуществу умершей, 26 июля 2011 года ФИО1 ФИО92 имеется копия доверенности от имени ФИО1 ФИО93 на имя ФИО1 ФИО96 на право принятия наследства и ведения наследственного дела к имуществу умершей его жены, удостоверенная ФИО11, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Казани Республики Татарстан ФИО12 05 августа 2011 года по реестру № <номер изъят>, которую ФИО1 ФИО95 оформлял сам лично, без вызова нотариуса на дом.

Таким образом, требования истцов, указанные в исковом заявлении о признании завещания недействительным от имени ФИО1 ФИО97, удостоверенного нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО6 18 октября 2016 года по реестру № <номер изъят>, и признания факта принятия наследства считает необоснованными.

В подтверждение доводов истцов судом первой инстанции были запрошены и исследованы медицинские документы ФИО7, из которых следует, что при жизни он как участник ВОВ наблюдался в диспансерной группе у кардиолога, имел следующие диагнозы гипертоническую болезнь, аденому предстательной железы с нарушением мочеиспускания, хронический колит, постинфарктный кардиосклероз, ишемическую болезнь сердца, хроническую почечную недостаточность. В онкологическое отделение поступил 21 октября 2016 года с жалобами на боли в животе, примись крови в стуле и задержку стула, сообщил, что указанные жалобы появились 2 недели назад. При амбулаторном обследовании выявлена онкопатология, пациент направлен в стационар. 7 ноября 2016 году ФИО7 проведена операция, после которой пациент на поправку не пошел, в связи перитонитом 11 и 14 ноября 2016 года проведены повторные операции. Послеоперационные периоды протекали тяжело, 16 ноября 2016 года у ФИО7 произошла остановка сердца.

Наличие указанный заболеваний, как и возраст наследодателя не может свидетельствовать о том, что в момент подписания завещания ФИО7 не мог понимать своих действий и руководить ими. Истцом данных, свидетельствующих о том, что в юридически значимый период ФИО7 имел заболевания не позволяющие понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено, не добыто таких доказательств и при рассмотрении дела. Установление же факта того, что лицо не понимало значение своих действий и не могло руководить ими в юридически значимый период, требует специальных знаний в области психиатрии. Заключением эксперта данные доводы истцов не подтвердились. По иным основаниям завещание истцами не оспаривается.

Оценив в совокупности все представленные сторонами доказательства, медицинские документы ФИО7, заключение посмертной судебно-психиатрической экспертизы, пояснения лиц, участвующих в деле, суд приходи к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого завещания недействительным ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих, что в момент составления завещания ФИО7 не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Доводы ФИО13, ФИО13, ФИО13 о том, что они осуществляли за наследодателем уход, жили с ним в соседнем подъезде, а ответчики проживали в Крыму, отца навещали крайне редко, ранее ФИО4 уже продала квартиру наследодателя, находящуюся в Крыму не имеют правового значения для признания оспариваемого завещания недействительным, поскольку несправедливость (по мнению истцов) содержания завещания, не может служить основанием для признания его недействительным.

Ссылка ФИО3 на то, что при оформлении завещания ответчики скрыли о наличии у наследодателя еще одной дочери, сообщив нотариусу о выходе ФИО3 замуж и ее отъезд в Азербайджан, не осуществления ухода за отцом, сообщение недостоверных сведений об осуществлении ухода за наследодателем непосредственно ими, также не свидетельствует о недействительности завещания. Согласно нормам действующего законодательства, при составлении завещания нотариус удостоверяет волю наследодателя зафиксированную в завещании. Воля завещателя не может быть «продиктована» нотариусу наследниками, поскольку завещание составляется без их присутствия. Ответчики в своих пояснениях, данных в судебном заседании и письменных пояснениях по существу спора, имеющихся в материалах дела неоднократно поясняли, что в момент составления завещания у нотариуса они не присутствовали, ждали отца в коридоре, при приглашении отца нотариусом в кабинет, беседа между ними проходила на татарском языке, которого они не понимают.

В силу вышеизложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, в части признании завещания недействительным. Требования истцов об установлении факта принятия наследства также удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям.

Из положений статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации усматривается, что для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В статье 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены способы принятия наследства.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Если заявление наследника передается нотариусу другим лицом или пересылается по почте, подпись наследника на заявлении должна быть засвидетельствована нотариусом, должностным лицом, уполномоченным совершать нотариальные действия (пункт 7 статьи 1125), или лицом, уполномоченным удостоверять доверенности в соответствии с пунктом 3 статьи 185.1 настоящего Кодекса.

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник:

вступил во владение или в управление наследственным имуществом;

принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества;

оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Как разъяснено в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие совместного с наследодателем права общей собственности на имущество, доля в праве на которое входит в состав наследства, само по себе не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

При отсутствии у наследника возможности представить документы, содержащие сведения об обстоятельствах, на которые он ссылается как на обоснование своих требований, судом может быть установлен факт принятия наследства, а при наличии спора соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Получение лицом компенсации на оплату ритуальных услуг и социального пособия на погребение не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

ФИО3, согласно материалам наследственного дела, открывшегося после смети ФИО7, в установленный законом шестимесячный срок обратилась с заявлением о принятии наследства. Так как защите подлежит нарушенное право, в повторном установления решением суда фактического принятия ею наследства, открытого после смерти ее отца, необходимости не имеется.

Правовых оснований для установления принятия наследства ФИО13, ФИО13, ФИО13 также не имеется, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что в фактическое владение имуществом наследодателя они в установленный законом шестимесячный срок не вступали. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о фактическом принятии наследства истцами не представлено, а входе рассмотрения дела такие доказательства не добыты.

Согласно пояснениям ФИО13 она после смерти деда, какое-либо имущество, принадлежащее ему не взяла, кроме 10 ложек, которые оставила себе на память. ФИО13 и ФИО13 также ничего после его смерти не брали, поскольку у наследодателя особо брать было нечего, все было старое. Вместе с наследодателем они не жили, коммунальные услуги за квартиру, после его смерти не оплачивали, поскольку их оплачивала ФИО7. Они (истцы) помогали в проведении похорон наследодателя и в организации проведения поминок по мусульманским религиозным обычаям.

ФИО3 суду пояснила, что ответчики после похорон приехали в г. Казань на машинах, чтобы вывести имущество, находящееся в квартире наследодателя. Она им в этом не препятствовала, сказала берите, что хотите.

В соответствии с положениями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в части установления факта принятия наследства, поскольку ФИО13, ФИО13, ФИО13 не представлено достоверных и достаточных доказательств того, что в установленный законом шестимесячный срок для принятия наследства, они приняли наследство, оставшееся после смерти своего деда ФИО7. Так, ФИО13, ФИО13, ФИО13 в спорной квартире не проживали, с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти дедушки в установленный срок не обращались, достоверных данных о принятии какого-либо имущества в течение шести месяцев после его смерти, либо несения бремени содержания наследственного имущества, не предоставили.

Более того, в соответствии со статьей 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Поскольку наследодатель все свое имущество завещал ответчикам, в ходе рассмотрения дела оснований для признания завещания недействительным суд не усмотрел, имущества, которое наследодателем не было завещано, не имеется, само по себе установление факта принятия наследства, не приведет к возможности признания права на какое-либо имущество наследодателя. Следовательно установление факта принятия наследства не приведет к восстановлению нарушенных, их по мнению (истцов) прав, как наследников ФИО7.

Требования о признании права собственности на доли в спорной квартире, производны от требования о признании завещания недействительным, в этой связи в его удовлетворении подлежит отказать.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО98, ФИО1 ФИО99, ФИО1 ФИО100, ФИО1 ФИО101 к ФИО2 ФИО102, Пшеничной ФИО103 о признании завещания недействительным, установлении факта принятия наследства и признании права собственности на доли в квартире, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его составления в окончательной форме в Верховный Суд Республики Татарстан через Советский районный суд г. Казани.

Судья Советского

районного суда города Казани /подпись/ А.Ф. Гильмутдинова

Копия верна.

Судья А.Ф. Гильмутдинова

Мотивированное решение изготовлено 20 февраля 2018 года.

Судья А.Ф. Гильмутдинова