Решение № 2-1675/2019 2-1675/2019~М-1465/2019 М-1465/2019 от 23 июля 2019 г. по делу № 2-1675/2019

Дело № 2-1675/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июля 2019 года город Иваново

Ленинский районный суд города Иваново в составе:

председательствующего по делу – судьи Маховой Л.К.,

секретаря судебного заседания – Мокровой А.О.,

с участием истца – ФИО1, представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика – Управления Федерального казначейства по Ивановской области ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда г. Иваново гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области.

Исковые требования мотивированы тем, что 10 октября 2017 года Ивановским МСО СУ СК России по Ивановской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ, по факту нецелевого расходования бюджетных средств возглавляемым им Управлением строительства и ЖКХ администрации г.о. Кохма Ивановской области в 2016 году.

По данному уголовному делу органами следствия в период с 10 октября 2017 года по 29 июня 2018 года осуществлялось предварительное следствие.

Изначально по данному уголовному делу истец был допрошен в качестве свидетеля. Однако, впоследствии он был привлечён по данному уголовному делу уже в качестве подозреваемого. 14 июня 2018 года истец был допрошен по уголовному делу № в качестве подозреваемого. В тот же день ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ, и он был допрошен в качестве обвиняемого, в отношении истца была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Впоследствии, 27 июня 2018 года, истцу было перепредъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ. По окончании расследования 29 июня 2018 года уголовное дело в отношении него с обвинительным заключением было направлено Ивановскому межрайонному прокурору, а впоследствии – в Ивановский районный суд Ивановской области для его рассмотрения по существу.

Приговором Ивановского районного суда Ивановской области от 23 ноября 2018 года по делу № он был оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. В соответствии со ст.ст. 133, 134 УПК РФ за истцом было признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Впоследствии на указанный приговор государственным обвинителем было подано апелляционное представление. Апелляционным постановлением Ивановского областного суда от 07 февраля 2019 года приговор суда первой инстанции в отношении истца был оставлен без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя - без удовлетворения. Соответственно, 07 февраля 2019 года оправдательный приговор Ивановского районного суда Ивановской области от 23 ноября 2018 года в отношении него вступил в законную силу. Ивановским районным судом Ивановской области истцу был разъяснён порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Таким образом, истец был признан полностью невиновным в совершении преступления, которое ему вменялось в вину.

В результате незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по уголовному делу№, незаконного применения в качестве меры пресечения в виде подписки о невыезде ему был причинён моральный вред, который должен быть компенсирован. Полагает, что предусмотренные законом правовые основания для возмещения причинённого истцу морального вреда имеются.

Полагает, что фактические обстоятельства также подтверждают факт причинения истцу морального вреда. Будучи невиновным в совершении преступления, истец подвергался уголовному преследованию. Действиями сотрудников Ивановского МСО СУ СК России по Ивановской области, выразившимися в незаконном привлечении его к уголовной ответственности по уголовному делу №, незаконном избрании в отношении него на стадии предварительного следствия в качестве меры пресечения подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая действовала как на стадии предварительного следствия, так и на стадии судебного разбирательства с 14 июня 2018 года и фактически до 07 февраля 2019 года, а также действиями Ивановской межрайонной прокуратуры Ивановской области, которая поддерживала незаконное обвинение и добивалась осуждения истца, ему были причинены нравственные страдания.

В течение длительного срока, пока шло предварительное следствие и рассмотрение дела в суде (как первой, так и апелляционной инстанции), истец находился в психотравмирующей ситуации. Он переживал из-за того, что, не совершил никакого преступления, он привлекался к уголовной ответственности, переживал за свою дальнейшую судьбу и свою семью.

Вину в инкриминируемом истцу преступлении истец не признавал и всеми способами пытался довести до органов предварительного следствия и прокуратуры об отсутствии в его действиях состава преступления. Однако, органы следствия и прокуратуры в обстоятельствах дела не разобрались, действовали формально, с обвинительным уклоном, на все доводы стороны защиты, подробно обосновывающие позицию о его невиновности, отвечали отказами (доводы были именно теми, которые впоследствии были восприняты судом первой инстанции и послужили основанием для его оправдания). Из-за этого истец боялся, что в обстоятельствах так никто не разберётся. Его угнетало такое формальное, необъективное и несправедливое отношение органов следствия к нему и к расследованию уголовного дела. Уже на протяжении длительного времени истец занимает различные должности на государственной и муниципальной службе, любит свою работу, старается ответственно и добросовестно её выполнять на благо людей. С учётом общеизвестного факта о малом количестве оправдательных приговоров в России, с учётом наблюдаемого им роста количества уголовных дел в отношении должностных лиц (чиновников), которые заканчивались обвинительными приговорами, с учётом его позиции (не признавал себя виновным) – привлечение к уголовной ответственности по п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ, которое хотя и не является тяжким преступлением и предполагает наказание до 5 лет лишения свободы, не предвещало ему ничего хорошего, предполагало наказание в виде лишения свободы, а также невозможность дальнейшей работы истца в занимаемой должности, другие неблагоприятные для него последствия. Истец очень переживал из-за этого.

Невиновное лицо, по отношению к которому применено уголовное преследование, несёт нравственные страдания по причине его осуждения со стороны окружающих и отношения к нему, как к преступнику. Данные обстоятельства, по мнению истца, являются очевидными и общеизвестными, в силу требований ч. 1 ст. 61 ГПК РФ не нуждающимися в доказывании. Всё это напрямую относится и к нему. О привлечении истца к уголовной ответственности стало известно на его работе, так как следственные действия производились и там. Многие свидетели по делу – его коллеги по работе и даже подчинённые, бывшие коллеги по предыдущим местам государственной службы, а также люди, с которыми он постоянно контактирует по рабочим вопросам. Считает, что сведения о его привлечении к уголовной ответственности повлияли в то время на его авторитет руководителя, на формирование отрицательного отношения к истцу со стороны части трудового коллектива. Также сведения о его привлечении к уголовной ответственности оказались доступны и неопределённому кругу лиц, поскольку были освещены на телеканале «Барс» и размещены в открытом доступе на различных ресурсах в сети Интернет (видеоматериалы, репортажи, статьи). Невозможность зачастую переубедить людей в недействительности информации, размещённой СМИ, причиняло ему дополнительные страдания и переживания.

Кроме того, с 14 июня 2018 года истец фактически был ограничен органами предварительного следствия в свободе передвижения и в свободе самостоятельно определять свои действия, поскольку в отношении него осуществлялось уголовное преследование, была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Будучи невиновным, он был вынужден участвовать в следственных действиях в качестве подозреваемого и обвиняемого, давать следователю какие-либо пояснения, а по сути – отчитываться о тех или иных его действиях и решениях, а также сообщать о себе те или иные личные сведения. Он не мог свободно поехать, куда и когда хочется. Даже находясь в отпуске он участвовал в проводимых следственных действиях. Денежными средствами, которые он хотел использовать для отдыха, он был вынужден оплачивать помощь адвоката для отстаивания своей позиции по делу. В настоящее время судом принято решение о возмещении понесённых истцом затрат, но это, само по себе, не отменяет того обстоятельства, что он был вынужден в период привлечения к уголовной ответственности тратить денежные средства на оплату услуг адвоката, а не на свои личные (и своей семьи) нужды. Это причиняло ему неудобство, вызывало затруднения и переживания.

Судом истец был оправдан по предъявленному ему обвинению. Однако, на протяжении всего судебного разбирательства дела, а оно продолжалось достаточно долго: в период с 14 августа 2018 года по 07 февраля 2019 года 16 судебных заседаний суда первой инстанции и 2 судебных заседания на стадии апелляции он продолжал переживать за свою судьбу, испытывал нравственные страдания и переживания. Даже после того, как 23 декабря 2018 года Ивановским районным судом Ивановской области в отношении истца был вынесен оправдательный приговор, он продолжал переживать за свою судьбу, поскольку приговор обжаловался стороной государственного обвинения и вступил в силу только 07 февраля 2019 года. Всё это время он находился в состоянии полной неопределённости, продолжал переживать за свою судьбу, бояться и ожидать отмены приговора.

Моральный вред, причинённый ему в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности по уголовному делу № и незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде и надлежащем поведении, истец оценивает в 500000 руб. Полагает, что его требования являются разумными, справедливыми, законными, обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объёме.

На основании изложенного, в соответствии со ст.ст. 133, 136 УПК РФ, ст.ст. 150, 151, 1070, 1071, 1110, 1101ГК РФ истец просит суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в его пользу в счёт компенсации морального вреда, причинённого в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности по уголовному делу №, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, денежные средства в общей сумме 500000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и действующий на основании доверенности его представитель ФИО2, исковые требования поддержали в полном объёме, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика – Управления Федерального казначейства по Ивановской области ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования истца признала частично и поддержала изложенные в отзыве возражения, согласно которым ответчик считает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесённые моральные страдания в заявленном размере. Сам факт привлечения к уголовной ответственности не явился в силу ст. 61 ГПК РФ основанием для освобождения от доказывания причинения морального вреда и его размера. Считает, что сумма компенсации морального вреда 500000 руб. не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, не отвечает принципу разумности и справедливости и явно завышена. Ответчик считает, что исковые требования истца могут быть удовлетворены частично в сумме, не превышающей 10000 руб., поскольку истцом не представлены доказательства причинения морального вреда в большем размере.

Представитель третьего лица – Генеральной прокуратуры Российской Федерации ФИО4 считает, что истец имеет право на реабилитацию, так как был оправдан судом. Считает, что его требования обоснованы. При определении размера компенсации морального вреда просила применить принцип разумности и справедливости.

Представитель третьего лица – СУ СК Российской Федерации по Ивановской области ФИО5 считает, что истцом не доказан факт причинения морального вреда в заявленном размере. Им действия следственных органов в ходе предварительного следствия в установленном законом порядке не обжаловались. Мера пресечения избрана в виде подписки о невыезде. С заявлением о необходимости выехать за пределы Ивановской области к следователю не обращался. Свидетели не подтвердили факт того, что незаконным привлечением к уголовной ответственности был подорван авторитет истца. В связи с чем поддерживает мнение представителя ответчика.

Заслушав истца и его представителя, представителя ответчика и представителей третьих лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 10 октября 2017 года Ивановским МСО СУ СК России по Ивановской области возбуждено уголовное дело № по п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ.

14 июня 2018 года ФИО1 привлечён в качестве подозреваемого.

В тот же день, 14 июня 2018 года, ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ, и в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В этот же день ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 285.1 УК РФ, и он допрошен в качестве обвиняемого.

15 июня 2018 года ФИО1 был дополнительно допрошен по предъявленному ему обвинению.

В этот день истец был уведомлен об окончании следственных действий.

26.06. 2018 года производство следственных действий по уголовному делу было возобновлено.

27 июня 2018 года обвинение ФИО1 было перепредъявлено в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 285.1 УК РФ, и он в этот же день допрошен в качестве обвиняемого. Мера пресечения оставлена без изменения.

27 июня 2018 года ФИО1, являясь обвиняемым, и его защитник вновь уведомлены об окончании следственных действий по уголовному делу.

ФИО1 ознакомился с материалами уголовного дела в период с 27 июня 2018 года по 29 июня 2018 года.

29 июня 2018 года уголовное дело № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 285.1 УК РФ, с обвинительным заключением направлено в Ивановский районный суд Ивановской области.

В период предварительного следствия с участием ФИО1 было проведено 8 следственных и процессуальных действий.

В период судебного рассмотрения уголовного дела, с 15 августа 2018 года по 23 ноября 2018 года, ФИО1, будучи подсудимым, участвовал в 16 судебных заседаниях в суде первой инстанции. 23 ноября 2018 года был оправдан Ивановским районным судом Ивановской области.

Приговор Ивановского районного суда Ивановской области в отношении ФИО1 от 23 ноября 2018 года был обжалован государственным обвинителем в апелляционном порядке. Определением судебной коллегии по гражданским делам от 07 февраля 2019 года приговор Ивановского районного суда Ивановской области от 23 ноября 2018 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представлением государственного обвинителя – без удовлетворения. В суде апелляционной инстанции ФИО1 участвовал в 2 судебных заседаниях.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, для возмещения вреда по правилам ст. 1070 ГК РФ нет необходимости устанавливать вину должностного лица, вред компенсируется во всех случаях подтверждения факта причинения вреда, при наличии причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности, принятыми процессуальными мерами в ходе производства по делу и наступившими последствиями.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ч. 3 ст. 302 УПК РФ оправдание по любому из оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 302 УПК РФ, означает признание подсудимого невиновным и влечёт за собой его реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, поскольку уголовное преследование в отношении истца прекращено по реабилитирующему основанию, суд приходит к выводу о наличии законных оснований к возложению на ответчика обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Таким образом, причинение морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием презюмируется.

Между тем, истец по данной категории дел полностью не освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела и в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязан представить доказательства, обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий.

Из материалов дела, показаний истца следует, что ФИО1 участвовал в 8 следственных и процессуальных действиях и в 18 судебных заседаниях.

Срок предварительного следствия по уголовному делу составляет 8 месяцев 19 суток. Однако, активные следственные действия проводились с участием истца с 14 июня 2018 года. Срок рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции составил 3 месяца 8 дней, в суде апелляционной инстанции – 21 день.

Нравственные страдания ФИО1 в период предварительного следствия и судебного разбирательства, влияние возбужденного уголовного преследования на его профессиональный авторитет подтверждаются и показаниями свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8

Так, допрошенная в качестве свидетеля ФИО7 пояснила, что истца знает с 2014 года, вместе работает с ним в Управлении строительства и ЖКХ городского округа Иваново, где он занимает должность руководителя. Привлечение его к уголовной ответственности сказалось на работе всего коллектива. Истец переживал, приходилось ему задерживаться на работе по вечерам, поскольку в дневное время с ним проводились следственные действия. С допросов приходил подавленным, уходил «в себя», принимал успокаивающие таблетки. Особенно переживал перед каждым судебным заседанием. Город Кохма маленький и граждане даже отказывались идти к нему на прием. В Администрации городского округа Кохма тоже звучали мнения, что «дыма без огня не бывает». Он очень переживал.

Аналогичные пояснения дала свидетель ФИО8 и дополнила, что у жителей города после выхода программы на телеканале «Барс», где было озвучено о том, что в отношении истца возбуждено уголовное дело, сложилось мнение, что чиновники воруют. Факт возбуждения уголовного дела и привлечение к уголовной ответственности отрицательно сказалось на отношении к нему граждан, появилось недоверие.

Свидетель ФИО6 пояснила, что после возбуждения уголовного дела муж не мог спать. Особенно переживал, когда ждал приговор. У всей семьи было подавленное настроение. Он стал замкнутым, не играл с ребенком. Все деньги тратились на оплату юридической помощи.

Вместе с тем, сам факт незаконного уголовного преследования истца свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав, принадлежащих ему от рождения: право на доброе имя, достоинство личности, личную неприкосновенность, право не подвергаться уголовному преследованию за преступление, которое он не совершал.

При определении компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень нравственных страданий истца с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальные особенности истца, его личность, что ранее он не привлекался к уголовной ответственности, конкретные обстоятельства настоящего дела, продолжительность уголовного преследования (1 год 3 месяца 28 дней), количество следственных, процессуальных действий, судебного разбирательства с участием истца (всего 26 раз), тяжесть преступления, в совершении которого истец привлекался к уголовной ответственности (преступление средней тяжести), наличие негативного влияния уголовного преследования на профессиональный авторитет истца, отсутствие фактов причинения вреда здоровью истца, отказов в разрешении выезда за пределы Ивановской области, суд приходит к выводу, что сумма компенсации морального вреда в размере 200000 руб. соразмерна причиненным ему нравственным и физическим страданиям.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

В связи с этим с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 10000 руб.

В удовлетворении остальной части иска истцу надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.196-199, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 200000 руб. и судебные расходы в сумме 10000руб., всего взыскать двести десять тысяч рублей.

Обязанность по исполнению решения суда возложить на Министерство финансов Российской Федерации.

В остальной части иска ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иванова в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья Махова Л.К.

В окончательной форме решение изготовлено 29 июля 2019 года.