Решение № 2-2367/2017 2-29/1821 2-29/2018 2-29/2018(2-2367/2017;)~М-837/2017 М-837/2017 от 20 сентября 2018 г. по делу № 2-2367/2017

Дело №2-29/18 21 сентября 2018 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Кировский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Малининой Н.А.

при секретаре Чочиевой О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Жилищному комитету Правительства Санкт-Петербурга о включении квартиры в состав наследственного имущества, по иску Администрации Кировского района Санкт-Петербурга к ФИО1, ФИО2, нотариусу ФИО4 о признании недействительным завещания, доверенностей, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации Кировского района Санкт-Петербурга о включении квартиры в состав наследства.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 2 сентября 2016 года в Санкт-Петербурге умер ФИО3, наследником которого по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ после смерти является истец.

При жизни ФИО3 являлся нанимателем двухкомнатной квартиры: <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдал доверенность на имя ФИО5, содержащую в себе полномочия представлять его интересы при приватизации квартиры по вышеуказанному адресу.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, действуя от имени ФИО3 на основании доверенности, обратилась в СПб ГБУ «Горжилобмен» с заявлением о передаче квартиры, расположенной по вышеуказанному адресу, в собственность ФИО3 в порядке приватизации.

2 сентября 2016 года со ФИО3, в лице представителя ФИО5, заключён договор передачи квартиры в собственность граждан; в указанную дату ФИО5 представила в МФЦ Кировского района Санкт-Петербурга договор передачи квартиры в собственность граждан для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, представив все необходимые документы.

Таким образом, истец полагала, что при жизни ФИО3 выразил свою волю на приобретение в порядке приватизации права собственности на квартиру, однако по независящим от него обстоятельствам не смог (не успел) соблюсти все формальности, в том числе зарегистрировать права собственности в Управлении Росреестра в связи со смертью.

ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права частной собственности ФИО3 на спорную квартиру.

На основании заявления истца о выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию, ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4 заведено наследственное дело.

По сообщению нотариуса от ДД.ММ.ГГГГ, представленные истцом документы не могут служить основанием для выдачи свидетельства о праве на наследство на спорную квартиру, поскольку государственная регистрация права собственности наследодателя на указанную квартиру произведена после его смерти.

Намерение ФИО3 приватизировать спорную квартиру, находившуюся в его пользовании на условиях социального найма, подтверждается выданной им ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 доверенностью, содержащей полномочия представлять его интересы при приватизации квартиры, заявлением, поданным ДД.ММ.ГГГГ в СПб ГБУ «Горжилобмен» о передаче квартиры в частную собственность, а также последующими действиями.

Принимая о внимание волеизъявление ФИО3 на приватизацию квартиры, в которой ему не могло быть отказано, выраженное в поданном в установленном порядке заявлении, не отозванном им до момента смерти, истец полагает, что спорная квартира подлежит включению в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО1 просила включить в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3, умершего 2 сентября 2016 года, квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

В дальнейшем ФИО1 уточнила заявленные требования, предъявив их к Жилищному комитету правительства Санкт-Петербурга, указав Администрацию Кировского района Санкт-Петербурга в качестве третьего лица по делу (л.д. 74-77, том 1).

Определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу по иску ФИО1 к Жилищному комитету Правительства Санкт-Петербурга о включении квартиры в состав наследства приостановлено до рассмотрения иска Прокурора Кировского района Санкт-Петербурга к Жилищному комитету Санкт-Петербурга о признании договора приватизации жилого помещения недействительным (л.д. 83-84, том 1).

ДД.ММ.ГГГГ производство по делу возобновлено.

Администрация Кировского района Санкт-Петербурга обратилась в Кировский районный суд Санкт-Петербурга с самостоятельными исковыми требованиями к ФИО1, нотариусу ФИО4, о признании завещания недействительным.

В обоснование заявленных требований истец указал, что вступившим в законную силу решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, состоявшемся по результатам рассмотрения гражданского дела №2-1618/17, признан недействительным договор передачи жилого помещения квартиры по адресу: <адрес> от 2 сентября 2016 года; право собственности на квартиру по указанному адресу признано за городом Санкт-Петербургом.

ДД.ММ.ГГГГ в Администрацию Кировского района Санкт-Петербурга поступили документы из прокуратуры Кировского района Санкт-Петербурга по проведённой проверке по факту возможных мошеннических действий в отношении спорной квартиры.

По результатам проверки прокуратурой установлено, что ФИО3, зарегистрированный по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ был экстренно госпитализирован в СПб ГБУЗ «Клиническая инфекционная больница им. С.П. Боткина». Согласно данным свидетельства о смерти, ФИО3 умер ДД.ММ.ГГГГ года в данном медицинском учреждении. Договор приватизации подписан доверенным лицом ФИО5 2 сентября 2016 года. Доверенность от имени ФИО3 была выдана ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ. Данные обстоятельства указывают на факт возможного неправомерного отчуждения квартиры вышеназванного лица.

В ходе проведённой проверки была истребована медицинская карта ФИО3 с указанием его физического и психического состояния на момент нахождения в больнице и подписания доверенности и завещания. Получены объяснения соседки по квартире ФИО3 – ФИО6, заведующего инфекционным отделением ФИО10, лечащего врача ФИО3 – ФИО11 о психическом состоянии больного по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО3 находился в тяжелом состоянии и мог не понимать значения своих действий, подписывая доверенность и завещание.

Таким образом, Администрация Кировского района Санкт-Петербурга полагает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ год по 2 сентября 2016 года ФИО3 по своему психическому состоянию не мог понимать значение своих действий и руководить ими, его волеизъявление не соответствовало действительным намерениям, в связи с чем завещание от ДД.ММ.ГГГГ, составленное от имени ФИО3, удостоверенное нотариусом ФИО4, является недействительным.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, Администрации Кировского района Санкт-Петербурга просила признать недействительным завещание от ДД.ММ.ГГГГ, составленное от имени ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверенное нотариусом ФИО4, применить последствия недействительности сделки путём признания недействительной регистрации сведений об удостоверении нотариусом ФИО4 завещания от ДД.ММ.ГГГГ, составленного от имени ФИО3, в реестре нотариальных действий единой информационной системы нотариата (л.д. 113-116, том 1).

В ходе рассмотрения дела Администрация Кировского района Санкт-Петербурга уточнила заявленные требования, предъявив их к ФИО1, ФИО5 и нотариусу ФИО4, и просила признать недействительными завещание от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированное в реестре за №)-1065, на бланке № доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированную в реестре за № на бланке №, доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированную в реестре за №, на бланке №, составленные от имени ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверенные ФИО4, применить последствия недействительности сделок путём признания недействительными регистрацию сведений об удостоверении нотариусом ФИО4 вышеуказанных завещания и доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ в реестре нотариальных действий единой информационной системы нотариата (л.д.).

Определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по искам ФИО1 и Администрации Кировского района Санкт-Петербурга объединены в одно производство (л.д. 174-175, том 1).

ФИО1, надлежащим образом извещённая о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, доверила представлять свои интересы представителю.

Представитель ФИО1 – ФИО7, действующая на основании доверенности, в суд явилась, иск ФИО1 поддержала в полном объёме, просила его удовлетворить, возражала против удовлетворения иска Администрации Кировского района Санкт-Петербурга; ходатайствовала о назначении по делу повторной экспертизы. В возражениях на иск сторона ФИО1 указала, что, подписывая оспариваемые завещание и доверенности, ФИО3 понимал значение своих действий и мог ими руководить.

При предъявлении ДД.ММ.ГГГГ иска о признании недействительными доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ Администрацией пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, сторона ФИО1 полагает, что Администрация Кировского района Санкт-Петербурга является ненадлежащим истцом по требованию о признании недействительными завещания и доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку, по смыслу закона, иск о признании недействительными по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещания и доверенностей может быть заявлен только в интересах ФИО3 или в интересах иных лиц, чьи права и интересы оказались нарушены, например наследников, тогда как в данном случае иск предъявлен Администрацией в собственных интересах.

Представитель Администрации Кировского района Санкт-Петербурга – ФИО8, действующая на основании доверенности, в суд явилась, иск Администрации поддержала в полном объёме, возражала против удовлетворения иска ФИО1, представила дополнение к правовой позиции, согласно которому, Положением об администрации района Санкт-Петербурга, утверждённым Постановлением правительства Санкт-Петербурга от 19 декабря 2017 года №1098, администрация уполномочена в соответствии с действующим законодательством осуществлять полномочия Санкт-Петербурга как собственника помещений в многоквартирном доме, за исключением полномочий, отнесённых к компетенции иных исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга. Поскольку спорное жилое помещение находится в государственной собственности Санкт-Петербурга, в территориальных границах Кировского района Санкт-Петербурга, администрация, представляя интересы собственникам, является надлежащим истцом по делу.

Кроме того, поскольку ДД.ММ.ГГГГ в администрацию поступили материалы по результатам прокурорской проверки по факту возможного неправомерного отчуждения квартиры ФИО3, которые послужили основанием для обращения в суд с исковым заявлением об оспаривании завещания ФИО3, срок обращения в суд за защитой нарушенного права Администрацией не пропущен. До ДД.ММ.ГГГГ Администрация не знала об обстоятельствах, являющихся основанием для признания завещания и доверенностей, подписанных ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, недействительными.

Представитель Администрации возражала против удовлетворения ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы.

Нотариус нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4 в суд явился, возражал против удовлетворения иска Администрации Кировского района Санкт-Петербурга. Ранее в отзыве на иск нотариус указал, что с учётом предмета заявленных требований, он не является субъектом спорного материального правоотношения, поскольку из искового заявления следует, что требований материально-правового характера к нотариусу не предъявлено. Сформулированные истцом требования о применении последствий недействительности сделки путём признания недействительной регистрации сведений об удостоверении завещания ФИО3 в реестре нотариальных действий единой информационной системы нотариата, не свидетельствует об обоснованности нотариуса к привлечению к участию в деле в качестве ответчика.

Кроме того, Администрацией Кировского района Санкт-Петербурга не представлено убедительных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что в момент подписания завещания ФИО3 не мог понимать значение своих действий и руководить ими. До удостоверения оспариваемых Администрацией документов, нотариус установил дееспособность ФИО3, побеседовал с ним. ФИО3 хотел приобрести в собственность занимаемую им квартиру в порядке приватизации, продать её и приобрести альтернативное жильё в городе Кронштадте. Поскольку ФИО3 был болен, он уполномочил ФИО5 осуществить сбор необходимых документов и подписать договор приватизации, а ФИО1 – продать квартиру и приобрести другую в Кронштадте; на случай своей смерти завещал всё ФИО1 Проекты доверенностей и завещания были составлены заблаговременно, документы были прочитаны вслух, затем ФИО3 лично, нотариус разъяснил ФИО3 смысл и значение удостоверенных доверенностей и завещания, его права и обязанности, предупредил о последствиях совершаемых нотариальных действий; документы были подписаны ФИО3 добровольно.

В ходе беседы с нотариусом, ФИО3 отвечал на его вопросы адекватно, ориентировался во времени, пространстве и по кругу лиц, отчётливо понимал правовое назначение подписанных им документы, объяснял актуальность и назначение каждого из них.

ФИО3 находился в инфекционной больнице имени С.П. Боткина в болезненном состоянии, однако состояние его здоровья не повлияло на способность понимать значение своих действий и существо удостоверенных документов (л.д. 208, том 1).

ФИО5 в суд явилась, возражала против удовлетворения иска Администрации, полностью поддержала правовые позиции ФИО1 и нотариуса ФИО4

Третье лицо Нотариальная палата Санкт-Петербурга, надлежащим образом извещённое о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилось, сведений об уважительности причин неявки не представил, не просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя, в связи с чем на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в его отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения участников процесса, допросив экспертов ФИО14, ФИО15, допросив свидетелей, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно положениям статей 1118, 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания лично гражданином, обладающим дееспособностью в полном объеме. Нотариально подписанное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом и подписано собственноручно заявителем.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Судом установлено, материалами дела подтверждается, а сторонами не оспаривается, что 2 сентября 2016 года умер ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 9, том 1).

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 составил завещание, в соответствии с пунктом 1 которого, всё его имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, где бы ни находилось и в чём бы ни заключалось, он завещал ФИО1 (л.д. 10, том 1)

Из материалов дела следует также, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдал на имя ФИО5 доверенность, которой уполномочил последнюю быть своим представителем в Агентстве по приватизации жилищного фонда Кировского района Санкт-Петербурга или в ГУ «Горжилобмен» Санкт-Петербурга для приватизации на его имя квартиры, расположенной по адресу: <адрес> с правом заключения договора приватизации, заключения и расторжения договора социального найма, определяя условия приватизации в соответствии с законом, с правом быть его представителем в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу и в СПб ГКУ «МФЦ» по вопросу государственной регистрации его права собственности на указанную квартиру по договору передачи квартиры в собственность граждан… (л.д. 12, том 1).

Так же ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдал на имя ФИО1, доверенность, которой уполномочил последнюю продать за цену и на условиях, принадлежащую ему квартиру, расположенную по адресу: <адрес>

Указанные завещание и доверенности удостоверены нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО4

2 сентября 2016 года между Жилищным комитетом в лице заместителя директора СПб ГБУ «Горжилобмен» и ФИО3 в лице представителя ФИО5, действующей на основании вышеуказанной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, заключён договор передачи квартиры в собственность граждан

Обращаясь с иском о признании завещания и доверенности недействительными, Администрация Кировского района Санкт-Петербурга ссылалась на то обстоятельство, что по своему состоянию здоровья в юридически значимый период времени ФИО3 не мог понимать значения своих действий и руководить ими.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно объяснениям ФИО10, заведующей отделением №4 СПб ГБУЗ «Клиническая инфекционная больница им. С.П. Боткина», от ДД.ММ.ГГГГ, отобранных прокурором Кировского района Санкт-Петербурга в рамках проведения проверки по факту возможных мошеннических действий в отношении квартиры ФИО3, по состоянию на 1 сентября 2016 года ФИО3 продуктивному контакту был недоступен, то есть не мог разговаривать и понимать значения своих действий, а также оценивать окружающую обстановку (л.д. 121-122, том 1).

Из объяснений ФИО11, врача инфекционного отделения СПб ГБУЗ «Клиническая инфекционная больница им. С.П. Боткина», от 15 ноября 2017 года, отобранных прокурором Кировского района Санкт-Петербурга в рамках проведения той же проверки, при состоянии здоровья ФИО3, возможно, он не понимал значения своих действий, мог не осознавать, что подписывает доверенность (завещание). Пациент был способен только на выполнение исключительно механических действий, то есть поставить подпись на документах. По состоянию на 1 сентября 2016 года ФИО3 продуктивному контакту был недоступен, больше не мог разговаривать (л.д. 124-125, том 1).

Согласно показаниям свидетеля ФИО16, со ФИО3 свидетель был знаком на протяжении тридцати лет. В августе 2016 года ФИО3 позвонил ему, сказал, что у него плохое состояние здоровья, попросил съездить к нотариусу, однако не сказал, зачем именно. Позже, при встрече со ФИО3, последний показал ему завещание, составленное на имя ФИО1, что свидетеля не смутило, поскольку при жизни ФИО3 и ФИО1 хорошо общались, всегда были вместе. ФИО3 также сказал свидетелю, что сделал доверенность на приватизацию квартиры и на обмен и покупку квартиры, поскольку хотел переехать жить в Кронштадт. ФИО3 начал злоупотреблять спиртными напитками после смерти матери, которая умерла весной 2016 года, ФИО1 выхаживала ФИО3, с которой он проживал.

Согласно показаниям ФИО5, допрошенной судом в качестве свидетеля до привлечения к участию в деле в качестве ответчика по иску Администрации Кировского района Санкт-Петербурга, она была знакома со ФИО3 В мае свидетелю позвонила ФИО1, попросила приехать из Кронштадта в Санкт-Петербург для дачи некой консультации, что свидетель и сделала, поскольку они давно дружили с ФИО1 свидетель приехала в квартиру на Дачном проспекте, где познакомилась со ФИО3, который сказал ей, что хочет приватизировать квартиру, оформлением документов будет заниматься сам. Впоследствии ФИО3 был госпитализирован, однако, способность мыслить его не покидала; когда ФИО3 в больнице подписывал документы, он понимал разницу в них, он хорошо себя чувствовал. ФИО3 обрадовался приезду нотариуса в больницу. Нотариус установил личности, после чего все, помимо ФИО3, вышли из палаты. Необычного поведения со стороны ФИО3 не было, он был слабым, однако никогда ранее шустрым и не был, был уравновешенным, замкнутым. Необходимые для приватизации квартиры документы подавала именно свидетель, поскольку именно она проживает в Кронштадте. 2 сентября 2016 года свидетель подала документы на регистрацию, а о смерти ФИО3 узнала вечером того же дня. Никаких сомнений в способности ФИО3 понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени, у свидетеля не возникло.

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что к она выезжала с нотариусом ФИО18 в больницу к ФИО3 в палате также были две женщины, одна из которых была агентом по недвижимости, которые в последствии вышли из палаты. Нотариус беседовал с завещателем, свидетель заполняла документы. Документы были подготовлены в нотариальной конторе, свидетелю необходимо было заполнить реестр. Пока занималась документами нотариус беседовал со ФИО3 Свидетель пояснила, что не читала всю доверенность, а читала лишь ее часть, ФИО3 соглашался. Содержание документов ФИО9 воспринял нормально, у него не было вопросов, он соглашался. Не было впечатления, что ему было все равно, он слушал внимательно, реагировал, соглашался с написанным, отвечал адекватно. Слушал внимательно и осознанно, действовал добровольно, сомнений в этом не возникло.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что он участвовал в прокурорской проверке в отношении пациента ФИО3, пациента ФИО3, помнит. Свидетель работает врачом-инфекционистом в больнице Боткина почти десять лет. О событиях поступления ФИО3, в отделение пояснил, что ФИО3, поступил в отделение один. Состояние ФИО3, было среднее, тяжелое, диагноз – хронический гепатит, поступил в проявлением желтухи. При первичном осмотре ФИО3 вел с ним диалог, как со всеми пациентами. ФИО3, при поступлении говорил вяло, был немного заторможен, сонливый. ФИО3, мало передвигался, в инфекционной больнице пациенты передвигаются только при необходимости. Ухудшение состояния здоровья ФИО3 наступило согласно истории болезни ДД.ММ.ГГГГ, дежурный врач который осматривал пациента описывал серьезные изменения вплоть до энцефалотапии третьей степени, в связи с чем больному прописали специальный препарат, который в дальнейшем практически не помог. При поступлении пациента с таким диагнозом, как у ФИО3 проходит осмотр нарколога, который назначает лечащий врач. Ухудшение состояния здоровья было вызвано глубиной энцефалопатии, то есть степень энцефалопатии усилилась. Последствия усиления энцефалопатии заключается в том, что человек может не понимать где он находится, в каком месте, какое время года, дня, часов. Интеллектуальные способности резко падают, то есть он может не понимать что он делает сейчас, может быть излишне сонлив, он практически все время спит. Энцефалопатия у ФИО3, прогрессировала на уровне специального препарата – гипомерц. На вопросы ФИО3, отвечал односложно: да или нет. ФИО3, посещала женщина, интересовалась состоянием его здоровья, но это было сразу после его поступления, потом к нему никто не приходил. ФИО3 после ДД.ММ.ГГГГ не говорил, что хочет вызвать нотариуса, самостоятельно выехать у него возможности не было. ФИО3, был заторможен, вял, немногословен, все это было проявление болезни. ФИО12, не был доступен к продуктивному контакту за 5-7 дней до смерти Печеночная энцефалопатия достигла той стадии, когда возникают неврологические нарушения психики уже при поступлении в больницу. ФИО3, не требовался психиатр. Состояние ФИО3, на ДД.ММ.ГГГГ средней тяжести, тяжелое, в сознании, ориентирован, при таком положении можно утвердительно сказать, что ФИО3, не понимает значение своих действий. На ДД.ММ.ГГГГ к контакту ФИО3 был доступен, в диалог мог вступать.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она осматривала ФИО3 за весь период госпитализации один раз. Данный осмотр был вызван тем, что в ее обязанности входит проверка качества за лечащими врачами. Визуально ФИО3 свидетель не помнит, помнит ФИО3, только по своим записям в медицинской карте. Состояние ФИО3, оценила, как тяжелое, с выраженным проявлением печеночной недостаточности. Данное заболевание могло затруднить понимание ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 общался, общение было скудным, был доступен к контакту. Пациенты на первой и второй стадии энцефалопатии угрюмые, погружены в себя, не охотно общаются, на вопросы отвечают не с первого раза в интерпретации да или нет. Скорость ухудшения состояния больного с энцефалопатией невозможно предугадать. В плане циррозов ФИО3, мог скончаться и в этот же вечер, мог протянуть и месяц.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение показания допрошенных свидетелей, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу ложных показаний.

По ходатайству Администрации Кировского района Санкт-Петербурга определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначено проведение комплексной судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы (л.д. 24-34, том 2).

Согласно положениям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

Как следует из заключения комиссии экспертов <данные изъяты>

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ, и приходит к выводу о том, что оно в полном объёме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинских документов, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела; доказательств, указывающих на недостоверность проведённой экспертизы, либо ставящих под сомнение её выводы, суду не представлено.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве экспертов судом были допрошены ФИО21 и ФИО15, предупреждённые за дачу заведомо ложных показаний, полностью поддержавшие данное заключение.

В соответствии с частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В ходе судебного разбирательства стороной ФИО1 заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Вместе с тем, полагая, что заключение экспертизы содержит полные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, суд не усмотрел оснований для проведения по делу повторной экспертизы.

Заключение экспертов от ДД.ММ.ГГГГ не опровергнуто надлежащими доказательствами. Таким доказательством не может служить представленное стороной ФИО1 заключение рецензия Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в вышеуказанном заключении экспертов имеются существенные нарушения процессуального и содержательного характера, в связи с чем ответы на поставленные вопросы научно не обоснованы, носят неполный и субъективный характер, заключение в целом недостоверно, не обладает доказательной силой и его нельзя учитывать при формулировке выводов и вынесении решения по вопросам экспертизы, поскольку специалист, проводивший указанное исследование, не был предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Само по себе несогласие с экспертным заключением не является основанием для его исключения из числа доказательств по делу.

Пояснения ответчиков по иску Администрации, в том числе нотариуса ФИО4 о том, что в ходе беседы с нотариусом ФИО3 отвечал на вопросы адекватно, ориентировался во времени, пространстве и по кругу лиц, отчётливо понимал правовое назначение подписанных им документы, объяснял актуальность и назначение каждого из них, состояние его здоровья, несмотря на нахождение в инфекционной больнице имени С.П. Боткина в болезненном состоянии, не повлияло на способность понимать значение своих действий и существо удостоверенных документов, хотя и по смыслу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательством по делу, при имеющейся в материалах дела совокупности письменных доказательств, с достоверностью подтверждающих доводы Администрации Кировского района Санкт-Петербурга, не могут быть приняты во внимание судом.

Ни ответчики, ни свидетели, экспертами, профессиональные навыки и образование которых могли бы позволить оценить способность ФИО3 в юридически значимый период времени понимать значение своих действий и руководить ими, не являются.

Суд считает возможным отметить, что для принятия законного решения необходимо, чтобы в основу такого решения были положены соответствующие доказательства, которым дана надлежащая оценка, включающая в себя определение относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Относимостью доказательств является то положение, в соответствии с которым суд должен допускать и исследовать только те доказательства, которые относятся к данному делу, то есть могут подтвердить или опровергнуть те обстоятельства дела, на которые ссылаются стороны и другие лица, участвующие в деле. Достоверность доказательств означает, что сведения, которые подтверждаются данными доказательствами, соответствуют действительности; достаточность доказательств свидетельствует о том, что на их основании можно сделать однозначный вывод о доказанности определенных обстоятельств.

При оценке доказательств суд должен объективно проанализировать все исследованные доказательства, сопоставив их, и на основании внутреннего убеждения сделать вывод.

Проанализировав представленные и добытые доказательства, суд приходит к выводу о том, что на момент совершения завещания от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверения доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, что в соответствии со статьёй 177 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о недействительности данных завещания, доверенностей.

Доказательств, которые могли бы с достоверностью свидетельствовать о том, что в юридически значимый период времени ФИО3 мог понимать значение своих действий и руководить ими, в материалы дела в нарушение требований части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, судом не добыто.

При изложенных обстоятельствах, исковые требования Администрации Кировского района Санкт-Петербурга о признании недействительными завещания ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, доверенностей, выданных от имени ФИО3, от ДД.ММ.ГГГГ, подлежат удовлетворению.

При этом иск Администрации Кировского района Санкт-Петербурга в части применения последствий недействительности сделок путём признания недействительными регистрацию сведений об удостоверении нотариусом ФИО4 вышеуказанных завещания и доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ в реестре нотариальных действий единой информационной системы нотариата, удовлетворению не подлежат ввиду отсутствия на то правовых оснований. Данные требования Администрации основаны на неправильном толковании норм, регулирующих вопрос применения последствий недействительности сделок.

Отклоняя доводы ответчиков о том, что Администрация Кировского района Санкт-Петербурга является ненадлежащим истцом по требованиям о признании завещания и доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ недействительными, суд соглашается с позицией Администрации.

Положением об администрации района Санкт-Петербурга, утверждённым Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 19 декабря 2017 года №, администрация уполномочена в соответствии с действующим законодательством осуществлять полномочия Санкт-Петербурга как собственника помещений в многоквартирном доме, за исключением полномочий, отнесённых к компетенции иных исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Поскольку спорное жилое помещение находится в собственности Санкт-Петербурга, в территориальных границах Кировского района Санкт-Петербурга, а ФИО1 заявлены требования о включении квартиры в состав наследства после смерти ФИО3 на основании завещания от ДД.ММ.ГГГГ, Администрация Кировского района Санкт-Петербурга, представляя интересы собственникам, является надлежащим истцом по делу

Заявление ФИО1 о пропуске Администрацией Кировского района Санкт-Петербурга срока исковой давности подлежит отклонению судом.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В своём заявлении о применении срока исковой давности, ответчик указывает на то, что о совершении оспариваемых сделок истцу было достоверно известно при рассмотрении Кировским районным судом Санкт-Петербурга гражданского дела №2-1618/17, решение по которому состоялось ДД.ММ.ГГГГ.

Возражая против удовлетворения данного заявления ФИО1, Администрация Кировского района Санкт-Петербурга, ссылалась на то обстоятельство, что, поскольку ДД.ММ.ГГГГ в администрацию поступили материалы по результатам прокурорской проверки по факту возможного неправомерного отчуждения квартиры ФИО3, которые послужили основанием для обращения в суд с исковым заявлением об оспаривании завещания ФИО3, срок обращения в суд за защитой нарушенного права Администрацией не пропущен, так как с настоящим иском она обратилась ДД.ММ.ГГГГ. До ДД.ММ.ГГГГ Администрация не знала об обстоятельствах, являющихся основанием для признания завещания и доверенностей, подписанных ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, недействительными.

Никаких доказательств, опровергающих доводы Администрации о том, что наличии оспариваемых сделок ей стало известно ранее ДД.ММ.ГГГГ, ответной стороной не представлено.

Кроме того, суд считает, что право на обращение в суд с настоящим иском возникло у Администрации Кировского района Санкт-Петербурга возникло с даты вступления решения Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 22 августа 2017 года по делу №2-1618/17, которым признан недействительным договор передачи спорной квартиры от 2 сентября 2016 года, а право собственности на квартиру признано за городом Санкт-Петербургом – 6 декабря 2017 года.

Таким образом, суд считает, что срок исковой давности в настоящем случае Администрацией Кировского района Санкт-Петербурга не пропущен.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года №8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», суд приходит к выводу об отсутствии оснований для включения спорной квартиры в наследственную массу, поскольку включение жилого помещения в наследственную массу возможно только в том случае, когда наниматель выразил волю на его приватизацию в виде заявления, подал это заявление в государственный орган, занимающийся приватизацией с приложением необходимых документов, но не успел оформить договор о передаче жилого помещения по причинам от него независящим.

В названном пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что, исходя из смысла преамбулы и статей 1, 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», гражданам не может быть отказано в приватизации занимаемых ими жилых помещений на предусмотренных этим законом условиях, если они обратились с таким требованием.

При этом необходимо учитывать, что соблюдение установленного статьями 7, 8 названного Закона порядка оформления передачи жилья обязательно как для граждан, так и для должностных лиц, на которых возложена обязанность по передаче жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде в собственность граждан (в частности, вопрос о приватизации должен быть решен в двухмесячный срок, заключен договор на передачу жилья в собственность, право собственности подлежит государственной регистрации в Едином государственном реестре учреждениями юстиции, со времени совершения которой и возникает право собственности гражданина на жилое помещение).

Однако если гражданин, подавший заявление о приватизации и необходимые для этого документы, умер до оформления договора на передачу жилого помещения в собственность или до государственной регистрации права собственности, то в случае возникновения спора по поводу включения этого жилого помещения или его части в наследственную массу необходимо иметь в виду, что указанное обстоятельство само по себе не может служить основанием к отказу в удовлетворении требования наследника, если наследодатель, выразив при жизни волю на приватизацию занимаемого жилого помещения, не отозвал свое заявление, поскольку по независящим от него причинам был лишен возможности соблюсти все правила оформления документов на приватизацию, в которой ему не могло быть отказано.

Таким образом, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации возможность включения жилого помещения в наследственную массу по требованию наследника допускается лишь в том случае, когда гражданин (наследодатель), желавший приватизировать жилое помещение, подал заявление о приватизации и все необходимые для этого документы, не отозвал его, но умер до оформления договора на передачу жилого помещения в собственность или до государственной регистрации права собственности.

При таких обстоятельствах, учитывая вывод суда о неспособности ФИО3 в юридически значимый период времени – 23 августа 2016 года, дату составления завещания и выдачи доверенностей на совершение действий, связанных с приватизацией спорной квартиры, правовые основания для признания факта наличия у него волеизъявления на приватизацию квартиры, совершения им действий, направленных на приватизацию квартиры, следовательно, для включения квартиры в наследственную массу, у суда отсутствуют, в связи с чем требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

исковые требования Администрации Кировского района Санкт-Петербурга удовлетворить частично.

Признать недействительным завещание ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на имя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом ФИО4, зарегистрированным в реестре за №

Признать недействительной доверенность ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выданную на имя ФИО2, удостоверенную нотариусом ФИО4, зарегистрированную в реестре за №

Признать недействительной доверенность ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выданную на имя ФИО1, удостоверенную нотариусом ФИО4, зарегистрированную в реестре за № №

В удовлетворении остальной части исковых требований Администрации Кировского района отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО13 к Жилищному комитету Правительства Санкт-Петербурга о включении квартиры в состав наследства – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья Н.А. Малинина