Апелляционное определение № 33-1385/2026 от 29 марта 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

УИД: №18RS0002-01-2024-002933-87

судья Дергачева Н.В. 1-я инстанция: №2-557/2025

судья-докладчик Шаклеин А.В. Апелл. производство: №33-1385/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

30 марта 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Сундукова А.Ю.,

судей Ступак Ю.А., Шаклеина А.В.,

при секретаре судебного заседания Леоновой Л.Т.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу МВД по Удмуртской Республике на решение Первомайского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Шаклеина А.В., объяснения представителя третьего лица МВД по Удмуртской Республике ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя Министерства Финансов Российской Федерации ФИО3 и представителя Прокуратуры Удмуртской Республики Симакова А.Н., полагавших обоснованными доводы жалобы, объяснения истца ФИО1, возражавшей по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 (истец) обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства Финансов РФ (ответчик) о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указано, что 29 марта 2006 года она была задержана по подозрению в совершении преступления по ч.1 ст.228 УК РФ, в отношении неё было возбуждено уголовное дело №, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. Приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 25 августа 2006 года она осуждена по ч.1 ст.228 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев условно. Приговором того же суда от 28 декабря 2006 года назначено наказанию в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы, отменено условное осуждение по приговору от 25 августа 2006 года и после частичного присоединения наказания окончательно назначено 5 лет лишения свободы. Постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 11 апреля 2024 года приговор от 25 августа 2006 отменен, производство по уголовному делу прекращено за отсутствием в деянии состава преступления, за истцом признано право на реабилитацию. Факт незаконного привлечения к уголовной ответственности причинил ФИО1 нравственные страдания в связи с нарушением права не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которого она не совершала. В период с 29 марта 2006 года по 05 сентября 2006 года (160 дней) в отношении нее действовала мера пресечения в виде подписки о невыезде, в результате чего было ограничено её право на свободу передвижения, выбор места жительства. Будучи ранее не судимой, в период срока незаконного уголовного преследования находилась в постоянной тревоге, что будет судима за преступление, которого не совершала. Страдая наркозависимостью, не имела возможности пройти курс лечения или социальной реабилитации в связи с необходимостью участвовать в следственных действиях, испытывала страх перед осуждением. После осуждения продолжала употреблять наркотики, имея судимость, не могла трудоустроиться по профессии, отношение знакомых к ней ухудшилось, что унижало её честь и достоинство. Наличие судимости повлияло на размер наказания по последующим приговорам.

Ссылаясь на перечисленные обстоятельства, уточнив окончательно свои требования в суде первой инстанции в порядке ст.39 ГПК РФ (л.д.99-100, 124-126) ФИО1 просила взыскать с Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В суде первой инстанции истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала. Пояснила, что неоднократно подвергалась допросам, была вынуждена участвовать в проведении экспертиз, во время задержания была подвергнута личному досмотру, её жилье обыску, после осуждения была вынуждена исполнять обязанности условно осужденного. Наказание всех последующих приговоров наказание назначалось с учетом приговора от 25 августа 2006 года, т.е. более суровое. С учетом определения Шестого кассационного суда общей юрисдикции, она должна была быть освобождена из мест лишения свободы уже 12 мая 2014 года, однако фактически была освобождена 03 июня 2014 года (т.е. 14 дней находилась в ИК), беспокоилась о судьбе своего ходатайства об освобождении по УДО. На момент осуждения ей было 32 года, ранее была судима. После незаконного привлечения к уголовной ответственности ухудшилось её моральное состояние, испорчена репутация. Имеет высшее образование, является клиническим психологом, до осуждения работала в Удмуртском государственном университете, после в Центре психологической помощи с частными клиентами, в настоящее время сложно трудоустроиться в связи с привлечением к уголовной ответственности.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО3 просил в удовлетворении иска отказать, указав на не представление истцом доказательств, подтверждающих факт причинения морального вреда вследствие незаконного уголовного преследования, заявленную сумму компенсации морального вреда считает несоразмерно завышенной.

Представитель третьего лица Прокуратуры Удмуртской Республики ФИО4 полагала заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышенным и подлежащим снижению с учетом требований разумности.

Представитель третьего лица МВД по Удмуртской Республике ФИО5 возражала против удовлетворения исковых требований, указав на недоказанность причинения морального вреда ввиду того, что с жалобой на приговор от 25 августа 2006 года она обратилась спустя 18 лет, при этом на тот момент она уже обвинялась в совершении другого тяжкого преступления. Заявленная сумма компенсации чрезмерно завышена.

Суд постановил указанное решение, которым иск удовлетворен частично. Взыскана с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсация морального вреда в пользу истца в размере 100 000 руб.

В апелляционной жалобе третье лицо – МВД по Удмуртской Республике просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении иска отказать. Апеллянт полагает, что судом при определении размера компенсации не в полной мере учтены фактические обстоятельства дела, размер компенсации морального вреда завышен. Суд не учел тяжесть вмененного преступления, длительность незаконного уголовного преследования, избранную меру пресечения, характеристику личности истца, которая неоднократно привлекалась к уголовной ответственности, назначение наказания приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 25 августа 2006 года не связанного с реальным лишением свободы.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1 приводит доводы о законности принятого судом решения, просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В судебном заседании судебной коллегии представитель третьего лица МВД по Удмуртской Республике ФИО2, действующая на основании доверенности, доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель Министерства Финансов Российской Федерации ФИО3, действующий на основании доверенности, а также представитель третьего лица Прокуратуры Удмуртской Республики Симаков А.Н., действующий на основании доверенности, полагали обоснованными доводы апелляционной жалобы МВД по Удмуртской Республике

Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Верховного Суда Удмуртской Республики в сети Интернет ((http://vs.udm.sudrf.ru/).

Изучив и проанализировав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судебной коллегией, 13 мая 2006 года дознавателем ОД МОБ Устиновского РОВД в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело № по ч.1 ст.228 УК РФ по факту незаконного сбыта наркотического средства (героин).

16 июня 2006 года в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, допрошена в качестве подозреваемой.

10 июля 2006 года ФИО1 предъявлено обвинение по ч.1 ст.228 УК РФ, допрошена в качестве обвиняемой, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и 19 июля 2006 года прокурором утверждено обвинительное заключение.

Приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 25 августа 2006 года ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.228 УК РФ, назначено условное наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев лишения свободы с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев.

Помимо этого приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 28 декабря 2006 года ФИО1 осуждена (с учетом постановления от 26 ноября 2012 года) за совершение преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 и ч.1 ст.228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 и ч.1 ст.228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 и ч.1 ст.228.1 УК РФ, ч.1 ст.232 УК РФ к 4 годам 3 месяцам лишения свободы (ч.5 ст.69 УК РФ), отменено условное осуждение по приговору от 25 августа 2006 года, окончательно назначено наказание 5 лет лишения свободы (ст.70 УК РФ). Срок отбывания наказания исчисляется с 02 ноября 2006 года.

Постановлением Сарапульского городского суда от 28 июля 2009 года ФИО1 освобождена условно-досрочно на неотбытый срок 2 года 3 месяца 4 дня.

Кроме того приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 18 августа 2010 года ФИО1 осуждена (с учетом постановления от 26 ноября 2012 года) за совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 ч.1 ст.228.1 УК РФ, ч.1 ст.228 УК РФ к лишения свободы сроком на 4 года 1 месяц (ч.2 ст.69 УК РФ), отменено условно-досрочное освобождение по постановлению Сарапульского городского суда УР от 28 июля 2009 года, частично присоединено наказание по приговору Устиновского районного суда г. Ижевска от 28 декабря 2006 года, окончательно назначено наказание 5 лет 1 месяц лишения свободы (ст.70 УК РФ).

Постановлением Сарапульского городского суда от 20 мая 2014 года ФИО1 освобождена условно-досрочно на неотбытый срок наказания 1 год 23 дня.

Кроме того приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 29 февраля 2016 года ФИО1 осуждена за совершение преступлений, предусмотренных п. «г» ч.4 ст.228.1, ч.2 ст.228 УК РФ к лишения свободы сроком 10 лет 5 месяцев (ч.3 ст.69 УК РФ), отменено условно-досрочное освобождение по постановлению Сарапульского городского суда УР от 20 мая 2014 года, окончательно назначено наказание 10 лет 6 месяцев лишения свободы (ст.70 УК РФ).

Постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 11 апреля 2024 года приговор Устиновского районного суда г. Ижевска от 25 августа 2006 года в отношении ФИО1 отменен, производство по делу прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Постановлением Сарапульского городского суда УР от 04 июня 2024 года приговоры приведены в соответствие с изменениями, внесенными постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 11 апреля 2024 года, постановлено считать ФИО1 осужденной по приговору Устиновского районного суда г. Ижевска от 28 декабря 2006 года по совокупности преступлений к 4 годам 7 месяцам лишения свободы; по приговору Устиновского районного суда г. Ижевска от 29 февраля 2016 года к 10 годам 5 месяцам лишения свободы. Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 05 июня 2025 года приговор Устиновского районного суда г. Ижевска от 28 декабря 2006 года изменен, снижено наказание по совокупности преступлений до 4 лет 3 месяцев лишения свободы.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 была незаконно подвергнута уголовному преследованию (по делу № с приговором Устиновского районного суда г. Ижевска от 25 августа 2006 года по ч.1 ст.228 УК РФ), впоследствии реабилитирована.

Установив приведенные обстоятельства, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 53 Конституции Российской Федерации, статей 151, 1101, 1069, 1070, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", пришел к выводу о том, что в результате незаконного уголовного преследования истцу причинен моральный вред, подлежащий компенсации государством.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, судом были приняты во внимание личностные качества истца (возраст, не привлечении ранее к уголовной ответственности, нахождение на диспансерном учете с диагнозом зависимость от опиоидов), тяжесть причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, тяжесть обвинения (в преступлении средней тяжести), длительность уголовного преследования, её участие при производстве следственных действий, судебных заседаний, избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, негативное влияние факта осуждения по приговору Устиновского районного суда г. Ижевска от 25 августа 2006 года на назначение наказания по последующим приговорам, в связи с чем суд определил ко взысканию с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об обоснованности требований истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием и наличии оснований для взыскания такой компенсации с Российской Федерации, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и подтверждаются материалами дела.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с размером компенсации морального вреда, полагая его не отвечающим принципам разумности и справедливости, определенным судом без учета и оценки совокупности всех обстоятельств по делу.

Так, в силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему (истцу) физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33 от 15 ноября 2022 г. "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (пункт 38).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42).

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Судебная коллегия полагает, что в рассматриваемом случае судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда не в полной учтены обстоятельства дела, выводы о размере компенсации морального сделаны без приведения мотивов, обосновывающих столь значительную присуждаемую сумму исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. В связи с чем, доводы апелляционной жалобы о том, что взысканная сумма не отвечает принципам разумности и справедливости заслуживают внимания.

Судебная коллегия, в соответствии с вышеназванными нормами права и их разъяснениями, принимает во внимание все вышеприведенные обстоятельства, в том числе тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, претерпевание переживаний, личностные качества истца (возраст на момент осуждения, нахождение на диспансерном учете с диагнозом зависимость от опиоидов), допросы и участие в иных следственных действиях, уведомление о подозрении в совершении преступления, предъявление обвинения, проведение личного досмотра и обыска в жилище, длительность уголовного преследования, прекращение производства по уголовному делу № по которому в отношении истца был вынесен обвинительный приговор, по реабилитирующим основаниям, избранную меру пресечения (подписку о невыезде) и связанные с этим неудобства.

При этом судебная коллегия оценивает все фактические обстоятельства дела, влияющие на размер компенсации морального вред, причиненного незаконным уголовным преследованием, в том числе то, что ухудшение состояния здоровья истца ввиду незаконного уголовного преследования, объективными и достоверными доказательствами не подтверждено. Сведений об обращении истца в орган следствия за разрешением о выезде за пределы места жительства в период действия меры пресечения в виде подписки о невыезде, материалы уголовного дела не содержат.

Также не подтверждены какими-либо доказательствами приведенные истцом доводы в обоснование значительного характера морального вреда и размера заявленной компенсации о том, что из-за уголовного преследования к ней изменилось отношение со стороны окружающих.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что следствие по делу №, закончившемуся вынесением приговора 25 августа 2006 года было проведено в кратчайшие сроки (16 июня 2006 года допрошена в качестве подозреваемой, 19 июля 2006 года утверждено обвинительное заключение). Уже в декабре 2006 года ФИО1 была осуждена за совершение нескольких преступлений к реальному сроку наказания.

С учетом изложенного и учитывая требования разумности и справедливости судебная коллегия определяет размер подлежащего взысканию морального вреда в сумме 50 000 руб.

Судебная коллегия полагает, что данный размер компенсации согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации) и позволяет с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, данная денежная компенсация отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает необходимым решение суда первой инстанции изменить, уменьшив размер взысканной компенсации морального вреда в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации до суммы 50 000 руб.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Первомайский районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 26 сентября 2025 года изменить, уменьшить размер взысканной с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в пользу ФИО1 до суммы 50 000 руб. Апелляционную жалобу МВД по Удмуртской Республике, удовлетворить частично.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 08 апреля 2026 года.

Председательствующий А.Ю. Сундуков

Судьи Ю.А. Ступак

А.В. Шаклеин