Решение № 2-616/2017 2-616/2017~М-485/2017 М-485/2017 от 6 июня 2017 г. по делу № 2-616/2017

Дело №2-616/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Саранск 07 июня 2017 г.

Пролетарский районный суд г.Саранска Республики Мордовия

в составе председательствующего судьи Полубояровой Л.А.,

при секретаре Пахомовой А.Г.,

с участием представителя истицы ФИО1 - ФИО2, действующего на основании доверенности № 13 АА 0752013 от 17 марта 2017 г., со сроком действия на пять лет,

третьего лица на стороне истца, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3;

ответчика ФИО4;

представителя ответчика ФИО4 - адвоката Ютландовой Т.Ю., действующей на основании ордера № 1442 от 26 мая 2017 г.,

представителя третьего лица на стороне ответчиков, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, казенного учреждения «Городское жилищное агентство» ФИО5, действующего на основании доверенности № 265 от 01 марта 2017 г., со сроком действия на три года,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО4 об установлении факта проживания в жилом помещении, признании недействительным договора передачи жилого помещения, признании недействительным договора дарения жилого помещения, признании недействительной справки, признании в порядке приватизации права собственности на жилое помещение,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО6, ФИО4 об установлении факта проживания в жилом помещении, признании недействительным договора передачи жилого помещения, признании недействительным договора дарения жилого помещения, признании недействительной справки, признании в порядке приватизации права собственности на жилое помещение, указывая при этом следующее.

ФИО1 с рождения проживает по адресу: <адрес> вместе с матерью ФИО3 и отцом ФИО7

28 мая 1998 года ФИО3 после выписки из родильного дома № 2 привезла свою дочь в квартиру по указанному адресу для постоянного проживания. Бабушка ФИО1 – ФИО6 не возражала против вселения и проживания внучки в данной квартире. Её отцу ФИО7 ФИО6 сказала, что квартира останется в его собственности и в собственности членов его семьи: дочери ФИО1, жены ФИО3

10 июня 1998 года Отделом ЗАГС Администрации Пролетарского района г.Саранска выдано свидетельство о рождении ФИО1, где место рождения ребёнка указано г.Саранск, Пролетарский район.

Как следует из справки ГБУЗ РМ «Детская поликлиника №3» от 13 марта 2017 года № 91, ФИО1 наблюдалась в этой поликлинике с 21 мая 1998 года и до достижения 18-летия проживает по адресу: <адрес>, посещала детский комбинат № 125.

Согласно обменной карте родильного дома № 2 ФИО3, родившая .._.._.. года ФИО1, выписана по месту жительства о адресу: <адрес>.

В соответствии с картой профилактических прививок (учётная форма № 63) с декабря 1999 года ФИО1 посещала детский комбинат № 125 и местом её постоянного проживания являлось жилое помещение по адресу: <адрес>.

Постоянное проживание ФИО1 по указанному адресу подтверждается также справкой председателя ТСЖ «Н.Эркая 10» от 14 марта 2017 года.

Жилое помещение по данному адресу является единственным местом жительства ФИО1, иного жилья в собственности она не имеет. В квартире находятся её личные вещи.

ФИО1 зарегистрирована по данному адресу с 15 февраля 2002 года по настоящее время.

Для осуществления своего права на приватизацию занимаемого жилого помещения ей необходимо установить факт проживания по адресу: <адрес> с 28 мая 1998 года по 15 февраля 2002 года. Подтвердить данный факт иным способом, кроме судебного, она не имеет возможности. Ввиду наличия спора о праве обращение по данному факту последовало в исковом порядке.

31 октября 2000 года МУ «Городская служба заказчика ЖКХ» по договору передачи регистрационный номер 28018 в порядке приватизации передало указанное жилое помещение в собственность ФИО6.

05 декабря 2000 года в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведена запись № 13:23:10:2000:2619:1 о регистрации права собственности ФИО6

Договор передачи является незаконным, поскольку приватизация проведена без участия несовершеннолетней ФИО1, проживавшей в данной квартире на законных основаниях, и имевшей право на приватизацию данного жилого помещения.

Основанием для неучастия ФИО1 в приватизации явилась представленная ФИО6 справка № 93, выданная заместителем Главы администрации с.Напольная Тавла 28 ноября 2000 года, о регистрации ФИО1 с 21 мая 1998 года вместе с матерью ФИО3 по адресу: <адрес>.

Сведения, указанные в данной справке, не соответствуют действительности, поскольку ФИО1 там никогда не проживала и не была зарегистрирована, что подтверждается отсутствием записи о её регистрации в домовой книге по этому дому.

Отец ФИО1 - ФИО7, являвшийся членом семьи нанимателя жилого помещения, от участия в приватизации отказался, в связи с чем договор приватизации заключён только с ФИО6

23 ноября 2016 года ФИО6 подарила спорную квартиру дяде ФИО1 - ФИО4, его право собственности на квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке, о чём произведена запись № 13-13/001-13/001/05/2016-2444. Данный договор дарения является недействительной сделкой. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой стороне всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость.

ФИО6 и ФИО4 в спорной квартире не проживают. ФИО6 никогда не вселялась в данную квартиру, а ФИО4 выехал в 2000 году в другое жилое помещение по адресу: <адрес>. Кроме того, в собственности ФИО7 и ФИО4 находится жилой дом по адресу: <адрес>.

О совершении договора дарения квартиры, а также о заключении договора приватизации ФИО1 узнала в марте 2017 года, после предъявления иска о её выселении из квартиры. На момент совершения сделки она являлась несовершеннолетней и не могла знать о нарушении своих прав.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167, 168, 171 Гражданского кодекса Российской Федерации, 53, 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 04 июля 1994 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» просит:

- установить факт проживания ФИО1 в квартире по адресу: <адрес> с 28 мая 1998 года по 15 февраля 2002 года;

-признать недействительным договор передачи № 28018 от 31 октября 2000 года в собственность ФИО6 жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключённый между ФИО6 и МУ «Городская служба заказчика ЖКХ» г.Саранска и применить последствия недействительности сделки, исключив из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 05 декабря 2000 года №13:23:10:2000:2619:1;

-признать недействительным договор дарения от 23 ноября 2016 года жилого помещения по адресу: <адрес>, заключённый между ФИО6 и ФИО4 и применить последствия недействительности сделки, исключив из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись от 02 декабря 2016 года № 13-13/001-13/001/05/2016-2444;

-признать за ФИО1 право приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

Заявлением от 06 июня 2017 года представитель истца ФИО2 изменил предмет исковых требований в части признания права на участие в приватизации – просит установить факт проживания ФИО1 в жилом помещении по адресу: <адрес> с 28 мая 1998 г. по 05 июня 2017 г.; признать за ФИО1 право собственности в порядке приватизации на жилое помещение по адресу: <...>. Дополнительно к ранее заявленным требованиям просит признать недействительной справку № 93, выданную 28 ноября 2000 года заместителем Главы администрации села Напольная Тавла. В остальной части исковые требования оставлены без изменения.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась по неизвестной причине, о дне судебного разбирательства извещена надлежащим образом, по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик ФИО6, представитель третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации городского округа Саранск, представитель третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия в судебное заседание не явились по неизвестной причине, о дне судебного разбирательства извещены надлежащим образом, по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие, приобщённые к материалам дела.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 в судебное заседание не явился по неизвестной причине, о дне судебного разбирательства извещён надлежащим образом, по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В судебном заседании от 05 июня 2017 года не возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что зарегистрировал свою дочь ФИО1 по адресу: <адрес>, в июне 1998 года. С указанного времени никаких действий по её снятию с регистрационного учёта никто не производил. Почему оказалось, что она зарегистрирована по данному адресу только в 2002 года, пояснить не может. В данном жилом помещении они проживали двумя семьями: он со своей семьёй, и брат ФИО4 со своей семьёй. Когда ФИО4 развёлся, они решили разъехаться, приобрести отдельное жильё. Для этой цели приватизировали квартиру только на их мать ФИО6, они с ФИО4 от участия в приватизации отказались, квартиру предполагалось продать и купить отдельное жильё каждой семье. Впоследствии он приобрёл ФИО4 однокомнатную квартиру, при этом подразумевалось, что ему с семьёй должно остаться спорное жильё. Его дочь ФИО1 проживала по данному адресу до 2016 года, то есть до её выезда в г.Москва на учёбу. Он не придал значения тому, что квартира приватизирована только на мать, поверил ей, что квартира будет принадлежать его семье. О договоре дарения ему стало известно в марте 2017 года.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал в полном объёме по вышеизложенным основаниям.

Третье лицо на стороне истицы, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 против удовлетворения исковых требований не возражала, пояснила, что в с.Напольная Тавла она была только зарегистрирована. Ни она, ни её дочь ФИО1 в с.Напольная Тавла не проживали. ФИО1 с рождения проживала по адресу: <адрес>. Наниматель данного жилого помещения ФИО6 там не проживала и не проживает. Они жили в данной квартире своей семьёй – она с мужем ФИО7 и их дочь ФИО1 Также в квартире проживал брат мужа ФИО4 со своей семьёй. Ей было известно, что муж отказался от участия в приватизации, но она не придала этому значения.

Представитель ответчиков Ютландова Т.Ю. возражала против удовлетворения исковых требований по тем основаниям, что на момент приватизации спорного жилого помещения ФИО1 вместе с матерью была зарегистрирована в <...>.

Правом приватизации жилого помещения обладают наниматель жилого помещения и члены его семьи. Истец на момент приватизации членом семьи нанимателя не являлась. Законные представители несовершеннолетней ФИО1 знали о передаче жилого помещения в собственность ФИО6, но не выражали своего несогласия. ФИО1 вселилась в данное жилое помещение уже после его приватизации. Прав несовершеннолетней ФИО1 они не нарушали, в связи с чем не могут являться ответчиками по делу. Законные представители не отрицали отсутствия права на приватизацию у ФИО1 ввиду того, что не было достигнуто соглашение о её вселении в спорное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя.

Просит применить к заявленным исковым требованиям трёхлетний срок исковой давности, начало которого исчислять со дня исполнения сделки, то есть с 31 октября 2000 года. Срок исковой давности по сделкам, в любом случае, не может превышать 10 лет. О совершённой сделке было известно законным представителям ФИО1

Заявленное основание для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации считает безосновательным, поскольку ФИО4 недееспособным не признавался, психическим заболеванием не страдает.

Ответчик ФИО4 исковые требования не признал по основаниям, изложенным его представителем, поддерживает ходатайство о применении последствий истечения срока исковой давности.

Представитель третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, КУ го Саранск «Городское жилищное агентство» ФИО5 не возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что полагает нарушенным право ФИО1 на участие в приватизации спорного жилого помещения.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства и оценив их в совокупности с позиции статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно договору передачи рег.№ 28018 от 31 октября 2000 года, заключённому МУ «Городская служба заказчика ЖКХ», действующим от имени Администрации городского округа Саранск, с ФИО6, ФИО6 приобретает в собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Право собственности зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 05 декабря 2000 года, запись №13:23:10:2000:2619:1.

Заявлениями от 31 октября 2000 года ФИО4 и ФИО7 отказались от участия в приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

На основании договора дарения от 23 ноября 2016 года ФИО6 подарила ФИО4 принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Переход права собственности зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 02 декабря 2016 года, о чём произведена запись № 13-13/001-13/001/05/2016-2444.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ответчиками ФИО6 и ФИО4 заявлено ходатайство об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с истечением срока исковой давности.

При разрешении данного ходатайства суд учитывает следующее.

Истец оспаривает договор передачи от 31 октября 2000 года и договор дарения жилого помещения от 23 ноября 2016 года по основаниям, изложенным в статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (нарушающий требования закона или иного правового акта и при этом посягающий на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц).

Пунктом 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, к данным правоотношениям применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции № 3, действовавшей с 08 июля 1999 года.

В соответствии со статьёй 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (в указанной редакции).

Следовательно, рассматриваемая сделка является ничтожной.

Как следует из пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Специальной нормой - пунктами 1 и 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) также определён в три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

10-летний срок, установленный данной статьёй, в данном случае не применяется в силу пункта 9 статьи 3 Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», где сказано, что установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

На основании пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Представителем истца ФИО1 ФИО2 заявлено ходатайство о восстановлении процессуального срока предъявления исковых требований по тем основаниям, что на момент заключения договора передачи ФИО1 была малолетней и не могла осуществлять свои права. О существовании договора передачи ФИО1 узнала в марте 2017 года при рассмотрении гражданского дела по иску ФИО4 о выселении её из спорной квартиры.

Согласно свидетельству о рождении от 10 июня 1998 года, ФИО1 родилась .._.._.. года в Пролетарском районе г.Саранска Республики Мордовия. Её родителями являются ФИО7 и ФИО3.

Как указано в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.

В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (статья 21 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Истец ФИО1 не является стороной сделки, следовательно, срок исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения. В данном случае начало исполнения сделки определяется днём государственной регистрации права собственности, поскольку в соответствии со статьями 131 и 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на приобретаемое имущество возникает с момента такой регистрации.

Право собственности ФИО6 на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, возникшее на основании договора передачи, зарегистрировано 05 декабря 2000 года. Срок исковой давности об оспаривании данной сделки истёк 05 декабря 2003 года.

Право собственности ФИО4 на данное жилое помещение, возникшее на основании договора дарения от 23 ноября 2016 года, зарегистрировано 02 декабря 2016 года. Срок исковой давности об оспаривании данной сделки истекает 02 декабря 2019 года.

На момент обращения с данными исковыми требования в суд – 10 апреля 2017 года срок исковой давности по требованиям о признании недействительным договора дарения от 23 ноября 2016 года не истёк.

Полная гражданская и гражданская процессуальная дееспособность возникла у ФИО1 21 мая 2016 года. До указанного времени, в том числе при совершении оспариваемых сделок её интересы, в силу пункта 1 статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации, представляли её родители ФИО7 и ФИО3

Как пояснил участвующий в деле в качестве третьего лица на стороне истицы, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО7, ему было известно о приватизации квартиры только на ФИО6 При этом он полагал, что в данной квартире будет постоянно проживать его семья, в связи с чем не предпринял каких-либо действий по должному закреплению жилищных прав дочери ФИО1

Поведение другого законного представителя малолетней ФИО1 -ФИО3, также участвующей в деле в качестве третьего лица на стороне истицы, не заявляющей самостоятельных требований относительно предмета спора, в момент совершения оспариваемой сделки по приватизации жилого помещения также не было направлено на защиту интересов её дочери ФИО1

При этом ФИО1 зарегистрирована в данном жилом помещении с 15 февраля 2002 года; оба родителя заявляют, что занимаемое спорное жилое помещение является единственным и постоянным местом проживания их дочери ФИО1 с рождения и до настоящего времени. Проживая в спорном жилом помещении, ФИО1 не могла, в силу несовершеннолетнего возраста, проявить должную степень заботливости о соблюдении своих жилищных прав, в частности, установив правовое обоснование своего проживания в данном жилом помещении.

Несовершеннолетние лица не наделены правом оспаривать данную сделку, в связи с чем ФИО1 не могла воспрепятствовать приватизации квартиры на ФИО6 Более того, ввиду малолетнего возраста, она не могла осознавать сам факт совершения сделки. Реальную возможность защищать свои права она получила только после достижения совершеннолетия.

Оценивая изложенное, суд приходит к выводу, что законные представители несовершеннолетней ФИО1 – ФИО7 и ФИО3 своим бездействием способствовали нарушению законных прав малолетней ФИО1 на участие в приватизации занимаемого жилого помещения. Сама ФИО1 своё право на судебную защиту реализовать не могла, а бездействие её законных представителей не может быть признано основанием для лишения её права на судебную защиту, гарантированную частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации.

Суд расценивает данные обстоятельства как исключительные, являющиеся основанием для восстановления пропущенного срока исковой давности.

Следовательно, заявление стороны ответчика о применении срока исковой давности удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьёй 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

На основании статьи 7 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

На момент заключения договора в данном жилом помещении были зарегистрированы: ФИО6, ФИО7 и ФИО4, что подтверждается выпиской из домовой книги от 06 октября 2000 года.

Согласно выписке из домовой книги от 02 февраля 2017 года в жилом помещении по адресу: <адрес>, зарегистрированы ФИО6 – с 05 апреля 1989 года, ФИО3 и ФИО1 – с 15 февраля 2002 года.

Как следует из справки № 93 от 28 ноября 2000 года, выданной администрацией Напольно-Тавлинского сельского Совета Октябрьского района г.Саранска Республики Мордовия, ФИО1, .._.._.. года рождения, прописана вместе с матерью ФИО3 в селе <адрес>.

В ходе судебного разбирательства установлено, что данная справка выдана на основании записей в похозяйственной книге, заложенной по адресу: <адрес>.

В соответствии с указаниями по ведению похозяйственного учёта в сельских Советах народных депутатов, утверждённых постановлением Госкомстата СССР от 25 мая 1990 года № 69 похозяйственная книга является формой документа первичного учёта для сельских Советов народных депутатов, данные граждан, а используются: финансовыми органами, органами госстраха, статистическими органами - для получения данных о возрастном и половом составе сельского населения и о жилых домах, принадлежащих гражданам на праве личной собственности, для учета скота, находящегося в личном пользовании, и других; исполкомами местных Советов - для выявления детей школьного возраста, подлежащих обязательному обучению в общеобразовательных школах, и т.д. (пункт 7 Указаний).

Таким образом, сведения, изложенные в похозяйственной книге, не являются данными о регистрации (прописке) граждан и не могут служить документом, подтверждающим регистрацию (прописку) ФИО1 по адресу: <адрес>, на период приватизации спорного жилого помещения.

В связи с этим суд не принимает справку № 93 от 28 ноября 2000 года, выданную администрацией Напольно-Тавлинского сельского Совета Октябрьского района г.Саранска Республики Мордовия в качестве доказательства проживания и прописки ФИО1

Кроме того, данная справка противоречит остальным имеющимся в деле доказательствам, касающимся факта регистрации ФИО1 в период с её рождения до регистрации по спорному адресу. А именно:

-согласно свидетельству о рождении ФИО1 от 10 июня 1998 года, выданному Отделом ЗАГС Администрации Пролетарского района г.Саранска место рождения ребёнка указано: г.Саранск, Пролетарский район;

-согласно обменной карте родильного дома № 2 ФИО3, родившая .._.._.. года ФИО1, выписана по месту жительства о адресу: <адрес>;

-как следует из справки ГБУЗ РМ «Детская поликлиника №3» от 13 марта 2017 года № 91, ФИО1 наблюдалась в этой поликлинике с 21 мая 1998 года и до достижения 18-летия проживает по адресу: <адрес>, посещала детский комбинат № 125;

-в соответствии с картой профилактических прививок (учётная форма № 63) с декабря 1999 года ФИО1 посещала детский комбинат № 125 и местом её постоянного проживания являлось жилое помещение по адресу: <адрес>.

Постоянное проживание ФИО1 по указанному адресу подтверждается также пояснениями свидетелей, допрошенных в ходе судебного разбирательства.

В частности, свидетель ФИО8 пояснила, что является соседкой семьи Б-ных, проживающих по адресу: <адрес>. По данному адресу ФИО1 проживает с рождения, после выписки из родильного дома.

Свидетель ФИО9 пояснила, что работает в поликлинике, где наблюдалась несовершеннолетняя ФИО1 Примерно с 3-4-месячного возраста она осуществляла патронаж ребёнка по спорному адресу.

Свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО7(Василий Петрович) также пояснили, что им достоверно известно о проживании ФИО1 по указанному адресу с рождения и до настоящего времени. При этом ФИО7, а также свидетель ФИО12 пояснили, что их мать ФИО6 зарегистрировала внучку ФИО1 по данному адресу по просьбе ФИО3

Оценивая данные доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО1, .._.._.. рождения, с рождения и по настоящее время проживает по адресу: <адрес>. Сведения о её регистрации по адресу: <адрес>, указанные в справке № 93 от 28 ноября 2000 года, выданной администрацией Напольно-Тавлинского сельского Совета Октябрьского района г.Саранска Республики Мордовия, не соответствуют действительности. Данные о её регистрации по иному адресу отсутствуют. Следовательно, требования об установлении факта проживания ФИО1 по адресу: <адрес> с 21 мая 1998 года по 15 февраля 2002 года (дата регистрации её по данному адресу) являются обоснованными и подлежат частичному удовлетворению, требования об установлении факта проживания ФИО1 по 05 июня 2017 г. необоснованы и удовлетворению не подлежат, поскольку имеются сведения о регистрации истицы в указанный период, данный факт не оспаривается ответчиками, поэтому судебной защиты в этой части не требуется.

Согласно пункту 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

В силу статьи 1 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» каждый гражданин России имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства. Статьей 2 указанного Закона определено, что местом жительства является жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, специализированные дома (общежитие, гостиница - приют, дом маневренного фонда, специальный дом для одиноких престарелых, дом-интернат для инвалидов, ветеранов и другие), а также иное жилое помещение, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В соответствии со статьёй 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Следовательно, к правоотношениям по заключению договора передачи применяются нормы Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего до 01 марта 2005 года.

В статье 50 Жилищного кодекса РСФСР указано, что пользование жилыми помещениями в домах государственного и общественного жилищного фонда осуществляется в соответствии с договором найма жилого помещения и правилами пользования жилыми помещениями.

В соответствии со статьёй 51 Жилищного кодекса РСФСР договор найма жилого помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда заключается в письменной форме на основании ордера на жилое помещение между наймодателем - жилищно-эксплуатационной организацией (а при ее отсутствии - соответствующим предприятием, учреждением, организацией) и нанимателем - гражданином, на имя которого выдан ордер.

Статьёй 53 Жилищного кодекса РСФСР определено, что члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения. Совершеннолетние члены семьи несут солидарную с нанимателем имущественную ответственность по обязательствам, вытекающим из указанного договора.

К членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

В соответствии со статьёй 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласия остальных членов семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В силу статьи 54.1 Жилищного кодекса РСФСР граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда на условиях договора найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую на условиях, установленных законодательством РСФСР и республик в составе РСФСР.

Согласно ордеру № 4339 серии 83 от 30 декабря 1988 года, жилое помещение по адресу: <адрес>, предоставлялось ФИО6 на состав семьи, включающий её сына ФИО7

Как следует из договора № 281/201 социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, нанимателем данного жилого помещения являлась ФИО6, членом её семьи – ФИО7

ФИО7, являвшийся членом семьи нанимателя спорного жилого помещения и обладавший равным объёмом жилищных прав с нанимателем, вселил и зарегистрировал по данному адресу свою несовершеннолетнюю дочь ФИО1 на законных основаниях, в установленном законом порядке. Ответчиком ФИО6, на момент приватизации являвшейся нанимателем спорного жилого помещения, а впоследствии, до заключения сделки дарения – единоличным собственником, данный факт не оспорен, соответствующих требований к ФИО1 ею не предъявлялось.

Таким образом, ФИО1 вселена в спорное жилое помещение в установленном законом порядке и приобрела равные с нанимателем права на спорное жилое помещение, в том числе и право участия в приватизации.

Данное обстоятельство не было учтено при заключении договора передачи жилого помещения, в нарушение нормы статьи 7 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» договор заключён только с ФИО6 без участия в приватизации ФИО1 В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка по заключению договора передачи спорного жилого помещения является ничтожной как не соответствующая требованиям закона.

Стороной истца также было заявлено о ничтожности оспариваемой сделки по основаниям статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, совершённая гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства).

Однако никаких обоснований данному обстоятельству и никаких доказательств в подтверждение этому стороной истца, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, в связи с чем суд не находит оснований для применения данной нормы закона.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции от 08 июля 1999 года) требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции от 08 июля 1999 года) недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Аналогичные нормы содержатся и в актуальной редакции Гражданского кодекса Российской Федерации. В частности, в пункте 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в действующей редакции сказано, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 и пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Следовательно, ввиду установления ничтожности сделки по совершению договора передачи жилого помещения, договор дарения также является ничтожным, поскольку переход права собственности совершён на основании ничтожной сделки.

На основании статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации также подлежат признанию недействительными записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество о регистрации жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, по обоим сделкам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Истцом заявлено требование о признании недействительной справки №93 от 28 ноября 2000 г., выданной заместителем Главы Администрации села Напольная Тавла ФИО13, о признании за ФИО1 права собственности порядке приватизации на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>.

Данная справка выдана после заключения договора передачи жилого помещения, поэтому не могла повлиять на гражданские права или обязанности сторон договора или третьих лиц при его заключении. Кроме того, данный документ вообще не является основанием, порождающим гражданские права и обязанности, в связи с чем его судебная защита противоречит смыслу пункта 2 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требований в данной части надлежит отказать.

Также является необоснованным требование истца о признании права собственности в порядке приватизации на жилое помещение по адресу: <адрес> за ФИО1, поскольку статьёй 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» установлено право приватизации данного жилого помещения всех имеющих право пользования данным жилым помещением и приватизация жилого помещения только за ФИО1 в рассматриваемом споре невозможна.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований.

Судебные расходы истца по удовлетворённым исковым требованиям состоят из государственной пошлины в сумме 900 рублей, уплата которой подтверждается чеком-ордером от 18 апреля 2017 года. Данную сумму следует взыскать в пользу истца с ответчиков в равных долях, по 450 рублей с каждого.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Пролетарский районный суд г.Саранска Республики Мордовия,

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО6, ФИО4 об установлении факта проживания в жилом помещении, признании недействительным договора передачи жилого помещения, признании недействительным договора дарения жилого помещения, удовлетворить.

Установить факт проживания ФИО1 в период с 28 мая 1998 г. по 15 февраля 2002 г. по адресу: <адрес>.

Признать недействительным договор приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, №28018 от 31 октября 2010 г., заключенный между МУ «Городская служба заказчика ЖКХ» и ФИО6, и применить последствия его недействительности, исключив запись от 05 декабря 2000 г. в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за №13:23:10:2000:2619:1.

Признать недействительным договор дарения жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 23 ноября 2016 г. между ФИО6 и ФИО4, и применить последствия его недействительности, исключив запись от 02 декабря 2016 г. в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за №13-13/001-13/001/05/2016-2444.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО6, ФИО4 о признании недействительной справки №93 от 28 ноября 2000 г., выданной заместителем Главы Администрации села Напольная Тавла ФИО13, отказать.

В удовлетворении исковых требования ФИО1 к ФИО6, ФИО4 о признании за ФИО1 права собственности в порядке приватизации на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, отказать.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 450 (четыреста пятьдесят) рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 450 (четыреста пятьдесят) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме в Верховный Суд Республики Мордовия, путем подачи апелляционной жалобы через Пролетарский районный суд г.Саранска Республики Мордовия.

Судья