Решение № 2-5475/2019 2-556/2020 2-556/2020(2-5475/2019;)~М-4606/2019 М-4606/2019 от 14 сентября 2020 г. по делу № 2-5475/2019

Дело № 2-556/2020
г. Санкт-Петербург
14 сентября 2020 года
78RS0008-01-2019-006183-79


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Колосовой Т.Н.,

при секретаре Ивановой М.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца - ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами и встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

Истец обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, уточнив исковые требования просил суд взыскать с ответчика сумму долга в размере 135 000 000,00 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.06.2019 года в размере 888 317,99 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.09.2019 года в размере 613 591,96 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.12.2019 года в размере 363 934,43 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.03.2020 года в размере 136 065,58 руб.; расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000,00 руб.; судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 18 509,00 руб.(том 2 л.д.104-105).

В обоснование исковых требований истец указывает, что между истцом и ответчиком был заключен договор беспроцентного займа от 25.08.2018 года на сумму 150 000 000,00 рублей, на срок до 30.06.2021 года. Факт передачи денежных средств подтверждается распиской. Условиями договора установлено, что возврат займа осуществляется частями, равными долями, один раз в квартал, начиная с 01.01.2019 года. Первый платеж по возврату суммы займа в размере 15 000 000,00 рублей ответчик обязался осуществить до 31.01.2019 года (п.2.3 договора займа). Дальнейший возврат суммы займа осуществляется согласно графику платежей, который является неотъемлемой частью договора займа. Свое обязательство по перечислению первого платежа ответчик выполнил 30.01.2019 года путем перечисления на лицевой счет истца денежной суммы в размере 15 000 000,00 рублей в следующем порядке: 4 500 000 руб. (платежное поручение №710 от 30.01.2019), 4 500 000 руб. (платежное поручение №823 от 30.01.2019); 4 500 000 руб. (платежное поручение №826 от 30.01.2019); 1 500 000 руб. (платежное поручение №830 от 30.01.2019). Согласно условиям договора и подписанному графику платежей ответчик обязан был перечислить истцу денежную сумму, равную 15 000 000 рублей не позднее 30.06.2019 года в качестве второго платежа. Свое обязательство по частичному возврату суммы займа, предусмотренное п.2.3 договора займа, на дату подачи иска в суд, ответчиком не исполнено. В связи с нарушением ответчиком срока, установленного для возврата очередной части займа, истец вынужден реализовать свое право, предусмотренное п.2 ст. 811 ГК РФ и потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа, а именно 135 000 000 руб. 04.07.2019 года истец направил в адрес ответчика требование о возврате суммы займа, а также процентов. Указанное требование было возвращено истцу за истечением срока хранения. Принимая во внимание длительность нарушения ответчиком обязательства по возврату займа и в соответствии с п.1 ст. 395 ГК РФ на момент составления уточненного искового заявления общая задолженность по процентам за пользование чужими денежными средствами составляет 1 812 696,83 руб. из расчета: проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.06.2019 года в размере 888 317,99 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.09.2019 года в размере 613 591,96 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.12.2019 года в размере 363 934,43 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.03.2020 года в размере 136 065,58 руб.

Ответчик ФИО3 обратился в суд с встречными исковыми требованиями, уточнив исковые требования просил признать договор процентного займа от 25.08.2018 года недействительной сделкой, применить последствия недействительности ничтожной сделки и взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 15 000 000 рублей.

В обоснование встречного иска ФИО3 ссылается на то, что ФИО1 не передавал ему денежные средства, указанные в оспариваемом договоре и расписке, оспаривает займ по безденежности. Одновременно ФИО3 указывает, что оспариваемый договор, датированный 25 августа 2018 года, фактически подписывался им 29 января 2019 года и расписка, датированная 25 августа 2018 года, составлялась им также 29 января 2019 года. Ранее между сторонами было принято решение о строительстве Тепличного комплекса по выращиванию томатов в д. Альшанский Выселки Орловского района Орловской области, на месте разорившегося тепличного хозяйства ОАО «Юбилейное». Изначально ФИО3 с ФИО1 совместно договорились осуществлять финансирование строительства до момента получения кредита на данные цели. На конец августа 2016 года инвестиции ФИО3 в строительство тепличного комплекса составили - свыше 218 000 000 рублей, вложения ФИО1 составили - 70 850 000 рублей. В августе 2016 года ФИО1 отказался дальше участвовать в финансировании строительства Тепличного комплекса. В период с 01.07.2015 по 14.09.2017 года ФИО1 был первым вице-президентом группы компаний «AKGROUP» и работал первым заместителем генерального директора ООО «Агропромышленная компания «Кумир», компании созданной для строительства и дальнейшей эксплуатации Тепличного комплекса, расположенного по адресу: <адрес>. ФИО1 постепенно стал отходить от участия в строительстве Тепличного комплекса, сначала прекратил инвестирование, потом начал уклоняться от решения организационных вопросов и 14 сентября 2017 года был уволен. После увольнения ФИО1 требовал от ФИО3 выкупить его вложения в строительство Тепличного комплекса, путем переоформления выданных им займов ООО «Агропромышленная компания «Кумир» в сумме 70 850 000 рублей, а также требовал оплатить ему 100 000 рублей за его участие в строительстве. Денежные средства ФИО1 просил выплатить немедленно, на что получил отказ от ФИО3, так как займы выданные ФИО1 ООО «Агропромышленная компания «Кумир», являлись долгосрочными вложениями и по условиям договоров займа досрочный возврат денежных средств по требованию займодавца не был предусмотрен. В мае-июне 2018 года в соответствии требованиями ПАО Сбербанк для получения льготного кредита на строительство Тепличного комплекса необходимо было перевести заемные обязательства ООО «Агропромышленной компании «Кумир» в векселя и заложить их в банк в обеспечение кредита на сумму 526 970 659,2 руб. В конце июля 2018 года ПАО Сбербанк по требованию Минсельхоза Российской Федерации приостановило льготное кредитование строительства Тепличных комплексов. Для решения вопроса по возобновлению кредитного финансирования по льготным ставкам ПАО Сбербанк потребовало дополнительно перевести заемные обязательства компании в вексельные обязательства и дозаложить векселя в ПАО Сбербанк. ФИО3, обсудив с ФИО1 сложившуюся ситуацию, предложил выкупить у него по номиналу векселя, в которые он совместно с ООО «Агропромышленная компания «Кумир» новирует выданные им займы. Одновременно ФИО1 потребовал оплатить 100 000 000 рублей, которые требовал и ранее. ФИО3 указывает, что был вынужден принять его требования. ООО «Агропромышленная компания «Кумир» и ФИО1 новировали займы ФИО1 в вексельные обязательства и ФИО3 приобрел у ФИО1 эти векселя по номинальной стоимости за 70 850 000 рублей. В августе 2018 года был подписан Договор купли-продажи векселей, акт приема-передачи, ФИО3 передал ФИО1 денежные средства, а ФИО1 выдал ему расписку в получении от ФИО5 денежных средств в размере 70 850 000 рублей. При этом стороны договорились, что оставшуюся сумму ФИО1 получит в ближайшее время. Когда ФИО3 рассчитывался с ФИО1 по векселям, последний потребовал написать 2 расписки задними числами от 30 августа 2015 года на 50 000 000 рублей и от 30 сентября 2015 года на сумму 49 150 000 рублей, о том, что якобы ФИО3 ранее занимал у ФИО1 деньги на строительство Тепличного комплекса. Расписки ФИО3 не были выданы, потому что никаких денег на строительство Тепличного комплекса он не брал у ФИО1 24 августа 2018 года ФИО1 получил от ФИО3 денежные средства в размере 80 000 000 рублей, из требуемых им 100 000 000 рублей, что подтверждается распиской, полученной от ФИО1 Всего ФИО3 выплатил ФИО1 150 850 000 рублей. На встрече 24 августа 2018 года ФИО1 попросил ФИО3, чтобы он в дальнейшем подписал с ним задним числом договор займа, по которому ФИО3 якобы занял у него денежные средства. Он это объяснял тем, что собирался что-то приобрести и ему необходимо было показать источник дохода. 20 декабря 2018 года с электронной почты ФИО1 ФИО3 на электронную почту поступило письмо с проектом договора от 24 августа 2018 года на 170 000 000 рублей и сканом собственноручно написанных им расписок по получению денег, которые ФИО1 якобы давал ранее ФИО3 В письме также ФИО1 требовал от ФИО3 расписки якобы в получении им от него в 2015 году денежных средств, указанных в присланных им расписках на общую сумму 99 150 000 рублей. Позже ФИО1 опять начал требовать с ФИО3 20 000 000 рублей из указанных выше 100 000 000 рублей. Стороны встретились 29 января 2019 года в Москве, в гостинице Метрополь. ФИО1 принес уже подписанный с его стороны Договор займа от 25 августа 2018 года на 150 000 000 рублей, по которому он выступал займодавцем. ФИО1 попросил ФИО3 написать расписку по этому договору, т.к. ему нужно было подтвердить его платежеспособность перед каким-то инвестором, а также попросил ФИО3 дать 2 расписки задним числом на 30 000 000 рублей от 30.09.2015 г. и на 50 000 000 рублей от 30.08.2015 г. якобы полученных ФИО3 у него в 2015 год. Дальше ФИО1 попросил только копии расписок, чтобы он мог показать их инвестору. ФИО3 поручил своей помощнице П. С.В. снять на стойке регистрации копии расписок и отдать их ФИО1, а оригиналы вернуть ФИО3. ФИО3 полагал, что оригиналы расписок остались у него. Далее ФИО1 опять поднял вопрос об оплате его услуг по строительству Тепличного комплекса в размере 20 000 000 рублей пояснив, что если ФИО3 в день встречи, 29 января 2019 года или 30 января 2019 года произведет оплату, то ФИО6 согласен на 15 000 000 рублей и при всех присутствующих сказал, что в дальнейшем никаких материальных и финансовых требований к ФИО3 предъявлять не будет. ФИО3 оплатил ему 30 января 2019 года 15 000 000 рублей, чтобы прекратить со стороны ФИО1 дальнейшие вымогательства и шантаж.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебное заседание явились, исковые требования просили удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении встречного иска просили отказать.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4 в судебное заседание явились, в удовлетворении исковых требований просили отказать, встречные требования просили удовлетворить.

Изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей <_> эксперта <_> суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст.161 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

В соответствии с ч.1 ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно ч.1 ст.432 указанного кодекса договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По правилам ст.ст. 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и в предусмотренный обязательством срок.

В силу ст.310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор беспроцентного займа от 25.08.2018 года на сумму 150 000 000,00 рублей, на срок до 30.06.2021 года (том 1 л.д.7-9).

Факт передачи денежных средств подтверждается распиской от 25.08.2018 года (том 1л.д.11).

Условиями договора установлено, что возврат займа осуществляется частями, равными долями, один раз в квартал, начиная с 01.01.2019 года.

Первый платеж по возврату суммы займа в размере 15 000 000,00 рублей ответчик обязался осуществить до 31.01.2019 года (п.2.3 договора займа).

Дальнейший возврат суммы займа осуществляется согласно графику платежей, который является неотъемлемой частью договора займа (том 1 л.д.10).

Свое обязательство по перечислению первого платежа ответчик выполнил 30.01.2019 года путем перечисления на лицевой счет истца денежной суммы в размере 15 000 000,00 рублей в следующем порядке:

- 4 500 000 руб. (платежное поручение №710 от 30.01.2019),

- 4 500 000 руб. (платежное поручение №823 от 30.01.2019);

- 4 500 000 руб. (платежное поручение №826 от 30.01.2019);

- 1 500 000 руб. (платежное поручение №830 от 30.01.2019) (том 1 л.д.12-15).

Согласно условиям договора и подписанному графику платежей ответчик обязан был перечислить истцу денежную сумму, равную 15 000 000 рублей не позднее 30.06.2019 года в качестве второго платежа.

Свое обязательство по частичному возврату суммы займа, предусмотренное п.2.3 договора займа, на дату подачи иска в суд, ответчиком не исполнено.

В связи с нарушением ответчиком срока, установленного для возврата очередной части займа, истец потребовал досрочного возврата всей оставшейся суммы займа, а именно 135 000 000 руб.

04.07.2019 года истец направил в адрес ответчика требование о возврате суммы займа, а также процентов. Указанное требование было возвращено истцу за истечением срока хранения (том 1 л.д.17-22).

Возражая относительно заявленных исковых требований ответчик пояснил, что ФИО1 не передавал ему денежные средства, указанные в оспариваемом договоре и расписке, оспариваемый договор, датированный 25 августа 2018 года, фактически подписывался им 29 января 2019 года и расписка, датированная 25 августа 2018 года, составлялась им также 29 января 2019 года.

Ответчик в судебном заседании пояснил, что условия договора займа от 25.08.2018 года сторонами обсуждались путем переписки по электронной почте.

В материалы гражданского дела ответчиком ФИО3 приобщены протокол осмотра доказательств от 11.12.2019 года, выполненный на бланке <№> С. О.М., врио нотариуса Л. А.И. (том 1 л.д.130-155), и протокол осмотра доказательств от 11.12.2015 года, выполненный на бланке <№> тем же лицом (том 1 л.д.113-129).

В протоколе на бланке <№>) указано, что врио нотариуса производился визуальный осмотр запоминающего устройства «Kingston DT101 G2 16 GB», то есть флэш-накопителя, который содержал сведения, записанные вручную. Осматривая данный флэш-накопитель, врио нотариуса не осматривала электронный почтовый ящик ФИО3 и не могла убедиться в переписке между ФИО3 и ФИО1, в том числе в конкретные даты. Осматриваемые врио нотариуса файлы на флэш-накопителе, были записаны вручную и не свидетельствуют о тех фактах, на которые ссылается ответчик.

Во втором протоколе, выполненном на бланке <№>, врио нотариуса осмотрела по заявлению ФИО3 телефон iРhоnе Xs, на твердотельном накопителе (внутренней памяти) которого хранится изображение, содержащее текст с прописными буквами и слово МЕТROPOL, а также дату 16.01.2019 г и цифры 150 000 000 руб. Указанное изображение не содержит фамилий, имен или подписей, указывающих на ее авторов.

Осмотрев представленные ответчиком нотариальные протоколы, суд приходит к выводу, что указанные доказательства не соответствуют принципам относимости и допустимости.

По ходатайству сторон, определением суда от 30 января 2020 года была назначена судебно-техническая экспертиза с целью установления способа выполнения текста расписки от имени ФИО3, датированной 25.08.2018 года, давности выполнения договора беспроцентного займа от 25.08.2018г., графика платежей к нему и расписки от 25.08.2018 г., давности нанесения рукописного текста в договоре беспроцентного займа от 25.08.2018 г., графике платежей к нему и расписке от 25.08.2018г. от имени ФИО3, об установлении признаков внешнего воздействия с целью старения в оспариваемом договоре с приложением расписки от 25.08.2018 года о получении 150 000 000 рублей (том 2 л.д.57-59).

В соответствии с заключением эксперта №306/05-2, 307/05-2 от 27.02.2020 года поступившая на экспертизу расписка от имени ФИО3 в получении денежных средств в сумме 150 000 000 рублей, датированная 25 августа 2018 года, исполнена от рука пастой для шариковых ручек, без использования средств оргтехники и без предварительной технической подготовки. Установить, соответствует ли время выполнения поступивших на экспертизу документов: договора беспроцентного займа между ФИО1 и ФИО3, датированного 25 августа 2018 года; графика платежей по возврату суммы займа (приложение №1 к Договору беспроцентного займа от 25 августа 2018 года); расписки от имени ФИО3 в получении денежных средств в сумме 150 000 000 рублей, датированной 25 августа 2018 года, указанной в них дате или данные докумены выполнены 29 января 2019 года не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения. В поступивших на экспертизу договоре беспроцентного займа между ФИО1 и ФИО3, датированном 25 августа 2018 года; расписке от имени ФИО3 в получении денежных средств в сумме 150 000 000 рублей, датированной 25 августа 2018 года, признаки нарушений условий документного хранения не выявлены (том 2 л.д.63-70).

В соответствии с положениями части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно положениям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

Заключение судебной экспертизы, проведенной экспертом ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы МЮ РФ содержит категоричный вывод о подлинности расписки, датированной 25.08.2018 года, а также вывод об отсутствии признаков нарушения условий документного хранения договора беспроцентного займа от 25.08.2018 года и расписки от 25.08.2018 года.

Как следует из заключения экспертизы, при ее проведении экспертом были исследованы материалы настоящего гражданского дела, оригинал договора беспроцентного займа от 25.08.2018 года, оригинал графика платежей (Приложение №1 в договору беспроцентного займа); оригинал расписки от 25.08.2018 года.

Следует отметить, что по смыслу положений статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако, это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы от 27.02.2020 года, поскольку экспертиза проведена ведущим государственным судебным экспертом, имеющим высшее химическое образование, значительный стаж экспертной работы по специальности – с 1985 года, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 №73-ФЗ экспертом Фонда «ЦНПЭ», в соответствии с определением суда о поручении проведения экспертизы этому учреждению, в соответствии с профилем деятельности, определенным для данной организации, выданной ему лицензией.

Проанализировав содержание экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, выводы основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, ее образовании, стаже работы.

По ходатайству представителя ответчика ФИО4 в судебном заседании был допрошен эксперт Н. Г.Б., которая подтвердила свои выводы, изложенные в заключении, а также пояснила, что судом было дано разрешение на произведение микровырезок из исследуемых оригиналов документов, однако в этом не было необходимости, поскольку в определении суда указан спорный период (28.08.2018 - 29.01.2019), исходя из возможностей методики, дифференцировать по времени выполнения подписи (записи) в проверяемом временном интервале в настоящее время не представляется возможным.

Также судом установлено, что 12 ноября 2019 года по заявлению ФИО3 старшим следователем по ОВД СЧ СУ УМВД России по Орловской области по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту обращения ФИО1 в Красногвардейский районный суд г. Санкт-Петербурга с вышеуказанными исковыми требованиями, было возбуждено уголовное дело <№> (том 1 л.д. 60-61).

В ходе предварительного следствия по указанному уголовному делу следователем была назначена судебно-почерковедческая экспертиза с целью установления авторов подписей на спорном договоре беспроцентного займа от 25 августа 2018 и приложения № 1 к нему, а также авторов расписок от 24 августа 2018 года и 10 августа 2018 года, которыми подтверждались сведения о наличии у ФИО1 денежных сумм, переданных ответчику по спорному договору.

Производство указанной экспертизы было поручено следователем ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции».

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении № 11092/2-1 от 02.07.2020 года, установить, соответствует ли давность изготовления договора беспроцентного займа от 25.08.2018 года, приложения №1 к договору от 25.08.2018 года дате, указанной в нем, не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

В исследовательской части заключения указано, что при производстве экспертизы применялся метод ГЖХ с использованием термодесорбции летучих компонентов из штрихов. Параллельно с ГЖХ-анализом штрихов проводился анализ вырезок из свободных участков бумаги документа. На основании полученных результатов строили зависимость относительного содержания летучих растворителей в штрихах подписей из сравнительных материалов от давности их выполнения, а затем соотносили с результатами, полученными для исследуемых подписей от имени ФИО1 в договоре. Проведенное исследование не выявило требуемой динамики изменения состояния штрихов исследуемых подписей (уменьшения относительного содержания 2-феноксиэтанола в штрихах с течением времени), в связи с чем установить давность выполнения подписей в договоре не представилось возможным (том 3 л.д.14-30).

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении № 11092/4-1 от 29 января 2020 года, рукописные тексты и рукописные записи в двух расписках от имени ФИО1 от 24.08.2018 и 10.08.2018 выполнены ФИО1; в нижней левой части 1-3 листов и ниже слов «Займодавец», на строке «/А.С. Оганян/» на 3-м листе договора беспроцентного займа от 25.08.2018; в нижней левой части листа и ниже слов «Займодавец», на строке «/А.С. Оганян/» в нижней левой части приложения № 1 к Договору беспроцентного займа от 25.08.2018 «График платежей по возврату суммы займа» - выполнены самим ФИО1 Подписи от имени ФИО3, расположенные в нижней части 1 и 2 листа и ниже слов «Заемщик», на строке «/ФИО3/» в правой части 3 листа в договоре беспроцентного займа от 25.08.2018; ниже слова «Заемщик», на строке «/ФИО3/» в нижней правой части приложения № 1 к Договору беспроцентного займа от 25.08.2018 «График платежей по возврату суммы займа» - выполнены самим ФИО3(том 3 л.д.33-45).

Таким образом, в материалах дела имеется два заключения экспертов двух различных государственных экспертных учреждений, находящихся в разных регионах по двум экземплярам договоров и приложений к ним, которые являются подтверждением одной и той же сделки - займа между ФИО1 и ФИО3, выводы данных экспертиз с применением различных методик исследования совпадают, кроме того суд учитывает, что сторонами по делу не оспаривался то факт, что в один день ими подписывались два одинаковых договора беспроцентного займа.

Согласно ст. 433 (пункты 1 и 2) ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст. 224 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Относительно формы договора займа п. 1 ст. 808 ГК РФ (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

Таким образом, для договора займа между гражданами, сумма по которому превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, законом предусмотрена письменная форма договора.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).

Ст. 812 ГК РФ предусматривает, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (ст. 808 ГК РФ), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, указанных в законе.

В п. 1 ст. 810 ГК РФ указано, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно п.1 ст. 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 ГК РФ, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 ГК РФ.

В п.2 той же нормы сказано, что если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за пользование займом, причитающимися на момент его возврата.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, 25.08.2018 года ответчик выдал истцу расписку, в которой указано, что ответчик получил от истца денежную сумму в размере 150 000 000 рублей и обязуется возвратить указанную сумму в срок до 30.06.2021 года (л.д. 8).

Факт написания данной расписки ответчиком не оспаривался, подтверждается показаниями допрошенных свидетелей, однако, возражая против исковых требований, ответчик указал, что денежные средства ему истцом фактически не передавались.

Между тем указанные доводы ответчика о том, что денежных средств от истца он не получал, судом оцениваются критически, поскольку каких-либо доказательств в их подтверждение ответчиком суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено, показания допрошенных свидетелей <_> не могут использоваться в спорах о безденежности, кроме того, свидетели являются зависимыми от ответчика лицами (работники подчиненного ему предприятия), подлинность договора займа (в том числе в уголовном деле), представленных истцом в подтверждение своих требований в гражданское дело, а ответчиком в уголовное, а также принадлежность подписей ответчику ни одной из сторон по делу не оспаривались и подтверждаются судебно-почерковедческой экспертизой, проведенной по уголовному делу по постановлению следователя.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как установлено ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 указанного кодекса).

В ходе рассмотрения дела суд, оценив собранные по делу доказательства в соответствии требованиями статьи 67 ГПК РФ, а также учитывая, что в платежных поручениях от 30.01.2019 года (том 1 л.д.12-15) в назначении платежа указано: «Перевод по договору беспроцентного займа от 25.08.2018 года», указанные переводы совершены ответчиком в соответствии с согласованным сторонами графиком платежей (том 1 л.д.10), приходит к выводу о том, что между сторонами возникли правоотношения из договора займа, при этом, поскольку ответчик нарушил свои обязательства по договору займа, в связи с чем образовалась задолженность, исковые требования обоснованы, наличие задолженности подтверждено всей совокупностью собранных по делу доказательств и не опровергнуто стороной ответчика на основе доказательств, отвечающих требованиям Главы 6 ГПК РФ

Согласно представленному истцом расчету задолженность ответчика составляет 135 000 000,00 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.06.2019 года в размере 888 317,99 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.09.2019 года в размере 613 591,96 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.12.2019 года в размере 363 934,43 руб.; проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.03.2020 года в размере 136 065,58 руб.

При этом доказательств возврата долга ответчиком в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Оснований полагать, что договор займа между сторонами не заключен, поскольку денежные средства истцом ответчику не передавались, как на том настаивает ответчик в своих встречных исковых требованиях, суд не усматривает, поскольку никаких объективных доказательств этому не представлено.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, закрепляющей принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд полагает, что из буквального содержания расписки четко усматривается получение ответчиком денежных средств от истца, а также обязательство ответчика по возврату полученных от истца денежных средств в указанный в расписке срок, в связи с чем истцом представлены надлежащие доказательства возникновения между сторонами заемных правоотношений.

Согласно статье 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу пункта 1 статьи 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. При этом установлено, что в подтверждение исполнения договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

С учетом изложенного к договору займа применению подлежат общие правила о последствиях несоблюдения простой письменной формы сделки, он считается заключенным с момента передачи денежных средств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Сами по себе приведенные в обоснование безденежности договора займа доводы ответчика о том, что денежные средства истцом ответчику не передавались, не подтверждают безденежность договора займа, поскольку никакими доказательствами не подтверждены.

Кроме того, ссылки ответчика на то, что истец не мог передать ответчику денежные средства, поскольку в указанную в расписке и договоре займа дату их составления – 25.08.2018 года ответчик находился за пределами Российской Федерации, а истец находился в Москве, также объективно не свидетельствуют о безденежности договора займа, поскольку факт написания расписки ответчик не оспаривал.

В нарушение ст.56 ГПК РФ каких-либо доказательств безденежности договора, а также доказательств, подтверждающих отсутствие обязательств по погашению задолженности и процентов либо подтверждающих их надлежащее исполнение, ответчиком не представлено.

В пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017 года, указано, что лицо, представившее расписку, подтверждающую частичное погашение долга перед контрагентом, не вправе ссылаться на незаключенность между ними договора займа.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В п. 70 того же Постановления, Пленум ВС РФ разъяснил, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Приведенные ответчиком во встречном иске доводы не свидетельствуют о безденежности договора, поскольку факт выдачи заемщику денежных средств подтверждается всей совокупностью доказательств, добытых по делу. При этом ответчиком в ходе судебного разбирательства не представлено никаких достоверных доказательств безденежности договора, в связи с чем, встречные исковые требования о признании договора займа от 25.08.2018 года недействительным, взыскании денежных средств в размере 15 000 000 рублей подлежат отклонению в полном объеме.

Кроме того, суд учитывает, что до подачи искового заявления ФИО1 09.09.2019 года, ответчик в судебном порядке не оспаривал договор беспроцентного займа от 25.08.2018 года, не требовал от истца возврата уплаченных по договору займа денежных средств в размере 15 000 000 рублей.

На основании изложенного суд полагает, что, вопреки доводам ответчика, между истцом и ответчиком достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора займа, определенная сторонами конкретная денежная сумма получена ответчиком, однако в установленный срок ответчиком не возвращена,

С учетом установленных по делу обстоятельств, в связи с тем, что стороной ответчика не были предоставлены доказательства возврата заемных средств кредитору в полном объеме либо в части, учитывая действия заемщика ФИО3 по частичному погашению долга по договору беспроцентного займа от 25.08.2018 года, являющиеся частичным исполнением обязательства, суд считает, что заявленные исковые требования о взыскании суммы займа и процентов подлежат удовлетворению в полном объеме, поскольку представленный истцом расчетом задолженности полностью отвечает условиям заключенного между истцом и должником договора, соответствует фактическим обстоятельствам дела и является правильным, тогда как ответчиком в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представлено каких-либо мотивированных доказательств в опровержение правильности представленного истцом расчета.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Отказывая ответчику ФИО3 в удовлетворении встречного иска суд учитывает, что в соответствии со ст. 392 ГК РФ, ответчик не лишен возможности обратиться в суд с заявлением о пересмотре дела по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также надлежит взыскать государственную пошлину, уплаченную им при подаче иска, в размере 60 000 руб.(том 1 л.д.5), а также судебных расходов по оплате судебной экспертизы в размере 18 509 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 194-196, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 135 000 000 рублей;

- проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.06.2019 года в размере 888 317,99 рублей,

- проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.09.2019 года в размере 613 591,96 рублей,

- проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 30.12.2019 года в размере 363 934,43 рублей,

- проценты по платежу, который должен был быть совершен не позднее 31.03.2020 года в размере 136 065,58 рублей,

-расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей, судебные расходы по оплате судебной экспертизе в размере 18 509 рублей.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 – отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами с Санкт-петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Судья подпись

Мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2020 года.