Решение № 2-515/2019 2-515/2019(2-6704/2018;)~М-6944/2018 2-6704/2018 М-6944/2018 от 12 февраля 2019 г. по делу № 2-515/2019

Дело №2-515/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 февраля 2019 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Орловой Е.А.,

при секретаре Красношлыковой А.И.,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

18.12.2018 истец ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО1, ссылаясь на приговор мирового судьи судебного участка №6 Восточного округа г. Белгорода от 17.08.2018, просит взыскать с ФИО1 в пользу истца 50000 руб. в счет компенсации морального вреда (л.д. 5).

Истец в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела без его участия, сославшись на служебную занятость (л.д. 31).

Согласно ст. 167 ГПК Российской Федерации неявка лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не препятствует рассмотрению дела по существу.

Ответчик ФИО1 настаивал на отказе в удовлетворении иска, мотивировал свою позицию признанием вины, нахождением в состоянии опьянения в момент совершения преступления, неоднократным принесением извинений истцу.

Изучив материалы гражданского дела, выслушав объяснения ответчика, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с положениями ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 названного Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред…(п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В ходе судебного заседания установлено, что приговором мирового судьи судебного участка №6 Восточного округа г. Белгорода от 17.08.2018 (уголовное дело №1-14/2018/6) постановлено признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК Российской Федерации, назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 200 часов (л.д. 6-9).

Согласно указанному приговору суда 05.05.2018 около 22 час 40 мин в кабинет участкового уполномоченного полиции ФИО2, находящийся в опорном пункте полиции №17 УМВД России по г. Белгороду (<...>), с целью составления административного материала и дальнейшего разбирательства по ч. 2 ст. 20.20 КоАП Российской Федерации за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения доставлен гражданин ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В указанный период времени у ФИО1 возник и сформировался прямой преступный умысел, направленный на публичное оскорбление представителя власти, из побуждений унизить сержанта полиции ФИО2, который в соответствии с постовой ведомостью с 18 часов 05.05.2018 до 06 часов 06.05.2018 подготавливал административный материал в отношении ФИО1, последний из-за мести за его (ФИО2) законные действия умышленно высказал в адрес ФИО2 публичные оскорбительные выражения при посторонних лицах, в том числе с использованием нецензурной лексики, унижающей честь и достоинство полицейского 2 отделения 1 взвода в составе роты №2 отдельного батальона патрульно-постовой службы полиции УМВД России по г. Белгороду сержанта полиции ФИО2, являющегося представителем власти и находящегося при исполнении своих должностных обязанностей.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из заключения эксперта №№ составленному в рамках уголовного дела №1-14/2018/6 по результатам лингвистической экспертизы, исследуемые лексические средства относятся к инвективной (бранной) лексике, как правило, употребляемой с целью унизить, оскорбить, обесчестить, опозорить адресата речи или третье лицо, обычно с намерением сделать это в как можно более резкой и циничной форме; примененные ФИО1 высказывания определяются по тематическому признаку как «отнесенные к интимной сфере», на которые накладывается тематический запрет, и по лексико-стилистической окраске как грубые, бранные и табуированные слова, на которые накладывается лексический запрет (л.д. 34, 35).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи утратой родственников, невозможностью продолжать активно общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствуют действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, …либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4).

Факт нанесения ФИО3 оскорблений в адрес ФИО2 при исполнении должностных обязанностей подтвержден и не оспаривается ответчиком.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В этой связи суд отмечает, что согласуясь с закрепленными в статьях 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст. 9 ГПК РФ принципе диспозитивности, приведенные выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

Исходя из вышеприведенных положений закона, стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет, в свою очередь, лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч. 2 ст. 57, ст. ст. 62, 64, ч. 2 ст. 68, ч. 3 ст. 79, ч. 2 ст. 195, ч. 1 ст. 196 ГПК РФ).

Обязанность по доказыванию приведенных обстоятельств возложена процессуальным законом (ст. 56 ГПК РФ) на заинтересованное лицо, обратившееся в суд за защитой права.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя положения ст. 1101 ГК РФ, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред истцу, но и не допустить неосновательного его обогащения.

При разрешении заявленного требования суд принимает во внимание, что оскорбления нанесены ответчиком в адрес истца умышленно, осознанно были направленны на сотрудника полиции - представителя власти при исполнении служебных обязанностей, в грубой циничной форме с использованием нецензурной брани, в нарушение нравственных норм и правил поведения, публично, в присутствии третьих лиц, унижая честь и достоинство истца.

При этом нельзя не отметить привлечение ранее ответчика к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.1 КоАП Российской Федерации (мелкое хулиганство) (л.д. 32, 36).

Согласно положениям ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ за нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, влечет наложение административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей.

В то же время следует принять во внимание искреннее раскаяние ответчика в пренебрежении неприемлемости применения ненормативной лексики в обществе, учесть, что ФИО1 не состоит на учете в нарко- и психдиспансерах и на профилактическом учете в ОП №3 УМВД России по г. Белгороду, официально не трудоустроен, категорию совершенного им преступления.

Установлено, что 15.08.2018 в рамках уголовного дела №1-14/2018-6 также вынесено постановление мирового судьи судебного участка №6 Восточного округа г. Белгорода, которым отказано в удовлетворении ходатайства защитника подсудимого ФИО1 – ФИО4 о прекращении уголовного дела с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа (л.д. 39, 40).

Согласно данному постановлению ответчиком принесены извинения ФИО2, которым они приняты, но последним выражено намерение обратиться с иском о возмещении компенсации морального вреда.

На основании изложенного, принимая во внимание характер и объем причиненных истцу нравственных страданий истцу, степень вины ответчика, обстоятельства, при которых была применена ненормативная лексика ответчиком к лицу, находящемуся при исполнении должностных обязанностей, исходя из принципа разумности, соразмерности и справедливости суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований в части взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере – 10 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца "наимнгвание города", зарегистрированного по адресу: <адрес>, в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10000 (десять тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 государственную пошлину в доход федерального бюджета в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья Е.А. Орлова

.
.