Апелляционное постановление № 22-34/2020 22А-34/2020 от 19 февраля 2020 г. по делу № №1-54/2019

Председательствующий Углов А.Е.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22А-34/2020
20 февраля 2020 г.
г. Ростов-на-Дону
Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего Гулько Н.С., при помощнике судьи Носачевой Т.А., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа <данные изъяты> Чуркина Р.А., потерпевшего ФИО1 и его представителя – ФИО2, осужденного ФИО3, защитников Виноградова И.Э. и Мирошниченко Д.Н. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших ФИО1 и ФИО16, осужденного ФИО3 и защитника Виноградова И.Э. на приговор Владикавказского гарнизонного военного суда от 24 октября 2019 г., в соответствии с которым военнослужащий войсковой части № <данные изъяты>

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый, проходящий военную службу по контракту с ДД.ММ.ГГГГ

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок два года шесть месяцев с лишением права управления транспортными средствами на тот же срок.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное осужденному ФИО3 основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком два года.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденного ФИО3, защитников Виноградова И.Э., Мирошниченко Д.Н., потерпевшего ФИО1 и его представителя - ФИО2 в поддержку доводов апелляционных жалоб, а также прокурора Чуркина Р.А., полагавшего необходимым отменить приговор, судебная коллегия

установила:

ФИО3 признан виновным в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, совершенном при следующих обстоятельствах, установленных судом первой инстанции.

В <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, управляя транспортным средством <данные изъяты> (далее - <данные изъяты>), в нарушение п. 1.3, 1.5, 8.1. 9.1. 9.2, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД, Правила), совершая обгон в населенном пункте со скоростью около 90 км/ч впереди движущегося транспортного средства, пересек двойную сплошную линию разметки, разделяющую противоположные стороны движения, и на перекрестке улиц <адрес> и <адрес><адрес> допустил столкновение с транспортным средством <данные изъяты> (далее - <данные изъяты>) под управлением ФИО18

ФИО18, в результате чего последней причинены телесные повреждения, повлекшие смерть.

В совместной апелляционной жалобе потерпевшие ФИО1 и ФИО16 считают приговор несправедливым вследствие чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания, просят его отменить и назначить ФИО3 более строгое наказание в виде реального лишения свободы.

В обоснование жалобы потерпевшие указывают, что в заключениях ЭКЦ МВД РФ №, Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета (СПбГАСУ) № и № эксперты не установили в действиях водителя ФИО20 нарушений требований ПДД, однако при назначении наказания в качестве обстоятельства, смягчающего ФИО3 наказание, суд учел нарушение ПДД погибшей, не указав, какие именно требования Правил были нарушены ею и какие доказательства свидетельствуют об этом. Изложенное указание в приговоре о нарушении ФИО20 ПДД является незаконным и необоснованным, в связи с чем назначение осужденному условного наказания не соответствует принципу справедливости.

В нарушение разъяснений пленума Верховного Суда Российской Федерации № 58 от 22 декабря 2015 г. «О практике назначения судам Российской Федерации уголовного наказания», судом не установлен вид допущенной осужденным неосторожности. По мнению потерпевших, ФИО3 допущены нарушения ПДД по легкомыслию.

Потерпевшие обращают внимание на то, что в течение более трех лет ФИО3 не извинился перед ними, не предпринял каких-либо мер по заглаживанию своей вины, которую не признал, в содеянном не раскаялся.

Назначая ФИО3 условное наказание, суд не в полной мере принял во внимание обстоятельства преступления, не дал надлежащую оценку характеру и степени общественной опасности совершенного им противоправного деяния и не учел наступившие последствия, не принял во внимание мнение государственного обвинителя и потерпевших о назначении ФИО3 наказания в виде реального лишения свободы.

В совместной апелляционной жалобе осужденный ФИО3 и защитник Виноградов, считая приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просят его ввиду несоответствия выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона отменить, постановив оправдательный приговор.

По мнению авторов жалобы, судом безосновательно в основу приговора положено три заключения экспертов - № от ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ с дополнительной экспертизой № от ДД.ММ.ГГГГ поскольку нельзя признать выводы данных экспертиз однозначными и дополняющими друг друга. Напротив, их выводы противоречивы и, соответственно, суд не мог основываться на них, не обращая внимания на имеющиеся противоречия, как в отдельности, так и в совокупности.

При назначении повторной комиссионной автотехнической экспертизы нарушены права ФИО3, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, и поэтому экспертное заключение № в соответствии со ст. 75 УПК РФ является недопустимым доказательством.

В этом же заключении указано о запросе экспертов о предоставлении им дополнительной информации (электронного носителя с фотоснимками), о которой ФИО3 ничего известно не было, он был лишен возможности ознакомиться с ней до ее направления в адрес экспертов, что являлось нарушением права на защиту.

Выводы экспертов относительно траектории движения автомобиля <данные изъяты> и <данные изъяты> являются надуманными и научно не обоснованными.

По мнению осужденного и защитника, выводы экспертов о наличии в действиях ФИО3 несоответствия требованиям определенных пунктов Правил при полном исключении вины водителя ФИО20 материалами дела не подтверждены.

Произведенные экспертами расчеты по определению расположения линии «створа» и так называемых «искомых расстояний», которые, по их мнению, не были нанесены на схему места происшествия, в осмотре которого принимали участие эксперт ФИО23 старший следователь ФИО24 и другие лица, не могут быть положены в основу экспертного исследования как допустимое доказательство.

Также произведенные экспертами ЭКЦ МВД РФ исследования по фотоснимкам противоречат выводам ранее проведенных автотехнических экспертиз и исходным данным, установленным в ходе доследственной проверки, использование протокола осмотра места происшествия и тех же фотоснимков лишает их логики и значимости для проведения повторной экспертизы, принимая во внимание, что установленные ими обстоятельства в первичных материалах определены неверно. Согласно инструкции по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел РФ, приступив к проведению экспертизы, эксперт применяет рекомендованные экспертные методики и имеющиеся в распоряжении ЭКП технические средства для полного, объективного и научно обоснованного решения поставленных вопросов, чего не усматривается в оспариваемом экспертном заключении.

Экспертами не установлен угол столкновения между автомобилями <данные изъяты> и <данные изъяты> на проезжей части дороги, что имеет важное техническое и юридическое значение для определения механизма столкновения, поскольку, если бы водитель ФИО3 двигался по встречной полосе движения, как об этом утверждают эксперты ЭКЦ МВД РФ, то угол столкновения транспортных средств имел одно определенное значение, а если бы данные эксперты установили точное значение данного угла столкновения, то было бы установлено, что до момента контакта ФИО3 для предотвращения ДТП был вынужден со своей полосы движения выехать левой частью автомобиля на встречную полосу, т.е. значение угла столкновения в данном случае было бы другое, а этого экспертами сделано не было, хотя такой вопрос перед ними ставился.

Согласно приложениям № и № эксперты в своих расчетах использовали автомобиль <данные изъяты>, хотя ФИО3 двигался на автомобиле <данные изъяты>, то есть транспортные средства разной модификации,

технических характеристик и габаритов, что влечет признание указанного экспертного заключения недопустимым доказательством.

Механизм столкновения автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты>, их дальнейшее движение после столкновения установлены экспертами ЭКЦ МВД РФ неверно. После столкновения автомобили <данные изъяты> (это описано в ранее проведенных экспертизах и об этом показали участники ДТП) и <данные изъяты> разворачивались по часовой стрелке, а согласно заключению экспертов № – указанные транспортные средства разворачивались против часовой стрелки, что физически невозможно, поскольку при таком столкновении автомобиль <данные изъяты> выкинуло бы вперед-влево и данные автомобили не могли бы находиться в конечном положении после столкновения, как об этом указано на составленной экспертами схеме ДТП (Приложение № к заключению №).

В нарушение требований ст. 198 УПК РФ с постановлением о назначении комиссионной автотехнической и транспортно-трассологической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ сторона защиты была ознакомлена только ДД.ММ.ГГГГ при том, что ДД.ММ.ГГГГ материалы уголовного дела находились уже в экспертном учреждении. Таким образом, ФИО3 и его защитнику необоснованно отказано в ходатайстве, заявленном по результатам ознакомления с постановлением о назначении названной экспертизы, об ознакомлении с протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (исходными данными) до направления уголовного дела в экспертное учреждение, вследствие чего результаты указанной экспертизы также не могли быть признаны допустимым доказательством.

Далее в жалобе указывается, что выводы по результатам экспертиз, проведенных в ЭКЦ МВД по РСО-Алания и ЭКЦ МВД по Кабардино-Балкарской Республике противоречат экспертным заключениям 111 ГГЦ СМ и КЭ МО РФ и ЭКЦ МВД РФ, однако оценку в решении не получили. По мнению авторов жалобы, по делу необходимо провести независимую экспертизу с привлечением научных сотрудников высших учебных заведений, обладающих специальными познаниями в области судебных автотехнических и транспортно-трасологических экспертиз, указав на многочисленные нарушения при проведении экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ

Исправление экспертами ФИО26 и ФИО25 математических ошибок, которые имелись в заключении эксперта №, привели к новым математическим ошибкам в заключении №

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевших ФИО1 и ФИО16, осужденного ФИО3 и защитника Виноградова И.Э. государственный обвинитель - помощник военного прокурора Владикавказского гарнизона <данные изъяты> ФИО4 просит приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевших, осужденного и его защитника – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного и его защитника потерпевшие ФИО1 и ФИО16, а также их представитель ФИО28 просят приговор отменить, а апелляционную жалобу стороны защиты – оставить без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор в отношении ФИО3 подлежит отмене по следующим основаниям.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать не только описание преступного деяния, признанного судом доказанным, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, но и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. При этом выводы обвинительного приговора относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, должны быть бесспорны и однозначны.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Из этого следует, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и устранены.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре» в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пункта 2 статьи 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

В случаях, когда в деле имеется несколько заключений экспертов, содержащих различные выводы по одним и тем же вопросам, суду следует дать в приговоре оценку каждому из них в совокупности с другими доказательствам по делу и привести мотивы, по которым он согласился с одним из заключений и отверг другие.

Если какие-либо из исследованных доказательств суд признает не имеющими отношения к делу, то указание об этом должно содержаться в приговоре.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Как усматривается из материалов дела, в ходе досудебного производства специалистами различных экспертных учреждений проведено 7 автотехнических экспертиз. При этом выводы четырех экспертных заключений учтены судом при постановлении приговора в обоснование виновности осужденного.

Между тем, выводы экспертов-автотехников ЭКЦ МВД по РСО-Алания, ЭКЦ МВД по Кабардино-Балкарской Республике и Межрайонного ЭКО ЭКЦ МВД по РСО-Алания об отсутствии причинной связи между нарушением ФИО3 ПДД и наступившими последствиями, противоречат выводам указанных выше четырех экспертных заключений и суда о виновности осужденного, в приговоре не приведены и не учтены при вынесении итогового судебного решения по делу.

К тому же, экспертные заключения ЭКЦ МВД по РСО-Алания и ЭКЦ МВД по Кабардино-Балкарской Республике судом не исследовались, меры к этому не предпринимались, что противоречит требованиям ч. 3 ст. 15 УПК РФ, заключающимся в создании судом необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Согласно описательно-мотивировочной части приговора, Икоев воспользовался правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ, и отказался от дачи показаний.

Вместе с тем из протокола судебного заседания следует, что вопрос об оглашении показаний осужденного, данных им при производстве предварительного следствия по делу, в судебном заседании не разрешался и показания ФИО3, данные им в качестве обвиняемого и подозреваемого, судом не исследовались.

При таких обстоятельствах, обвинительный приговор в соответствии с требованиями п. 2 ст. 38915 УПК РФ ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, подлежит безусловной отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В целях реализации прав участников процесса в полном объеме, что возможно только в суде первой инстанции, учитывая, что в ходе рассмотрения материалов уголовного дела в гарнизонном военном суде допущены существенные нарушения закона, неустранимые в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия считает необходимым передать материалы уголовного дела на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но иным составом.

Что касается доводов, приведенных в апелляционных жалобах, о неверной оценке судом первой инстанции доказательств, необходимости проведения судебных экспертиз, преимуществе одних доказательств перед другими, нарушения права осужденного на защиту, то с учетом отмены приговора и передачи уголовного дела на новое судебное разбирательство, они подлежат в соответствии с ч. 4 ст. 389 19 УПК РФ оценке и разрешению при новом рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции.

Учитывая характер и объем предъявленного обвинения, данные о личности ФИО3, а также обстоятельства рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, оснований для отмены либо изменения избранной в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ст. 38915, 38917, 38920, 38922, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

приговор Владикавказского гарнизонного военного суда от 24 октября 2019г. в отношении ФИО3 ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона отменить.

Передать данное уголовное дело на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но иным составом суда.

Меру пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Председательствующий Н.С. Гулько