Решение № 2-3242/2024 2-3242/2024~М-3093/2024 М-3093/2024 от 9 января 2025 г. по делу № 2-3242/2024

Гр. дело № 2-3242/2024

УИД: 04RS0021-01-2024-006458-10


Решение в окончательной форме изготовлено 10 января 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 декабря 2024 года г.Улан-Удэ

Советский районный суд г.Улан-Удэ в составе судьи Помишиной Л.Н., при секретаре Балдановой М.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3242/2024 по иску ФИО1 ФИО13 к ФИО3 ФИО14 о взыскании убытков, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском, просила взыскать с ответчика ФИО3 убытки в размере 1065 000 руб., судебные расходы по оплате услуг эксперта – 9000 руб., государственной пошлины – 25740 руб.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ года в ДД.ММ.ГГГГ часДД.ММ.ГГГГ мин. на трассе » произошло ДТП с участием автомобилей , г/н ... под управлением ФИО4, и автомобилем , г/н ... под управлением ФИО3 В результате ДТП транспортное средство истца претерпело механические повреждения. Согласно постановлению по делу об административном правонарушении от 25 августа 2024 года виновником происшествия признан ФИО3

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО4, ФИО5

В судебном заседании истец ФИО2, также представляющая интересы третьего лица ФИО4 по доверенности, заявленные требования поддержала, пояснила, что судебной экспертизой установлено, что ФИО3 двигался с превышением скорости, маневр обгона он не совершал, тормозной путь начался на правой стороне проезжей части, он выехал на встречную полосу не для совершения обгона, а в результате применения экстренного торможения. Таким образом, вины водителя ФИО4 в данном ДТП не имеется, поскольку перед поворотом он включил левый указатель поворота, двигался с небольшой скоростью, так как намеревался совершить поворот. В экспертном заключении специалист рассчитал скорость, с которой двигался ответчик, мы можем рассчитать, каков был его тормозной пусть, если бы скорость была 90 км/ч, согласно элементарным математическим расчетам, тормозной путь составил бы 38,4 км/ч. Согласно схеме ДТП, заключению эксперта расстояние между передней частью автомобиля и задней частью было 44-41 метр, этого расстояния было достаточно чтобы избежать ДТП, если бы ответчик двигался с положенной скоростью. В экспертом заключении указано, что удар произошел в левую заднюю боковую часть автомобиля , от удава срезало болты на фаркопе с левой стороны, дверь пошла волной с левой стороны. Если бы удар был сзади, если бы ФИО4 двигался по встречной полосе, то автомобиль по инерции двигался бы по инерции вперед, и он не улетел бы в поле, и повреждения у машины были совсем другие. Довод о том, что ФИО4 при маневре поворот налево должен был двигаться ближе к крайней левой части полосы движения, не имеет значения, поскольку к ширине дороги 3,8 м. это не применимо, учитывая ширину автомобиля . Если бы было две полосы, то необходимо было бы перестраиваться, но в данном случае имела место одна полоса попутного движения. В ПДД РФ не указано, сколько в метрах или сантиметрах относится к расположению транспортного средства к крайней левой или правой сторон проезжей части, это абсолютно субъективное отношение водителя к обстановке. В данном случае с учетом ширины проезжей части разъехаться двум транспортным средствам не представлялось возможным, сместиться сильно влево или вправо там невозможно.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика по доверенности ФИО6 с исковыми требованиями не согласились, полагали в данном ДТП также имеется вина водителя ФИО4, в ходе рассмотрения дела не были исследованы все обстоятельства данного ДТП, экспертное заключение не соответствует обстоятельствам ДТП. Эксперт пришел к выводу о том, что ФИО3 не совершал маневр обгона, основываясь на схеме ДТП, на которой следы тормозного пути следуют с правой на левую. Эксперт не ответил на вопрос о механизме происшествия, их сближении и контакте и их движение после контакта. ФИО1 совершал маневр поворота не с правой стороны движения, а выехал предварительно на левую полосу движения. Полагали, имеет место обоюдная вина.

Третье лицо ФИО5 пояснила, что приходится ответчику ФИО3 сожительницей, в момент ДТП находилась с ним в машине , водитель не включал левый указатель поворота, водитель ФИО3 двигался со скоростью 100 км/ч.

Ранее в судебном заседании третье лицо ФИО4 суду пояснил, что в данном ДТП виновником является ФИО3, поскольку двигался с превышением скорости, сам же он двигался с небольшой скоростью, поскольку намеревался произвести поворот налево на прилегающую дорогу, включал левый указатель поворота.

Выслушав стороны, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст. 46). При этом, исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом.

В силу положений ч. 1 ст. 3 и ч. 2 ст. 4 ГПК РФ условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Абзацем восьмым статьи 12 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) предусмотрена защита гражданских прав путем возмещения убытков.

В соответствии с ч. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно п. 13 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Исходя из смысла приведенной статьи, требование о взыскании ущерба может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов гражданско-правовой ответственности: факта причинения вреда и его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт, в данном случае, причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик являются причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, наличие вреда, его размер, причинную связь между вредом и противоправным действием (бездействием) причинителя вреда должен доказывать потерпевший, отсутствие вины доказывается причинителем вреда.

В силу требований ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основания своих требований и возражений.

Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена только лишь процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ).

В соответствии с ст. ст. 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ года в ДД.ММ.ГГГГ мин. на трассе А » произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств , г/н ... под управлением ФИО4, и автомобилем , г/н ... под управлением ФИО3

По сведениям МВД по РБ от 3 октября 2024 года согласно данным ФИС ГИБДД-М автомашина марки , г/н ... принадлежит ФИО2; владельцем автомашины , г/н ... является ФИО3

Согласно 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с п. 11.2 ПДД РФ Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

Согласно ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда, а равно движение по обочинам или пересечение организованной транспортной или пешей колонны либо занятие места в ней влечет наложение административного штрафа в размере двух тысяч двухсот пятидесяти рублей.

Постановлением по делу об административном правонарушении № ... от ДД.ММ.ГГГГ года установлено, что водитель ФИО3 управляя автомобилем , г/н ... по км.. нарушил правила расположения транспортного средства на проезжей части дороги, а именно п. 10.1, 11.2 ПДД РФ и признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде уплаты штрафа в размере 1500 руб.

Согласно объяснению ФИО3 от 25 августа 2024 года, данных сотруднику ОДПС ГИБДД ОМВД России по Иволгинскому району на месте ДТП, он ехал по автодороге 340 из с. Тохой в сторону Улан-Удэ, на 44 км автодороги ехавший перед ним автомобиль Лэнд Крузер Прадо начал снижать скорость, из-за чего он пошел на обгон. Не включая поворотный сигнал, он выехал на встречную полосу с целью повернуть налево на прилегающую дорогу. Он начал экстренное торможение.

Согласно объяснению ФИО4 также данных сотруднику ОДПС ГИБДД ОМВД России по Иволгинскому району на месте ДТП, следует, что он двигался на автомобиле по направлению в .... На планировал поворот налево, включив левый поворот и снизив скорость до 25 км/ч, предварительно посмотрел в зеркало заднего вида и боковое зеркало, увидел, что за ним в попутном направлении движется светлый автомобиль. Услышал свист тормозов и получил удар большой силы в задний бампер, по инерции автомобиль выкинуло с трассы на левую сторону обочины.

Наличие события административного правонарушения и назначенное наказание им не оспаривалось, о чем имеется собственноручная подпись ФИО3 в постановлении.

Также постановлением № ... от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7 привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ за управление транспортным средством в отсутствие полиса ОСАГО.

В результате вышеназванного ДТП принадлежащий истцу автомобиль получил механические повреждения.

Согласно Экспертному заключению № ... ООО «Независимая экспертиза» полная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства ФИО2 на дату проведения исследования составит – 1065 000 руб.

В ходе рассмотрения дела иного размера убытков суду представлено не было, ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы по определению стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истца стороной ответчика не заявлено, право заявить соответствующее ходатайство судом неоднократно разъяснялось.

Принимая во внимание вышеизложенное, вопреки доводам стороны ответчика, суд принимает для определения размера убытков в размере 1065 000 руб. заключение эксперта ООО «Независимая экспертиза» в качестве надлежащего доказательства.

Оснований сомневаться в достоверности заключения эксперта ООО «Независимая экспертиза» суд не находит, так как заключение дано компетентным лицом на основе специальных познаний, полномочия и квалификация эксперта подтверждены документально; заключение составлено на основании действующих нормативно-правовых актов, методических рекомендаций и соответствует требованиям законодательства, в связи с чем может быть положено в основу решения. Исследовательская часть заключения содержит в достаточной степени подробное описание объекта и методов исследования, расчеты, порядок проведения исследовательской работы, которые позволили сформулировать соответствующие выводы.

Доводы стороны ответчика о наличии в рассматриваемом ДТП также вины второго его участника, а именно водителя ФИО4 судом отклоняются.

Как было указано ранее, виновность ФИО3 в произошедшем ДТП от ДД.ММ.ГГГГ года подтверждается постановлением о привлечении его к административной ответственности, а также материалами дела об административном правонарушении, не оспоренными ответчиком в установленном законом порядке и сроки.

Кроме того, в рамках рассмотрения настоящего дела по ходатайству стороны ответчика судом назначена судебная экспертиза определением суда от 18 ноября 2024 года.

По выводам заключения эксперта ФИО8 №ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ года механизм столкновения транспортных средств: перед началом торможения скорость движения автомобиля была более 94 км/ч. Расстояние на котором от места столкновения находился автомобиль в момент когда водитель воспринял обстановку как опасную равно около 69,4/59.4 м, расстояние на котором от места столкновения находился автомобиль (в момент начала поворота налево) в момент восприятия опасной обстановки водителем автомобиля 21,3/18,1 м. В момент начала поворота автомобиля налево расстояние между передней частью автомобиля и задней частью автомобиля было около 44,1/41,2 м. Столкновение было: по направлению движения – перекрестное; по характеру взаимного сближения - попутное; по относительному расположению продольных осей – косое; по характеру взаимодействия при ударе блокирующее; по направлению удара относительно центра тяжести – эксцентричное для автомобиля , центральное для автомобиля (после столкновения не изменял направление движения). Автомобиль после выхода из контакта изменил направление движения – развернулся против часовой стрелки и продолжил движение, был остановлен за счет торможения. А автомобиль продолжил движение в состоянии торможения прямо по ходу своего движения.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля ФИО3 согласно требований п. 9.10, 10.1 абз. 1 и 10.3 абз. 1 ПДД РФ должен был вести автомобиль со скоростью не превышающей установленного ограничения не более 90 км/ч, учитывая при этом интенсивность движения и дорожные условия, соблюдая такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволяла бы избежать столкновения.

Водитель автомобиля ФИО4 согласно требований п. 8.1 абз. 1, 8.4 и 8.5 ПДД РФ перед поворотом налево должен был заблаговременно включить левый указатель поворота, заблаговременно занять крайнее левое положение на проезжей части предназначенное для движения в данном направлении, при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, а затем совершать поворот налево.

Техническая возможность предотвращения столкновения у водителя ФИО3 зависела от выполнения им требований п. 9.10, 10.1 абз. 1 и 10.3 абз. 1 ПДД РФ.

Если водитель ФИО4 выполнял поворот налево из крайнего правого положения, на проезжей части предназначенное для движения в данном направлении, то в технической причинной связи с ДТП находятся действия водителей ФИО4 и ФИО3

Если водитель ФИО4 выполнял поворот налево из крайнего левого положения, на проезжей части предназначенное для движения в данном направлении, то в технической причинной связи с ДТП находятся действия водителя ФИО3

Из исследовательской части экспертного заключения следует, что согласно п. 1.2 ПДД РФ обгон - опережение одного или нескольких транспортных средств, связанное с выездом на полосу (сторону проезжей части), предназначенную для встречного движения, и последующим возвращением на ранее занимаемую полосу (сторону проезжей части).

Согласно схемы ДТП от 25 августа 2024 года по расположению следов юза автомобиля можно сказать, что водитель на автомобиле выехал на сторону предназначенную для движения встречных транспортных средств не для совершения обгона, а в результате применения экстренного торможения. Вероятно до начала торможения автомобиль двигался по правой стороне проезжей части по ходу своего движения. Проведенным исследованием установлено, что перед началом торможения скорость движения автомобиля была более 94 км/ч.

Судом допрошен эксперт ФИО8, суду показавший, что во исполнение определения суда им изготовлено экспертное заключение, пояснил, что преимущество имеет тот водитель, который первый начал совершать маневр, если первый начал совершать обгон, то второй должен уступить дорогу. В данном случае по объяснениям водителя он начал совершать обгон, однако, согласно схеме ДТП следы юза начинаются на правой стороне проезжей части. Считает, что водитель не совершал обгон, поскольку он двигался по своей полосе, а согласно Правил обгон это опережение одного или нескольких транспортных средств, связанное с выездом на полосу встречного движения с последующим возвращением на ранее занимаемую полосу. Водитель ФИО4 мог совершать маневр поворот согласно Правилам с крайней левой полосы, но мог и с крайней правой, в деле нет объективных данных о том, с какой стороны проезжей части он начал совершать свой маневр. Ширина всей проезжей части 7 метров, две полосы по 3,5 метров, ширина 2 метра. По следам юза можно сделать вывод о том, что водитель двигался ближе к середине проезжей части. При даче заключения эксперты обычно не учитывают, подавал ли водитель сигнал поворота или нет, потому что это невозможно доказать, и включение сигнала поворота не дает преимущество водителю, данное действие носит лишь предупреждающий характер для водителя, движущегося сзади. Поскольку водитель ФИО3 принял меры к торможению, еще находясь на своей правой полосе движения, и выехал на встречную полосу не в результате маневра обгона, а в результате торможения.

Таким образом, с учетом показаний эксперта данных в судебном заседании, оснований сомневаться в достоверности заключения эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, суд не находит, так как оно дано компетентным лицом на основе специальных познаний, квалификация эксперта подтверждена документально, и составлено на основании действующих нормативно-правовых актов и соответствует требованиям законодательства, не противоречит материалам дела, в связи с чем может быть положено в основу решения.

В свою очередь в силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Оценивая в совокупности представленные суду доказательства, оснований для вывода о наличии в рассматриваемом ДТП вины водителя ФИО4 суд не усматривает ввиду отсутствия допустимых и достоверных к тому доказательств.

Так, в материалы дела не представлены какие-либо объективные доказательства того, что водитель ФИО4 не совершал маневр с крайней левой стороны проезжей части и не подавал сигнал поворота, что также обоснованно было отмечено экспертом в судебном заседании, а в административном материале, схеме ДТП таких сведений не имеется, ФИО4 к административной ответственности за нарушение п. 8.5 ПДД не привлекался.

Таким образом, исходя из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, суд приходит к выводу о причинении истцу ущерба в результате ДТП, наличии вины в причинении вреда истцу ответчиком ФИО3, причинной связи между действиями ответчика и наступившим вредом.

Так, ответчик вел автомобиль со скоростью превышающей установленный ограничением не более 90 км/ч, без соблюдения такой дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновение.

Доводы стороны ответчика о необходимости назначения по делу повторной экспертизы, поскольку выводы эксперта носят вероятностный характер, судом отклоняются, так как экспертом ФИО8 даны ответы на поставленные судом вопросы согласно ч. 2 ст. 86 ГПК РФ.

Ссылки ответчика на то, что эксперт пришел к ошибочному мнению о том, что ФИО3 должен был руководствоваться положениями п. 9.10 ПДД РФ, который применяется в случае, если транспортные средства двигались в попутном направлении, судом не принимаются, поскольку как следует из объяснений сторон и схемы ДТП ФИО3 двигался именно в попутном направлении, и экспертом установлено, что маневр обгона он не совершал, ФИО3 принял меры к торможению, еще находясь на своей правой полосе движения, и выехал на встречную полосу не при осуществлении маневра обгона, а в результате торможения.

В ходе проведения экспертного исследования, экспертом ФИО8 было осмотрено транспортное средство и установлено, что оно имеет повреждения при контактировании с автомобилем локализованные с левой задней боковой стороны в виде вмятины. Направлен6ие образование повреждений слева направо под углом к оси автомобиля. Таким образом характер механических повреждений имеющихся на автомобиле их объем и локализация, а также направленность деформаций – слева направо под углом оси автомобиля – соответствуют тому, что указанный автомобиль контактировал со следообразующим объектом (в данном случае автомобилем ) располагавшимся слева сзади от него.

Таким образом, поскольку ФИО3 не совершал маневр обгона, соответственно, у водителя ФИО4 отсутствовали препятствия к совершению маневра «поворот налево», что им и было сделано, при этом движущийся следом водитель ФИО3, с превышением скоростного режима и без соблюдения соответствующей дистанции, в попытке избежать ДТП применил экстренное торможение, выехал на полосу встречного движения, совершил столкновение с автомобилем истца, удар имел место именно в левую заднюю часть , после чего последнего развернуло против часовой стрелки и он продолжил движение, был остановлен за счет торможения.

Принимая во внимание вышеизложенное, разрешая заявленные требования, суд считает необходимым удовлетворить требования истца и взыскать с ФИО3 стоимость восстановительного ремонта в сумме 1065 000 руб., как владельца источника повышенной опасности и виновника ДТП, не исполнившего свою обязанность по оформлению полиса ОСАГО.

В настоящем иске ФИО2 также заявлены требования о возмещении судебных расходов по оплате услуг эксперта – 9 000 руб., государственной пошлины – 25 740 руб.

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального права РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг эксперта (ст. 94 ГПК РФ). В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» перечень судебных издержек, предусмотренный, в частности, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не является исчерпывающим.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ и п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Так, истцом понесены расходы по оплате услуг эксперта ООО «Независимая экспертиза» в сумме 9 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №... от 23 сентября 2024 года. Указанные судебные расходы ФИО2 суд признает необходимыми, поскольку из вышеприведенных норм материального права следует, что обязанность по доказыванию размера убытков возложена законом именно на истца. Соответственно, при подаче иска истцу необходимо было указать сумму убытков и представить доказательства, подтверждающие обоснованность заявленных требований. В противном случае у суда имелись бы основания для применения положений ст. 136 ГПК РФ, а именно оставления иска без движения. В связи с этим понесенные судебные расходы на оплату услуг эксперта по проведению экспертизы судом признаются необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика.

При подаче иска истцом понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 740 руб. согласно чеку по операции ПАО Сбербанк от 24 сентября 2024 года. Вместе с тем на цену иска 1065000 руб. государственная пошлина составляет 25650 руб. (судебные расходы в цену иска не входят), которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. В остальной части истец не лишен права обратиться с заявлением о возврате излишне уплаченной государственной пошлины.

Тем самым, учитывая, что решение суде по настоящему делу состоялось в пользу истца и исковые требования удовлетворены, принимая во внимание приведенные нормы права, суд считает, что в пользу ФИО2 подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг эксперта 9 000 руб., по оплате государственной пошлины – 25650 руб., всего: 34 650 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО15 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 ФИО16 (паспорт ...) в пользу ФИО1 ФИО17 (паспорт ...) убытки в размере 1065 000 рублей, судебные расходы в размере 34 650 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Советский районный суд г. Улан-Удэ.

Судья: Л.Н. Помишина