Апелляционное определение № 22-338/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья Сысоева О.А. Дело № 22-338-2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск 14 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего Саломатина И.А.,

судей Гориной Л.Н., Рахматулловой Л.Т.,

при секретаре Казьминой Р.Т.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Корнишина К.А. в его интересах на приговор Ленинского районного суда г.Мурманска от 22 декабря 2025 года, которым

ФИО1, ***,

осужден по ч.3 ст.159 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года.

Заслушав доклад судьи Саломатина И.А., выслушав объяснения осужденного ФИО1 и адвоката Корнишина К.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Васильченко Т.В., предлагавшей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 осужден за мошенничество с использованием служебного положения.

Преступление совершено, как установил суд, в г.... в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Корнишин К.А. считает, что ФИО1 осужден незаконно и необоснованно, а уголовное дело в отношении него подлежит прекращению. Указывает, что в материалах уголовного дела нет ни одного доказательства, которое позволяло бы сделать вывод, что ФИО1 совершил указанное преступление.

Указывает, что ФИО1 в судебном заседании пояснил, что ООО «Э» до 2020 года сотрудничало с НМКК «Ф» на основании соглашений о порядке сотрудничества по оказанию услуг субъектам малого и среднего предпринимательства. В рамках этих соглашений субъекты малого и среднего предпринимательства обращались в Фонд с заявлением на предоставление услуг. Фонд самостоятельно определял перечень необходимых услуг, сроки их выполнения и стоимость и выставлял заказчику счет-фактуру на оплату. После выполнения услуг и сдачи подготовленных документов в Фонд подписывались акты приема выполненных работ, на основании которых производилась оплата. ООО «Э» фактически оказало услуги заказчикам, что подтверждается актами выполненных работ и отсутствием претензий со стороны предпринимателей и Фонда. Аналогичные показания ФИО1 давал и на стадии предварительного расследования, при этом его показания подтверждаются показаниями свидетелей и исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела.

Представитель потерпевшего Д. – *** НМКК «Ф» показал, что для предоставления услуг субъекты малого и среднего предпринимательства направляют в Фонд заявление, техническое задание и иные документы, которые Фонд направляет компаниям-партнерам для выставления ими коммерческого предложения по оказанию услуг. Затем эти коммерческие предложения передаются заказчикам-предпринимателям для выбора исполнителя. После исполнения договора и подписания акта приема-сдачи оказанных услуг Фонд перечисляет денежные средства исполнителю.

По мнению защитника, сведения, указанные директором Фонда в заявлении от 11 января 2023 года о выявленных нарушениях со стороны ООО «Э» не нашли своего подтверждения.

Свидетель М.., руководитель ***, также пояснил, что для получения услуги заказчик-предприниматель направляет заявление, техническое задание и другие документы в ***, которые распространяются среди компаний-партнеров. Исполнителя выбирает заказчик. Факт выполнения работ по договору отражается в акте приема-сдачи оказанных услуг. ООО «Э» оказало услуги в полном объеме. Вопрос перечисления денежных средств через кассу ООО «Э» был согласован в рабочем порядке из-за отсутствия в Фонде кассы для принятия наличных денежных средств и денежных средств на счетах заказчиков. Претензий по качеству оказанных услуг от Фонда и заказчиков не поступало. Кроме того, факт согласования оплаты денежных средств подтверждается результатами ОРМ «Снятие информации с технических каналов связи».

В ходе судебного заседания при осмотре оптического носителя установлено наличие переписки ФИО1 с корпоративным секретарем НМКК «Ф». Среди 26 писем имеется 16 писем, содержащих вложение в виде поручения об оплате суммы софинансирования за предпринимателей. Платежные поручения об оплате софинансирования Фонд направлял не заказчикам, а ООО «Э». Данный факт подтверждается справкой, подготовленной УМВД по Мурманской области, согласно которой за исследуемый период ООО «Э» перечисляла как платежный агент за предпринимателей.

*** Фонда П. также пояснил, что предприниматели направляют в ЦКР заявление, техническое задание и другие документы, после чего заказчик выбирает исполнителя из числа организаций, сотрудничающих с Фондом. После выполнения заказа подписываются акты приема-сдачи оказанных услуг, при наличии которых документы направляются на оплату. ООО «Э» оказало услуги в полном объеме, претензий по качеству оказания услуг не имелось.

Адвокат обращает внимание, что сотрудничество ООО «Э» с Фондом осуществлялось на основании ежегодных соглашений, в соответствии с которыми общество передавало отчеты о выполненных работах с приложением необходимых документов. Оспаривает вывод суда о том, что ООО «Э» не выполнила условия договора, поскольку в ходе предварительного расследования документы не были изъяты в полном объеме. В судебном заседании защита заявляла ходатайство об истребовании из архива Фонда материалов, подтверждающих выполнение работ. По информации НМКК «Ф» от 17.11.2025 года согласно акту об уничтожении документов в связи с истечением срока хранения от 23.01.2025 года помимо договоров уничтожены заявления, гарантийные письма и выписки из ЕГРЮЛ. В связи с неполнотой изъятия документов в ходе предварительного расследования защита была лишена возможности установить факт обращения предпринимателей с заявлениями и гарантийными письмами за оказанием услуги в Фонд.

Кроме того, судом необоснованно вменен квалифицирующий признак «использование служебного положения», поскольку в приговоре не указано, каким образом занятие должности руководителя ООО «Э» способствовало совершению преступления. Представитель потерпевшего Д.. указывал, что Фонд не предъявляет жестких требований к статусу партнера.

По мнению адвоката, в действиях ФИО1 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ. Отношения между сторонами носили гражданско-правовой характер и были оформлены договорами возмездного оказания услуг. После выполнения услуг стороны подписывали акты приема-сдачи. В материалах дела имеются платежные документы, подтверждающие оплату оказанных услуг, обязательства сторон были исполнены.

Ссылаясь на положения ст.49 Конституции РФ и ст.14 УПК РФ о презумпции невиновности, защитник указывает, что вина ФИО1 не доказана, а имеющиеся в деле противоречия не позволяют сделать вывод о его виновности.

По таким основаниям адвокат Корнишин К.А. просит отменить приговор и прекратить уголовное преследование ФИО1 за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе также считает приговор незаконным и необоснованным. Анализируя содержание типового договора НКО «Ф», указывает, что заключенные сделки были оформлены в четком соответствии с гражданским законодательством, где НКО «Ф» выступил основным исполнителем, ООО «Э» - соисполнителем, а различные общества являлись заказчиками услуг. Из собранных следствием доказательств следует, что по всем сделкам обязательства сторон выполнены в полном объеме. Состав уголовного деяния отсутствует, поскольку все участники получили вознаграждение или услуги. В деле нет заявлений от директоров либо участников обществ о возбуждении уголовных дел в связи с неоказанием им услуг.

Анализируя содержание приговора суда и показаний свидетелей, осужденный считает, что тезис о том, что он предложил неосведомленным руководителям обществ заказать бухгалтерские и юридические услуги, опровергается материалами дела, как и тезис о том, что, получив согласие указанных лиц, он приискал комплекты документов, необходимых для получения услуг, на основании которых были заключены соответствующие договоры.

Указывает, что, вернув его ходатайство об истребовании сведений из НМК «Ф», суд допустил существенное процессуальное нарушение, поскольку он просил не о приобщении документов, а об оказании содействия в получении доказательств. Его ходатайство было удовлетворено лишь с третьей попытки.

Поясняет, что свидетели в своих показаниях подтверждали, что лично обращались в НКО «Ф» за получением бухгалтерских и юридических услуг, а довод о предоставлении документов им (ФИО1) является надуманным следствием. Тезис о том, что с целью придания видимости легитимности заключения договоров он перечислил с расчетного счета ООО «Э» на расчетные счета НМК «Ф» денежные средства от имени перечисленных в приговоре обществ, также опровергается показаниями свидетелей, анализом электронных писем и анализом выписок ООО «Э». С мая 2018 года он не проживает в г.***, в связи с чем процесс заключения договоров с НМК «Ф» проходил в электронном виде.

Указывает, что ООО «Э» никогда не представляла какие-либо акты выполненных работ в НМК «Ф», т.к. типовыми договорами был предусмотрен иной порядок оказания услуг, что подтверждается показаниями М., П. и Д..

По мнению осужденного, позиция М.К.., П.Н.., Л.., Б., Н.. и М.Д., высказанная в ходе допросов, сильно урезана и искажена в судебном акте, искажен и вывод эксперта в почерковедческой экспертизе. В своих показаниях М.К., П.Н., М.Д. и Б. поясняли, что сами обращались в НМК «Ф» за получением услуг, сами подписывали договоры, получили услуги и оплатили их. Н. пояснял, что его задачей как руководителя было выносить шашлык и напитки.

Помимо изложенного, осужденный считает, что при вынесении судебного акта судом не была дана оценка доводам стороны защиты, а изложенные им в последнем слове правовые позиции не нашли отражения в судебном акте. Судом неправильно сформированы квалифицирующие признаки, а обвинение построено на неправомерном применении ч.3 ст.159 УК РФ, квалифицирующий признак «использование служебного положения» не раскрыт в обвинительном заключении и применен незаконно. Учитывая очевидное отсутствие состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ, концепция стороны обвинения о наличии в спорных правоотношениях бюджетных средств является надуманной с целью вовлечения в процесс органов прокуратуры, имеющей право поддерживать обвинение в интересах публичных организаций.

Судом неправомерно отказано стороне защиты в приобщении в качестве доказательства заключения специалиста-полиграфолога Центра интеллектуальных психифизических технологий «***» и неправомерно сохранен арест, наложенный на его (ФИО1) банковский счет, открытый в АО «***», на сумму 500 000 рублей до исполнения решения суда в части гражданского иска прокурора о возмещении причиненного преступлением ущерба, поскольку в материалах дела имеется письменный отказ руководителя НМК «Ф» Дочкина от предъявления гражданского иска, а сформированная судом сумма в размере 187000 рублей в случае доказанности может быть возмещена ввиду ее незначительности из его заработной платы и не требует наложения дополнительных обеспечительных мер.

По таким основаниям осужденный ФИО1 просит приговор отменить, прекратить его уголовное преследование за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, и отменить арест его банковского счета.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно. Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного выше преступления соответствуют этим обстоятельствам и основаны на исследованных в ходе судебного заседания доказательствах, подробно и полно приведенных в приговоре.

Доказательств, имеющихся в деле и исследованных судом, достаточно для того, чтобы сделать вывод о виновности ФИО1 в содеянном, эти доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Совокупностью изложенных в приговоре доказательств достоверно установлено, что в соответствии с Соглашением о предоставлении из областного бюджета субсидии НМКК «Ф» № * от 20 февраля 2018 года, заключенным между Министерством *** и Некоммерческой микрокредитной компанией «Ф» (НМКК «Ф»), этой компании в 2018 году предоставлена субсидия на государственную поддержку субъектов малого и среднего предпринимательства в общей сумме 51 332 500 рублей. В соответствии с Соглашением № * от 01 марта 2019 года НМК «Ф» в 2019 году предоставлена субсидия в общей сумме 303 205 329 рублей 91 копейки в рамках реализации национального проекта «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы». В соответствии с соглашением № * от 30 марта 2020 года НМКК «Ф» в 2020 году предоставлена субсидия в общей сумме 78 335 638 рублей 33 копейки. Денежные средства, предоставленные в виде субсидий на государственную поддержку субъектов малого и среднего предпринимательства, поступали на расчетный счет НМКК «Ф», после чего распределялись по счетам подразделений Фонда. Денежные средства становились собственностью Фонда, однако могли использоваться исключительно на цели, предусмотренные заключенными соглашениями.

ФИО1, занимая должность генерального директора ООО «Э» и являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, предложил директорам ООО «1» - М.К., ООО «2» - П.Н., ООО «3» - Л., ООО «4» - Б.., ООО «5» - М.Д., ООО «6» - Н. получение юридических и бухгалтерских услуг, предоставляемых НМКК «Ф», введя их в заблуждение относительно фактического получения услуг. На основании приисканных и подготовленных им документов были заключены договоры на оказание юридических услуг между НМКК «Ф», ООО «Э» и указанными организациями. Для реализации преступного умысла ФИО1, используя свое служебное положение, перечислил с расчетного счета ООО «Э» от имени перечисленных организаций денежные средства в общей сумме 127 000 рублей на расчетные счета НМКК «Ф» в счет оплаты услуг. После этого ФИО1 представил в Центр поддержки предпринимательства НМКК «Ф» акты приема-сдачи оказанных услуг, содержащие заведомо ложные сведения об оказании услуг. Руководитель Центра поддержки предпринимательства М.., будучи введенным в заблуждение относительно фактического выполнения услуг, дал указание произвести оплату в адрес ООО «Э». В результате действий ФИО1 с расчетных счетов НМКК «Ф» на расчетный счет ООО «Э» были перечислены денежные средства в общей сумме 310 000 рублей. Таким образом, в период с _ _ года ФИО1, используя свое служебное положение, путем обмана совершил хищение денежных средств НМКК «Ф» в сумме 183 000 рублей.

Вина ФИО1 в совершении указанного преступления подтверждается показаниями представителя потерпевшего НМКК «Ф» Д., свидетелей М. П.., Н., Н.., М.Д.., Б.., Л.., П.Н.., М.К., заключениями экспертиз и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Так, из показаний представителя потерпевшего Д. - *** НМКК «Ф» - следует, что основным видом деятельности Фонда является развитие и поддержка субъектов малого и среднего предпринимательства Мурманской области за счет субсидий, предоставляемых из федерального и регионального бюджетов. Контроль за оценкой эффективности и целевого использования денежных средств осуществляется в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации. Центр поддержки предпринимательства и Центр кластерного развития являются структурными подразделениями Фонда и оказывают информационно-консультационные услуги субъектам малого и среднего предпринимательства.

Для получения услуг предприниматели представляют заявление, техническое задание и иные документы, которые Фонд направляет компаниям-партнерам для выставления коммерческих предложений. После выбора предпринимателем исполнителя услуги заключается договор, услуги оказываются на условиях софинансирования: предприниматель оплачивает от 5% до 60% стоимости, остальную сумму оплачивает Фонд. Исполнитель приступает к оказанию услуг после оплаты заказчиком, а после подписания акта приема-сдачи оказанных услуг Фонд перечисляет исполнителю денежные средства. В 2019 году заключались договоры, в том числе с ООО «Э», оплата по которым произведена в полном объеме.

Свидетель М. - *** НМКК «Ф» - пояснил, что заказчик представляет заявление, техническое задание и другие документы в ***, после чего менеджер направляет их компаниям-партнерам. Коммерческие предложения направляются заказчику для выбора исполнителя. После подписания договора заказчиком и исполнителем он подписывается руководителем ***. По окончании работ оформляется акт приема-сдачи оказанных услуг, который подтверждает исполнение обязательств. Заказчик оплачивает Фонду информационно-консультационные услуги, после чего Фонд оплачивает услуги исполнителя.

Согласно показаниям свидетеля П. - *** НМКК «Ф» - участники кластера направляют заявление и документы в Центр кластерного развития, после чего им направляется информация о компаниях-партнерах. После выбора исполнителя заключается договор, а после выполнения работ подписывается акт приема-сдачи оказанных услуг, который является основанием для оплаты.

Из показаний свидетеля Н. следует, что она является бухгалтером ООО «Э» с 2015 года, доступ к расчетному счету Общества в ПАО «***» имеет только Колесников, который осуществляет расчеты от имени Общества. ООО «6», ООО «4», ООО «5» являлись контрагентами ООО «Э». О деятельности ООО «3», ООО «2», ООО «7» и ООО «1», а также о предоставлении им услуг ООО «Э», ей ничего не известно.

Согласно Уставу НМКК «Ф» Фонд не имеет в качестве цели своей деятельности извлечение прибыли для ее распределения между учредителями. Фонд вправе осуществить приносящую доход деятельность, необходимую для достижения общественно полезных целей, ради которых создан Фонд, и соответствующую этим целям. Основной целью деятельности Фонда является развитие и поддержка малого и среднего предпринимательства и инноваций на территории Мурманской области, среди предметов деятельности Фонда являются консультационные и организационно-методические услуги.

Согласно информации Министерства развития Арктики и экономики Мурманской области от 16.01.2023 года, НМКК «Ф» является самостоятельным хозяйствующим субъектом, включающим ***. Министерство осуществляет финансирование деятельности Фонда в соответствии с Бюджетным кодексом Российской Федерации и Правилами определения объема и предоставления субсидий из областного бюджета НМКК «Ф» в виде имущественных взносов в рамках государственных программ и непрограммной деятельности за счет средств резервного фонда Правительства Мурманской области.

На основании соглашений о предоставлении субсидий из областного бюджета Фонду в 2019 году была предоставлена субсидия в размере 303 205 329 рублей 91 копейка, а в 2020 году – 78 335 638 рублей 33 копейки в рамках реализации национального проекта «***».

Согласно Положению о предоставлении НМКК «Ф» информационно-консультационных услуг, средства субсидии федерального бюджета направляются на оплату работ и услуг, выполняемых (оказываемых) третьими лицами. Получение услуг осуществляется путем заключения трехстороннего договора между Фондом, субъектом предпринимательства и компанией-партнером. Субъект предпринимательства самостоятельно обращается в *** с заявлением и пакетом документов, необходимых для получения услуг, после чего оформляются уведомление и счет-фактура на оплату услуг. Компания-партнер обязана представлять отчеты и документы об объеме оказанных услуг.

Соглашением о сотрудничестве между ЦПП НМКК «Ф» и ООО «Э», заключенного 11 апреля 2019 года предусмотрены идентичные принципы взаимодействия сторон, сроки, порядок и последовательность действий участников соглашения, установлен безналичный порядок расчетов.

Из регистрационного дела и Устава ООО «Э» следует, что ООО «Э» зарегистрировано 10.05.2011 года, учредителем и генеральным директором является ФИО1 Согласно информации ПАО «***» у ООО «Э» открыт расчетный счет № * в Мурманской отделении № ***.

Как видно из протокола осмотра места происшествия от 28 декабря 2022 года, в ходе осмотра офиса НМКК «Ф» изъяты договоры на оказание услуг № * года, * года, № * года, № * года, № * года, № * года, № * года, № * года, № * года с приложениями, акты приема-сдачи оказанных услуг, счета и платежные поручения.

Согласно указанным договорам НМКК «Ф» (Исполнитель-1) и ООО «Э» (Исполнитель-2) обязались оказать комплекс информационно-консультационных услуг в сфере предпринимательской деятельности Заказчикам: ООО «6», ООО «5», ООО «4», ООО «3», ООО «2», ООО «1». По условиям договоров расчеты между сторонами осуществляются в безналичном порядке путем перечисления на расчетные счета НМКК «Ф» и ООО «Э». Стоимость информационно-консультационных услуг, которые Заказчики должны были оплатить НМКК «Ф» единовременно после подписания договоров и получения счетов-фактур, составляла: по договору с ООО «6» № * года – 25000 рублей, по договору с ООО «5» № * года – 25000 рублей, по договору с ООО «4» № * года – 25000 рублей, по договорам с ООО «3» № 1* года – 15000 рублей и № * года – 10000 рублей, по договорам с ООО «2» № * года – 9000 рублей и № * года – 6000 рублей, по договорам с ООО «1» № * года – 6000 рублей и № * года – 6000 рублей.

По условиям указанных договоров НМКК «Ф» после получения счетов и подписания актов приема-сдачи оказанных услуг должно перечислить ООО «Э» по договору с ООО «6» 50000 рублей, по договору с ООО «5» 50000 рублей, по договору с ООО «4» 50000 рублей, по договорам с ООО «3» 30000 рублей и 20000 рублей, по договорам с ООО «2» 30000 рублей и 20000 рублей, по договорам с ООО «1» 30000 рублей и 30000 рублей

Согласно актам приема-сдачи оказанных услуг, подписанных перечисленными Заказчиками, НМКК «Ф» и ООО «Э» в лице генерального директора ФИО1, услуги по названным выше договорам считаются оказанными в полном объеме.

Как явствует из показаний *** ООО «6» Н.., ООО «Э» оказывало его Обществу бухгалтерские услуги. За получением услуг в НМКК «Ф» в 2019 году он не обращался, обстоятельства заключения договора на оказание юридических услуг № * года между НМКК «Ф», ООО Э» и ООО «6» ему не известны. Договор об оказании услуг, акт приема-сдачи оказанных услуг и расчет стоимости услуг по договору он не подписывал, никаких услуг по договору не получал. В перечисленных в договоре услугах ООО «6» в 2019 году не нуждалось. Доступ к печати, расчетному счету и сервису «Клиент-банк» ООО «6» помимо него имелся только у ФИО1.

По заключению судебной почерковедческой экспертизы № * от 23.04.2024 года подписи в договоре № * года с приложениями и расшифровка подписи в расчете стоимости услуг выполнены не Н., а другим лицом.

По заключению эксперта № * от 24.05.2024 года подпись в расчете стоимости услуг от 21.08.2019 года вероятно выполнена ФИО1

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля *** ООО «5» М.Д. следует, что с 2017 года ООО «Э» оказывало ООО «5» юридические и бухгалтерские услуги, вместе с тем, в разработке нового Устава, подготовке претензионного письма, проекта мирового соглашения по вопросу дебиторской задолженности и доверенности Общество не нуждалось, услуги, перечисленные в договоре № * года, ООО «Э» его Обществу не оказывались, указанный договор с НМКК «Ф» и ООО «Э» он не заключал, оплату по договору не производил. Доступ к печати и расчетному счету Общества имелся у ФИО1 и *** ООО «Э» Н..

Согласно заключению эксперта № * от 22.04.2024 года подписи от имени М.Д. в договоре на оказание услуг № * года и расшифровка его подписи в расчете стоимости услуг выполнены не М.Д.., а другим лицом с подражанием подлинным подписям М.Д.

Как видно из показаний *** ООО «4» Б.., ООО «Э» оказывало его Обществу юридические и бухгалтерские услуги, по рекомендации ФИО1 он обратился в НМКК «Ф» для получения юридических услуг, вместе с тем, оплату этих услуг его Общество не производило, указанные в договоре изменения в Устав Общества не вносились, доверенность, претензионные письма и проект мирового соглашения по дебиторской задолженности не использовались.

По заключению эксперта № * от 26.04.2024 года подписи от имени Б. в договоре на оказание услуг № * года выполнены не Б., а другим лицом.

Как следует из показаний *** ООО «3» Л.., *** ООО «2» П.Н. и *** ООО «1» М.К.., ООО «Э» оказывало их Обществам информационно-консультационные услуги, однако оплату этих услуг Фонду Ф» ООО «3», ООО «2» и ООО «1» не производили, результаты услуг ими не использовались.

Как видно из заключения экспертизы № * от 06.05.2024 года подписи от имени Л. в заключенных ООО «3» договорах № * года и № * года выполнены не им, а другим лицом.

По заключению эксперта № * от 28.04.2024 года подписи от имени П.Н. в договорах на оказание услуг № * года и № * года и расшифровки подписи в расчетах стоимости услуг выполнены не П.Н., а иным лицом. Согласно заключению эксперта № * от 24.05.2024 года записи «П.Н.» в расчетах стоимости услуг от 16.05.2019 года и 17.05.2019 года выполнены одним лицом.

Согласно заключению экспертизы № * от 25.04.2024 года подписи от имени М.К. в договорах № * года и № * года выполнены не М.К., а другим лицом.

Согласно справке специалиста-эксперта об исследовании документов в отношении НМКК «Ф» от 29 декабря 2022 года по договорам оказания услуг: № * года и № * года с расчетного счета ООО «3», № * года с расчетного счета ООО «4», № * года с расчетного счета ООО 5», № * года и № * года с расчетного счета ООО «2», № * года и № * года с расчетного счета ООО «1», № * года с расчетного счета ООО 6» денежные средства на расчетные счета НМКК «Ф» не перечислялись.

Как видно из справки специалиста-эксперта об исследовании документов в отношении ООО «Э» от 29 декабря 2022 года, с расчетного счета ООО «Э» на расчетные счета НМКК «Ф» перечислялись денежные средства в счет оплаты оказанных Фондом информационно-консультационных услуг: 23.05.2019 года в сумме 6000 рублей за информационно-консультационные услуги ООО «1» по договору № *** года, в тот же день и в той же сумме за информационно-консультационные услуги ООО «1» по договору № * года, 23.05.2019 года в сумме 9000 рублей за информационно-консультационные услуги ООО «2» по договору № * года и в сумме 6000 рублей по договору № * года, 27.06.2019 года за информационно-консультационные услуги ООО «3» в сумме 15000 рублей по договору № * года и в сумме 10000 рублей по договору № * года, 19.08.2019 года в сумме 25000 рублей за ООО «4» по договору № * года, 22.08.2019 года 25000 рублей за услуги ООО «5» по договору № * года, 28.08.2019 года 25000 рублей за информационно-консультационные услуги ООО «6» по договору № * года.

С расчетных счетов НМКК «Ф» на счет ООО «Э» были перечислены денежные средства: 23.05.2019 года в сумме 60000 рублей по договорам № * года и № * года, 23.05.2019 года в сумме 50000 рублей по договорам № 11 * года и № * года, 27.06.2019 года в сумме 50000 рублей по договорам № * года и № * года, 20.08.2019 года в сумме 50000 рублей по договору № * года, 22.08.2019 года в сумме 50000 рублей по договору № * года, 27.08.2019 года в сумме 50000 рублей по договору № * года.

Указанные сведения о движении денежных средств по счетам названных организаций подтверждают то обстоятельство, что денежные средства от заказчиков по указанным договорам на счета НМКК «Ф» не поступали, заказчиками услуги по договорам не оплачивались. При этом денежные средства в счет предусмотренной для заказчиков части оплаты услуг перечислялись на счета НМКК «Ф» с расчетного счета ООО «Э», после чего Фонд перечислял денежные средства ООО «Э» как исполнителю в качестве оплаты за оказанные услуги по договорам, услуги по которым фактически не были выполнены.

Доказательств, имеющихся в деле и исследованных судом, достаточно для того, чтобы сделать вывод о виновности ФИО1, получены они в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона.

Каждое доказательство, положенное судом в основу приговора, оценено судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения данного дела. Основания для признания каких-либо из этих доказательств полученными с нарушением закона отсутствуют.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о невиновности ФИО1 в совершении преступления выдвигались стороной защиты и в суде первой инстанции, были предметом тщательной проверки и справедливо отвергнуты судом как не нашедшие своего подтверждения с приведением в приговоре соответствующих мотивов.

При рассмотрении уголовного дела судом не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников процесса, в том числе путем необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, несоблюдения процедуры судопроизводства, или иным путем повлияли или могли повлиять на принятие судом законного и обоснованного решения.

Все ходатайства сторон, как это видно из протокола судебного заседания, разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с выяснением мнений участников процесса и приведением мотивов принятых судом решений по заявленным сторонами ходатайствам.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона к его содержанию, поскольку в нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, всесторонне проанализированы подтверждающие их доказательства, сформулированы выводы о квалификации действий осужденного и по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора. Показания допрошенных по делу лиц в приговоре приведены, все заслуживающие внимания обстоятельства из показаний этих лиц изложены в судебном решении.

В приговоре судом дана оценка всем исследованным доказательствам, в том числе тем, на которые ссылалась сторона защиты, и приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом.

Утверждения ФИО1 об искажении судом в приговоре показаний свидетелей лишены каких-либо оснований.

Суд критически оценил показания допрошенных в качестве свидетелей Б.., Л.., П.Н.. и М.К. в части подписания ими договоров и актов приема-сдачи оказанных услуг, выполнения ООО «Э» указанных в договорах услуг и оплаты этих услуг наличными денежными средствами через ООО «Э». Мотивы критического отношения к этим показаниям суд привел в приговоре, отметив, что показания названных лиц носят непоследовательный характер, не соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела и прямо опровергаются выводами судебных почерковедческих экспертиз. Показания перечисленных свидетелей обоснованно признаны судом достоверными лишь в той части, в которой они не противоречат совокупности имеющихся по делу доказательств.

Критически отнесся суд и к показаниям свидетеля М.Д. в судебном заседании, поскольку, как отметил суд в приговоре, убедительных причин изменения показаний в пользу ФИО1 свидетелем не приведено. В этой связи суд обоснованно отдал предпочтение показаниям М.Д. данным в ходе расследования уголовного дела.

Справедливо судом отмечено и то обстоятельство, что в ходе осмотра 28 декабря 2022 года места происшествия, проведенного в НМКК «Ф», были изъяты договоры об оказании услуг с соответствующими приложениями, акты приема-сдачи оказанных услуг, платежные поручения и другие документы. Однако документов, подтверждающих оказание ООО «Э» предусмотренных договорами услуг заказчикам, в ходе проведения следственного действия обнаружено не было, не представлено таких документов и Фондом по неоднократным запросам органа следствия.

Довод ФИО1 о том, что часть документов была уничтожена Фондом в связи с истечением срока хранения, не свидетельствует о его невиновности, поскольку обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, установлены и доказаны на основании иных имеющихся в материалах дела доказательств, совокупность которых является достаточной для вывода о виновности осужденного.

Решение суда об отказе в признании допустимыми доказательствами представленных ФИО1 в судебном заседании документов, подтверждающих, по его мнению, выполнение услуг по договорам между НМКК «Ф», ООО «Э» и ООО «8», ООО «5», ООО «7», ООО «1», ООО «2», ООО «3», ООО «4», ООО «6», ООО «5», является обоснованным, поскольку на протяжении предварительного расследования уголовного дела ФИО1 утверждал, что результаты выполненных работ по указанным договорам у него не сохранились ввиду истечения трехлетнего срока хранения документов, обусловленного сроком исковой давности. Сколько-нибудь убедительных причин невозможности представления этих документов органу следствия при реальной возможности сообщить следователю о наличии таких документов ФИО1 суду не привел.

Вывод суда о представлении ФИО1 в НМКК «Ф» не соответствующих действительности сведений об исполнении предусмотренных договорами услуг: приведения уставов Обществ в соответствие с внесенными в законы изменениями, подготовке проектов мировых соглашений об урегулировании задолженностей, исковых заявлений о взыскании задолженностей подтверждается сведениями, представленными УФНС России по Мурманской области.

Как явствует из информации налогового органа, Устав ООО «4» зарегистрирован 21.12.2015 года с учетом изменений Федеральных законов № 99 от 05.05.2014 года и № 67 от 30.03.2015 года, впоследствии никаких изменений в Устав не вносилось. Уставы ООО «5» и ООО «6» разработаны в соответствии с изменениями Федеральных законов № 99 от 05.05.2014 года и № 64 от 30.03.2015 года, бухгалтерская отчетность перечисленными Обществами в инспекцию не предоставлялась. Решений о привлечении ООО «3» к налоговой ответственности по результатам камеральных налоговых проверок в 2018-2019г.г. налоговым органом не выносилось, ООО «5» и ООО «4» доверенностей на представление интересов этих юридических лиц в 2018-2020г.г. не представляли.

Как следует из регистрационных дел и выписок из ЕГРЮЛ, Устав ООО «4» утвержден решением единственного учредителя Б., Устав ООО «5» также утвержден решением учредителя 16 ноября 2015 года, генеральным директором организации назначен М.Д. Регистрация Уставов этих Обществ в новой редакции не осуществлялась, сведений о внесении в учредительные документы изменений, связанных с изменением законодательства, не имеется. Устав ООО «6» утвержден решением единственного учредителя 26 ноября 2013 года. 29 ноября 2015 года в Устав внесены изменения в связи с необходимостью приведения его в соответствие с Федеральным законом № 99-ФЗ от 05.05.2014 года. В 2016 году директором Общества назначен Н. после ноября 2015 года изменений в Устав не вносилось.

Доводы апелляционных жалоб о том, что отношения между МНКК «Ф», ООО «Э» и предпринимателями носили гражданско-правовой характер, не могут быть приняты во внимание, поскольку сам по себе факт заключения договоров и оформления актов приема-сдачи услуг не исключает уголовно-правовой оценки действий лица, если установлено, что соответствующие документы использовались для незаконного получения денежных средств.

Несостоятельными являются и доводы осужденного о том, что он проживал в *** и взаимодействовал с НМКК «Ф» дистанционно. Как достоверно установлено судом, организацию деятельности ООО «Э» и оформление соответствующей документации осуществлял именно ФИО1, который, являясь руководителем Общества, обладал возможностями и полномочиями по организации заключения договоров, оформлению отчетности и получению денежных средств.

Что касается довода апелляционной жалобы осужденного о неправомерном отказе суда в приобщении к делу в качестве доказательства его невиновности заключения специалиста-полиграфолога, то уголовно-процессуальный закон не предусматривает возможности применения полиграфа в уголовном процессе. Данный вид исследования представляет собой опрос с применением устройства, регистрирующего психофизиологические реакции на задаваемые вопросы, и его результаты не могут рассматриваться в качестве доказательства, соответствующего требованиям ст.74 УПК РФ. Оценка показаний в соответствии со ст.ст.87, 88 УПК РФ относится к компетенции суда, а не специалиста, проводящего данное исследование.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч.3 ст.159 УК РФ как мошенничество с использованием служебного положения.

Вопреки доводам жалобы осужденного, судом первой инстанции в приговоре подробно изложены выводы о наличии такого квалифицирующего признака как совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения.

Судом верно установлено, что ФИО1, являясь генеральным директором ООО «Э» и будучи наделенным организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, использовал связанные с занимаемой должностью возможности для заключения договоров и получения денежных средств. Таким образом, вопреки доводам жалоб, суд пришел в обоснованному выводу, что осужденный, используя служебное положение, путем обмана совершил хищение принадлежащих НМКК «Ф» денежных средств.

Наказание осужденному назначено судом в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, смягчающих его наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Сведения о личности осужденного исследованы судом с достаточной полнотой и получили надлежащую оценку в судебном решении.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом в полной мере учтены наличие на его иждивении двух малолетних детей, состояние здоровья, обусловленное наличием хронического заболевания, а также состояние здоровья его супруги.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, по делу не имеется.

Мотивы решения вопросов, касающихся назначения наказания, а также отсутствия оснований для применения положений ч.6 ст.15 и ст.64 УК РФ в приговоре приведены.

С учетом данных о личности ФИО1 суд счел возможным его исправление без реального лишения свободы, применив условное осуждение.

Арест денежных средств на банковском счете ФИО1 в АО «***» судом сохранен ввиду передачи гражданского иска прокурора о возмещении вреда, в целях обеспечения которого наложен арест, на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Оснований для отмены указанной обеспечительной меры не имеется.

Основания для отмены приговора и оправдания ФИО1, как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах адвоката и осужденного, отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия,

определила:

Приговор Ленинского районного суда г.Мурманска от 22 декабря 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Корнишина К.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев.

В случае рассмотрения кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: