Решение № 2-1543/2024 2-70/2025 2-70/2025(2-1543/2024;)~М-1225/2024 М-1225/2024 от 30 июня 2025 г. по делу № 2-1543/2024

Дело № 2-70/2025 (2-1543/2024)

УИД 65RS0017-01-2024-001874-33


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> 17 июня 2025 года

Холмский городской суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Закурдаевой Е.А., при помощнике судьи Борисовой Ю.Г., с участием помощника Холмского городского прокурора Кежик У.Э., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «<адрес> больница» о взыскании компенсации морального вреда, убытков, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Холмский городской суд к ГБУЗ «Холмская ЦРБ» с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, убытков.

В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 почувствовала сильную боль в правой части грудной клетки, бригадой «Скорой медицинской помощи» была доставлена в приемных покой ГБУЗ «Холмская ЦРБ». По результатам первичного обследования ей было рекомендовано обратиться к терапевту по месту жительства в связи со снижением гемоглобина, госпитализирована не была. ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к терапевту, которая рекомендовала дополнительное обследование. ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили, что по результатам рентген-обследования от ДД.ММ.ГГГГ выявлено новообразование, необходимо пройти КТ-ангеографию грудной клетки. ДД.ММ.ГГГГ прошла указанное обследование. По приезде в <адрес> ей предложили госпитализацию, поскольку была выявлена тромбоэмболия легочной артерии.

Была госпитализирована в отделение реанимации для лечения в отделение интенсивной терапии. ДД.ММ.ГГГГ не смотря на рекомендации о лечении в <адрес>, была переведена в общую палату отделения кардиологии в Холмской ЦРБ. В это время получала кроворазжижающий препарат в виде таблеток, а не в виде инъекций.

ДД.ММ.ГГГГ переведена в медицинское учреждение в <адрес>, где находилась в палате интенсивной терапии, лечение было полностью изменено, находилась под непрерывным наблюдением.

ДД.ММ.ГГГГ выписана из стационара, ДД.ММ.ГГГГ обратилась в Холмскую ЦРБ, где ей практически было отказано в дальнейшем лечении и наблюдении. Вынуждена была обратиться в администрацию <адрес>, а также к руководству Холмской ЦРБ.

Указывает, что при первичном обращении за медицинской помощью истцу не было проведено полноценного обследования и соответствующего лечения, считает, что имелся риск летального исхода. В связи с неоказанием Холмской ЦРБ своевременной медицинской помощи образовалась осложнение в виде инфаркта пневмонии легкого.

С ДД.ММ.ГГГГ находится в отпуске по болезни, потеряла доход от заработной платы, понесла расходы на лечение. Неправильным лечением истца был причинен вред в виде физических и нравственных страданий. Находится в страхе летального исхода. Из-за несвоевременной диагностики возникла сердечная недостаточность, была повреждена печень. Также в августе 2024 года ей неправильно были диагностированы результаты КТ-обследования, указано на наличие онкологического заболевания. Из-за чего испытала дополнительный стресс.

Просила суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, убытки 3665 рублей, расходы по оплате услуг представителя 30 000 рублей.

В письменных возражениях ответчик с иском не согласился. Указывал, что ФИО1 наблюдается в поликлинике ГБУЗ «Холмская ЦРБ», с подросткового возраста в анамнезе железодефицитная анемия, ревматоидный артрит (снята с учета в 2016 году). ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вызвала «Скорую медицинскую помощь» с жалобами на боли в поясничной области в течение часа, доставлена в приемное отделение ГБУЗ «Холмская ЦРБ». Осмотрена врачом-хирургом. Выполнена рентгенография, по результатам которой выявлено локальное затенение неясного генеза в средней доле справа. Рекомендовано дообследование. Осмотрена врачом-неврологом, поставлен диагноз дегенеративно-дистрофическое поражение грудного отдела позвоночника. Вертеброгенная торакалгия. Болевой и мышечно-атрофический синдром. Назначена консультация терапевта (в КАК анемия), лечение по месту жительства.

ДД.ММ.ГГГГ на приеме у участкового врача-терапевта поликлиники поставлен диагноз железодефицитная анемия, назначено лечение. Направлена на комплексное обследование с целью исключения онкопаталоии.

ДД.ММ.ГГГГ комплексное углубленное обследование. Осмотр терапевта: новообразование неопределенного или неизвестного характера органов дыхания неуточненное. Направлена в ООД на ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ по результатам МСТК органов грудной клетки с контрастным усилением выявлено: КТ картина ТЭЛА справа с формированием инфаркт пневмонии в средней доле, S9 правого легкого. После выявление ТЭЛА врач рентгенолог по телефону сообщил начмеду Холмской ЦРБ о выявленной патологии. Пациентка госпитализирована в тот же день в отделение реанимации. Диагноз: легочная эмболия без упоминания об остром легочном сердце, подострая не массированная тромбоэмболия нижней долевой ветви правой легочной артерии от ДД.ММ.ГГГГ. Сопутствующий: хроническая железодефицитная анемия средней степени. Ревматоидный артрит, ремиссия.

ДД.ММ.ГГГГ с положительной динамикой переведена в кардиологическое отделение ГБУЗ «Холмская ЦРБ», лечение продолжено по протоколу ТЭЛА. ДД.ММ.ГГГГ переведена для дальнейшего лечения в региональный сосудистый центр. На лечении в РСЦ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Находилась на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. По результатам выписки разъяснены рекомендации, запланирован осмотр у кардиолога. Получала лечение по стандарту ТЭЛА, препараты в наличии имелись.

Указывает, что для привлечения организации к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать факт оказания медицинской услуги ненадлежащего качества, наличие вреда здоровью и жизни пациента, вызванного оказанием медицинской услуги, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) медицинской организации и наступившими вредными последствиями. Полагает, что поскольку вина ответчика не установлена, то оснований для выплаты компенсации морального вреда не имеется, просил в иске отказать.

Протокольными определениями к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика привлечены ФИО2, ФИО3

В судебное заседание третье лицо на стороне ответчика ФИО2 не явился, о месте и времени слушания дела уведомлен надлежащим образом. В предыдущем судебном заседании пояснил, что является врачом-хирургом ГБУЗ «Холмская ЦРБ». ДД.ММ.ГГГГ осматривал в приемном покое ФИО1 По данным при поступлении имелась почечная колика, которую исключил. Были жалобы на боли в правой части грудной клетки, в том числе пациентка поясняла о переохлаждении. В связи с чем направил на рентген, чтобы исключить хирургическую патологию (перелом ребер, пневмоторакс). Снимок смотрел сам (заключения рентгенолога не было), патологии своего профиля исключил. По симптомам и характеру боли предположил проблемы неврологического характера, в связи с чем дальше пациентка осматривалась неврологом. Указывал, что симптомы ФИО1 были не типичны для обычного течения ТЭЛА.

Судом в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, дело рассмотрено в отсутствие третьего лица на стороне ответчика.

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержала по доводам в нем изложенным. Также указала, что когда находясь в отделении кардиологии Холмской ЦРБ в июне 2024 года дважды теряла сознание, при этом ей никто не сообщил, что ей запрещено вставать и передвигаться самостоятельно, тогда как, в отделении реанимации областной больницы запретили даже садиться в постели. Весь период с ДД.ММ.ГГГГ жаловалась на нарастающую одышку, боли. Сильно переживала из-за своего состояния. Когда она узнала о поставленном ей диагнозе, то испытала страх за свою жизнь, который сохраняется у нее до настоящего времени. Постоянно думала, что за 10 дней до госпитализации в любой момент могла умереть. Восстановление здоровья после госпитализации заняло длительное время (несколько месяцев), долго была на больничном, полностью ограничила любые физические нагрузки. После контрольного КТ затемнение в легком было диагностировано ей как онкологическая патология, ее направили в онкологический центр, до посещения онколога испытывала тревогу и переживания за свою жизнь (поясняла, что «попрощалась с жизнью»), так как полагала, что у нее развилось онкологическое заболевание, была подавлена. В онкологическом центре ей было разъяснено, что это последствие ТЭЛА. Также поясняла, что примерно в этот же период времени в ГБУЗ «Холмская ЦРБ» от аналогичного заболевания скончался молодой человек, что широко обсуждалось. Это также вызвало у нее страх смерти, когда она проецировала на себя эту ситуацию, думая, что это могло случиться и с нею.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по доводам иска, полагая необходимым взыскать сумму компенсации морального вреда.

Представитель ответчика ФИО5 просила в иске отказать. При этом указывала, что ответчиком не оспаривается нарушения порядка оказания медицинской помощи.

Третье лицо на стороне ответчика ФИО3 пояснила, что является врачом-терапевтом ГБУЗ «Холмская ЦРБ», ранее ФИО1 была ее пациенткой, лечению привержена. ФИО1 обратилась на прием ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на слабость и одышку, то есть была картина железодефицитной анемии. До этого была осмотрена хирургом и неврологом. ЭКГ не было, гемоглобин был низкий. Рентгена в базе не было. В связи со снижением гемоглобина, она решила направить пациентку на дополнительное обследование. В ходе обследования было выявлено заболевание. О том, что ФИО1 принимала гормональные препараты, пациентка не сообщила. Указала также, что ФИО1 назначен препарат «Ксарелто», данный препарат входит в стандарт лечения ТЭЛА может применяться от нескольких месяцев до года, прием кровь разжижающих препаратов является обязательным для пациентов с ТЭЛА.

Выслушав мнение сторон, заключение прокурора, полагавшего исковое заявление обоснованным, исследовав материалы дела, допросив эксперта, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно статье 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» (далее Федеральный закон № 323-ФЗ) основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма;

охрана здоровья граждан (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи;

медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;

качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 2 статьи 19 Федерального закона № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно пункту 5 статьи 19 Федерального закона № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В числе обязанностей медицинских организаций, предусмотренных статьей 79 Федерального закона № 323-ФЗ указаны: обязанность оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами РФ, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; обеспечивать применение разрешенных к применению в РФ лекарственных препаратов; вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 98 Федерального закона № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных положений законодательства, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья качестве медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В пункте 21 статьи Федерального закона № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьями 1099 - 1101 Гражданского кодекса РФ и статьей 151 Гражданского кодекса РФ (статья 1099 Гражданского кодекса РФ).

Пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с пунктами 22, 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса РФ). По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

Из пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В силу пункта 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как следует из разъяснений пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при разрешении судом требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В судебном заседании из пояснений сторон и материалов дела установлено следующее.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в 22 часа бригадой «Скорой медицинской помощи» была доставлена в приемный покой ГБУЗ «Холмская ЦРБ» с жалобами на острые боли поясничной области справа, диагноз мочекаменная болезнь, почечная колика.

Согласно выписке из карты амбулаторного больного ГБУЗ «Холмская ЦРБ» поступила в приемный покой ДД.ММ.ГГГГ. Причина отказа от госпитализации: отсутствие показаний к госпитализации. Жалобы: на боль в правой половине грудной клетки в проекции 6 межреберья. Анамнез заболеваний: заболела ДД.ММ.ГГГГ, начало заболевания связывает с переохлаждением. Вызвала СМП, доставлена в приемный покой. Объективные данные: состояние удовлетворительное. Кожный покров обычного цвета. Дыхание везикулярное. Тоны сердца ритмичные, пульс хорошего наполнения и напряжения. Локально: пальпация в проекции 8 межреберья выраженно болезненная. Симптомов острого холецистита, почечной колики нет. Диагноз: боль в грудном отделе позвоночника, Код МКБ М54.6, без острой хирургической патологии на момент осмотра Дегенеративно-дистрофического грудного отдела позвоночника. Вертеброгенная торакалгия. Болевой и мышечный синдромы. Проведена рентгенография органов грудной клетки. Статодинамические нарушения. Рекомендации: консультация невролога.

Осмотр врача-невролога: ДД.ММ.ГГГГ. Жалобы на боль в грудной клетке. Объективные данные: уровень сознания: ясное. В пространстве, времени и собственной личности ориентирована верно. Походка не нарушена. Сглажен грудной кифоз. Движения в грудном отделе позвоночника легко ограничены болезненные. При пальпации по остистым отросткам и параветебральным точкам болезненности в грудном отделе позвоночника нет. Болезненность при пальпации правой реберной дуги. Умеренное мышечное напряжение в межлопаточной области. Мышечный тонус D=S. Парезов нет. Чувствительных нарушений нет. Симптомы Лагесса справа 90, слева 90. Обследована: рентген ОГК, КАК, б/<адрес>: боль в грудном отделе позвоночника. Код МКБ М54.6, дегенеративно-дистрпофическое грудного отдела позвоночника. Вертеброгенная торакалгия. Болевой и мышечный синдромы. Статодинамические нарушения. Рекомендованы: консультация терапевта (в КАК анемия), лечение по месту жительства с учетом данных рекомендаций, осмотр невролога в динамике по показаниям (отсутствие эффекта от лечения, ухудшение состояния). Соблюдать режим труда и отдыха с дозированными физическими нагрузками; избегать переохлаждения. Местно мази, аппликатор, занятия ЛФК, посещение бассейна, физиолечение, прием препаратов.

Согласно рентгенографии от ДД.ММ.ГГГГ выявлено локальное затенение неясного генеза в средней доле справа. Рекомендовано дообследование.

Из выписного эпикриза ГБУЗ «Холмская ЦРБ» ФИО1 находилась в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ в течение 7 дней. Заключительный диагноз: субмассивная тромбоэмболия нижней долевой ветви правой легочной артерии с формированием инфаркт пневмонии в средней доле правого легкого (на фоне приема гормональных препаратов).

Согласно карте стационарного больного ГБУЗ «Сахалинская областная клиническая больница» ФИО1 находилась на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом «Субмассивная тромбоэмболия нижней долевой ветви правой легочной артерии от 11.06.2024», осложнением основного диагноза «ХСНсФВЛЖ (67%). ФК2. Нерезкая трикуспидальная регургитация. Инфаркт пмевмония в средней, нижней S9 долях правого легкого. Вторичный тромбоцитоз, реактивная гепатопатия», сопутствующий диагноз «Артериальная гипертензия 1 степени. Железодефицитная анемия легкой степени тяжести. Ревматоидный артрит, серонегативный, ФНС О».

Из медицинской карты амбулаторно больного ГБУЗ «Холмская ЦРБ» следует, что на приеме ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 высказывала жалобы на одышку при нагрузке. В анамнезе: находилась на стационарном лечении в Областной клинической больнице с диагнозом массивная тромбоэмболия нижней долевой ветви правой легочной артерии от ДД.ММ.ГГГГ. Также в дальнейшем была на приеме терапевта и кардиолога.

Согласно акту внутреннего контроля качества оказания медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при первичном обращении ДД.ММ.ГГГГ в общем анализе крови гемоглобин 71г/л, не назначена консультация дежурного терапевта. На приеме участкового терапевта ДД.ММ.ГГГГ отсутствует запись о проведенном рентгенологическом исследовании ДД.ММ.ГГГГ и его результатах, не акцентировано внимание на лейкоцитозе, тромбоцитозе и повешении СОЭ до 45 мм/ч. Гинекологом на приеме от ДД.ММ.ГГГГ не указан анамнез приема оральных контрацептивов.

Из ответа Министерства здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ФИО1 следует, что по результатом обращения установлено, что оказании ей медицинской помощи у условиях ГБУЗ «Холмская ЦРБ» были выявлены недостатки, в связи с чем администрацией данного учреждения применены меры дисциплинарного характера в отношении врача приемного отделения, проводившего осмотр.

Согласно выписке из амбулаторной карты от ДД.ММ.ГГГГ приме врача-онколога, выставлен диагноз новообразование неопределенного или неизвестного характера трахеи, бронхов и легкого. Имеется также протокол компьютерной томографии легких ГБУЗ «Холмская ЦРБ» от 01082024, согласно которому в периферических отделах S5 правого легкого определяется узловое образование со спикулообразным контуром.LR4. Рекомендована консультация онколога. ДД.ММ.ГГГГ направлена в ГБУЗ «<адрес> клинический онкологический диспансер». Согласно выпискам с приема врача онколога от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз Последствия перенесенной инфаркт пневмонии.

По делу проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ которой тромбоэмболия легочной артерии (ТЭЛА) - внезапная закупорка легочной артерии тромбическими массам, приводящими к нарушениям легочной и системной гемодинамики. В результате ТЭОА прекращается кровоснабжение легочной ткани. Классическими признаками ТЭЛА служат боли за грудиной, удушье, цианоз лица и шеи, коллапс, тахикардия. ТЭЛА может протекать а тяжело, средней или легкой форме. Симптоматика ТЭЛА зависит от количества и размера тромбированных легочных артерий, скорости развития тромбоэмболии, степени возникших нарушений кровоснабжения легочной ткани, исходного состояния пациента. При ТЭЛА наблюдается широкий диапазон клинических состояний: от практически бессимптомного течения до внезапной смерти.

Диагноз (Дегенеративно-дистрофической поражения грудного отдела позвоночника. Вертеброгенная торакалгия. Болевой и мышечно-атрофический синдром) в ГБУЗ «Холмская ЦРБ» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ установлен неверно.

Верный диагноз (ТЭЛА – тромбоэмболия легочной артерии) выставлен несвоевременно (через 10 дней), когда машиной СМП доставлена в приемное отделение ГБУЗ «Холмская ЦРБ», госпитализирована в реанимационное отделение с диагнозом: Субмассивная ТЭЛА нижней долевой ветви правой легочной артерии.

Примечание: в настоящее время не используется определение «Субмассивная ТЭЛА», а используется дефиниция на основании классификации тяжести легочной эмболии и риска ранней (госпитальной или 30-дневной) смерти: высокого, промежуточно-высокого, промежуточно-низкого, низкого риска. По МКБ-10: сохраняется диагноз I26.9 Субмассивная тромбоэмболия.

При назначении консультации терапевта при поступлении ФИО1 в приемное отделение ГБУЗ «Холмская ЦРБ», более тщательной сборе анамнеза (В анамнезе прием оральной контрацепции (эстрогенгестогенный прпарат), как фактор риска средних градаций развития ТЭЛА, определении показателей артериального давления, сатурации кислорода, частоты сердечных сокращений) заподозрить ТЭЛА было бы более вероятно, что способствовало б назначению дополнительных методов дообследоваиня (электрокардиограмма, Д-димер, мультиспиральная компьютерная томография) органов грудной полости с контрастированием, эхокардиография, ультразвуковой дуплексное сканирование вен.

Согласно данным специальной медицинской литературы: диагностика и лечение тромбоэмболии легочной артерии: клинические рекомендации евразийской ассоциации кардиологов для практических врачей» (2021): «У женщин репродуктивного возраста одним из наиболее частых факторов риска является использование оральных контрацептивов, содержащих эстрогены. комбинированные эстрогенгестаненные препараты, назначаемые с целью контрацепции, увеличивают риск ВТЭО (венозных тромбоэмболических осложнений) в 2-9 раз. Учитывая отсутствие специфичной клинической картины, оптимально использовать валидированные индексы для оценки претестовой вероятности ТЭЛА: индекс Wells или индекс Geneva.

Выполнена рентгенография органов грудной клетки ДД.ММ.ГГГГ (на рентгенографии органов грудной клетки от ДД.ММ.ГГГГ справа в проекции средней доли визуализируется «затенение» овоидной формы 44х25 мм), но результат оценен несвоевременно.

Таким образом, диагноз ГБУЗ «Холмска ЦРБ» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ установлен не верно. Это можно объяснить следующим:

- клинические признаки и симптомы острой ТЭЛА разнообразны и при этом мело специфичны. Как правило, данный диагноз подозревают у больных с одышкой, болью в груди, или кровохарканьем;

- своевременная диагностика ТЭЛА в данном случае была отягощена фактом связи заболевания с переохлаждением (из анамнеза заболевания ДД.ММ.ГГГГ, когда появилась боль в правой половине грудной клетки, связывает с переохлаждением);

- имелись нехарактерные для ТЭЛА изменения в клиническом анализе крови (лейкоцитоз, снижение уровня гемоглобина), что могло повлечь ошибочное суждение врача приемного отделения ГБУЗ «Холмская ЦРБ»;

- по показателям претестовой вероятности ТЭЛА у ФИО1 расценивается как маловероятная.

На основании имеющихся данных (клиники, анамнеза, рентгенографии) возможно было заподозрить диагноз ТЭЛА и провести дополнительные методы лабораторной и инструментальной диагностики;

- использовать валидированные индексы для оценки претестовой вероятности ТЭЛА: индекс Wells или модифицированный индекс Geneva;

- выполнить ЭКГ: могут быть признаки, характеризующие паталогическое состояние правых отделов сердца;

- исследовать Д-димер: при высокой чувствительности уровень Д-димера в крови – для исключения активного тромбообразования (включая ТЭЛА);

- для стратификации риска у больных с ТЭЛА, не имеющих признаков нестабильности гемодинамики, возможно проведение оценки функции правого желудочка визуализирующими методам (ЭХОКГ) или определения уровня биомаркеров в крови (тропонин, BNP) даже при низкой сумме баллов по индексу PESI или отсутствием факторов риска по упрощенному индексу PESI.

ЭКГ, Д-димер, МСКТ легких, ЭХОКГ ДД.ММ.ГГГГ выполнены не были. Рекомендовано было обратиться ы поликлинику к терапевту по поводу анемии.

Основой лечения больных с ТЭЛА является антикоагулянтная терапия. Допустимо использование нефракционированного гепарина (НФГ), низкомолекулярного гепарина (НМГ) и фондапаринукса, а также прямых оральных антикоагулянтов (ПОАК) и антагонистов витамина К (АВК).

С момента установления диагноза ТЭЛА (ДД.ММ.ГГГГ) по данным медицинской карты стационарного больного назначено: гепарин (НМГ) 1 тыс. ЕД/ч, далее с ДД.ММ.ГГГГ таб. Ксарелто 15 мг 2 раза в сутки. Данное лечение соответствует клиническим рекомендациям. Таким образом, лечение в ГБУЗ «Холмская ЦРБ» после установления диагноза назначено верно (до установления диагноза необходимое лечение не назначалось).

ТЭЛА является потенциально опасным для жизни состоянием, при этом непосредственная угроза для жизни связана в первую очередь с нарушениями гемодинамики, развивающимся из-за обструкции тромбом легочного русла. Клинические факторы риска неблагоприятного прогноза у пациентов с ТЭЛА объединены в шкале PESI. С высоким риском смерти ассоциируется сумма баллов ? 86. У ФИО1 на основании индекса PESI вероятность смерти в первые 30 дней расценена как низкая, Класс I (? 65 баллов) и составляла 0-1.6 %.

Экспертная комиссия усмотрела дефекты (недостатки) при оказании медицинской помощи ФИО1:

- диагностические: отсутствие осмотра терапевтом ДД.ММ.ГГГГ при поступлении в премного отделение ГБУЗ «Холмская ЦРБ», несвоевременная диагностика ТЭЛА;

- лечения: несвоевременное назначение антикоагулянтной терапии.

Из известных осложнений ТЭЛА (острая дыхательная и сердечная недостаточность; пневмония; плеврит; эмпиема, абсцесс легкого; пневматоракс; легочная гипертензия; остановка сердца; острая почечная недостаточность; рецидив ТЭЛА) у пациентки имело место развитие пневмонии. Данное паталогическое состояние обусловлено тромбозом сегментарных артерий сегментов (S4-5, S9) правого легкого. Согласно клиническим рекомендациям, показаний к тромболитической терапии у пациентки не было. Даже при своевременной постановке диагноза и оказании помощи от ДД.ММ.ГГГГ развитие данного осложнения исключить нельзя.

Таким образом, «причинно-следственной связи между несвоевременным/неполным оказание медицинской помощи, иными дефектами оказания медицинской помощи ГБУЗ «Холмская ЦРБ», и наступлением/развитием у ФИО1 осложнений основного заболевания ТЭЛА» не имеется.

ФИО1 проведено верное лечение парентеральными формами антикоагулянтов в течение 3-хдней с переходом на пероральные новые прямые антикоагулянты, эффективность которых не уступает парентеральнымм формам.

Согласно клиническим рекомендациям пероральные новые прямые антикоагулянты (таблетки) могут быть назначены без стартовой терапии гепаринами (инъекциями).

В судебном заседании была допрошена эксперт ГБУЗ «<адрес>вое бюро СМЭ» ФИО6, которая пояснила, что наиболее вероятной причиной развития ТЭЛА ста прием оральных контрацептивов на фоне имеющейся анемии.

Анализируя представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу о доказанности факта допущенных дефектов оказания медицинской помощи, выразившееся в ненадлежащей диагностике заболевания ТЭЛА, отсутствии полного сбора анамнеза, не проведении комплекса мероприятий для постановки верного диагноза и как результат постановка неправильного диагноза при первичном обращении ДД.ММ.ГГГГ. А также в не своевременной постановке диагноза (ДД.ММ.ГГГГ) и как следствие несвоевременного начала лечения ФИО1 Установлено, что рентгенограмма, на которой уже имелось затемнение правого легкого, была проведена ДД.ММ.ГГГГ, то есть в начале заболевания. Вместе с тем, оценки со стороны медицинских работников ответчика она не получила. ДД.ММ.ГГГГ при приеме у врача терапевта в поликлинике ЦРБ в базе данных заключение рентгенограммы также отсутствовало, врачом терапевтом оно не оценено. Данные рентгенограммы были приняты во внимание лишь ДД.ММ.ГГГГ при прохождении ФИО1 дополнительного обследования по поводу имеющейся у нее анемии.

Следовательно, работникам ответчика не были предприняты все необходимые и возможные меры при оказании ФИО1 медицинской помощи в целях установления правильного диагноза, определению и установлению симптомов пациентки, и своевременного начала лечения, при том, что у ФИО1 имелось потенциально опасное для жизни состояние, что также следует из экспертного заключения.

Таким образом, при установленных по делу обстоятельствах, с учетом положений статьей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, исковые требования в части компенсации морального вреда являются обоснованными.

Определяя компенсацию морального вреда, судом учитывается совокупность юридически значимых обстоятельств, а именно, фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, характер допущенных дефектов, степень вины причинителя вреда, а также отсутствие прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде осложнений (инфаркт пневмонии), индивидуальные особенности истца, а также принцип разумности и справедливости.

Так ФИО1 в связи с несвоевременным началом лечения, получив информацию о своем заболевании, объективно испытывала страх за свою жизнь и здоровье, полагая, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, (то есть до госпитализации) могла скончаться, так как никакого лечения не получала. С учетом развившихся у нее осложнений, пребывания в лечебных учреждениях в условиях реанимации, ФИО1 продолжала испытывать страх за свою жизнь, у нее имелась обоснованная боязнь летального исхода, поскольку ее заболевание является опасным для жизни состоянием. Также установлено, что после окончания стационарного лечения, длительное время находилась на амбулаторном лечении, переживала по поводу своего состояния, неоднократно обращалась за медицинской помощью к различным специалистам, что свидетельствует, что истец испытывала тревожность по поводу своего состояния здоровья. ФИО1 указывала на подавленность в связи со случившимися с нею событиями, постоянных опасениях о возможном повторном развитии осложнений заболевания, так как продолжала плохо себя чувствовать, была длительная слабость (с трудом поднималась по лестнице), что свидетельствует о негативных последствиях для истца из-за принесенного заболевания.

Суд полагает, что компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей будет соразмерна последствиям нарушения нематериальных благ истца, способна компенсировать перенесенные ею нравственные страдания.

На основании изложенного суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

Также ФИО1 заявлено требование о взыскании убытков в размере 3365 рублей, которые являются расходами на покупку таблетированного препарата Ксарелто (в подтверждение представлен кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ).

Вместе с тем в ходе судебного заседания, в том числе из пояснений эксперта, третьего лица, было установлено, что назначение данного типа препаратов для пациентов с ТЭЛА является обязательным, препарат принимается длительно от нескольких месяцев до года.

Таким образом, поскольку истец длительно принимает препарат по назначению лечащего врача в связи с наличием в нее заболевания ТЭЛА, котороевозникло у нее не в связи с виновными действиями ответчика, то оснований ко взысканию расходов на лекарственные средства как убытков возникших по вине ответчика не имеется. В данной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Из положений статей 98, 100 Гражданского процессуального РФ следует, что стороне в пользу которой состоялось решение суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (его пункт 13).

Как видно из дела, истцом понесены расходы на оплату услуг представителей 30 000 рублей, которые подтверждены договором на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

Из дела также видно, что представители истца совершили в интересах доверителя ряд юридически значимых процессуальных действий; была занята активная позиция при рассмотрении дела, в результате чего иск удовлетворен, со стороны ответчика возражений портив требований о взыскании расходов на взыскание услуг представителя не приводилось.

При таких обстоятельствах, исходя из правил о разумных пределах судебных расходов на оплату услуг представителя, учитывая также объем заявленных требований, цену иска, сложность дела и объем оказанных представителями истца услуг, суд взыскивает с ответчика в пользу истца в общей сумме 30 000 рублей в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя.

Разрешая вопрос о возмещении экспертному учреждению ГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы» расходов на проведение комиссионной судебной медицинской экспертизы, руководствуясь положениями статей 79, 88, 94, 96, 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, принимая во внимание, что предусмотренное статьей 79 Гражданского процессуального кодекса РФ полномочие суда по назначению экспертизы вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, при этом в силу вышеприведенных норм материального права и положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», именно на ответчике лежит обязанность представить доказательства отсутствия вины в причинении вреда истца, учитывая процессуальное поведение стороны ответчика, уклонившейся от представления суду доказательств качественного оказания истцу медицинской помощи, что, по мнению суда в силу положений статьи 10 Гражданского кодекса РФ, свидетельствует о злоупотреблении ответчиком материальными и процессуальными правами, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению экспертному учреждению расходов на проведение назначенной по делу экспертизы подлежит возложению на ГБУЗ «Холмская ЦРБ».

Таким образом, с учетом приведенного правового регулирования, установленных обстоятельств, а также представленных ГБУЗ «<адрес>вое бюро СМЭ» заявления об оплате проведенной судебной медицинской экспертизы с финансово-экономическим обоснованием (счет, акт, прейскурант цен), суд приходит к выводу, что с ГБУЗ "Холмская ЦРБ» в пользу ГБУЗ «<адрес>вое бюро СМЭ» подлежат взысканию расходы по проведению комиссионной судебно-медицинской экспертизы по счету № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 134 950 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 (паспорт №) к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «<адрес> больница» (ИНН № о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «<адрес> больница» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей, с отказом во взыскании убытков в размере 3665 рублей и компенсации морального вреда в большем размере.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «<адрес> больница» (ИНН №) в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы» (ИНН №) расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере 134 950 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «<адрес> больница» (ИНН №) в бюджет Холмского муниципального округа <адрес> государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Холмский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Закурдаева Е.А.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Копия верна: судья Закурдаева Е.А.