Решение № 2-60/2018 2-60/2018~М-48/2018 М-48/2018 от 29 июня 2018 г. по делу № 2-60/2018

Дело №


Р Е Ш Е Н И Е

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

<адрес> 29.06.2018 года

Ирафский районный суд РСО-Алания в составе председательствующего судьи Цопанова А.В., с участием помощников прокурора <адрес> РСО-Алания ФИО5, ФИО6,. при секретаре судебного заседания ФИО7, ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ГБУЗ «Ирафская центральная районная больница» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Ирафский районный суд РСО-Алания с исковым заявлением к ГБУЗ «Ирафская ЦРБ» о возмещении морального вреда, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ ее мать, ФИО1, в результате падения с высоты, в ходе ремонтных работ здания центра помощи семье и детям, расположенного в <адрес>, РСО-Алания по <адрес>, получила серьезные телесные повреждения. В 14.30 она была доставлена в ГБУЗ "Ирафская ЦРБ", а в 15.40 была зафиксирована ее смерть. Все это время она находилась в сознании, общалась с медицинскими работниками. Смерть ее, согласно Акту судебно-медицинского исследования трупа, наступила от закрытой тупой травмы грудной клетки слева с переломом ребер с 1 по 10 по переднемышечной линии, повреждением левого легкого, которые сопровождались обильным кровотечением в левую плевральную полость. При этом, согласно исковому заявлению, врачи больницы никаких экстренных мер по ее спасению не предприняли, ограничившись неполными диагностическими мероприятиями (ввиду отсутствия на рабочем месте специалиста по работе с рентгеновским оборудованием) и введением обезболивающих и поддерживающих средств.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, проводившемуся по материалам проверки №пр-2014, врачами были допущены следующие ошибки: не были распознаны разрывы легких, сопровождавшиеся внутриплевральным кровотечением. Это произошло, как следует из материалов указанной проверки, вследствие отсутствия на рабочем месте специалиста по работе с рентгеновским оборудованием; не были выполнены общий анализ крови, определение гематокритного числа, времени свертывания крови, не диагностирована кровопотеря и не определена ее величина; не сделаны общий анализ мочи, биохимическое исследование крови, рентгенологическое исследование органов грудной клетки и патологически измененных костных структур; не выполнено УЗИ внутренних органов; при множественных разрывах легких для спасения жизни больной должна была быть проведена операция - торакотомия. Без указанной операции, как прямо указано в экспертизе, спасти жизнь ФИО9 было невозможно, так как многочисленные разрывы легкого приводят к массивной кровопотере и наступлению смерти. Применявшееся медикаментозное лечение без оперативного вмешательства не могло быть эффективным; интубация трахеи с дальнейшей ИВС была проведена только в 15 час.40 мин. при наступлении клинической смерти, хотя перейти на управляемое дыхание необходимо было от момента осмотра больной врачом - реаниматологом в 15 час.10 мин.

Истица пролагает, что ей причинен моральный вред, вызванный перенесенными нравственными страданиями, вызванными смертью матери, которые она продолжает испытывать до сих пор. Считает, что ее мать могла бы остаться в живых, если бы врачи, которые должны были предпринять все для спасения жизни ФИО9, сделали это. Выполнение всех необходимых действий, которые были перечислены в указанном выше экспертном заключении, могли спасти ее. Просила суд взыскать с ГБУЗ «Ирафская ЦРБ» в ее пользу 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истица ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила, что 07.09.2014г. ей позвонила ФИО4, сообщила, что надо срочно приехать в больницу в Чиколу, ее мама – ФИО1, штукатур-маляр, во время работы упала с высоты. Со слов ФИО4 ей также известно, что скорая долго не приезжала. В больнице, ей делали только обезболивающее, она им сама говорила, что у нее болит в груди, но врачи думали, что у нее болевой шок и только делали ей обезболивающее. ФИО4 все время была рядом с ней. Она сказала ей, что примерно два с половиной часа она еще была в себе, разговаривала. Она только твердила, что у нее болит в груди, а они кололи ей лекарства. ФИО4 попросила сделать рентген, но они сказали, что врач на каких-то мероприятиях. Когда она приехала в Чиколу, мама уже умерла.

Представитель истицы ФИО15 исковые требования поддержал полностью, пояснил, что они обратились в органы внутренних дел с целью провести проверку на предмет наличия в действиях врачей Ирафской больницы в частности главврача Ирафской больницы, халатности. Проверка проводилась около двух лет. Было проведено несколько экспертиз. Конечным итогом стала последняя экспертиза № проведенная в экспертном учреждении, принадлежащем Министерству обороны. В возбуждении уголовного дело было отказано в виду того, что в действиях врачей Ирафской больницы нет состава преступления.

Считает достаточным для удовлетворения иска наличие в экспертном заключении выводов эксперта о том, что врачи Ирафской больницы проявили непрофессионализм и некомпетентность.

Представитель ответчика ФИО10 исковые требования не признал, ссылаясь на заключение эксперта №, не отрицал факт невыполненния обязательных диагностических мероприятий, однако полагал, что наступление смерти не находится прямой причинной связи с проведением обследования пострадавшей, так как выполнение диагностических мероприятий не могло предотвратить наступление смерти больной, поскольку причиной смерти явилась тяжесть самой травмы, а не действия медицинских работников.

Свидетель ФИО11 показала, что ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО16 ФИО3 работала в Чиколе. Ремонтировали фасад здания. Во время работы строительные леса, которые они собрали, упали. Упали, потому что лесам недоставало нескольких элементов. Вызвали скорую, ФИО3 забрали в больницу. ФИО1 в коридоре больницы пролежала минут 20. За это время врач один раз подошел и спросил, что с ней. ФИО16 становилось хуже. Они сами же подняли ее на второй этаж, якобы в реанимацию, там она тоже пролежала минут 15. Никто не подходил, потом пришел какой-то врач, он предложил ей раздеть ФИО1. Одежу пришлось разрезать, так как ей было больно. Врач говорил, что у нее просто травматический шок. Около часа врачи просто туда - сюда ходили, ничего не делая больной. ФИО16 не сделали рентген, так как не было на месте врача. Ей делали только обезболивающие уколы. До последнего она была в сознании, жаловалась на боли в груди. Она видела, что абсолютно ничего не делалось для того, чтобы спасти жизнь человека.

Выслушав объяснения истца, представителя истца, представителя ответчика, допросив свидетеля, а также изучив заключение прокурора, который просил в иске отказать, исследовав материалы дела, суд находит заявление не подлежащим удовлетворению.

В силу ст. 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии с ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 79 вышеуказанного Закона медицинская организация обязана оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме, осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Положениями п. 7 ст. 4, ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлена недопустимость отказа в оказании медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и взимания платы за ее оказание медицинской организацией, участвующей в реализации этой программы, и медицинскими работниками такой медицинской организации; безотлагательного и бесплатного оказания медицинской организацией и медицинским работником медицинской помощи в экстренной форме.

Согласно пп. 3, 21 ст. 2 Федерального закона N 323-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Качество медицинской помощи -совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Качество медицинской помощи характеризуется совокупностью свойств и характеристик медицинской услуги, соответствующих уровню современной медицинской науки и оснащенности медицинской организации, отражающих ее соответствие медицинским технологиям, способных снижать риск прогрессирования имеющегося у пациента заболевания и возникновения нового патологического процесса.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статьей 1068 ГК РФ установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с постановлением Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 6) «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье). Моральный вред может заключаться в нравственных страданиях и переживаниях, связанных с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью в связи с увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием и др.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 14 час.30 мин. ФИО1 поступила в Ирафскую ЦРБ с многочисленными телесными повреждениями и впоследствии скончалась в реанимационном отделении.

Согласно свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ I-ИО №, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту судебно – медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ №, проведенного на основании направления следователя Алагирского МСО СУ СК РФ, смерть ФИО9 наступила от закрытой тупой травмы грудной клетки слева с переломом ребер с 1-го по 10-ое по преднемышечной линии, повреждением левого легкого, которые сопровождались обильным кровотечением в левую плевральную полость, которые привели к смерти ФИО9 Повреждения причинены возможно при падении с высоты и в совокупности они относятся к категории тяжких телесных повреждений. Между полученными повреждениями и наступившей смертью имелась прямая причинная связь.

То есть, установлено, что указанные травмы ФИО1 получила в результате падения с высоты при проведении ремонтно – строительных работ здания центра помощи семье и детям, расположенного в <адрес>, РСО-Аалания, по <адрес>.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО9 наступила от полученной тяжелой закрытой тупой травмы грудной клетки, сопровождавшейся множественными переломами ребер слева ( с 1-го по 10-е ребро), разрывами левого легкого с левосторонним внутриплевральным кровотечением (гемоторакс). Непосредственную причину смерти (массивная кровопотеря, шок, сдавление органов кровью и воздухом и т.д.) ФИО9 достоверно определить не представляется возможным, так как при исследовании трупа не проведена проба на пневмоторакс и воздушную эмболию, не выполнено полное исследование позвоночника с вскрытием позвоночного канала, имеет место скудное описание состояния внутренних органов, не проведено их гистологическое исследование.

В заключении эксперта указывается, при поступлении в приемное отделение Ирафской ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 был поставлен диагноз политравма. Закрытая травма грудной клетки слева. Перелом 6-7-8 ребер слева. Гемопневмоторакс слева. Закрытый перелом левой ключицы. Ушиб грудного отдела позвоночника. Компрессионный перелом тел 4 и 5 грудных позвонков. Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Ушибленная рана теменной области слева. Травматический шок 3-4 степени.

Не были распознаны разрывы легких, сопровождающиеся внутриплевральным кровотечением

Эксперт отметил, что диагноз приемного отделения всегда является предварительным и нуждается в уточнении клинико-лабораторным исследованием. В целом, исходя из имевшейся у пострадавшей симптоматики полученной травмы, диагноз в приемном отделении установлен правильно.

Так согласно заключения эксперта, при поступлении ФИО9 в приемное отделение Ирафской ЦРБ дежурным врачом - хирургом состояние пострадавшей расценено как крайне тяжелое: отмечена заторможенность больной, бледность кожных покровов с синюшным оттенком носогубного треугольника и ногтевых фаланг, наличие нитевидного пульса, невозможность определить артериальное давление, глухих тонов сердца, резкое ослабление дыхания с крепитацией слева, значительное урежение частоты дыхательных движений, до 8 в минуту. Перечисленные симптомы в совокупности соответствовали крайне тяжелому состоянию больной и свидетельствовали о выраженной легочно-сердечной недостаточности, создающей угрозу жизни ФИО9, требующей немедленной госпитализации в реанимационное отделение.

Обследование ФИО9 с целью уточнения диагноза с момента поступления в приемное отделение и при дальнейшем пребывании в Ирафской ЦРБ проведено не полностью: не были выполнены общий анализ крови, определение гематокритного числа, времени свертывания крови, не диагностирована кровопотеря и не определена ее величина; не проведены общий анализ мочи, биохимическое исследование крови, рентгенологическое исследование органов грудной клетки и патологически измененных костных структур, не выполнено УЗИ внутренних органов.

Эксперт отмечает, что с учетом шокового состояния больной, в приемном покое назначены обезболивающие препараты (промедол), кровоостанавливающие (аминокапроновая кислота) а также препараты, восполняющие объем циркулирующей крови (полиглюкин, раствор Рингера), назначено симптоматическое лечение, направленное на улучшение сердечной и дыхательной деятельности (адреналин, мезатон). В приемном покое выполнены две инъекции - мезатон 1%-1,0 внутримышечно и гидрокортизон 8 мг внутримышечно, остальные назначения выполнялись в условиях палаты интенсивной терапии.

При множественных разрывах легких для спасения жизни больной должна была быть проведена операция - торакотомия, которая, в зависимости от хирургической находки и возможностей данной больницы (наличие специалистов соответствующего профиля и достаточного для проведения данной операции ее оснащения) могла сопровождаться либо ушиванием ран левого легкого, либо удалением его. Без оперативного вмешательства, только применением симптоматической терапии даже при наличии самых лучших лекарственных средств, спасти жизнь данной больной не представлялось возможным, так как многочисленные разрывы легкого приводят к массивной кровопотере и наступлению смерти.

Вместе с тем, эксперт делает вывод о том, что наступление смерти ФИО9 не находится в прямой причинной связи с неполным проведением обследования пострадавшей, так как выполнение всех диагностических мероприятий не могло предотвратить наступление смерти больной, поскольку причиной смерти явилась тяжесть самой травмы, а не действия медицинских работников.

Согласно ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

При рассмотрении настоящего дела, в судебном заседании истица и ее представитель настаивали на рассмотрении дела по имеющимся доказательствам, с выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ были согласны, о необходимости назначения по делу судебно-медицинской экспертизы не заявляли.

В силу ст. 56 ГПК РФ в данном случае именно на истце лежит обязанность представить доказательства причинно-следственной связи между действиями ответчика по оказанию медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти человека.

В соответствии с ч.3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Анализируя исследованные доказательства, а также принимая во внимание постановление следователя Алагирского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГг., согласно которому в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО9 в отношении заведующего отделением хирургии Ирафской ЦРБ ФИО12 и врача – реаниматолога той же больницы ФИО13 отказано, за отсутствием в их действиях составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 109, ч.2 ст.124 и ч.2 ст.293 УК РФ в совокупности с положениями ст. 61 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что действительно, несмотря на допущенные недостатки в оказании медицинской помощи ФИО9, доказательств тому, что указанные нарушения находятся в причинно-следственной связи с наступившими негативными последствиями в виде смерти последней, не имеется.

Таким образом, поскольку отсутствуют доказательства тому, что недостатки при оказании медицинской помощи находятся в причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями – смертью ФИО14, а также учитывая, что сам по себе неблагоприятный исход при оказании медицинской помощи не является достаточным основанием для возложения за него ответственности на лечебные учреждения, поскольку в медицинской практике неблагоприятный исход может иметь место как в результате ненадлежащих действий медицинского персонала, так и в результате надлежащих действий, то есть когда медицинский работник надлежащим образом выполнил свои профессиональные обязанности, а неблагоприятные последствия все же наступили, и их нельзя было избежать, суд приходит к выводу, что в данном случае доказательств вины ответчиков в наступлении вышеуказанных неблагоприятных последствий отсутствуют, в связи с чем отсутствуют и основания для компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований по исковому заявлению ФИО2 к ГБУЗ «Ирафская центральная районная больница» о возмещении морального вреда отказать за необоснованностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда РСО-Алания в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Ирафский районный суд РСО - Алания.

Председательствующий А.В. Цопанов