Решение № 2-254/2020 2-6300/2019 от 27 февраля 2020 г. по делу № 2-254/2020

Дело № 2-254/20

16RS0050-01-2018-010999-71


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 февраля 2020 года город Казань

Приволжский районный суд города Казани Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Чибисовой В.В., при секретаре судебного заседания Удияровой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе города Казани к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии,

УСТАНОВИЛ:

Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда в Приволжском районе города Казани Республики Татарстан обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии. В обоснование иска указано, что решением № от 04 октября 2012 года УПФР Приволжского района города Казани ответчику была назначена социальная пенсия по случаю потери кормильца в период обучения на очном отделении <данные изъяты>. Кроме того Решением УПФР Приволжского района города Казани ФИО1 установлена федеральная социальная доплата. Согласно сведениям <данные изъяты> ответчик отчислен приказом № от 03.11.2013 года. Однако, о данных обстоятельствах ответчик истца не уведомил. В связи с изложенным образовалась переплата пенсии за период с 01 декабря 2013 года по 30 ноября 2014 года в размере 65 380 рублей. Истцом ответчику было направлено требование о погашении задолженности, которое ответчиком добровольно не исполнено. На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 65 380 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 161 рубль 40 копеек.

В ходе судебного разбирательства представитель истца заявленные исковые требования поддержал.

Ответчик и его представитель иск не признали, заявили о пропуске истцом срока исковой давности, просили суд применить последствия пропуска срока исковой давности.

Выслушав пояснения представителя истца, ответчика и его представителя, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу положений статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Согласно пункту 1 и 2 статьи 4 Федерального закона от 28.12.2013 N400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Нетрудоспособные члены семей граждан, указанных в части 1 настоящей статьи, имеют право на страховую пенсию в случаях, предусмотренных статьей 10 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 N400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются: дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно пункту 1 части 3 статьи 25 Федерального закона «О страховых пенсиях» № 400-ФЗ выплата страховой пенсии прекращается в случае утраты пенсионером права на назначаемую страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов опровергающих достоверность сведений представленных в подтверждения права на указанную пенсию).

Согласно пункту 2 статьи 28 Федерального закона «О страховых пенсиях» № 400-ФЗ, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 7 статьи 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" социальная доплата к пенсии детям-инвалидам и детям, не достигшим возраста 18 лет, которым установлена страховая пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" или пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", устанавливается в соответствии с настоящей статьей в беззаявительном порядке со дня, с которого назначена соответствующая пенсия, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную социальную доплату.

Из материалов дела следует, что решением УПФР в Приволжском районе города Казани № от 04 октября 2012 года ФИО1 была назначена социальная пенсия по случаю потери кормильца (л.д. 24).

Также решением УПФР в Приволжском районе города Казани от 21 октября 2013 года № ФИО1 была установлена федеральная социальная доплата (л.д. 11).

Согласно справке, выданной <данные изъяты> от 27 сентября 2012 года №, ФИО1 действительно является студентом 1 курса очной формы обучения, экономического факультета Института гуманитарных знаний. Длительность обучения до 15 июля 2016 года. Зачислен по приказу № от 21 августа 2012 года (л.д. 17).

Из уведомления на запрос-ответ, дата формирования которого датирована 01.09.2015, направленного в отделение ПФР по Республике Татарстан с указанием даты формирования ответа 01.10.2015, в соответствии с договором об информационном взаимодействии в целях обоснованного пенсионного обеспечения и осуществления социальных выплат гражданам, являющимися учащимися (студентами) очной (дневной) формы обучения, сообщено, что ФИО1 отчислен из <данные изъяты> на основании приказа № от 03.11.2013.

Не согласившись с заявленными требованиями, ФИО1 указал, что очная форма обучения, несмотря на отчисление из вышеуказанного учебного заведения у него сохранилась, поскольку он продолжил обучение в другом учебном заведении.

Так, из справки от 26.09.2019 №, выданной <данные изъяты> ФИО1 являлся студентом факультета дизайна и программной инженерии, зачислен приказом от 30.07.2013 №, отчислен приказом от 08.09.2014 № за академическую неуспеваемость с 01.09.2014. Обучался по очной форме (л.д. 49).

Учитывая указанные обстоятельства, принимая во внимание, что очная форма обучения у ответчика сохранялась до 01.09.2014, неосновательное обогащение в виде излишне полученных денежных средств у ответчика до указанной даты не возникло.

Кроме того, ответчиком и его представителем заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности по требованиям об излишне выплаченных сумм пенсий и применении последствий пропуска срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Исходя из изложенного для решения вопроса об исчислении срока исковой давности по иску ГУ-УПФР в Приволжском районе города Казани к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии необходимо установить начальный момент течения данного срока, то есть день, когда пенсионный орган узнал или должен был узнать о нарушении ФИО1 предусмотренных нормативными правовыми актами условий, связанных с осуществлением выплаты пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты. При этом начало течения срока исковой давности должно совпадать с моментом возникновения у пенсионного органа права на иск и возможности реализовать его в судебном порядке.

Определяя начало течения срока исковой давности по заявленным требованиям, суд приходит к следующему.

Положением о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2122-I (далее - Положение о Пенсионном фонде Российской Федерации), предусмотрено, что Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Денежные средства Пенсионного фонда Российской Федерации не входят в состав бюджетов, других фондов и изъятию не подлежат (пункт 2 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает в том числе контроль за правильным и рациональным расходованием его средств (пункт 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации на Пенсионный фонд Российской Федерации возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, формируемых в том числе за счет федерального бюджета.

В судебном заседании представителем истца были даны пояснения, что запрос в отношении истца был направлен пенсионным органом в 2015 году в соответствии с письмом, полученным из ГУ Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Татарстан о необходимости проведения работы до 31 октября 2015 года по формированию файлов-запросов, содержащих сведения об учащихся и студентах, родителям которых выплачивается повышенный размер страховой пенсии, а также получающих пенсии по случаю потери кормильца, и направления в образовательные учреждения, зарегистрированные в качестве страхователей в Республике Татарстан согласно Инструкции пользователя по работе с письмами через ПК АРМ БПИ в соответствии с Регламентом об информационном взаимодействии Управлений ПФР в районах и городах Республики Татарстан с образовательными учреждениями. Также представителем истца было представлено соответствующее письмо от 21.10.2015 №ВА-16-3-26/5917, которое приобщено к материалам дела.

При этом, как пояснила представитель истца, ранее в 2013, 2014 годах в отношении ответчика проверка по факту его обучения путем направления соответствующих запросов не проводилась.

Учитывая во взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о сроке исковой давности нормативные положения, определяющие полномочия Пенсионного фонда Российской Федерации по контролю за правильным и рациональным расходованием его бюджета, при разрешении вопроса об исчислении срока исковой давности по заявленным требованиям, суд приходит к выводу, что при надлежащем осуществлении пенсионным органом контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, с учетом имеющихся у него полномочий по контролю за расходованием данных средств, своевременном направлении запросов в отношении ответчика, пенсионному органо могло быть известно об отчислении ответчика из учебного заведения в конце 2013 года и начале 2014 года (в пределах отчетных периодов).

При надлежащем осуществлении своих полномочий пенсионный орган при своевременном поступлении сведений о возможной утрате ответчиком права на получение пенсии по случаю потери кормильца и федеральных социальных доплат имел возможность приостановить выплаты для выяснения обстоятельств и проверки фактов, влияющих на продолжение осуществления пенсионным органом выплат ответчику.

Однако, запрос в отношении ответчика был сформирован лишь 01 сентября 2015 года (л.д. 92).

Суд также учитывает, что согласно материалам дела, уведомление на запрос-ответ об отчислении ответчика из учебного заведения датировано 01.10.2015 (л.д. 92), при этом иных доказательств о получении пенсионным органом в более поздние сроки истребуемых сведений, в материалы дела не представлено.

Доводы представителя истца о том, что о нарушенном праве пенсионному органу стало известно в декабре 2015 года отклоняются судом, поскольку, как следует из самого искового заявления, оно датировано истцом 10 сентября 2018 года за №, однако подано в суд 03 декабря 2018 года.

Поскольку с исковыми требованиями о взыскании излишне выплаченных сумм пенсий истец обратился в суд лишь 03 декабря 2018 года, то есть за пределами установленного законом трехлетнего срока исковой давности, что в силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, суд приходит к выводу, что в удовлетворении заявленных исковых требований надлежит отказать.

Таким образом, исковое заявление ГУ – УПФР в Приволжском районе города Казани к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Приволжском районе города Казани к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Приволжский районный суд города Казани Республики Татарстан.

Мотивированное решение изготовлено 06 марта 2020 года.

Судья Чибисова В.В.