Решение № 2-3482/2017 2-3482/2017~М-2224/2017 М-2224/2017 от 22 августа 2017 г. по делу № 2-3482/2017

Дело № 2-3482/2017 КОПИЯ


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 августа 2017 года г. Новосибирск

Ленинский районный суд г. Новосибирска в составе:

Судьи Бурнашовой В.А.,

при секретаре судебного заседания Палкиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным соглашения о разделе имущества и взыскании денежных средств,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит признать недействительным Соглашение о разделе имущества, приобретенного в период брака, и на квартиры от 27.12.2015 года, заключенного между истцом и ФИО2, взыскать с ФИО2 942 000 рублей, полученные по недействительной сделке.

В обоснование иска указано, что ФИО1 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке, в период брака - 27.12.2015 года стороны заключили оспариваемое Соглашение о разделе имущества, приобретенного в период брака, и на квартиры, условия которого предусматривают, что ФИО1 должен приобрести на имя ФИО2 однокомнатную квартиру стоимостью 2 500 000 рублей, для чего ФИО2 оформляет на себя ипотечный кредит, а ФИО1 берет на себя обязанность по погашению ипотечного кредита. В свою очередь после покупки квартиры в ипотеку ФИО2 отказывается от доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, а ФИО1 после полного погашения ипотечного кредита отказывается от своей доли в праве собственности на ипотечную квартиру. Заключенное соглашение ФИО1 считает недействительным с момента заключения по основанию, предусмотренному ст. 168 ГК РФ, поскольку Соглашение о разделе ипотечной квартиры заключено без согласия Банка-залогодержателя в нарушение требований ч. 2 ст. 346 ГК РФ и ст. 37 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3 доводы иска поддержали.

Ответчица ФИО2 и ее представитель ФИО4 против удовлетворения иска возражали, письменные возражения приобщены к делу (л.д. 38-39), полагают, что оспариваемое Соглашение было заключено на будущее время, еще до получения ипотечного кредита, в связи с чем согласие залогодержателя не могло быть получено; распоряжение ипотечной квартирой поставлено под условие полной выплаты ипотеки, чего еще не случилось; ФИО1 не наделен правами по защите интересов залогодержателя; срок исковой давности пропущен.

Представитель третьего лица – ПАО Сбербанк в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, направил отзыв (л.д.35), в котором указано на несоответствие формы Соглашения требованиям законодательства.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

При юридической квалификации правоотношений сторон спора суд исходит не из наименования оспариваемого Соглашения, а из его буквального содержания. При этом суд, как предписывает ст. 431 ГК РФ, в ходе судебного рассмотрения принял меры к выяснению у сторон действительной общей воли с учетом цели договора.

Из содержания оспариваемого Соглашения от 27.12.2015 года (л.д. 6-11) следует, что все договоренности супругов С-вых о разделе прав на совместно нажито имущество поставлены под условие приобретения на имя ФИО2 квартиры по ипотечному договору.

Так, в разделе 1 Соглашения (п.п. 1.1-1.6) С-вы планируют стоимость квартиры, размер первоначального взноса, срок кредитования, срок для досрочного погашения ипотечного кредита, порядок перечисления ипотечных взносов ФИО1 на счет ФИО2, условия отказа ФИО1 от доли в праве собственности на ипотечную квартиру после погашения всех денежных платежей, распоряжение на случай смерти ФИО2

В дальнейших разделах Соглашения (разделы 2 и 3) содержится договоренность сторон о последовательности действий супругов С-вых, которые они должны взаимно совершить, чтобы отказаться от прав на иное недвижимое имущество: после погашения ипотеки ФИО2 отказывается в пользу ФИО1 от прав на квартиру по <адрес> в <адрес>, после этого ФИО1 отказывается в пользу ФИО2 от прав на квартиру в <адрес>.

В 4-ом разделе Соглашения описано обязательство ФИО2 по вывозу личных вещей из квартиры по <адрес> в <адрес>, передаче ключей, обязательство не приходить в указанную квартиру и дать согласие на регистрацию малолетних детей ФИО1 от другой женщины.

В 5-ом разделе Соглашения стороны договариваются о том, кто из них и в какой срок будет подавать заявление о расторжении брака.

В 6-ом разделе Соглашения С-вы резюмируют, какое имущество достанется каждому из них после расторжения брака при условии выполнения договоренностей, касающихся квартиры, приобретение которой запланировано с использованием ипотечного кредита.

В 7-ом разделе Соглашения содержатся распоряжения по наследованию имущества в случае смерти ФИО1

Последующие положения Соглашения представляют собой взаимные заверения сторон о добровольности его заключения и обязательности исполнения.

Таким образом, как правильно указано в возражениях ответчицы, оспариваемое Соглашение представляет собой письменное изложение договоренностей сторон на будущее время, то есть договоренностей, которые должны исполняться при условии покупки квартиры в ипотеку и при условии погашения ипотечных взносов.

Действующее гражданское законодательство прямо предусматривает возможность подписания сторонами договоров о намерениях, меморандумы, которых содержат различную информацию об условиях предполагаемого взаимовыгодного договора (например, заверения об обстоятельствах – ст. 431.2 ГК РФ, введенная Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ).

При правовой оценке доводов иска о недействительности оспариваемого Соглашения суд учитывает, что в силу ст. 39 ГПК РФ основание и предмет иска определяет истец. Суд не обладает правом без согласия истца изменять основания или предмет исковых требований, заявленных истцом.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» обращено внимание судов на то, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом.

Согласно доводам иска, Соглашение супругов С-вых от 27.12.2015 года является недействительной сделкой в силу ст. 168 ГК РФ, поскольку не истребовано согласие залогодержателя – ПАО Сбербанк на отчуждение залога (предмета ипотеки).

Суд считает приведенный довод несостоятельным, поскольку в Соглашении от 27.12.2015 года не содержится указание конкретного предмета ипотеки, то есть не указана конкретная квартира (адрес, кадастровый номер объекта недвижимости), а само Соглашение от 27.12.2015 года заключено до заключения ипотечного кредитного договора от 11.02.2016 года (л.д.18).

На момент подписания Соглашения от 27.12.2015 года, которое суд квалифицировал как договор о намерениях (заверение об обстоятельствах), ипотечный договор не был заключен, С-вы не были собственниками квартиры по <адрес>428 в <адрес>, указанная квартира не была предметом ипотеки, а ПАО Сбербанк не был залогодержателем в отношении этой квартиры.

Также являются юридически несостоятельными ссылки стороны истца и третьего лица о том, что Соглашение от 27.12.2015 года ничтожно в связи с несоблюдением нотариальной формы соглашения (ст. 163 ГК РФ), которая в силу части 2 ст. 38 СК РФ обязательна для соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, так как:

во-первых, как отмечалось выше, оспариваемое Соглашение от 27.12.2015 года суд не считает в юридическом смысле соглашением о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака,

во-вторых, часть 2 статьи 38 СК РФ, устанавливающая, что соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено, - это редакция Федерального закона от 29.12.2015 N 391-ФЗ.

Редакция части 2 ст. 38 СК РФ, действовавшая на 27.12.2015 года, предусматривала, что по желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

Более того, современное гражданское законодательство, а именно положения п. 1 ст. 165 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ), предусматривают возможность конвалидации (оздоровления) сделки, не прошедшей нотариального удостоверения. Так, в указанной норме законодатель определяет, что если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, которая требует нотариального удостоверения, а другая уклоняется от выполнения требования закона к форме сделки, суд по требованию исполнившей сделку стороны вправе признать сделку действительной, добавляя, что в этом случае последующее нотариальное удостоверение сделки не требуется.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает в оспариваемом Соглашении от 27.12.2015 года пороков нотариальной формы и противоречий действующему законодательству, установленных для залогового имущества, что исключает удовлетворение искового требования о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному ст. 168 ГК РФ.

Подписание сторонами оспариваемого Соглашения от 27.12.2015 года не лишает сторон права на разрешение возникшего в ходе исполнения Соглашения спора о разделе совместно нажитого имущества супругов.

Исковое требование о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 денежной суммы в размере 942 000 рублей, якобы неосновательно полученной ФИО2 по недействительной сделке, является производным от искового требования о признании сделки недействительной. В удовлетворении данного искового требования суд также отказывает.

Руководствуясь нормами материального права, статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным соглашения о разделе имущества и взыскании денежных средств отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новосибирского областного суда в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Новосибирска.

Решение в окончательной форме изготовлено 28 августа 2017 года.

Судья (подпись) В.А. Бурнашова

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-3482/2017 в Ленинском районном суде г. Новосибирска.

Секретарь с/заседания

М.В. Палкина