Решение № 2-210/2019 2-210/2019~М-85/2019 М-85/2019 от 18 апреля 2019 г. по делу № 2-210/2019

Резолютивная часть

оглашена 19.04.2019

Мотивированное
решение

изготовлено 24.04.2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Звенигород 19 апреля 2019 года

Звенигородский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Фоменковой О.А.,

при секретаре Скоробогатовой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 ФИО16 к Государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Московской области «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» об отмене приказа о дисциплинарном взыскании, денежной компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Московской области «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» (ГБПОУ МО «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2») об отмене приказа о дисциплинарном взыскании, денежной компенсации морального вреда.

В обоснование иска указал, что с 2005 года находился в трудовых отношениях с ведомственным учреждением Министерства физической культуры и спорта Московской области, до 25.11.2018 занимая должность директора ГБПОУ МО «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2», а 25.11.2018 был принят на должность заместителя директора. Утверждает, что 10.01.2019 был осведомлен о том, что к нему незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. Полагает, что фактически мероприятий по примененному к нему дисциплинарному взысканию не проводилось, 13.12.2018 директором ФИО3 в ультимативной форме он был поставлен перед фактом оформления заявления об увольнении по собственному желанию; не выразив согласие на увольнение по инициативе работника, утром 14.12.2018 ФИО2 вследствие произошедшего нервного напряжения был госпитализирован в лечебное учреждение, где на стационарном лечении находился до 29.12.2018. Приказ о примененном дисциплинарном взыскании был предъявлен на ознакомление 10.01.2019, что не отрицалось истцом. В связи с дискриминацией в сфере трудовых отношений истец просил взыскать в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 60 000 руб.

В ходе судебного разбирательства требования истца поддержаны в полном объеме его представителем по доверенности ФИО4, которая на разрешении требований по существу настаивала, несмотря на то, что трудовые отношения с учреждением истец прекратил. Полагала, что отмена приказа о дисциплинарном взыскании восстановит законный интерес ФИО2, внесшего значительный, по ее мнению, вклад в развитие учреждения, восполнит те нравственные переживания, которые были причинены истцу при развивавшемся конфликте интересов.

Ответчик ГБПОУ МО «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» в судебное разбирательство обеспечил явку представителя по доверенности ФИО5, которая, поддерживая доводы письменных возражений, находила, что дисциплинарное взыскание применено с соблюдением предусмотренной процедуры, а тяжесть проступка - «неисполнение истцом своих прямых трудовых обязанностей» соответствует избранному виду дисциплинарного взыскания, ФИО2 ознакомили с приказом о наложении дисциплинарного взыскания в установленном законом порядке. Просила в иске отказать, полагая, что оснований для отмены приказа работодателя и компенсации морального вреда не имеется.

Третье лицо – Министерство физической культуры и спорта Московской области в лице представителя по доверенности ФИО6 находил применение дисциплинарного взыскания правомерным при соблюдении порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, дело разрешено в отсутствие явки представителя третьего лица, заявление удовлетворено на основании ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав доводы сторон, с учетом показаний допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истица при установленном факте нарушения работодателем процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

При этом под дисциплинарным проступком понимается виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Материалами дела подтверждается, что с 02.04.2010 по 22.11.2018 ФИО2 являлся директором государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Московской области «Училище (техникум) олимпийского резерва №2».

Приказом № 118 л/с от 26.11.2018 ФИО2 назначен на должность заместителя директора в порядке перевода, заключен трудовой договор № 351/18.

18.03.2019 ФИО2 уволен с занимаемой должности по основанию п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

На основании приказа ГБПОУ МО «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» от 13.12.2018 № 343-В к ФИО2 – заместителю директора применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, отсутствие должного контроля за работой подчиненных сотрудников во время исполнения обязанностей директора «УОР №2» Как следует из содержания данного приказа, основанием явилось Представление Одинцовской городской прокуратуры от 28.09.2018 № 7-1/2018 - в связи с выявленными нарушениями законодательства о профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, незаконного потребления наркотических и психотропных средств при проведении расследования (л.д. 46 т. 1).

В ходе судебного разбирательства установлено, что 10.12.2019 в учреждение поступило Представление Одинцовской городской прокуратуры № 7-1/2018 от 28.09.2018, которым утверждено, что в ходе проведенной проверки исполнения законодательства, направленного на профилактику наркомании, противодействие незаконному распространению наркотических средств и психотропных веществ среди несовершеннолетних в ГПБОУ МО «Училище олимпийского резерва № 2» в полной мере не осуществляется, предусмотренные действующим законодательством мероприятия по раннему выявлению незаконного потребления наркотических средств и психотропных веществ обучающимися в 2017-2018 г.г. не проводились, в порядке мер прокурорского реагирования предписано принять меры к устранению и недопущению впредь нарушений Федерального закона от 08.01.1998 № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», решить вопрос о привлечении должностных лиц, виновных в допущенных нарушениях, к дисциплинарной ответственности (л.д. 41 т. 1).

На основании названного представления приказом ГПБОУ МО «Училище олимпийского резерва № 2» от 10.12.2018 № 540 принято решение о проведении служебной проверки в отношении ФИО2, ранее исполняющего обязанности директора учреждения, утвержден состав комиссии по проведению служебной проверки: председатель комиссии – заместитель директора Губарев М.В., члены комиссии – заместитель директора по воспитательной работе ФИО7, механик ФИО8 (л.д. 225 т. 1).

Письменных доказательств об ознакомлении с таким приказом ФИО2 суду не представлено. Однако со стороны ответчика представлен Акт от 13.12.2018, подписанный комиссией в составе Губарева М.В., ФИО7, а также Маскаевой А.Е. (секретарь), содержание которого сводится к тому, что Губаревым М.В. в присутствии ФИО7 и Маскаевой А.Е. 10.12.2018 заместителю директора ФИО2 в устной форме было предложено дать объяснения по Представлению Одинцовской городской прокуратуры (в письменной форме), в течение 2 рабочих дней письменные объяснения не были предоставлены (л.д. 44 т. 1).

Факт осведомленности о проводимой служебной проверке сторона истца отрицает, указывая, что впервые ФИО2 был ознакомлен с приказом о дисциплинарном взыскании 10.01.2019, с приказом о проведении служебной проверки не знакомили, объяснения не требовали.

Составленный Акт об отказе ознакомления с приказом о наложении дисциплинарного взыскания от 10.01.2019 ФИО2 не оспаривает (л.д. 47 т. 1).

Разрешая требования по существу, суд руководствуется следующим.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Названный конституционный принцип, являясь гарантией справедливого правосудия, предполагает публичное представление и исследование доказательств по правилам, установленным отраслевым, в частности гражданским процессуальным законодательством.

На основании ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (ст. 57 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, в силу ч. 1 ст. 68 ГПК РФ подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Взыскание налагается при соблюдении процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности и в установленные законом сроки.

При этом в силу ст. 56 ГПК РФ на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные ч. ч. 3 и 4 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.

Из изложенного следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, является сам факт совершения работником дисциплинарного проступка и соблюдение порядка привлечения к ответственности.

Судом исследована представленная со стороны учреждения служебная записка заместителя директора Губарева М.В., оформленная 10.12.2018, из содержания которой следует, что Губарев М.В., излагая обстоятельства смерти воспитанника учреждения, устанавливает тот факт, что ФИО2 не предпринял никаких действий в расследовании по факту смерти. Также отражено, что 10.12.2018 по указанию директора им лично предложено ФИО2 написать объяснительную по данному факту, не получив служебную записку, «о чем свидетельствует акт о непредставлении письменных объяснений работником», предполагает, что данный факт был скрыт со стороны руководства (л.д. 42-43 т. 1).

Следует отметить, что в служебной записке от 10.12.2018 отражены обстоятельства, следующие по истечении двух дней, что ставит под сомнение актуальность даты документа, и, в целом, допустимость такого письменного доказательства по делу.

Также следует отметить, что в Предписании Одинцовской городской прокуратуры и служебной записке фактически содержатся два различных основания для применения к руководителю учреждения дисциплинарной ответственности.

Доказательств проведения мероприятий по установлению объективных данных по раннему выявлению незаконного потребления наркотических средств и психотропных веществ обучающимися в 2017-2018 г.г., о которых ведется речь в Предписании Одинцовской городской прокуратуры, помимо указанной выше служебной записки от 10.12.2018, не представлено.

При указанных обстоятельствах утверждать, что объективная сторона и состав дисциплинарного правонарушения работника присутствует, не представляется возможным. Вместе с тем, обстоятельства, при которых был совершен дисциплинарный проступок, имеют существенное значение и подлежат учету при определении меры дисциплинарного взыскания. С указанной целью законодатель в ст. 193 ТК РФ предусмотрел право работника в течение двух дней представить объяснения по факту совершенного проступка.

Обсуждая обстоятельства соблюдения гарантий, предусмотренных ст. 193 ТК РФ, судом установлено следующее.

В ходе судебного разбирательства в качестве свидетелей были допрошены:

- секретарь учреждения Маскаева А.Е., которая показала, что к служебной проверке она не имела никакого отношения, вместе с тем, предложенный на обозрение Акт от 13.12.2018 о непредставлении письменных объяснений работником (л.д. 44 т. 1) подписала она, по просьбе заместителя директора Губарева М.В.; также в связи со сменой руководства и изъятием журналов приказов следственными органами она вносила запись о приказе в журнал регистрации, датой его составления;

- ФИО7 показал, что на основании поступившего представления прокуратуры по служебной записке заместителя директора Губарева М.В. была назначена и проведена служебная проверка, по результатам которой директором было принято решение об объявлении выговора ФИО2, поскольку при исполнении обязанностей директора в 2017-2018 г.г. в учреждении не велась профилактическая работа с воспитанниками; также пояснил, что предложение дать объяснения ФИО2 выразил сам директор ФИО3, в служебном кабинете директора, при состоявшемся разговоре ФИО3 и ФИО2 он (свидетель) находился рядом с кабинетом директора и ему был слышен диалог; также рядом находилась секретарь Маскаева А.Е. и Губарев М.В., поэтому находит, что в данный момент ФИО2 и было предложено дать объяснения, от представления которых он (работник), по мнению свидетеля, уклонился; свидетель не смог пояснить, почему в комиссию был включен механик ФИО8, но однозначно сообщил суду, что мероприятиями по служебной проверке занимался Губарев М.В.;

- ФИО8 пояснил, что в учреждении работает механиком, в его подконтрольном подчинении находятся сотрудники гаража, он отвечает за эксплуатацию техники; механик не был осведомлен о включении его в состав комиссии, с приказами о проведении служебной проверки его не знакомили, участия в мероприятиях по ней не принимал, очевидцем каких-либо событий с участием ФИО2 он не являлся.

Таким образом, лица, назначенные членами комиссии, дали противоречивые показания по обстоятельствам служебной проверки, источнику осведомленности и доведения до работника требования дать объяснения. Секретарь Маскаева А.Е., которая в члены не утверждалась, утвердительно заявила, что не была очевидцем предложения сотруднику ФИО2 дать пояснения в письменной или устной форме, подписала Акт о непредставлении сотрудником объяснений по просьбе руководства.

Также в качестве свидетеля в ходе настоящего судебного заседания была допрошена ФИО9 (специалист по кадрам), из показаний которой установлено, что ей лично неизвестен ход событий по факту служебного расследования, она оформила приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности по заданию руководителя, внесла его данные в книгу приказов; пояснительную записку на имя ВРИО директора ФИО7, которая была представлена в суд (л.д. 139 т. 1), она оформила по требованию юрисконсульта.

Вызываемый дважды в качестве свидетеля (повестки на имя свидетеля с согласия получены представителем ответчика) Губарев М.В. в судебное заседание не явился, разрешение ходатайства свидетеля об отложении разбирательства дела действующим законодательством не предусмотрено.

Оценив непосредственно исследованные доказательства в их совокупности по правилам ст.ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ, в том числе, объяснения сторон с субъективными суждениями об осведомленности по факту проведения служебной проверки, письменные доказательства и свидетельские показания, суд приходит к убеждению о том, что бесспорных доказательств доведения до работника информации о проводимых служебных мероприятиях и соблюдении процедуры в соответствии с ч. 1 ст. 193 ТК РФ суду не представлено. Таким образом, следует придти к выводу о том, что в нарушение гарантий работнику не было предоставлено 2 рабочих дня для представления работодателю объяснений до применения дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Несоблюдение ответчиком процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности является безусловным основанием для признания приказа о применении дисциплинарного взыскания незаконным, вне зависимости от доводов о наличии оснований для применения к работнику мер дисциплинарного воздействия.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 разъясняется, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку ответчиком допущены нарушения трудовых прав истца, выразившиеся в незаконном наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора, что само по себе предполагает претерпевание им нравственных страданий, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца о денежной компенсации морального вреда. Определяя ее размер, суд учитывает обстоятельства выраженного конфликта, характер нарушений, допущенных ответчиком, принцип разумности и соразмерности, и приходит к выводу о том, что в таком случае компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. будет соответствовать балансу интересов сторон.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО2 ФИО17 к Государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Московской области «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» об отмене приказа о дисциплинарном взыскании, денежной компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Приказ ГБПОУ Московской области «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» «О применении дисциплинарного взыскания» от 13.12.2018 № 343-В – признать незаконным.

Взыскать с ГБПОУ Московской области «Училище (техникум) олимпийского резерва № 2» в пользу ФИО2 ФИО18 денежную компенсацию морального вреда 10 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в ФИО1 областной суд через Звенигородский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий - судья О.А. Фоменкова