Решение № 2-1232/2019 2-1232/2019~М-1091/2019 М-1091/2019 от 18 сентября 2019 г. по делу № 2-1232/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ город Кинель

Кинельский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего судьи БРИТВИНОЙ Н.С.

при секретаре ВОЛКОВОЙ Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кинеле

гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО6, о признании единственным владельцем квартиры и об устранении препятствий в пользовании квартирой,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО8 о признании единственным владельцем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и об устранении препятствий в пользовании квартирой, расположенной по адресу: <адрес>.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве соответчиков привлечены ФИО3, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО6

В судебном заседании истец ФИО7 исковые требования поддержал и пояснил суду, что решением Кинельского районного суда Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт принятия наследства им после смерти ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ, вследствие чего он является единственным наследником после её смерти. Полагает, что он является наследником первой очереди после смерти ФИО9, ссылаясь на то, что в ДД.ММ.ГГГГ его отец и ФИО9 вступили в брак. По его мнению, вступив в брак, его отец тем самым усыновил детей ФИО9, а ФИО9 усыновила детей его отца, то есть его и его брата. Поскольку в силу этого ФИО9 приходится ему матерью, он считает себя наследником первой очереди и не считает себя наследником седьмой очереди. Поэтому полагает, что в решении суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым был установлен факт принятия им наследства после смерти ФИО9, ошибочно было указано, что ФИО9 приходится ему мачехой. Поскольку решением суда установлен факт принятия им наследства после смерти ФИО9, поэтому он является единственным наследником после её смерти, а соответственно, является единственным владельцем <адрес>. Также считает, что он является единственным владельцем квартиры в силу следующего. Данная квартира была предоставлена его отцу и матери ФИО9. Отец умер в ДД.ММ.ГГГГ. На момент смерти отца квартира не была приватизирована. После смерти отца, в квартире осталась проживать мать ФИО9, которая приватизировала квартиру только на себя. Больше в приватизации никто не участвовал. В квартире действительно проживал сын ФИО9 – ФИО10, однако на момент приватизации спорной квартиры, ФИО10 был прописан в <адрес> и поэтому не мог участвовать в приватизации спорной квартиры. Несмотря на то, что из БТИ ему была выдана справка о том, что спорная квартира была приватизирована на двоих: ФИО9 и ФИО10, однако считает данный договор поддельным, как считает поддельным наследственное дело после смерти ФИО9, которое, по его мнению, было создано после его первоначального обращения в суд в ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая, что он является единственным наследником после смерти ФИО9, поэтому просит признать его единственным владельцем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и обязать ответчиков устранить препятствия в пользовании квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, передав ему ключи от спорной квартиры.

Ответчик ФИО8, являющийся также на основании доверенности представителем ответчика ФИО3, в судебное заседание не явился, хотя был надлежаще извещён о времени и месте рассмотрения дела.

Ранее в судебном заседании ответчик ФИО8, являющийся также на основании доверенности представителем ответчика ФИО3, исковые требования истца ФИО7 не признал и пояснил суду, что он, ФИО8, является собственником <данные изъяты> квартиры, расположенной по адресу <адрес>, что подтверждается свидетельством на праве собственности. Иными собственниками квартиры являются ФИО5 <данные изъяты> на праве собственности, ФИО3 - <данные изъяты> доли на праве собственности, что подтверждается соответствующими документами, о чем внесены сведения в единый государственный реестр недвижимости. После смерти наследодателей, а именно, его отца ФИО10, умершего ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которой он приходится внуком, он своевременно и в установленном законом порядке обратился к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство. Нотариусом было открыто наследственное дело, явившегося основанием для вступления его и иных наследников в права наследования за данным объектом имущества и выдачи соответствующего свидетельства. В свою очередь, нет ни одного правого основания для притязаний ФИО7 в отношении спорного объекта имущества. При рассмотрении данного дела, просим суд не принимать во внимание Решение Кинельского районного суда по делу №, в качестве судебного Акта имеющего преюдициальную силу, для рассмотрения настоящих правоотношений по следующим основаниям. Действительно в силу требований ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные решением суда обязательны, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела в котором участвуют те же лица. Однако он не был участником гражданского дела №, более того о данном судебном разбирательстве и соответствующем решении суда, ему стало известно лишь в ходе судебного заседания по настоящему делу. У него есть все основания утверждать, что имея представления об истинном круге наследников, действуя исключительно недобросовестно и во вред иным участникам правоотношений, в попытках неосновательного обогащения, ФИО7 в рамках рассмотрения дела представил суду недостоверные сведения, намерено исказил круг наследников и заинтересованных лиц. Как и не соответствует действительному: родство между ФИО7 и ФИО9, добросовестное, не нарушающие прав третьи лиц вступление ФИО7 во владение имуществом и несения бремя его содержания, а также утверждения ФИО7, что он, ФИО8, владеет имуществом по фальшивым, поддельным документам. Таким образом, у ФИО7 отсутствую правовые основания для притязаний на квартиру, наследником первой очереди и сыном ФИО9 истец не является, а обращение в суд с настоящим иском является ни чем иным как злоупотреблением правом со стороны ФИО7 и его попытками неосновательного обогащения. Исходя из изложенного, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО6, исковые требования ФИО7 также не признала и пояснила суду, что ФИО9 имела одного сына ФИО10, у которого в свою очередь был сын ФИО11, который приходился отцом ФИО5. ФИО11, отец ФИО5, умер ДД.ММ.ГГГГ. После него ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО10, дедушка ФИО5, а затем ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО9, которая таким образом, приходилась ФИО5 прабабушкой. ФИО5, как наследник в порядке представления, принял наследства и после смерти дедушки ФИО4, и после смерти прабабушки ФИО9. При этом, срок для принятия наследства в порядке представления после смерти ФИО9 ФИО5 был восстановлен решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, которое вступило в законную силу. После вступления решения суда от ДД.ММ.ГГГГ в законную силу, нотариусом в рамках открытых наследственных дел после смерти ФИО10 и ФИО9 были определены доли наследников, а именно ФИО8, ФИО3 и ФИО5, и только данные лица являются наследниками после смерти ФИО9, как наследники первой очереди. Истец ФИО7 относится к наследникам седьмой очереди, в связи с чем, право истца не может быть предметом судебной защиты, так как он не может наследовать после смерти ФИО9, поскольку имеются наследники первой очереди в порядке представления. Поэтому просит в удовлетворении иска ФИО7 отказать в полном объеме.

Выслушав пояснения истца ФИО7, законного представителя ответчика ФИО5, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО7 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу статьи пункта 1 статьи 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Пунктом 2 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

В силу пункта 1 статьи 1146 Гражданского кодекса Российской Федерации доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем (пункт 2 статьи 1114), переходит по праву представления к его соответствующим потомкам в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1142, пунктом 2 статьи 1143 и пунктом 2 статьи 1144 настоящего Кодекса, и делится между ними поровну.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО9, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.26).

У наследодателя ФИО9 имелся наследник первой очереди – сын ФИО10, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.130), который умер раньше наследодателя, а именно, ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о его смерти (л.д.119).

Установлено, что ФИО9 и ФИО10 являлись собственниками (по <данные изъяты> каждый) квартиры, расположенной по адресу: <адрес> что подтверждается Договором передачи квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.134). Право собственности указанных лиц было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с требованиями законодательства, действовавшего на момент заключения договора, а именно в Бюро технической инвентаризации (л.д.134 – оборотная сторона).

Установлено также, что у ФИО10 имелись двое детей: сын ФИО11, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.127), и ФИО8, ответчик по делу, что также подтверждается свидетельством о рождении (л.д.131).

Из материалов дела следует, что ФИО11 умер ранее своего отца ФИО10, а именно ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.128).

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится сыном умершему ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 (л.д.129).

В силу пункта 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

При этом пунктом 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Из материалов дела следует, что после смерти ФИО10, умершего ДД.ММ.ГГГГ, было открыто наследственное дело № (л.д.118-158). С заявлениями о принятии наследства по закону обратились наследники первой очереди: ФИО5 и ФИО3, как внуки умершего в порядке представления (л.д.120, л.д.123); ФИО9, как мать умершего (л.д.121), ФИО8, как сын умершего (л.д.122).

Данные наследники обратились к нотариусу с заявлениями в установленные статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации сроки.

Также из материалов дела следует, что после смерти ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ, было открыто наследственное дело № (л.д.25-115). С заявлением о принятии наследства по закону после смерти ФИО9 обратился ФИО8, как наследник первой очереди в порядке представления (л.д.27), с заявлением о принятии наследства по завещанию обратился ФИО12 (л.д.28).

Вместе с тем, решением Кинельского районного суда Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, как наследнику в порядке представления после смерти прабабушки ФИО9, был восстановлен срок для принятия наследства после смерти ФИО9, ФИО5 признан принявшим наследство после смерти ФИО9, а ФИО12 признан не принявшим наследство после смерти ФИО9 (л.д.72-77). Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что после смерти ФИО9 наследство приняли наследники первой очереди в порядке представления.

Из материалов дела следует, что ответчики ФИО8, ФИО3, ФИО5, как наследники, принявшими наследство после смерти ФИО10 и ФИО9, являются собственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12-13). Основанием для государственной регистрации права собственности на спорную квартиру за ответчиками явились свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО10 (л.д.138-140) и после смерти ФИО9 (л.д.45-46).

Заявляя требование о признании единственным владельцем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, истец ФИО7 ссылается на то, что он является единственным наследником после смерти ФИО9, поскольку решением суда от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт принятия им наследства после её смерти.

Действительно решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, установлен факт принятия наследства ФИО7 после смерти ФИО9 (л.д.5-7).

Однако данным решением установлено, что ФИО7 является наследником седьмой очереди, так как ФИО9 приходилась истцу ФИО7 мачехой.

Пунктом 1 статьи 1145 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если нет наследников первой, второй и третьей очереди (статьи 1142 - 1144), право наследовать по закону получают родственники наследодателя третьей, четвертой и пятой степени родства, не относящиеся к наследникам предшествующих очередей.

Из пункта 3 статьи 1145 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что, если нет наследников предшествующих очередей, к наследованию в качестве наследников седьмой очереди по закону призываются пасынки, падчерицы, отчим и мачеха наследодателя.

Из указанных выше обстоятельств следует, что ответчики ФИО8, ФИО5 являются наследниками первой очереди в порядке представления после смерти ФИО9 (ответчик ФИО3 с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО9 в порядке представления не обращался).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что, несмотря на решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлен факт принятия ФИО7 наследства после смерти ФИО9, он не может наследовать после смерти ФИО9, поскольку относится к наследникам седьмой очереди, которые призываются к наследованию только в случае отсутствия наследников предыдущих очередей. В данном же случае наследство после смерти ФИО9 приняли наследники первой очереди в порядке представления, а именно ФИО8, ФИО5.

Доводы ФИО7 о том, что вступление в брак его отца и ФИО9 автоматически повлекло его усыновление ФИО9, не основаны на нормах семейного законодательства.

В силу статьи 107 Кодекса о браке и семьи РСФСР (утратившего силу с ДД.ММ.ГГГГ) усыновление подлежит обязательной регистрации в органах записи актов гражданского состояния по месту вынесения решения об усыновлении.

Вместе с тем, из свидетельства о рождении ФИО7 следует, что его матерью является ФИО13 (л.д.161). Документы, подтверждающие усыновление ФИО9 истца ФИО7 истцом в суд не представлено.

При этом решением Кинельского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО7 приходится ФИО9 пасынком, а не сыном.

Доводы истца ФИО7 о том, что наследственное дело после смерти ФИО9 было создано только после его обращения в суд в ДД.ММ.ГГГГ являются надуманными и ничем не подтверждены.

Также как являются голословными и надуманными доводы ФИО7 о том, что в приватизации спорной квартиры участвовала только ФИО9, так как сын ФИО9 – ФИО10 на момент приватизации квартиры в квартире не проживал и не был зарегистрирован.

Как уже указывалось выше по Договору передачи квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, квартира была передана в долевую собственность ФИО9 и ФИО10 (л.д.39).

При этом из справки ООО «Рустеп» следует, что ФИО10 был зарегистрирован в спорной квартире с ДД.ММ.ГГГГ по день смерти ДД.ММ.ГГГГ (л.д.163).

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что на момент приватизации спорной квартиры ФИО10 обладал равным правом с ФИО9 на участие в приватизации спорной квартиры.

Ответчики подтвердили в ходе рассмотрения дела, что ФИО10 на момент приватизации квартиры проживал в квартире вместе с матерью ФИО9.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В Постановлении Европейского суда по правам человека от ДД.ММ.ГГГГ по делу «ФИО14 против Российской Федерации» указано, что «бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том кто его отрицает».

Таким образом, суд считает, что в нарушение требований статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом ФИО7 не представлено относимых, допустимых и достаточных в своей совокупности и взаимосвязи доказательств, подтверждающих его право на спорную квартиру, как наследника после смерти ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая указанное выше, суд считает, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО7 о признании его единственным собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, не имеется, а потому в удовлетворении данных требований ФИО7 следует отказать.

При этом, учитывая, что исковые требования ФИО7 о возложении обязанности на ответчиков устранить препятствий в пользовании спорной квартиры путем передачи ему ключей от квартиры, являются производными от его требования о признании его единственным собственником квартиры, в удовлетворении которого отказано, поэтому отсутствуют основания для удовлетворения также и данных требований ФИО7.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований ФИО7 следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО8, ФИО3, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО6, о признании единственным владельцем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и об устранении препятствий в пользовании квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Кинельский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

председательствующий –