Решение № 2-667/2019 2-667/2019~М-374/2019 М-374/2019 от 26 мая 2019 г. по делу № 2-667/2019

29RS0024-01-2019-000490-75



Дело № 2-667/2019
27 мая 2019 года
город Архангельск

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Соломбальский районный суд г.Архангельска в составе председательствующего судьи Долгиревой Т.С. при секретаре Мажура Т.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора цессии, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора цессии, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указала, что между ФИО2 и ФИО3 заключен договор цессии от 12.02.2019, который считает мнимой сделкой, поскольку заключен взаимосвязанными лицами, направлен на отчуждение принадлежащего ответчику имущества, минуя процедуру, предусмотренную ФЗ «Об исполнительном производстве». Имеет место злоупотребление правом. Указала, что в производстве ОСП по Соломбальскому округу г. Архангельска находится исполнительное производство по взысканию с ФИО2 в пользу истца денежных средств в размере 35000 руб. в качестве возмещения судебных расходов по гражданскому делу №2-28/2018 (№13-53/2018). Задолженность по исполнительному производству не погашается. Поскольку у ФИО2 отсутствуют денежные средства и имущество, на которое может быть обращено взыскание, в принудительном порядке получить причитающиеся денежные средства получить будет невозможно, также истец будет лишен возможности произвести взаимозачет взаимно исключающих требований, т.к. с нее в пользу ФИО2 взыскано 15 000 руб. Просила признать договор уступки прав требований (цессии) от 12.02.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным в силу его ничтожности, применить последствия недействительности сделки.

ФИО1 в судебное заседание не явилась, её представитель ФИО4 на удовлетворении исковых требований настаивала. Просила признать договор уступки прав требований от 12.02.2019, заключённый между ФИО2 и ФИО3, недействительным в силу его ничтожности, применить последствия недействительности сделки, то есть вернуть стороны в первоначальное положение. Считает данную сделку мнимой, поскольку это очевидно, исходя из пояснений сторон, заключена она между взаимосвязанными лицами. Срок возврата по договору займа, заключенного между ФИО2 и ФИО3, не наступил. Договор цессии направлен на то, чтобы исключить получение ФИО1 денежных средств, получение задолженности в рамках исполнительного производства. В сделке не указано, что исполнено по договору займа. ФИО2 на момент заключения договора цессии знала о том, что у нее имеется обязательство по выплате задолженности. На сегодняшний день имеется ряд исполнительных производств, которые она не погашает. Судебный пристав-исполнитель не может связаться с ФИО2, в судебные заседания она не является. Также известно, что ФИО2 сдает свою квартиру и получает доход.

ФИО2 в судебное заседание не явилась, её представитель ФИО5 с иском не согласился, поддержал позицию, изложенную в отзыве, из которой следует, что между ФИО2 и ФИО3 23.04.2018 был заключен договор №170/6/2017, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридическую помощь в представлении интересов в суде по иску ФИО1 Стоимость услуг по договору составила 21000 руб. Услуги оплачены ФИО2 в полном объеме. 17.07.2018 между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор №170/7/2017, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридическую помощь в представлении интересов по взысканию судебных расходов. Стоимость услуг по договору составила 12000 руб. Услуги оплачены ФИО2 в полном объеме. Для оплаты оказанных услуг ФИО2 заняла денежные средства у ФИО3 В связи с взысканием в пользу ФИО2 судебных расходов с ФИО1 в размере 15000 руб. ФИО2 переуступила право требования по исполнительному листу. Считает, что истец не привела ни одного довода о наличии охраняемого законом интереса в признании указанной сделки недействительной, невозможность получения истцом с ответчика денежных средств по имеющимся обязательствам в связи с заключением договора цессии ничем не подтверждена и не обоснована.

ФИО3 с иском не согласился, так как истец никакого отношения к сделке не имеет.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО6 в удовлетворении иска просил отказать. Пояснил, что у ФИО2 имеются долговые обязательства и перед ФИО3, поэтому подлежат защите и его права.

Выслушав явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, определением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 14.12.2018 с ФИО1 в пользу ФИО2 взысканы расходы на оплату услуг представителя по гражданскому делу №2-893/2018 в размере 15000 руб.

При рассмотрении данного дела судом было установлено, что 23.04.2018 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор №170/6/2017, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридическую помощь в представлении интересов в суде по иску ФИО1 Стоимость услуг по договору составила 21000 руб. Услуги были оплачены ФИО2 в полном объеме, что подтверждается платежными документами от 23.04.2018, 13.06.2018, 02.07.2018.

17.07.2018 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор №170/7/2017, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридическую помощь в представлении интересов по взысканию судебных расходов. Стоимость услуг по договору составила 12000 руб. Услуги были оплачены ФИО2 в полном объеме, что подтверждается платежным документом от 17.07.2018.

Как пояснили ответчики, их представители, а также подтверждается материалами дела, по договорам от 23.04.2018, 17.07.2018 ФИО2 заняла денежные средства у ФИО3, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела договоры займа.

12.02.2019 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор уступки прав требований (цессии), согласно которому ФИО2 уступила ФИО3, а последний принял все права требования к ФИО1 о возмещении 15000 руб. на оплату услуг представителя по гражданскому делу №2-893/2018, а также права, обеспечивающие исполнение указанных обязательств, и другие, связанные с указанными требованиями.

В силу ст. ст. 382, 384 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Таким образом, совершение сделки по уступке права требования к должнику направлено на замену кредитора в обязательстве, право требования по которому переходит к новому кредитору, принимающему меры по его реализации. Лицо, предъявляющее требование о признании уступки недействительной, вправе заявить такое требование, если имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 3 ст. 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По основанию мнимости недействительной сделкой может быть признана лишь та сделка, которая характеризуется отсутствием направленности воли сторон на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Мнимый характер сделка носит в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее заключении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении сделки.

Таким образом, для признания сделки мнимой обязательно наличие следующих обстоятельств - стороны совершают сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена, они преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре, и хотят создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. При этом мнимые сделки заключаются лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки.

Бремя доказывания вышеперечисленных обстоятельств возложено на истца.

Пояснения ответчиков, их действия указывают на реальный характер совершенной между ними 12.02.2019 сделки. Сделка заключена сторонами в установленной письменной форме, содержит все существенные условия договора. Между сторонами существуют реальные обязательства по договорам займа, которые частично могут быть исполнены посредством заключения договора цессии.

Стороной истца не доказана иная воля сторон сделки.

Достоверных и объективных доказательств мнимости сделки истец в суд вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представил.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства наступления иных правовых последствий, чем те, которые предусмотрены заключенной сторонами сделкой уступки требования, договор уступки прав (требования) сторонами исполнен, права и законные интересы истца не нарушены, суд приходит к выводу о том, что истец документально не подтвердил мнимый характер оспариваемой сделки.

Согласно п. 1 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГКРФ).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу, установленному п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательства, свидетельствующие о злоупотреблении правом со стороны ответчиков, истцом также не представлены.

Истец не лишена возможности защиты своего права (в связи с неисполнением судебного акта о взыскании денежных средств с ФИО2) в установленном законом порядке в рамках исполнительного производства.

На основании изложенного оснований для удовлетворения иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора цессии, применении последствий недействительности сделки не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора цессии, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Соломбальский районный суд г. Архангельска в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья Т.С. Долгирева

Решение в окончательной форме составлено 31 мая 2019 года.