Апелляционное определение № 33-543/2026 от 3 февраля 2026 г.

Судья Ковалёнок АВ Дело № 33-543/2026

УИД 70RS0004-01-2025-000285-45


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Жолудевой МВ,

судей Порохнюк ЕН, Титова ТН,

при секретаре Яковченко ВС,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело № 2-2428/2025 по иску «Газпромбанк» (акционерное общество) к ФИО1, ФИО2 о расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по кредитному договору,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Томска от 23.09.2025.

Заслушав доклад судьи Жолудевой МВ, объяснения ответчика ФИО2, поддержавшей апелляционную жалобу, представителя истца ФИО3, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

«Газпромбанк» (АО) обратилось в суд с иском к наследственному имуществу З., в котором, с учетом уточнения требований, просило расторгнуть кредитный договор от 23.11.2023 № /__/, заключенный между «Газпромбанк» (АО) и З. с даты вступления решения суда в законную силу; взыскать с ответчиков солидарно в пользу истца сумму долга по кредитному договору от 23.11.2023 № /__/, заключенному между «Газпромбанк» (АО) и З., по состоянию на 27.11.2024 в размере 137340,85 рублей, из которых: задолженность по основному долгу – 96403,94 рублей, задолженность по процентам – 31191,70 рублей, задолженность по неустойке – 9745,21 рублей; взыскать с ответчиков солидарно в пользу истца сумму неустойки по кредитному договору от 23.11.2023 № /__/ по ставке в размере 0,1 процента от суммы просроченной задолженности по основному долгу и процентам за каждый день нарушения обязательства в день, начисленные на сумму фактического остатка просроченного основного долга и процентов с 28.11.2024 по дату расторжения кредитного договора в пределах стоимости наследственного имущества; взыскать с ответчиков солидарно в пользу истца сумму судебных расходов, связанных с уплатой государственной пошлины, в размере 25120,23 рублей.

В обоснование указано, что 23.11.2023 между Банком ГПБ (АО) и З. заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) № /__/, в соответствии с которым последней предоставлен кредит в форме овердрафта с использованием банковской карты. Заемщик получил банковскую карту с рассрочкой платежа и льготным периодом кредитования, максимальный срок кредита по которому составлял по 23.11.2053. Сумма кредитного лимита составила 100000 рублей, сумма обязательного платежа определена в размере 5% от суммы предоставленного кредита на конец предыдущего месяца, но не менее 500 рублей плюс начисленные проценты за пользование кредитом в течение предыдущего месяца. Процентная ставка для заемщика за пользование кредитом в пределах лимита задолженности составляет 24,9% годовых, 39,8% годовых, 59,9% годовых. В связи с нарушением заемщиком своих обязательств по кредитному договору банк направил заемщику уведомление от 17.09.2024, в котором потребовал погасить всю задолженность по договору и расторгнуть кредитный договор, однако данное требование оставлено без удовлетворения. По состоянию на 27.11.2024 задолженность З. составляет 137340,85 рублей. /__/ З. умерла, в связи с чем требования предъявлены к наследникам заемщика.

Протокольным определением судьи Советского районного суда г. Томска от 07.05.2025 произведена замена ненадлежащего ответчика – наследственного имущества З. на надлежащих – ФИО2, ФИО1.

Определением Советского районного суда г. Томска от 07.05.2025 настоящее гражданское дело передано по подсудности в Октябрьский районный суд г. Томска.

Определением Октябрьского районного суда г. Томска от 24.07.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «СОГАЗ».

Дело рассмотрено в отсутствие представителя истца «Газпромбанк» (АО), ответчика ФИО1, представителя третьего лица АО «СОГАЗ».

Ответчик ФИО2 в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Решением Октябрьского районного суда г. Томска от 23.09.2025 исковые требования «Газпромбанк» (АО) удовлетворены частично.

Расторгнут кредитный договор от 23.11.2023 № /__/, заключенный между «Газпромбанк» (АО) и З. с даты вступления решения суда в законную силу.

С ФИО2, ФИО1 солидарно в пользу «Газпромбанк» (АО) взыскана сумма долга по кредитному договору от 23.11.2023 № /__/, заключенному между «Газпромбанк» (АО) и З., по состоянию на 27.11.2024 в размере 127595,64 рублей, из которой: задолженность по основному долгу – 96403,94 рублей, задолженность по процентам – 31191,70 рублей; сумма неустойки по кредитному договору от 23.11.2023 № /__/ по ставке в размере 0,1 процента от суммы просроченной задолженности по основному долгу и процентам за каждый день нарушения обязательства в день, начисленные на сумму фактического остатка просроченного основного долга и процентов с 26.03.2025 по дату расторжения кредитного договора в пределах стоимости наследственного имущества; судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины в размере 24761,60 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение Октябрьского районного суда г. Томска от 23.09.2025 отменить, в удовлетворении иска отказать.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Судом не учтено, что Банк также являлся выгодоприобретателем по договору страхования в силу положений закона. Сведений о том, что АО «Газпромбанк» обращался в страховую компанию за получением страхового возмещения в материалах дела не представлено.

Отмечает, что отсутствуют сведения о том, что З. был предоставлен договор страхования по ее заявлению о присоединении к программе коллективного страхования и она знала о том, кто является выгодоприобретателем по данному договору помимо Банка.

Полагает, что страхователь АО «Газпромбанк» не выполнил возложенную на него обязанность уведомить о наступлении страхового случая как страховщика, так и наследников умершего заемщика, тем самым злоупотребив своим правом. Являясь профессиональным участником правоотношений в сфере финансовых услуг, истец сознательно допустил ситуацию, когда вместо погашения задолженности по кредитному договору за счет страховой выплаты, она взыскивается с наследственного имущества.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников процесса, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 настоящей главы, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

На основании п.1 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Пунктом 1 ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Обязательство, возникающее из договора займа (кредитного договора), не связано неразрывно с личностью должника, кредитор может принять исполнение от любого лица, поэтому такое обязательство смертью должника не прекращается.

Согласно ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности, что предусмотрено ч. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Из разъяснений, содержащихся в п. 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В п. 61 вышеуказанного постановления также указано, что, поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).

Поскольку обязанность по погашению задолженности по кредитному договору не связана с личностью заемщика, она переходит в порядке универсального правопреемства к наследникам заемщика.

В силу ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23.11.2023 между З. и «Газпромбанк» (АО) заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт для физических лиц № /__/, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредитную карту «Visa Gold» с лимитом в сумме 100000 рублей, на срок до 23.11.2053 включительно, под 24,9% годовых в первые 2 расчетных периода, 39,8% годовых с 3 расчетного периода, 59,9% годовых по операциям снятия наличных / перевода денежных средств.

Пунктом 12 кредитного договора № /__/ от 23.11.2023 установлено, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств, указанных в договоре, взимаются пени в размере 0,1% годовых от суммы просроченной задолженности за каждый день нарушения обязательства.

Выпиской из лицевого счета подтверждается факт предоставления 23.11.2023 заемщику лимита кредитования, в дальнейшем заемщиком совершались расходные операции по оплате приобретения товаров и услуг, а также по погашению задолженности по кредитному договору. В результате совершенных операций по использованию кредитных средств по состоянию на 26.11.2024 сумма основного долга составляла 96403,94 руб.

В соответствии с п. 4.3.1 Общих условий заемщик обязуется погашать кредит и проценты за пользование кредитом в порядке, предусмотренном договором, а также оплачивать комиссии банка в соответствии с тарифами.

В силу п. 3.4.1 Общих условий погашение кредита осуществлялось со счета заемщика, указанного в Индивидуальных условиях.

В связи с ненадлежащим исполнением условий кредитного договора «Газпромбанк» (АО) направило З. требование о полном досрочном погашении задолженности в срок до 21.10.2024 и расторжении кредитного договора.

Из представленного расчета задолженности следует, что задолженность З. по договору потребительского кредита № /__/ от 23.11.2023 по состоянию на 27.11.2024 составляет 137340,85 рублей, из которой: задолженность по основному долгу – 96403,94 рублей, задолженность по процентам – 31191,70 рублей, задолженность по неустойке – 9745,21 рублей.

/__/ З. умерла, на день смерти обязательства по возврату кредита с причитающимися процентами не исполнено.

С заявлением о принятии наследства после смерти З. обратилась ее сестра Л.

/__/ Л. умерла.

Наследниками, заявившими свои права на наследство Л., являются ФИО2, ФИО1.

Разрешая спор, суд первой инстанции, установив наличие неисполненного обязательства З. перед «Газпромбанк» (АО), пришел к выводу о том, что в порядке наследственной трансмиссии к ответчикам ФИО2, ФИО1 перешла обязанность по погашению задолженности по кредитному договору в пределах стоимости полученного в порядке наследования имущества, оставшегося после смерти З.

Выводы суда первой инстанции являются верными, оснований с ними не соглашаться не имеется.

Решение суда в части размера неисполненного обязательства перед «Газпромбанк» (АО) апеллянтом не оспаривается, в связи с чем на основании ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 №16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», не является предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Доводы ФИО2 о том, что истец является выгодоприобретателем по договору страхования в силу положений закона, должен был обратиться в страховую компанию за получением страхового возмещения, за счет которого погасить образовавшуюся задолженность, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Согласно п. 1 и 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с п. 1 ст. 924 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховщиком.

Согласно п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Пунктом 2 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

На основании ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В заявлении-анкете на получение банковской карты с предоставлением кредита в форме овердрафта от 23.11.2023 следует, что З. просила подключить ей программу страхования в соответствии с Правилами подключения к программе коллективного страхования от несчастных случаев и болезней держателей расчетных банковских карт с предоставлением кредита в форме овердрафта и Условиями страхования к договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней. Программа страхования – А (том 1, л.д. 11).

Согласно заявлению о присоединении к договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней от 23.11.2023, являющемуся неотъемлемой частью договора страхования, З. просила включить ее в список застрахованных лиц по договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней /__/ от 20.12.2022, заключенного между АО «СОГАЗ» и АО «Газпромбанк» (том 1, л.д. 224-225).

В данном заявлении З. указала выгодоприобретателем по вышеуказанному договору страхования: по риску «Инвалидность I, II группы в результате НСиБ» - себя; по риску «Смерть в результате НСиБ» - своих наследников.

В соответствии с п. 3 Памятки получателю страховых услуг по договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней /__/ от 20.12.2022 в редакции от 15.09.2023, выгодоприобретателями являются: по риску «Инвалидность I, II группы в результате НСиБ» - застрахованное лицо; по риску «Смерть в результате НСиБ» - наследники застрахованного лица (том 1, л.д. 225-226).

Таким образом, вопреки доводам ответчика, «Газпромбанк» (АО) не является выгодоприобретателем по договору страхования и не правомочен обращаться к страховщику для получения в счет задолженности по кредитному договору страховой выплаты.

Следовательно, наличие вышеуказанного договора страхования не препятствует взысканию задолженности по кредитному договору с ответчиков. При этом вопросы, связанные с установлением факта наступления страхового случая, находятся за рамками настоящего спора.

На этом же основании отклоняется и довод апелляционной жалобы о том, что Банк, располагая данными о смерти заемщика, не предоставил данные сведения страховщику, поскольку обязанность по уведомлению страховщика о наступлении страхового случая на истца не возложена.

Как верно указал суд первой инстанции, наследники не лишены возможности обратиться в АО «СОГАЗ» в случае, если полагают, что смерть З. обладает признаками страхового случая.

Ссылки ответчика на то, что З. не был предоставлен договор страхования, она не знала, кто является выгодоприобретателем по данному договору, судебной коллегией отклоняются поскольку в заявлении о присоединении к договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней от 23.11.2023 заемщик подтвердила, что ознакомлена с «Правилами общего добровольного страхования от несчастных случаев и болезней» Страховщика в редакции от 31.08.2022, размещенными на сайте Страховщика, Условиями страхования к Договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней /__/ от 20.12.2022 в редакции от 15.09.2023, Памяткой получателю страховых услуг по Договору коллективного страхования держателей кредитных карт от несчастных случаев и болезней /__/ от 20.12.2022 в редакции от 15.09.2023, Ключевым информационным документом об условиях добровольного страхования.

Кроме того, выразила согласие на получение Правил в виде ссылки на сайте Страховщика и получением условий страхования, размещенных на сайте страховщика (том 2, л.д. 224-225).

Объективные доказательства тому, что АО «Газпромбанк» является выгодоприобретателем по договору страхования, заключенного между АО «СОГАЗ» и З., в материалах дела отсутствуют.

Доводы апеллянта в указанной части основаны на неверном толковании норм материального права, в связи с чем подлежат отклонению

С учетом изложенного, решение суда является законным и обоснованным, отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь п.1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Томска от 23.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) по правилам, установленным гл.41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 18.02.2026.