Решение № 2-10422/2025 2-1115/2026 2-1115/2026(2-10422/2025;)~М-8449/2025 М-8449/2025 от 7 апреля 2026 г. по делу № 2-10422/2025

УИД 03RS0005-01-2025-013161-05

Гражданское дело № 2-1115/2026(2-10422/2025)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 марта 2026 года город Уфа

Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Искандаровой Т.Н.,

при секретаре судебного заседания ФИО8,

с участием процессуального истца помощника прокурора ФИО10,

представителя материального истца ФИО15,

представителя ответчика ФИО14,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1115/2026 по исковому заявлению прокурора Кировского района г. Уфы Республики Башкортостан, действующего в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Комплекс строй» о компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве,

установил:

прокурор Кировского района г. Уфы Республики Башкортостан, действующий в интересах ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ООО «Комплекс строй» о компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве.

В обоснование исковых требований истец указал, что ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Комплекс строй» на основании трудового договора № от 29 апреля 2025 г. в должности кровельщика.

Актом о расследовании несчастного случая от 07 августа 2025 г., установлено следующее. Несчастный случай с тяжелым исходом произошел 10 мая 2025 г. в 14:30 час. с кровельщиком ООО «Комплекс Строй» ФИО1 на территории строительной площадки на объекте «Образовательный комплекс Уфа-450, первый пусковой комплекс: здание школы на 1 225 мест, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, Октябрьский район, земельный участок с кадастровым номером 02:55:020614:7969, в результате падения пострадавшего в технологический вентиляционный проем с высоты отметки +11 600 м. на отметку +3 900 м.

Несчастный случай произошел при выполнении ФИО1 своих должностных обязанностей, предусмотренных трудовым договором в интересах ООО «Комплекс Строй». Причины несчастного случая: неосуществление закрытия вентиляционного проема, а также не обеспечение знаками безопасности на месте производства работ.

На основании изложенного, прокурор Кировского района г. Уфы Республики Башкортостан просит взыскать с ООО «Комплекс строй» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Определением суда от 22 декабря 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены лица, допустившие нарушение требований охраны труда - мастер ООО «Комплекс Строй» ФИО2, начальник участка ООО «ПроектСтройКомплекс» ФИО3, директор ООО «Комплекс Строй» ФИО4.

Представителем ООО «Комплекс Строй» ФИО13 представлено возражение на исковое заявление, из которого следует, что после несчастного случая ООО «Комплекс Строй» предприняло незамедлительные меры по оказанию помощи пострадавшему работнику. В период с 11 мая по 20 сентября 2025 года ответчиком была добровольно выплачена денежная помощь в размере 165 000 рублей денежными переводами. Денежные средства были собраны руководством компании и переданы путем денежных переводов через работника ООО «Комплекс Строй» ФИО6 Т.Г., получателем денежных переводов являлся ФИО1 12 мая 2025 года, через день после инцидента, работники предприятия по инициативе ООО «Комплекс Строй» собрали 198 000 рублей, которые были переданы ФИО1 через его гражданскую жену в присутствии граждан ФИО9. Таким образом, общая сумма денежной помощи составила 363000 рублей. Ответчик полагает, что значительная сумма добровольно предоставленной помощи в размере 363 000 рублей в сочетании с организационной и моральной поддержкой, сохранением трудовых отношений, продолжающимися выплатами по больничным листам, отсутствием умысла в действиях работодателя и немедленным реагированием на несчастный случай должны быть учтены судом как существенные смягчающие обстоятельства при определении размера компенсации морального вреда. До настоящего времени, ФИО1 ни с какими письменными заявлениями о возмещении ему компенсации морального вреда, в адрес руководства ООО «КОМПЛЕКС СТРОЙ» не обращался, своего недовольства со сложившимися обстоятельствами не выражал. Ответчик не оспаривает обязанность компенсации морального вреда работнику ФИО1 и признает свою вину в необеспечении безопасных условий труда. Вместе с тем, ответчик считает, что требуемый размер компенсации в 500 000 рублей не отвечает требованиям разумности и справедливости и не учитывает добровольно предоставленную помощь в размере 363 000 рублей, оказание организационной и моральной поддержки, сохранение трудовых отношений с работником, продолжающиеся выплаты по больничным листам, отсутствие умысла в действиях работодателя, немедленное реагирование и принятие мер после несчастного случая, а также отсутствие в исковом заявлении обоснования и расчета заявленной суммы. На основании изложенного, ответчик просит отказать в удовлетворении исковых требований прокурора Кировского района г. Уфы о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей. В случае удовлетворения иска, ответчик просит существенно снизить размер компенсации морального вреда с учетом отсутствия надлежащего обоснования заявленной суммы в исковом заявлении, уже предоставленной помощи в размере 363 000 рублей, обстоятельств, смягчающих ответственность работодателя, принципов разумности и справедливости, а также сложившейся судебной практики по аналогичным делам.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, обратился с заявлением о рассмотрении дела без его участия.

Третьи лица мастер ООО «Комплекс Строй» ФИО6 Т.Г., начальник участка ООО «ПроектСтройКомплекс» ФИО3, директор ООО «Комплекс Строй» ФИО5 И.З. в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело без участия лиц, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения гражданского дела.

Процессуальный истец - помощник прокурора Кировского района г. Уфы ФИО10, представитель материального истца ФИО15, в судебном заседании исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Комплекс Строй» по доверенности ФИО14 в судебном заседании исковые требования не признал, ссылаясь на доводы, изложенные в возражении на иск.

Изучив и оценив материалы гражданского дела, выслушав стороны, исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации следует, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч.2 ст.7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч.1 ст.41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч.3 ст.37).

Согласно ст. 22 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует, что несчастный случай на производстве – событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Статьей 212 Трудового кодекса РФ на работодателя возложены обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда. Работодатель обязан обеспечить расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса РФ следует, что расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса РФ, следует, что расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

Согласно ч. 1 ст. 229.2 Трудового кодекса РФ следует, что при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

Из положений ст.229.2 Трудового кодекса РФ и п.23 Положения «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учете несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев, на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Минтруда России от 24 октября 2002 года №73 следует, что на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Результаты расследования несчастного случая в обязательном порядке оформляются актом в установленной форме в двух экземплярах, которые имеют равную юридическую силу. Данное требование распространяется как на несчастные случаи, связанные с производством (ч.1 ст.230 Трудового кодекса РФ), так и те случаи, которые не связаны с производством (ч.8 ст.230 Трудового кодекса РФ).

В абзаце 3 п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Таким образом, для учета несчастного случая, как произошедшего на производстве, необходимо, чтобы увечье или иное повреждение здоровья было получено работником при исполнении трудовых обязанностей в рабочее время.

Согласно п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует, что право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Таким образом, одним из обязательных условий для возникновения у лица права на обеспечение по страхованию в связи с получением вреда здоровью на производстве является наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве, наличие их последствий, степень тяжести для определения порядка проведения расследования несчастного случая, степени утраты трудоспособности в результате несчастного случая.

В соответствии с ч. 4 ст. 27 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в случае нарушения прав и свобод человека и гражданина, защищаемых в порядке гражданского и административного судопроизводства, когда пострадавший по состоянию здоровья, возрасту или иным причинам не может лично отстаивать в суде или арбитражном суде свои права и свободы или когда нарушены права и свободы значительного числа граждан либо в силу иных обстоятельств нарушение приобрело особое общественное значение, прокурор предъявляет и поддерживает в суде или арбитражном суде иск в интересах пострадавших.

Согласно ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений.

Судом установлено, что ФИО1 с 29 апреля 2025 г. состоял в трудовых отношениях с обществом с ограниченной ответственностью «Комплекс Строй», работая в должности кровельщика на основании трудового договора № 4 от 29 апреля 2025 г.

10 мая 2025 г. в 14 часов 30 минут на территории строительного объекта «Образовательный комплекс «Уфа-450» (первый пусковой комплекс — здание школы на 1 225 мест по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, Октябрьский район, земельный участок с кадастровым номером 02:55:020614:7969) при исполнении ФИО1 трудовых обязанностей произошёл несчастный случай. Пострадавший упал в технологический вентиляционный проем с высоты отметки +11,600 м на отметку +3,900 м, то есть с перепадом высоты около 7,7 метра.

В соответствии с приказом директора ООО «Комплекс ФИО16» №/К от 07 мая 2025 г. дни 08–11 мая 2025 г. были объявлены рабочими для мастера ФИО6 Т.Г. и кровельщиков ФИО11 и ФИО1 ввиду производственной необходимости. 10 мая 2025 г. мастеру ФИО6 Т.Г. заместителем директора ФИО14 выдан наряд-допуск на выполнение работ по монтажу кровельного покрытия на 4 блоке здания школы. Мастером ФИО6 Т.Г. проверено выполнение подготовительных мероприятий, после чего дано разрешение на начало работ.

В 08 часов 00 минут начальник участка ООО «ПРОЕКТСТРОЙКОМПЛЕКС» ФИО3 совместно с мастером ФИО6 Т.Г. поднялись на кровлю блока 4 на отметку +11,600 м. До обеденного перерыва работы выполнялись в соответствии с планом. После перерыва мастер ФИО6 Т.Г. и кровельщик ФИО11 отправились на склад за материалом. Кровельщик ФИО1 направился к месту выполнения работ, где решил присесть на бортик ограждения проема под вентиляцию, не заметив, что щит ограждения вентиляционного проема снят, а сам проем завален отходами теплоизоляционного материала и полиэтиленовой пленки, вследствие чего его ноги оказались над закрытым мусором проемом. При попытке встать произошло обрушение пленки вместе с мусором, в результате чего ФИО1 упал на пол второго этажа (отметка +3,900 м).

Согласно медицинскому заключению ГБУЗ РБ Городская клиническая больница № г. Уфы (учетная форма № 315/у) у ФИО1 установлены следующие повреждения: открытый оскольчатый перелом средней трети обеих костей правой голени со смещением отломков, рваная рана в области средней трети правой голени с дефектом мягких тканей, закрытый стабильный компрессионный перелом L2, L3 позвонков без нарушения функции спинного мозга. В соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанные повреждения отнесены к категории тяжёлых.

Актом о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 07 августа 2025 г., составленным по результатам расследования, проведённого комиссией с участием государственного инспектора труда, представителей Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, Министерства семьи и труда Республики Башкортостан, Федерации профсоюзов Республики Башкортостан, несчастный случай квалифицирован как связанный с производством и подлежит учёту и регистрации у ответчика.

Причинами несчастного случая признаны: неосуществление закрытия вентиляционного проема и необеспечение знаками безопасности на месте производства работ, а также недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, выразившиеся в недостатке разработанных мер по управлению профессиональными рисками. Нарушены требования абзаца 2 части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 82 Правил по охране труда при работе на высоте, утверждённых Приказом Минтруда России от 16 ноября 2020 г. № 782н, а также части 2, абзацев 2 и 3 части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации.

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, признаны: мастер ООО «Комплекс Строй» ФИО6 Т.Г. (не осуществил закрытие вентиляционного проема и обеспечение знаками безопасности), начальник участка ООО «ПРОЕКТСТРОЙКОМПЛЕКС» ФИО3 (не обеспечил выполнение совместных мероприятий по организации безопасного проведения строительно-монтажных работ), директор ООО «Комплекс Строй» ФИО5 И.З. (допустил недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда).

Из акта расследования также следует, что с ФИО1 были проведены вводный инструктаж (29 апреля 2025 г.), первичный инструктаж на рабочем месте (29 апреля 2025 г.), стажировка (8–9 мая 2025 г.), обучение по охране труда (29 апреля – 7 мая 2025 г.), выданы протоколы проверки знаний требований охраны труда. Пострадавший прошёл предварительный медицинский осмотр 29 апреля 2025 г., противопоказаний к работе кровельщиком не выявлено. ФИО1 обеспечен средствами индивидуальной защиты в полном объёме, включая страховочную привязь, что подтверждается личной карточкой учёта выдачи СИЗ.

Вместе с тем комиссией установлено, что в Плане производства работ на высоте не были определены места закрепления страховочных канатов и других устройств, что в нарушение абзаца 2 части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации и подпункта «ж» пункта 36 Правил по охране труда при работе на высоте, утверждённых Приказом Минтруда России от 16 ноября 2020 г. № 782н, лишило работника возможности надлежащим образом использовать выданную страховочную привязь. В связи с этим комиссией сделан вывод об отсутствии вины самого пострадавшего.

Таким образом, акт о расследовании несчастного случая, акт о несчастном случае на производстве, свидетельствуют о том, что 10 мая 2025 г. с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве при исполнении им трудовых обязанностей, травма получена на рабочем месте, что явилось причиной причинения ФИО1 тяжкого вреда здоровью.

Как установлено в судебном заседании указанные акт о несчастном случае, акт о расследовании несчастного случая на производстве сторонами не были обжалованы, обстоятельства и причины несчастного случая установлены указанными актами и вышеуказанными доказательствами по делу.

Ответчик вопреки положениям ч.2 ст.1064 ГК РФ не представили суду доказательств отсутствия своей вины в причинение вреда истцу.

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Оценивая поведение пострадавшего в момент происшествия, суд принимает во внимание, что в акте о расследовании несчастного случая от 07 августа 2025 г. и в заключении государственного инспектора труда отсутствуют указания на наличие грубой неосторожности ФИО1 Комиссией прямо установлено, что вина кровельщика ФИО1 не усматривается, поскольку проем был завален отходами теплоизоляционного материала и полиэтиленовой пленки, скрывавшими опасность, а щит ограждения вентиляционного проема был снят.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии как умысла, так и грубой неосторожности в действиях истца, в связи с чем основания для уменьшения размера компенсации морального вреда по данному основанию отсутствуют.

Вина работодателя заключается в необеспечении безопасных условий труда и техники безопасности на объекте, что подтверждено актом о несчастном случае на производстве формы Н-1 и не оспаривалось ответчиком в судебном заседании.

Согласно ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Статья 212 ТК РФ устанавливает, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласност.1068 ГК РФюридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно ч. 3 ст. 8 ФЗ от 24июля1998года N125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст.237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно абзацу 1 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как указано в абзаце 1 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда (абзац 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Разрешая исковые требования, суд с учетом вышеприведенных норм материального права, установленных по делу обстоятельств, исходя из представленных медицинских документов, учитывая длительность восстановительного периода и наступившее ограничение в жизни истца, с учетом степени вины причинителя вреда, а также теми обстоятельствами, что в действиях истца отсутствует грубая неосторожность; как в момент получения травмы, так и в момент лечения истец испытывал значительные физические страдания, связанные с физической болью, значительные нравственные страдания, связанные с отрывом от трудовой деятельности, другой деятельности, которой обычно занимался, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд в соответствии с пунктом 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» учитывает в качестве смягчающего обстоятельства факт выплаты работнику компенсации морального вреда в добровольном порядке, а также обстоятельства, свидетельствующие о предпринятых работодателем попытках урегулирования трудового спора во внесудебном порядке.

Из материалов дела следует, что ответчиком после несчастного случая добровольно оказана пострадавшему денежная помощь в общей сумме 363 000 рублей, что подтверждается пояснениями представителя ответчика и не оспаривается истцом. Кроме того, работодателем сохранены трудовые отношения с пострадавшим, последнему в полном объёме производятся выплаты по листкам нетрудоспособности, оказывалась помощь продуктами первой необходимости с доставкой на дом, осуществлялись посещения в больнице.

Вместе с тем, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в абзаце втором пункта 24 указанного Постановления Пленума, согласно которым факт получения потерпевшим добровольно предоставленной компенсации не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства, суд приходит к выводу о том, что добровольная выплата в размере 363 000 рублей не позволяет в полном объёме компенсировать причинённые потерпевшему физические и нравственные страдания с учётом тяжести полученных травм и их последствий.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего. ФИО1 получил множественные тяжёлые травмы: открытый оскольчатый перелом обеих костей правой голени со смещением отломков, повлекший дефект мягких тканей, а также компрессионный перелом двух поясничных позвонков. Данные повреждения несомненно сопровождались острой физической болью в момент травмирования, в период стационарного лечения и последующей реабилитации. Травма носила длительный восстановительный характер, что подтверждается характером переломов (оскольчатый, со смещением). Полученные повреждения повлекли временную утрату профессиональной трудоспособности, ограничение возможности ведения привычного образа жизни.

Суд также учитывает, что ФИО1, являясь молодым работником (на момент травмы – 32 года), перенёс нравственные страдания, связанные с невозможностью продолжать трудовую деятельность в обычном режиме, необходимостью длительного лечения и реабилитации, а также с переживаниями по поводу последствий травмы для его здоровья в будущем.

Принимая во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, фактические обстоятельства причинения вреда (отсутствие грубой неосторожности потерпевшего, нарушение работодателем требований охраны труда), добровольную выплату ответчиком денежных средств в размере 363 000 рублей, а также требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 237 000 рублей. Указанная сумма, по мнению суда, не является чрезмерно малой и позволяет в достаточной степени компенсировать перенесённые истцом страдания с учётом уже полученной им добровольной помощи.

В соответствии с требованиями ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования прокурора Кировского района г. Уфы Республики Башкортостан, действующего в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Комплекс строй» о компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Комплекс строй» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 237 000 рублей.

Взыскать с ООО «Комплекс строй» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход бюджета городского округа г. Уфа в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда составлено 8 апреля 2026 года.

Судья Т.Н. Искандарова