Решение № 2-175/2024 2-6/2025 2-6/2025(2-175/2024;)~М-36/2024 М-36/2024 от 27 января 2025 г. по делу № 2-175/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Железногорск-Илимский 28 января 2025 года

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующей судьи Кайзер Н.В.,

при секретаре судебного заседания Сыченковой Е.С.,

с участием прокурора Колобкова Ф.В., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6/2025 по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что является сестрой погибшего 18.07.2023 года на территории, принадлежащей ответчику, при исполнении служебных обязанностей ФИО3, *** года рождения. Из первого сообщения с работы о гибели брата, поступившего в первой половине дня, изначально стало известно о том, что брата направило вышестоящее должностное лицо на производственный объект, который ранее в мае 2022 года был признан аварийным, за частью металлической конструкции, в результате падения балки конструкции брат скончался. В следующем сообщении от ответчика, поступившем во второй половине дня, была извещена о том, что брат самостоятельно пошел отправлять естественные надобности на аварийный объект, в результате падения на него балки конструкции погиб. Доводы второго сообщения и вовсе не понятны, поскольку на территории работодателя имеется уборная, которая намного ближе от рабочего места, нежели аварийный объект, и брату было вовсе нецелесообразно направляться на аварийный объект, подвергая себя риску получения производственной травмы. При обращении в морг для получения справки о смерти, получила медицинское свидетельство о смерти серии *** *** от ***, в которой указано, что причиной смерти брата стал: отек головного мозга, электротравма на улице. Ответчик всеми доступными средствами и силами пытается переложить ответственность в произошедшем на ее брата, однако в силу закона он непосредственно несет, в том числе, и гражданско-правовую ответственность за принадлежащий ему аварийный объект, дополнительно, как работодатель, обязан обеспечить работнику безопасные условия труда. Актом о несчастном случае были установлены обстоятельства дела, однако этот акт принят голосованием большинством голосов, членов комиссии, которые напрямую заинтересованы в исходе дела. В частности, в состав комиссии вошли должностные лица напрямую ответственные за контроль по соблюдению техники безопасности, следовательно, для того чтобы избежать ответственности проголосовали за акт, который в настоящее время и принят в такой редакции. Дополнительно за этот акт проголосовал представитель страховой компании, который также на прямую заинтересован в исходе дела, поскольку страховой компании в силу закона надлежит производить страховые выплаты. Дополнительное расследование, проведенное Инспекцией по труду Иркутской области, установило должностных лиц, виновных в несоблюдении и отсутствии контроля за техникой безопасности. После гибели брата не может жить обычной жизнью, у нее ухудшилось состояние здоровья, начали обостряться ранее приобретенные заболевания, постоянно плачет и скучает по брату. Стала реже выходить из дома, окружение ее больше не радует, обычные занятия, которыми ранее занималась вместе с братом, стали ей в тягость. Их эмоциональные связи с братом были очень близкими, он постоянно заботился о ней, по нескольку раз в день разговаривали по телефону, совместно выезжали на дачный участок, в город и за город отдыхать, обсуждали, принимая совместные решения, проблемы и события, строили планы на будущее, проводили вместе свободное время. Он регулярно приходил в гости со своей дочерью, возил на машине на прогулки, в магазин, аптеку и развлекательно-досуговые места. Нарушение прав и охраняемых законом интересов истца заключается в причинении морального вреда владельцем источника повышенной опасности при наличии трудовых отношений и не обеспечении безопасных условий труда. Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснила, что в их семье было четверо детей – три сестры и младший брат. Брат был намного младше ее, рос на ее глазах, поэтому у нее к нему были больше материнские чувства. Во взрослом возрасте, когда у брата появилась семья, родился ребенок, она постоянно приезжала к нему домой ему, помогала с ребенком. Они постоянно созванивались с друг другом, проводили вместе свободное время, ходили друг к другу в гости, брат часто советовался с нею по любым вопросам. Все семейные праздники, мероприятия также проводили вместе, так как у них очень дружная семья. Утрата близкого и родного человека изменило всю ее жизнь, это стало для нее шоком, моральные страдания и горечь потери до сих пор очень сильно эмоционально окрашены, она плохо спит, когда собираются вместе с сестрами и мамой, постоянно все плачут, вспоминая брата. После смерти брата на фоне стресса стала чаще болеть простудными заболеваниями. Дополнила, что за психологической не обращалась, старалась справиться сама.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности от 01.11.2024 года, в судебном заседании заявленные истцом требования не признала по доводам, изложенным в письменном отзыве, дополнительно указав, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда не отвечает признакам разумности.

Третьи лица - ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статей 59, 60 и 67 ГПК РФ, заслушав заключение прокурора, полагавшего заявленные исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 150 ГК РФ предусмотрено, что, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и другие нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями (бездействиями), нарушающими его личные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие не материальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 (до заключения брака – ФИО6, ФИО7, ФИО8), *** года рождения, является родной сестрой ФИО3, *** года рождения, что следует из представленных в материалы дела свидетельств об их рождении, справок и свидетельства о заключении брака.

ФИО3 на основании трудового договора № 393 от 11.06.2014 года, с учетом дополнительных соглашений от 03.10.2022 года и от 19.01.2023 года к нему, состоял в трудовых отношениях с ПАО «Коршуновский ГОК» в должности слесаря по ремонту дорожно-строительных машин и тракторов 3 разряда Участка по ремонту технологического транспорта и специализированной техники Отделения по ремонту и техническому обслуживанию Автотранспортной службы.

18.07.2023 года на территории ПАО «Коршуновский ГОК» произошел несчастный случай, в результате которого наступила смерть ФИО3

В соответствии со свидетельством о смерти, ФИО3, *** года рождения, умер ***, о чем составлена запись акта о смерти *** от ***.

По результатам расследования несчастного случая работодателем составлен Акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве № 9, утвержденный 10.11.2023 года, смерть ФИО3 квалифицирована комиссией в качестве несчастного случая, связанного с производством, причиной смерти ФИО3 явился отек головного мозга вследствие воздействия электрического тока.

Из указанного акта следует, что несчастный случай произошел при следующих обстоятельствах.

18.07.2023 года ФИО3 выдан наряд в первую смену с 08 час. 00 мин. до 20 час. 00 мин на выполнение работ по демонтажу КПП фронтального погрузчика К-701, местом работы определено РММ.

В указанную же дату в 09 час. 10 мин. за боксом по ремонту дорожно-строительных машин Автотранспортной службы под высоковольтным кабелем обнаружено тело слесаря по ремонту ФИО3 без признаков жизни.

В ходе проведенного расследования установлено, что место происшествия представляет собой участок лесополосы, находящейся выше склада ГСМ и бокса по ремонту дорожно-строительной техники Автотранспортной службы, где расположена ВЛЭП № 44. В пролетах № 32 - № 32-1 ВЛЭП № 44 провисание алюминиевых проводов марки АС120/19 с минимальным расстоянием до земли в один метр. Деревянная опора № 32 ВЛЭП №44, установленная в трубе железобетонного подножника, имеет крен 40 градусов в сторону опоры № 32-1, и у основания железобетонного подножника опоры № 32 имеет место излом опоры по верхнему краю стальной трубы. Провода фаз В,С ВЛЭП № 44 в пролетах опор № 32 и № 32-1, расположенные над телом пострадавшего, имеют следы термического оплавления наружного слоя по длине 1,5 метра. Оборудованием, использование которого привело к смерти, является алюминиевый провод марки АС120/19 воздушной линии электропередач ВЛЭП № 44, находящийся под напряжением 6000 В.

Комиссия пришла к выводу, что причиной несчастного случая явилось неудовлетворительное состояние зданий, сооружений, территории, в том числе, неудовлетворительное состояние строительных конструкций зданий и сооружения, предназначенных для осуществления технологических процессов, хранения сырья или продукции, перемещения людей и грузов, локализации и ликвидации последствий аварий, выразившееся в не проведении капитального ремонта деревянной опоры № 32 ВЛЭП № 44, чем нарушены статья 214 Трудового кодекса РФ, пункт 1.3 Приказа Минтруда России от 15.12.2020 № 903н «Об утверждении Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок», пункты 538, 543 Приказа Минэнерго России от 04.10.2022 № 1070 «Об утверждении Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации и о внесении изменений в приказы Минэнерго России от 13 сентября 2018 № 757, от 12 июля 2018 № 548».

Кроме того, в качестве сопутствующих причин несчастного случая указано на необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в нарушении пункта 4.5 Должностной инструкции мастера по ремонту № КГОК.ДИ.0400-0414-0402-07.03-04-23, обязывающего его контролировать путем обследования рабочих мест, выполнение рабочими сменного наряд - задания, правильное использование производственных площадей, оборудования, оснастки и инструмента, соблюдение санитарных норм и чистоты в производственных и бытовых помещениях на участке ремонта технологического транспорта и специализированной техники.

Ответственным лицом за допущенные нарушения требований законодательства, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю, указан управляющий директор ПАО «Коршуновский ГОК» ФИО4, который не обеспечил безопасные условия труда работников, а именно, не организовал проведение работ, связанных с проведением капитального ремонта ВЛЭП № 44 с деревянной опорой № 32, в результате чего произошло падение опоры № 32 ВЛЭП № 44 вследствие ее излома по верхнему краю стальной трубы железобетонного подножника, чем нарушил статью 214 Трудового кодекса РФ, пункт 1.3 Приказа Минтруда России от 15.12.2020 № 903н «Об утверждении Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок», пункты 538, 543 Приказа Минэнерго России от 04.10.2022 № 1070 «Об утверждении Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации и о внесении изменений в приказы Минэнерго России от 13 сентября 2018 № 757, от 12 июля 2018 № 548».

Также в качестве ответственного лица за допущенные нарушения требований законодательства, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю, в акте расследования указан мастер по ремонту ПАО «Коршуновский ГОК» ФИО5, который не осуществлял контроль за работой подчиненного персонала по наряду от 18.07.2023 года, чем нарушил пункт 4.5 Должностной инструкции мастера по ремонту № КГОК.ДИ.0400-0414-0402-07.03-04-23.

Тем самым, в ходе расследования несчастного случая на производстве было установлено, что работодателем допущено неудовлетворительное содержание деревянной опоры № 32 ВЛЭП № 44, разрушение которой привело к поражению электрическим током работника ФИО3, повлекшего его смерть. При этом, каких-либо виновных действий ФИО3, состоящих в причинно-следственной связи с произошедшим, комиссией не установлено.

Вступившим в законную силу решением Нижнеилимского районного суда Иркутской области от 30.08.2024 года по гражданскому делу № 2-85/2024 года отказано в удовлетворении исковых требований Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к ПАО «Коршуновский ГОК» о признании незаконным вышеназванного акта о несчастном случае на производстве.

В соответствии со статьей 18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Частью 3 статьи 37 Конституции РФ установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции РФ следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе РФ введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абз. 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Согласно абз. 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с абз. 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что суд в силу статьей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, ПАО «Коршуновский ГОК» допустило в отношении своего работника ФИО3 нарушение норм трудового законодательства по обеспечению безопасных условий и охраны труда при выполнении им трудовых обязанностей. Такое нарушение работодателем требований законодательства, предъявляемым к безопасности и охране труда, повлекло гибель ФИО3

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

При определении круга лиц, относящихся к близким, следует руководствоваться положениями абз. 3 статьи 14 Семейного кодекса РФ, согласно которым близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

Так, из содержания искового заявления и объяснений истца, данных в судебном заседании, следует, что у сестры и брата сложились близкие родственные отношения. ФИО1, будучи значительно старше брата, с детства заботилась о нем, помогала в его воспитании. По мере взросления, близкие отношение между братом и сестрой не прекратились, будучи дружной семьей, все праздники и знаменательные даты брат и сестра справляли вместе, часто приходили друг к другу в гости, перезванивались. До настоящего времени сестра испытывает боль утраты родного человека.

Указанные истцом обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела совместными фотографиями в том числе, с празднования знаменательных дат семьи, а также показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО9, ФИО10, являющихся близкими родственниками истцу и погибшему ФИО3, а также свидетеля ФИО11, состоящей с истцом в дружеских отношениях.

Не доверять показаниям данных свидетелей у суда оснований не имеется. Показания допрошенных свидетелей согласуются с пояснениями ФИО1 и исследованными материалами дела.

Тем самым, в такой ситуации имеются безусловные правовые основания для удовлетворения заявленных близким родственником погибшего работника ФИО3 – его сестрой ФИО1 требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку установлено наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием работодателя, выразившемся в ненадлежащем обеспечении безопасных условий труда работника при исполнении им трудовых обязанностей, произошедшим несчастным случаем на производстве и наступившими для жизни ФИО3 необратимыми последствиями в виде смерти.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что истец и ее погибший брат поддерживали тесные семейные отношения, при этом внезапная смерть ФИО3 явилась для его сестры непредвиденной и невосполнимой утратой близкого и родного человека, привела к нарушению психического благополучия, разрыву семейных связей, изменению привычного и сложившегося на протяжении длительного времени образа ее жизни. Истец лишилась возможности общения с близким родственником, его заботы, поддержки, любви на всю дальнейшую жизнь. Гибелью ФИО3 нарушено ее личное неимущественное право на семейные отношения, поскольку утрата родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, в том числе и в будущем.

При данных обстоятельствах истцу, несомненно, причинены нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, которая безусловно испытывает нравственные страдания в связи со смертью брата, осознавая тяжесть и невосполнимость утраты близкого человека.

Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь вышеприведенными нормами законодательства, принимая во внимание, что вред причинен наиболее значимым нематериальным благам истца, защиту которых государство ставит приоритетной, суд, учитывает конкретные обстоятельства дела, характер и тяжесть причиненных истцу нравственных страданий, вызванных потерей близкого человека, поскольку негативные последствия этого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав, степень вины ответчика, а также учитывает, что за медицинской и психологической помощью истец не обращалась, а кроме того суду не представлено доказательств ухудшения состояния ее здоровья после смерти брата, и с учетом требований разумности, справедливости и соразмерности, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению в размере 450 000 рублей.

Оснований для удовлетворения исковых требований в большем размере суд не усматривает.

При этом, представленное истцом в материалы дела заключение специалиста № 19-7-2024 года, определяющего размер компенсации морального вреда вследствие причинения истцу нравственных страданий в связи со смертью брата, а также наличие причинно-следственной связи между эмоциональным состоянием истца и смертью ее брата, правового значения при разрешении настоящего дела не имеет, поскольку определение размера компенсации морального вреда отнесено законом к исключительной компетенции суда, равно как и установление на основании представленных суду доказательств наличия либо отсутствия причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и неблагоприятными последствиями для истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» (ОГРН ***) в пользу ФИО1, *** года рождения, компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 07 февраля 2025 года.

Судья Н.В. Кайзер