Апелляционное постановление № 22-1032/2025 22-13/2026 от 19 января 2026 г.

Судья: Ахобеков А.Л. Материал №22-13/2026

(№22-1032/2025)


Апелляционное постановление

г. Нальчик 20 января 2026 года

Суд апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

председательствующего - Мамишева К.К.,

при секретарях судебного заседания – Емзаговой М.С., Улакове И.Ю.,

с участием:

прокурора – Геляховой К.А.,

представителя заявителя Ж. – адвоката Бегретовой С.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу руководителя УФК по КБР ФИО8 на постановление Нальчикского городского суда КБР от 11 августа 2025 года, которым заявленные Ж. требования о возмещении имущественного вреда в порядке главы 18 УПК РФ удовлетворены в полном объеме.

Выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции

установил:

30.07.2014г. ГСУ СК России по СКФО в отношении Ж. возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ.

В этот же день, 30.07.2014 г., Ж. был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ.

03.08.2014г. Ессентукским городским судом Ставропольского края Ж. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 суток, то есть до 30.09.2014г. Впоследствии срок содержания под стражей Ж. последовательно продлевался до 18.02.2015г.

06.08.2014г. Ж. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ.

18.02.2015г. апелляционным постановлением Ставропольского краевого суда мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Ж. изменена на домашний арест сроком на 02 месяца 00 суток, т.е. до 30.03.2015г., срок которого последовательно продлевался до 30.07.2015г.

30.07.2015г. постановлением следователя по ОВД второго отдела управления по расследованию особо важных дел ГСУ СК России по СКФО ФИО6 в отношении Ж. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

23.08.2016г. заместителем Председателя Следственного комитета РФ уголовное дело изъято из производства ГСУ СК РФ по СКФО и передано для организации дальнейшего расследования в СУ СК РФ по КБР, и по результатам расследования уголовное дело с обвинительным заключением было направлено 28.07.2017г. в Нальчикский городской суд КБР для рассмотрения по существу.

Постановлением Нальчикского городского суда КБР от 10.10.2017г. уголовное дело возвращено прокурору КБР в порядке ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

02.06.2019г. вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении Ж. по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, которое в последующем было отменено Генеральной прокуратурой РФ и направлено в СУ СК РФ по КБР для дальнейшего расследования.

Постановлением следователя СО по г.Нальчик СУ СК РФ по КБР ФИО7 от 10.03.2020г. уголовное дело и уголовное преследование по п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ в отношении Ж. прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, с признанием в соответствии со ст.134 УПК РФ за ним права на реабилитацию и разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием. Постановление никем не обжаловано.

Реабилитированный Ж. обратился в суд с заявлением о взыскании с Министерства финансов РФ за счет казны РФ имущественный вред, связанный с уголовным преследованием, затраченный на оказание юридической помощи, в период незаконного уголовного преследования с 30.07.2014г. по 10.03.2020г. в размере 3 670 000 рублей; взыскать расходы на оплату услуг адвоката, связанных с рассмотрением настоящего искового заявления в размере 100 000 рублей.

23.06.2025г. заявленные требования Ж. были уточнены. Заявитель просил суд о взыскании с Министерства финансов РФ за счет казны РФ имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, состоящего из расходов на оказание юридической помощи в период незаконного уголовного преследования с 30.07.2014г. по 10.03.2020г. в размере 3 670 000 рублей, и суммы индексации по 31.05.2025г. в размере 2 842 601,9 рублей; взыскании расходов на оплату услуг адвоката, связанных с рассмотрением настоящего искового заявления в размере 100 000 рублей, и суммы индексации по 31.05.2025г. - 20 150,19 рублей.

Постановлением Нальчикского городского суда 11 августа 2025 г. заявленные Ж. требования удовлетворены в полном объеме, с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Ж. взыскана сумма, затраченная на юридическую помощь в период незаконного уголовного преследования в размере 6 512 601,9 рублей, состоящая из расходов на оказание юридической помощи адвокатом в размере 3 670 000 рублей, и суммы индексации в размере 2 842 601,9 рублей; взыскана сумма, затраченная на юридическую помощь, связанную с рассмотрением настоящего заявления в размере 120 150,19 рублей, состоящей из расходов на оказание юридической помощи адвокатом в размере 100 000 рублей, и сумму индексации в размере 20 150,19 рублей.

В апелляционной жалобе руководитель Управления Федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике ФИО8 просит постановление отменить и передать материал на новое рассмотрение в суд первой инстанции для рассмотрения в ином составе.

Считает, что при определении размера подлежащих взысканию в пользу заявителя денежных средств судом нарушены нормы материального и процессуального права, а также невнимательно изучены представленные доказательства.

Суд первой инстанции, не изложив мотивы, отклонил доводы Министерства финансов Российской Федерации (далее Минфин России) и о том, что акт выполненных работ, представленный заявителем в качестве доказательства оказанных адвокатом услуг, не может служить доказательством выполнения условий соглашения, поскольку акт выполненных работ, либо акт приема-передачи выполненных работ, в том смысле, какой ему придает гражданское законодательство, может быть использован в качестве доказательства выполнения условий договора после подписания его обеими сторонам, а не только исполнителем, представленный акт этим условиям не соответствует; заявителем не представлена приходно-кассовая книга и журнал регистрации ордеров.

Указывает, что в соответствии с п. 6. статьи 25 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

По общему правилу адвокаты вне зависимости от формы адвокатского образования обязаны уплачивать налог на доходы физических лиц по ставке 13% и осуществлять уплату страховых взносов в фиксированном размере в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Минфин России просил истребовать у заявителя дополнительные доказательства несения расходов на оказание услуг адвоката, в том числе выписки из лицевого счета, подтверждающие получение адвокатом указанных выше денежных средств и сведения об уплате соответствующего налога, но суд их отклонил, не приведя мотивов.

Указывает, что адвокатская деятельность не предусматривает использование контрольно-кассовой техники, а из разъяснений Федеральной палаты адвокатов РФ следует, что для надлежащего оформления приема наличных денежных средств в счет оплаты услуг адвокатов в кассу адвокатского образования необходимо и достаточно заполнять приходно-кассовые ордера и выдавать квитанции к ним, подтверждающие прием денежных средств, вести кассовую книгу и журнал регистрации ордеров.

Довод о необходимости истребования указанных сведений у адвоката Анаева Б.Ж. заявлен был еще в возражениях Управления Федерального казначейства по КБР и поддержан представителем прокуратуры КБР. Однако, согласно пояснений представителя Ж. эти документы у адвоката Анаева Б.Ж. получить не удается.

Полагает, что суд первой инстанции не мог удовлетвориться такими пояснениями, и обязан был истребовать эти доказательства, поскольку согласно нормам УПК РФ, суд определяет размер компенсации имущественного вреда.

Размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела, фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17). Наличие квитанций к приходным кассовым ордерам не доказывает возникновение расходов реабилитированного лица за оказание ему юридической помощи по причине отсутствия связи между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием по указанному уголовному делу.

Автор жалобы, в обоснование своей позиции ссылается на апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республике от 25.02.2021 года по делу №22-123/2021, согласно которому для решения вопроса о величине реальных расходов заявителем на адвоката, судом должно быть установлено наличие в кассовой книге и журнале регистрации приходных и расходных кассовых документов адвокатского образования, сведений о выдаче квитанций адвокату на участие в уголовном судопроизводстве в отношении Заявителя, а также на решение Конституционного Суда РФ от 16.07.2015 «Об утверждении Обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за второй квартал 2015 года».

Указывает, что вывод суда о том, что размер расходов, понесенных Ж. соответствует действительной стоимости юридических услуг, существовавших на момент их оказания, не подкреплен ссылкой на акты совета адвокатов, при этом Решением Совета Адвокатской палаты КБР от 23.01.2015 утверждены тарифы по оплате юридической помощи, оказываемой гражданам и юридическим лицам адвокатами Адвокатской палаты Кабардино-Балкарской Республики.

Ссылается на то, что Управление Федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике после заявления Ж. требований об индексации, подлежащих взысканию сумм, просило суд проверить требования на предмет арифметической верности и обоснованности. В связи с этим выражает несогласие с действиями суда, считая, что непредставление ответчиком, либо заинтересованным лицом своих расчетов индексации присужденных сумм, не освобождало суд от проверки расчетов заявителя.

Кроме того, УФК по КБР просило суд отказать в индексации расходов на услуги представителя по делу как не предусмотренные законом, а так же обращало внимание суда на то, что продолжительность рассмотрения дела не зависит от Минфина России, а, следовательно, вина за затягивание процесса не может возлагаться на казну. Более того, Управление указывало, что неоднократно судебные заседания откладывались по просьбе представителя Ж. и ни разу не откладывались по просьбе Минфина России.

Автор жалобы полагает, что суд формально отнесся к разрешению настоящего спора и вопросу индексации, в частности, не принял во внимание Постановление Правительства Российской Федерации № 1561 от 29.09.2020 «О приостановлении действия п.2 Постановления Правительства Российской Федерации № 1240 от 01.12.2012».

В соответствии с данным Постановлением с 29.09.2020 до 01.01.2022 приостанавливается индексация размера возмещения процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокатам, участвующим в уголовных делах по назначению дознавателя, следователя или суда. То есть, даже в случае присуждения Ж. расходов на оплату услуг адвоката, индексировать эти суммы за вышеуказанный период суд первой инстанции не мог.

При этом, данные обстоятельства должны были быть установлены судом первой инстанции самостоятельно, без заявлений со стороны участников процесса, но судом первой инстанции этого не было сделано.

В возражении на апелляционную жалобу адвокат Бегретова С.С. просит обжалуемое постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Считает постановление законным, обоснованным, мотивированным и справедливым, а доводы апелляционной жалобы несостоятельными и подлежащими отклонению за необоснованностью.

Указывает, что факт незаконного привлечения Ж. к уголовной ответственности по тяжкому преступлению, общий срок уголовного судопроизводства которого составил 5 лет 6 месяцев и 11 дней, доказан, в связи с чем в его пользу подлежат взысканию компенсация имущественного вреда с Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ.

Полагает, что апелляционная жалоба не содержит доводов, опровергающих выводы суда.

Адвокатская деятельность не относится к оказанию услуг для целей законодательства РФ о применении контрольно-кассовой техники, в связи с чем у адвокатского образования при осуществлении такой деятельности отсутствует обязанность применять контрольно-кассовую технику (письма Минфина России от 29.06.2018 г. № 03-01-15/45074, от 20.04.2018 г. № 03-01-15/26739).

Совет Федеральной палаты адвокатов РФ 17.04.2025 разъяснил, что кассовые операции в части обязательного внесения в кассу адвокатского образования (в том числе адвокатский кабинет) вознаграждения, выплачиваемого адвокату доверителем, должны оформляться в соответствии с Указанием ЦБ РФ от 11.03.2014 № 3210-У, при этом соблюдение порядка внесения денежных средств в кассу адвокатского образования является необходимым условием формирования документов, которые могут быть использованы в качестве доказательств, подтверждающих факт оплаты вознаграждения по соглашению об оказании юридической помощи, в судебных спорах. С учетом изложенного, в каждом адвокатском образовании, включая адвокатские кабинеты, должно осуществляться оформление приходных кассовых документов.

Согласно п.п. 5 п. 1 ст. 23 НК РФ адвокат, учредивший адвокатский кабинет только по запросу обязан представлять в налоговый орган по месту жительства книгу учета доходов и расходов и хозяйственных операций. Таким образом, налоговые регистры или налоговые отчетности предназначены для исчисления налоговой базы по налогу, а не для учета «факта хозяйственной жизни» в виде движения денежных средств.

Согласно п.п. 2,5 ст. 227 НК РФ адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, самостоятельно исчисляют суммы налога, подлежащие уплате в соответствующий бюджет, в связи с чем обязаны представить в налоговый орган по месту своего учета соответствующую налоговую декларацию в сроки, установленные ст. 229 НК РФ.

В соответствии с соглашением, заключенным между Ж. и адвокатом Анаевым Б.Ж. заявителем представлены суду все квитанции к приходным кассовым ордерам, подтверждающие факт передачи денежных средств адвокату Анаеву Б.Ж., полностью соответствующие установленной действующим законодательством РФ форме и требованиям, предъявляемым к первичным учетным документам.

В силу прямого указания п.5 ст.6 «Кодекса профессиональной этики адвоката» правила сохранения адвокатской тайны распространяются на денежные расчеты между адвокатом и доверителем (см. «Разъяснение Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам о предоставлении сведений в отношении банковского счета адвоката» утв. Решением Совета Федеральной палаты адвокатов 08.07.2021 протокол № 4).

Ссылаясь на конкретные уголовные дела, указывает, что согласно сложившейся практике, факт несения судебных издержек, связанных с оплатой услуг представителей, подтверждается совокупностью таких доказательств, как соглашение сторон об оказании юридических услуг; документом, фиксирующим факт выполнения услуг; документом, подтверждающим факт передачи заказчиком денежных средств исполнителю услуг. Лицо, уплатившее денежные средства по договору, получает квитанцию к приходно-кассовому ордеру, что является подтверждением факта передачи наличных денежных средств.

Указывает, что проверка финансовой дисциплины адвоката не является предметом исследования по настоящему делу, поскольку результаты такой проверки не могут опровергнуть факт передачи денежных средств адвокату и факт оказания юридической помощи Ж.

Полагает, что размер присуждаемого реабилитированному возмещения не может быть ограничен (снижен) по мотивам недостаточной обоснованности или избыточности расходов на оплату услуг адвоката, если их достоверность доказана, а добросовестность реабилитированного не опровергнута. Высокая стоимость юридических услуг не может быть поводом к сокращению объема прав реабилитированного лица на возмещение причиненного ему имущественного вреда.

Автор возражения указывает, что доводы апеллянта на порядок взыскания процессуальных издержек несостоятелен, поскольку в рассматриваемом случае решается вопрос о возмещении имущественного вреда.

При этом, снижение таких расходов по принципу их неразумности, как это трактуется в гражданском процессуальном законодательстве, недопустимо. Снижение судом таких расходов допускается в том случае, если будет установлено, что сумма понесенных расходов не обусловлена действительной стоимостью юридических услуг в пределах, существовавших на момент их оказания рыночных значений, то есть в случае установленного недобросовестного поведения реабилитированного, с учетом объема проделанной адвокатом работы, направленной на защиту реабилитированного, а также правил о толковании сомнений в пользу реабилитированного лица.

Полагает, что судом сделан обоснованный и мотивированный вывод об удовлетворении требований, нарушений положений УПК РФ, влекущих отмену или изменение постановление суда, не допущено.

Исследовав представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене с направлением материала на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст.389.22 УПК РФ основаниями для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются допущенные в суде первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

В силу ч.4 ст.7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными, основанными на исследованных материалах дела.

По смыслу действующего уголовно-процессуального законодательства, в постановлении суда подлежат указанию, какие именно установленные в судебном заседании факты и обстоятельства положены в основу принятого решения с приведением закона, подлежащего применению.

Этим требованиям закона обжалуемое судебное постановление не отвечает.

При разрешении требований о возмещении расходов на оплату услуг адвоката в уголовном процессе, суд первой инстанции сослался на положения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17.

Между тем, по мнению суда апелляционной инстанции, суд их неправильно применил.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 Постановления от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", и пункте 15 Постановления от 29 ноября 2011 года N 17, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела, фактически понесенными им расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

Следовательно, размер возмещения имущественного ущерба реабилитированному за оказание юридической помощи подлежит определению подтвержденными материалами дела и фактически понесенными им расходами.

Удовлетворяя требования Ж. о возмещении имущественного ущерба в порядке реабилитации, и взыскав с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Ж. 6 512 601,9 рублей, из которых размер индексации составляет 2 842 601,9 рублей, суд сослался на соглашения об оказании юридической помощи, заключенные между Ж. и адвокатом Анаевым Б.Ж., квитанции к приходным кассовым ордерам и акт выполненных работ.

Между тем, судом первой инстанции, не были проверены доводы УФК по КБР о том, что акт выполненных работ, представленный заявителем в качестве доказательства оказанных адвокатом услуг, не может служить доказательством выполнения условий соглашения; заявителем не представлено доказательств, подтверждающих внесение адвокатом Анаевым Б.Ж. оплаченных ему за оказанную правовую помощь денежных сумм в кассу адвокатского образования, приходно-кассовая книга и журнал регистрации ордеров.

Таким образом, судом фактически не был проверен факт внесения денежных средств в кассу адвокатского образования, т.е. суд без какой либо проверки и соответствующей оценки принял во внимание пояснения заявителя.

Управление Федерального казначейства по КБР в свои возражениях указывало на необходимость получения у заявителя дополнительных доказательств несения расходов на оказание услуг адвоката, подтверждающих внесение адвокатом Анаевым Б.Ж. оплаченных ему за оказанную правовую помощь денежных сумм в кассу адвокатского образования, подтверждающие получение адвокатом указанных выше денежных средств и сведения об уплате соответствующего налога, что судом было оставлено без внимания.

В силу закона адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом, на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением (ст.25 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").

В соответствии с п. 13 ст.22 названного федерального закона коллегия адвокатов в соответствии с законодательством Российской Федерации является налоговым агентом адвокатов, являющихся ее членами, по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельности, а также их представителем по расчетам с доверителями и третьими лицами и другим вопросам, предусмотренным учредительными документами коллегии адвокатов.

Из приведенных нормативных положений следует, что вознаграждение от доверителей за оказанные им адвокатами в связи с осуществлением адвокатской деятельности услуги в обязательном порядке поступает в кассу или на расчетный счет соответствующего адвокатского образования, откуда впоследствии производится выплата адвокатам причитающихся им денежных сумм.

Адвокатские образования в целях реализации п.6 ст.25 Федерального закона от 31.05.2002г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» в части обязательного внесения в кассу адвокатского образования вознаграждения, выплачиваемого адвокату, должны оформлять кассовые операции в соответствии с Указаниями, утвержденными Центральным банком Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства судом не были приняты во внимание доводы Управления Федерального казначейства по КБР о том, что не предоставление оформленных в порядке, предусмотренном законодательством, документов в подтверждение понесенных расходов на оплату услуг адвоката, вызывает сомнения не только в подлинности представленных заявителем сведений, но и в действительности оплаты услуг по соглашениям с адвокатом либо в размере оплаты. Изложенное свидетельствует о том, что суд не проверил достоверность содержащихся в соглашениях и квитанциях сведений о получении денежных средств и не оценил их в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона.

В силу статьи 57 Конституции РФ адвокаты и адвокатские образования, являющиеся налогоплательщиками, обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы и в равной мере со всеми другими налогоплательщиками вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, представлять в налоговый орган налоговые декларации (расчеты) по налогам, а в необходимых случаях, предусмотренных законом, - информацию и документы, подтверждающие полноту и своевременность уплаты налогов и сборов, а также нести иные обязанности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах (статья 23 Налогового кодекса РФ). Освобождение адвокатов и адвокатских объединений от обязанности предоставлять соответствующие сведения и документы исключало бы всякую возможность налогового контроля и не соответствовало бы целям и смыслу налогообложения. Теми же целями предопределяется и содержание информации, предоставляемой налоговым органам адвокатами и адвокатскими образованиями.

Из приведенного выше следует, что судом этот размер понесенных расходов на оказание юридической помощи определен без исследования всех доказательств и установления обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела.

Помимо изложенного, суд оставил без внимания доводы представителя Управления казначейства, возражавшего против индексации расходов на услуги представителя по настоящему делу, как не предусмотренные законом, а так же обращавшего внимание суда первой инстанции на то, что продолжительность рассмотрения настоящего дела не зависела от Минфина России, а, следовательно, вина за затягивание процесса не могла быть возложена на казну. К тому же, как указал представитель УФК по КБР, судебные заседания неоднократно откладывались по просьбе представителя Ж. и ни разу не откладывались по просьбе УФК по КБР.

Требует проверки судом первой инстанции и довод УФК по КБР о том, что в силу Постановления Правительства Российской Федерации № 1561 от 29.09.2020 «О приостановлении действия пункта 2 Постановления Правительства Российской Федерации № 1240 от 01.12.2012» с 29.09.2020 до 01.01.2022 приостанавливается индексация размера возмещения процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокатам, участвующим в уголовных делах по назначению дознавателя, следователя или суда.

Обжалуемое судебное постановление каких-либо суждений в этой части не содержит, поскольку при определении суммы индексации суд лишь принял к сведению представленные расчеты, с учетом Индекса Потребительских Цен, опубликованные на момент вынесения обжалуемого судебного постановления, Управлением Федеральной службы государственной статистики по СКФО. При этом, закон не освобождает суд от проверки представленных расчетов, чего сделано не было.

Исходя из изложенного выше, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемое судебное постановление нельзя признать законным.

Допущенные судом первой инстанции нарушения закона являются существенными, неустранимыми в суде апелляционной инстанции и такими, что влекут в силу положений ст.389.22 УПК РФ отмену обжалуемого постановления с передачей материалов на новое судебное разбирательство.

Суд апелляционной инстанции, исходя из оснований отмены постановления, не входит в обсуждение иных доводов апелляционной жалобы, которые подлежат рассмотрению и оценке при новом судебном разбирательстве.

Суду первой инстанции при новом рассмотрении материала необходимо учесть вышеизложенное, полно, всесторонне и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, и в зависимости от полученных данных принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Нальчикского городского суда КБР от 11 августа 2025 года, которым заявленные Ж. требования о возмещении имущественного вреда в порядке главы 18 УПК РФ удовлетворены в полном объеме, отменить, передать материал на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом, Ж. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья - К.К. Мамишев