Решение № 2-173/2019 2-173/2019~М-20/2019 М-20/2019 от 12 марта 2019 г. по делу № 2-173/2019

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> 13 марта 2019 года

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Шереметьевой С.Н.,

при секретаре Ткаченко Е.О.,

с участием

помощника прокурора Соль-Илецкого района Оренбургской области

ФИО1,

Истца ФИО2,

представителя истца ФИО3, действующего на основании доверенности от 24.01.2019 №,

представителя ответчика ГБУЗ «Городская больница» города Соль-Илецка

ФИО5,

действующего на основании доверенности от 16.07.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по уточненному исковому заявлению ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница» города Соль-Илецка (ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка) о взыскании морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в суд с названным иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ.

Требование мотивировала тем, что ФИО6, назначенная в соответствии с приказом №-Л главного врача ГБУЗ «Городская больница» г. Соль-Илецка» от 27.05.2016 года на должность врача-педиатра 1 категории детского отделения, была обязана осуществлять свою деятельность в соответствии с должностной инструкцией врача-педиатра, утвержденной главным врачом ГБУЗ «Соль-Илецкая районная больница», а также в соответствии с Федеральным законом РФ от 21.11.2011 года № «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и стандартами медицинской помощи, утвержденными Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Согласно требованиям должностной инструкции, врач-педиатр 1 категории детского отделения (ФИО6) среди прочего обязана:

- выполнять перечень работ и услуг для диагностики заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи;

- выполнять перечень работ и услуг для лечения заболевания, состояния, клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи;

- вести необходимую медицинскую документацию.

В соответствии со «Стандартом специализированной медицинской помощи детям при острых респираторных заболеваниях средней тяжести», утвержденным Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 09 ноября 2012 года №н, специализированная медицинская помощь детям при острых респираторных заболеваниях средней степени тяжести оказывается неотложно в условиях стационара с осмотром врачами-специалистами, проведением лабораторных и инструментальных методов исследований.

Однако, дежурный врач ФИО6 этих обязанностей не выполнила. В результате ее ребенок скоропостижно скончался.

09 августа 2016 года, в 20 часов 05 минут, ФИО2 обратилась за медицинской помощью в приёмное отделение ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка» по адресу: <адрес> связи с плохим самочувствием ее сына ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, к дежурному врачу-педиатру ФИО6 При этом у ФИО7 имелись следующие симптомы: <данные изъяты>.

ФИО6, имеющая соответствующие медицинское образование и квалификацию, дающие право оказывать медицинскую помощь, достаточный опыт работы и профессиональные навыки, находясь на дежурстве, согласно графику дежурств на август 2016 года, утвержденному главным врачом ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка», то есть при исполнении своих должностных обязанностей, действуя умышленно, не желая исполнять свои должностные обязанности должным образом, а также стремясь минимизировать рабочую нагрузку на время своего дежурства, во время обследования ФИО7, недооценила тяжесть состояния больного ФИО7, не провела необходимые лабораторные исследования, несмотря на настойчивые требования ФИО4. ФИО6 не приняла мер к неотложной госпитализации малолетнего ФИО7 в стационар ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка для проведения соответствующего лечения и не назначила ему дезинтаксикационную и антибактериальную терапии, не провела консультацию с иными врачами специалистами. Тем самым без уважительных причин не оказала необходимую в соответствии с законом и вышеназванными медицинскими стандартами лечения помощь больному ФИО7, будучи обязанной ее оказывать, и направила ФИО2 и ее малолетнего сына ФИО7 домой. При этом проявляя преступное легкомыслие по отношению к возможному наступлению неблагоприятных последствий для больного ФИО7, то есть, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своего бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий с учетом ранее назначенной больному терапии в домашних условиях.

10 августа 2016 года, около 02 часов 00 минут, ввиду резко ухудшившегося состояния здоровья малолетнего ФИО7, его мать ФИО2 повторно обратилась в приемный покой ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка, и ФИО7 был госпитализирован в тяжелом состоянии в реанимационное отделение, где 10 августа 2016 года, в 09 часов 10 мин наступила его смерть.

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № «С» от 10 августа 2016 года, смерть ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от <данные изъяты>

Необходимая медицинская помощь ФИО7 не была оказана врачом-педиатром ФИО6 без уважительных причин, что, в свою очередь, по неосторожности повлекло смерть ФИО7, то есть между ее умышленным бездействием и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.

Виновность ФИО6 установлена приговором Соль-Илецкого районного суда от 13.06.2018г. и апелляционным постановлением Оренбургского областного суда от 09.08.2018г.

Она приходится матерью умершего ребенка.

Действиями ФИО6 ей причинен огромный моральный вред, в результате смерти своего малолетнего ребенка она претерпевает глубокую моральную травму, связанную с потерей ребенка. В результате трагедии и связанного с этим эмоциональным потрясением, в течение длительного периода времени она испытывала и испытывает глубокие нравственные страдания, душевные переживания о случившемся. Боль утраты ребенка является неизгладимой, приводит к нравственным переживаниям.

Исходя из обстоятельств уголовного дела, наступивших необратимых последствий, требований, предусмотренных ст. 151 и 1101 ГК РФ о разумности и справедливости, а также характера перенесенных физических и нравственных страданий, связанных со смертью сына, она оценивает размер морального вреда, причиненного ответчиком в результате совершения данного преступления, в размере 2 000 000,00руб..

Как установлено вышеуказанными судебными актами, ФИО6 совершила преступление во время исполнения своих трудовых обязанностей, поэтому надлежащим ответчиком по делу является ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка Оренбургской области.

Просила взыскать с ответчика государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» города Соль-Илецка (далее Ответчик, ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка) денежную компенсацию в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, в связи с неоказанием помощи больному малолетнему ребенку без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или специальным правилом, если это повлекло по неосторожности смерть больного в размере 2 000 000,00руб..

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель ФИО3, исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «ГБ» г.Соль-Илецка ФИО5 исковые требования истца не признал по основаниям изложенным в отзыве. Считает, что ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения и наступившими последствиями. Основной причиной гибели ребенка явилась <данные изъяты> При оказании медицинской помощи были допущены дефекты <данные изъяты>, однако прямая причинно-следственная связь между допущенными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ребенка отсутствует. Просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В судебном заседании третье лицо – ФИО6 просила в иске отказать по основаниям указанным в отзыве. Пояснила, что ее вины нет, с приговором она не согласна и в настоящее время обжалует его в кассационном порядке.

В судебное заседание представитель третьего лица министерства здравоохранения Оренбургской области (далее представитель Минздрава Оренбургской области) – ФИО8, действующая на основании доверенности от 09.01.2019 №, не явилась, извещена надлежащим образом. В ранее представленном отзыве просила в удовлетворении иска отказать по указанным в отзыве основаниям.

Суд рассматривает дело в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела, медицинские документы, учитывая заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования истцов подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 7 и ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь; медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов и других поступлений.

В силу статьи 68 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, в случае нарушения прав граждан в области охраны здоровья вследствие недобросовестного выполнения медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей, повлекшего причинение вреда здоровью граждан или их смерть, ущерб возмещается в соответствии с частью первой статьи 66 Основ.

Частью 1 статьи 66 Основ предусмотрено, что в случаях причинения вреда здоровью граждан виновные обязаны возместить потерпевшим ущерб в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (гл.59 ГК РФ) и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.Согласно ч. ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абзаце 3 пункта 32 Постановления Пленума от 26 января 2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Таким образом, законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи с утратой близких людей.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац 4 пункта 32 Постановления).

В пункте 11 выше указанного Постановления разъяснено, что установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как указано в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении", в силу ч.4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Факт и обстоятельства наступления необратимых последствий (неоказание помощи больному, без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности смерть больного малолетнего ФИО7) подтвержден приговором Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 13 июня 2018г. с учетом обстоятельств дополнительно учтенных в Апелляционном постановлении Оренбургского областного суда от 09 августа 2018г., заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизой ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 28.11.2016г., заключением комиссии экспертов № от 15.07.2017г., показаний экспертов, полученных при рассмотрении уголовного дела, на которые имеется ссылка в приговоре суда, на основании которых, в совокупности с другими доказательствами, суд пришел к твердому убеждению, что между бездействием ФИО6 и наступившим неблагоприятным исходом заболевания малолетнего ФИО7 имеется причинно-следственная связь.

Из заключения № от 28.11.2016г. комиссионной судебно-медицинской экспертизы, из которой следует, что смерть ребенка ФИО7 наступила от <данные изъяты> Между указанными заболеваниями и наступившей смертью ребенка имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно заключению комиссии экспертов № от 15.07.2017г. - 09.08.2016г. у ФИО7 имелось <данные изъяты> в которой ФИО7 нуждался, учитывая ухудшение состояния, симптомы <данные изъяты>, в которой ФИО7 нуждался при осмотре 09.08.2016г. могла неблагоприятно повлиять на исход заболевания;

при обращении больного 09.08.2016г. в 20 часов 05 минут в ГБУЗ «ГБ г. Соль-Илецка» имела место недооценка тяжести состояния больного ФИО7. Учитывая отсутствие эффекта от проводимой терапии в амбулаторных условиях и ухудшение состояния, больной нуждался в госпитализации для проведения обследования и лечения <данные изъяты>;

по имеющимся данным в медицинской документации при обращении 09.08.2016г. в 20 часов 05 минут больной ФИО7 однозначно нуждался в госпитализации.

Из приговора Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 13 июня 2018г. следует, что судом установлены обстоятельства, указанные в описательной части искового заявления.

Апелляционным постановлением Оренбургского областного суда от 09 августа 2018г. постановлено: приговор Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 13 июня 2018 года в отношении ФИО6 изменить:

-признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО6-<данные изъяты>;

-исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда об учете при определении вида и размера наказания <данные изъяты>

- смягчить назначенное ФИО6 наказание до <данные изъяты>. В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и адвоката удовлетворить частично.

Вступившим в законную силу приговором Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 13 июня 2018г. ФИО6 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно <данные изъяты>.

На момент причинения вреда ФИО6 состояла в трудовых отношениях с ответчиком ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка», что подтверждается приказом от 27.05.2016 №-Л.

Доводы представителя Ответчика, представителя третьего лица министерства здравоохранения по Оренбургской области, третьего лица ФИО6 относительно невиновности ФИО6, несогласия с постановленным в отношении нее приговором, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку законодатель предусматривает иной порядок обжалования указанных судебных постановлений.

Кроме того, суд считает доводы указанных лиц об отсутствии вины ФИО6 в причинении смерти малолетнему ребенку ФИО7 несостоятельны, поскольку как указал Верховный Суд РФ в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года N 23 "О судебном решении", исходя из положений ч. 4 ст. 61 ГПК Российской Федерации, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого возмещения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает то, что близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего.

Опрошенная непосредственно в судебном заседании истец ФИО4 пояснила, что в результате смерти своего малолетнего ребенка ФИО7, претерпевает глубокую моральную травму, связанную с потерей ребенка. В результате трагедии и связанного с этим эмоциональным потрясением, в течение длительного периода времени она испытывала и испытывает глубокие нравственные страдания, душевные переживания о случившемся. Боль утраты ребенка является неизгладимой, приводит к нравственным переживаниям.

Суду не представлены доказательства обратного, чем утверждения истца о ее нравственных переживаниях в связи со смертью ее малолетнего ребенка.

С учетом вышеизложенного, при определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины работника Ответчика наличия причинно-следственной связи установленной приговором суда, фактические обстоятельства, при которых наступила смерть, характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных со смертью ребенка, истец лишилась сына, близкого и родного человека, подобная утрата, является тяжелым событием в жизни, причинившим нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, а также принцип разумности, справедливости и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 250 000,00руб..

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец по данной категории дел освобожден от уплаты госпошлины с ответчика подлежит взысканию госпошлина в размере 5 700руб. в доход местного бюджета.

руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница» города Соль-Илецка (ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка) о взыскании компенсации в счет возмещения морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» города Соль-Илецка (ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка) в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 250 000,00(Двести пятьдесят тысяч рублей)руб..

В остальной части исковых требований истцу отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» города Соль-Илецка (ГБУЗ «ГБ» г. Соль-Илецка) в доход местного бюджета госпошлину в размере 5 700,00 (Пять тысяч семьсот рублей)руб..

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья /подпись/ С.Н.Шереметьева

Мотивированный текст решения в соответствии со ст. 199 ГПК РФ изготовлен 18 марта 2019г.

Судья /подпись/ С.Н.Шереметьева