Решение № 2-871/2024 2-871/2024~М-671/2024 М-671/2024 от 25 июля 2024 г. по делу № 2-871/2024

Дело № 2-871/2024

УИД 58МS0011-01-2024-001632-53


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 июля 2024 г. г.Пенза

Железнодорожный районный суд г.Пензы в составе:

председательствующего судьи Федулаевой Н.К.,

с участием помощника прокурора Ефимовой К.С.,

при секретаре Атюшовой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ на перекрестке <адрес>, на пешеходном переходе, произошло дорожно-транспортное происшествие в результате которого он получил телесные повреждения, квалифицированные как тяжкий вред здоровью. В связи с тем, что органами следствия в действиях ответчика не установлено наличие нарушения ПДД, которые бы в бесспорном порядке находились в причинной связи с причинением ему тяжкого вреда здоровью, было вынесено Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Вместе с тем, считает, что в случившемся событии имеет место наступление тяжкого вреда в результате бесконтактного ДТП с пешеходом. В результате указанного ДТП истцу был причинен вред здоровью, связанный с тяжкими последствиями травматического повреждения в виде закрытого <данные изъяты>, которые привели к прекращению двигательных функций сустава, длительному лечению, операции по замене <данные изъяты> сустава, ограничению иных функций организма, которые не восстановлены до настоящего времени в полном объеме. Тяжкий вред здоровью подтверждается Заключением судебно-медицинского эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №. Указывает, что последствия данного ДТП на длительное время изменили его образ жизни, ограничили способность к самостоятельному существованию и труду. Таким образом считает, что действиями ответчика был причинен ущерб принадлежащему ему нематериальному благу, что причинило физические страдания, заключающееся в претерпевании боли, а также преодолении иных последствий, вызванных полученной травмой.

Просит взыскать с ФИО3 в свою пользу денежные средства в размере 300000 руб. в качестве компенсации морального вреда.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке.

Представитель ФИО2 ФИО4, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования поддержал, дал пояснения, аналогичные содержанию искового заявления, дополнительно пояснил, что поведение ответчика после ДТП свидетельствует о том, что в результате ее виновных действий истец получил телесные повреждения, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Истец считает, что контакт с транспортным средством у него был, в результате чего он получил телесные повреждения. Доказательств отсутствия вины ответчика последним не представлено. После выписки из стационара ФИО2 в течение 3 месяцев передвигался на костылях.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена в установленном законом порядке.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО5, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании иск не признал, суду пояснил, что доказательства причинения вреда ФИО2 посредством наезда автомобилем марки «Рено» регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3 отсутствуют. В ходе проведения проверки следователями СО по расследованию ДТП СУ УМВД России по Пензенской области было установлено, что в действиях ФИО3 отсутствует состав преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, поскольку по версии ФИО3, пострадавший ФИО2 получил телесные повреждения в результате самостоятельного падения на дорожное покрытие с высоты собственного роста после того как она, выехав на разрешающий сигнал светофора транспортного средства на регулируемый пешеходный переход, применила торможение своего автомобиля и остановилась в непосредственной близости от него, когда он переходил дорогу на запрещающий сигнал пешеходного светофора. При этом ответчик отрицает наезд на ФИО2 и контакт ее автомобиля с истцом. Также указал, что проведенной комплексной автотехнической и медико-криминалистической судебной экспертизы №, №, словесно-речевая модель обстоятельств ДТП, изложенная пешеходом ФИО2, не соответствует установленному возможному механизму взаимодействия автомобиля под управлением ФИО3 с пешеходом ФИО2 и не может с экспертной точки зрения соответствовать фактическим обстоятельствам ДТП; словесно-речевая модель обстоятельств ДТП, изложенная ФИО3, не противоречит объективным обстоятельствам происшествия и может свидетельствовать фактическим обстоятельствам данного происшествия. Других доказательств, которые бы бесспорно подтверждали факт наезда на ФИО2 материалы дела не содержат. Просит в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать в полном объеме.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключение помощника прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению исковые требования о компенсации морального вреда в размере 100000 руб., считает, что иск подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в статье 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В соответствии со статьями 11-12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет суд. Защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе компенсацией морального вреда.

В силу положений Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами (пункт 1.3).

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда пункт 1.5 абзац 1).

Сигналы светофора, выполненные в виде стрелок красного, желтого и зеленого цветов, имеют то же значение, что и круглые сигналы соответствующего цвета, но их действие распространяется только на направление (направления), указываемое стрелками. При этом стрелка, разрешающая поворот налево, разрешает и разворот, если это не запрещено соответствующим дорожным знаком.

Такое же значение имеет зеленая стрелка в дополнительной секции. Выключенный сигнал дополнительной секции или включенный световой сигнал красного цвета ее контура означает запрещение движения в направлении, регулируемом этой секцией (пункт 6.3).

При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам пункт 6.13).

Исходя из приведенных выше требований Правил дорожного движения, пешеходы имеют преимущество в дорожном движении перед другими его участниками, в связи с чем, выезжая на пешеходный переход, водитель обязан остановить транспортное средство, которым управляет, уступив дорогу пешеходу.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с положениями статьи 151, пункта 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 09 часов 30 минут до 11 часов 00 минут на регулируемом пешеходном переходе, расположенном вблизи <адрес> в <адрес>, произошло происшествие с участием автомобиля марки «RENAULT KAPTUR ASRA19», регистрационный знак №, принадлежащего ФИО13 под управлением водителя ФИО3, следовавшей по первой полосе проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес> и пешехода ФИО2, пересекавшего проезжую часть <адрес> по регулируемому пешеходному переходу справа налево по ходу ее движения. В результате данного происшествия пешеход ФИО2 получил телесные повреждения.

Как следует из выписного эпикриза ГБУЗ «Клиническая больница №6 им.Г.А.Захарьина» ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в отделении травматология № с диагнозом: <данные изъяты>. В период стационарного лечения ДД.ММ.ГГГГ было проведено биполярное эндопротезирование правового тазобедренного сустава; выписан под наблюдение травматолога/хирурга по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ; рекомендовано ЛФК, массаж для суставов нижних конечностей; ходьба на костылях с дозированной опорой на ногу в течение 3 мес.; соблюдать ортопедический режим (<данные изъяты>).

Согласно заключению эксперта ГБУЗ «ОБСМЭ» от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО2 имеются следующие телесные повреждения: закрытый перелом шейки правой бедренной кости со смещением. Данное повреждение могло образоваться как в условиях дорожно-транспортного происшествия, при ударном воздействии тупым предметом и последующим падением потерпевшего на плоскость (дорожное покрытие), так и при падении потерпевшего с высоты роста. Данное телесное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем, на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30%), независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, согласно пункту 6.11.5 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ ш. №н. Давность образования повреждения не исключается ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствуют данные медицинских документов, рентгенологические данные. Данных о наличии этилового алкоголя в крови у ФИО2 в представленной медицинской документации не имеется.

Согласно выводам экспертов комплексной автотехнической и медико-криминалистической судебной экспертизы ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, <данные изъяты>, <данные изъяты> мк, проведенной по материалу проверки (КУСП № ОП № УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ), на основании постановления старшего следователя отдела по расследованию ДТП СУ УМВД России по <адрес>:

1(1.1). Травма у ФИО2 могла быть образована как в два этапа: несильный удар (толчок) автомобилем в левую боковую поверхность тела и последующее падение на дорожное покрытие на правую поверхность тела, так и в один этап: падение на дорожное покрытие на поверхность тела.

2(2). Образование у ФИО2 всей имеющейся у него совокупности травматических повреждений от его «самостоятельного» падения на дорожное покрытие с высоты собственного роста не исключается.

3(3). Образование у ФИО2 всей имеющейся у него совокупности травматических повреждений в результате наезда на него автомобиля Рено Каптюр р/з № не исключается;

4(4). Словесно-речевая модель обстоятельств ДТП, изложенная пешеходом ФИО2 в объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, не соответствует установленному возможному механизму взаимодействия автомобиля Рено Каптюр р/з № с пешеходом ФИО2 и не может с экспертной точки зрения соответствовать фактическим обстоятельствам ДТП по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

5 (5) Словесно-речевая модель обстоятельств ДТП, изложенная водителем ФИО3 в объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, не противоречит объективным обстоятельствам происшествия и может соответствовать фактическим обстоятельствам данного происшествия;

6 (6,7). Если травма у ФИО2 была образована в результате его «самостоятельного» падения на дорожное покрытие на правую поверхность тела, то данное событие не является дорожно-транспортным происшествием, в действиях водителя а/м Рено Каптюр р/з № ФИО3 и пешехода ФИО2 с технической точки зрения не усматривается каких-либо несоответствий требованиям ПДД РФ, а в причинной связи с данным происшествием находятся только действия пешехода ФИО2

Если травма у ФИО2 была образована в результате наезда на него автомобиля Рено Каптюр р/з № и пешеход двигался на запрещающий сигнал светофора, то в данной дорожно-транспортной ситуации пешеход ФИО2 должен был действовать, руководствуясь требованиями пункта 4.4 и пункта 6.5 абзац 1 ПДД РФ. При этом действия пешехода ФИО2 требованиям вышеуказанных пунктов Правил не соответствовали и находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП. Водитель автомобиля Рено Каптюр р/з № ФИО3 в данной дорожно-транспортной ситуации должна была действовать, руководствуясь требованиями пункта 10.1 абзац 2 ПДД РФ. При условии, если в момент возникновения опасности расстояние до пешехода составляло менее 4,6 м, то водитель автомобиля Рено Каптюр р/з № ФИО3 не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО2 путем своевременного применения экстренного торможения и с технической точки зрения в её действиях несоответствий требованиям пункта 10.1 абзац 2 ПДД РФ не усматривается и её действия не находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП. При условии, если в момент возникновения опасности расстояние до пешехода составляло более 10,3 м, то водитель автомобиля Рено Каптюр р/з № ФИО3 располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО2 путем своевременного применения экстренного торможения и с технической точки зрения её действия не соответствовали требованиям пункта 10.1 абзац 2 ПДД РФ и находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП. При условии, если в момент возникновения опасности расстояние до пешехода составляло более 4,6 м, но менее 10,3 м, то ответить на вопросы о действиях водителя ФИО3 не представляется возможным (требуется уточнение исходных данных).

Если травма у ФИО2 была образована в результате наезда на него автомобиля Рено Каптюр р/з № и водитель двигался на запрещающий сигнал светофора, то в данном варианте в действиях пешехода ФИО2 с технической точки зрения каких-либо несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается и его действия не находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Рено Каптюр р/з № ФИО3 должна была действовать, руководствуясь требованиями пункта 1.5 абзац 1; пункта 6.3 абзац 2 и пункта 6.13 абзац 1 ПДД РФ. При этом её действия с технической точки зрения требованиям вышеуказанных пунктов Правил не соответствовали и находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП.

Постановлением старшего следователя отдела по расследованию ДТП СУ УМВД России по <адрес> майора полиции ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении водителя ФИО3 по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ.

Как следует из постановления от ДД.ММ.ГГГГ по версии водителя ФИО3, пострадавший ФИО2 получил телесные повреждения в результате собственной неосторожности, поскольку он сам упал на дорожное покрытие с высоты собственного роста после того, как она, выехав на разрешающий сигнал транспортного светофора на регулируемый пешеходный переход, применила торможение своего автомобиля и остановилась в непосредственной близости от него, когда он переходил дорогу на запрещающий сигнал пешеходного светофора. При этом наезд на ФИО2 она не совершала и никакого его контакта с её автомобилем не было.

По версии пешехода ФИО2, он получил телесные повреждения в результате совершения наезда на него автомобилем под управлением водителя ФИО3, которая выехала на запрещающий сигнал транспортного светофора на регулируемый пешеходный переход, по которому он переходил дорогу на разрешающий сигнал пешеходного светофора.

Однако, устранить имеющиеся противоречия в объяснениях ФИО3 и ФИО2 в части обстоятельств происшествия и механизма получения последним телесных повреждений в ходе проверки не представилось возможным, поскольку сотрудники полиции на место происшествия сразу после его совершения участниками не вызывались, отсутствуют непосредственные свидетели данного происшествия, отсутствуют видеозаписи момента данного происшествия, отсутствуют повреждения и следы на автомобиле, а заключением проведенной комплексной автотехнической и медико-криминалистическая судебной экспертизы установлено, что ФИО2 мог получить телесные повреждения как в результате наезда на него автомобилем с последующим падением на дорожное покрытие, так и в результате падения на дорожное покрытие с высоты собственного роста без контакта с автомобилем.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика ссылался на отсутствие вины ФИО3 в причинении вреда истцу ФИО2 со ссылкой на отсутствие события ДТП.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - постановление Пленума от 26 января 2010 г. № 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом, законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вместе с тем, отсутствие вины в ДТП ответчиком ФИО3 не доказано, материалы дела доказательств тому не содержат.

Так, доказательств правомерности действий ФИО3, следовавшей по первой полосе проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>, на разрешающий сигнал транспортного светофора, ответчиком не представлено.

Довод о том, что в ходе экспертного исследования установлено, что словесно-речевая модель обстоятельств ДТП, изложенная пешеходом ФИО2 в объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, не соответствует установленному возможному механизму взаимодействия автомобиля Рено Каптюр, регистрационный знак № с пешеходом ФИО2, не свидетельствует о правомерности поведения водителя ФИО3, поскольку экспертами также сделан вывод о том, что образование у ФИО2 всей имеющейся у него совокупности травматических повреждений в результате наезда на него автомобиля Рено Каптюр, регистрационный знак № не исключается.

Более того, как следует из пояснений ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, пройдя от края проезжей части примерно 2 м, он почувствовал удар в левую заднюю часть левого бедра; от данного удара его развернуло по часовой стрелке, и тут же произошел второй удар в правую часть правого бедра, после которого его отбросило вперед на 1,5-2 метра на дорожное покрытие в сторону <адрес>, в тот же момент он увидел автомобиль Рено Каптр, регистрационный знак №, который находился на расстоянии 1,5-2,0 метра от него. Передняя часть указанного автомобиля была обращена в сторону <адрес> эксперт в заключении от ДД.ММ.ГГГГ дает вероятностный вывод о том, что от второго удара пешеход может быть отброшен преимущественно вправо от автомобиля, а не вперед, как утверждает ФИО2, а также то, что автомобиль мог остановиться за местом падения пешехода, а не доезжая до него 1,5-2 м.

Кроме того, допрошенные в ходе судебного разбирательства в качестве свидетелей ФИО8 и ФИО9 показали, что ФИО3 приходила домой к ФИО2 вечером ДД.ММ.ГГГГ и подтвердила, что сбила ФИО2, однако просила не сообщать о происшествии в ГИБДД, обещала возместить ущерб в размере 100000 руб., в ходе разговора стороны договорились о том, что ответчик возместит ущерб в размере 400000 руб., однако впоследствии ФИО3 отказалась возмещать ущерб в связи с отсутствием денег.

Не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они не противоречивы и соответствует материалам дела.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик с учетом положений статей 12 и 56 ГПК РФ ходатайство о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы для определения наличия события ДТП не заявлял.

С учетом изложенного, суд приходит к вывод о том, что вред здоровью истца ФИО2 причинен в результате наезда на него автомобиля Рено Каптюр, регистрационный знак с203ка58, под управлением ФИО3, то есть вред причинен здоровью истца источником повышенной опасности, следовательно, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию, суд находит разумной и справедливой сумму в размере 280000 руб., принимая во внимание, что истцу причинен тяжкий вред здоровью, он имеет преклонный возраст, находился на стационарном лечении 16 дней, перенес операционное вмешательство, в течение трех месяцев передвигался с помощью костылей, в связи с травмой приобрел ограничения способности к самообслуживанию.

В то же время суд учитывает, что умысла на причинение вреда истцу у ответчика ФИО3 не было, форма ее вины по отношению к причинению телесных повреждений является неосторожной.

Кроме того, суд также принимает во внимание, что ответчик ФИО3 является получателем пенсии по старости, суммарный размер страховой пенсии и фиксированной выплаты к страховой пенсии составляет 34012,17 руб. в месяц; при этом размер величины прожиточного минимума для пенсионеров в <адрес>, утвержденного постановлением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-пП, на 2024 год составляет 11246 руб.

Также при определении размер компенсации морального вреда суд учитывает, что ФИО3 разведена; лиц, находящихся на ее иждивении, а также несовершеннолетних детей не имеет; инвалидом не является; каких-либо дополнительных расходов, связанных с жизненной необходимостью, не несет; проживает в квартире по адресу: <адрес>, собственником которой не является; в собственности движимого и недвижимого имущества не имеет.

Как следует из постановления судебного пристава-исполнителя Ленинского РОСП г.Пензы УФССП России по Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 является должником по сводному исполнительному производству №-СД, размер задолженности составляет 1643 954,9 руб.; взыскания производятся на основании исполнительных документов, предметом которых является взыскание кредитной задолженности.

Из материалов дела также усматривается, что ФИО3 заключены договоры займа с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 30000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ №№ на сумму 15000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 12000 руб., с ООО <данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 30000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 30000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 15750 руб.; с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 30000 руб., с ООО <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 15000 руб., с ООО <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 45000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29650 руб., с ООО <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 20000 руб. с ООО <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ ;14150560 на сумму 20000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ №№ на сумму 17194 руб., ООО МКК <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 20000 руб., с <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20000 руб., с ООО <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 52500 руб.; срок возврата денежных средств по которым на момент рассмотрения дела истек. Доказательств того, что обязательства ответчиком по указанным договорам займа не исполнены, не представлено.

На основании изложенного, требования истца подлежат удовлетворению частично, с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда следует взыскать 280000 руб. 00 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления в суд в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 333.36 НК РФ, то она подлежит взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования «г.Пенза» в размере 300 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Иск ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт №, адрес: <адрес>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт №, адрес: <адрес>) в счет компенсации морального вреда 280 000 (двести восемьдесят тысяч) руб. 00 коп.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт №, адрес: <адрес>) государственную пошлину в доход муниципального образования «<адрес>» в размере 300 (триста) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Железнодорожный районный суд г.Пензы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 2 августа 2024 г.

Судья - Н.К.Федулаева