Апелляционное определение № 22-1193/2026 от 23 марта 2026 г.

Судья Данилов Д.К. Дело № 22-1193/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 24 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Шляпникова Н.В., Щеклеина А.И.,

при секретаре судебного заседания Селивановой Е.В.,

с участием прокурора Никонова М.А.,

осужденного ФИО1

адвоката Власовой В.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Теплых А.В. на приговор Пермского районного суда Пермского края от 4 февраля 2026 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец села ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам 6 месяцам принудительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства.

Судом решены вопросы об исчислении срока наказания, судьбе вещественных доказательств, мере пресечения, зачете в срок принудительных работ времени содержания под стражей с 24 ноября 2025 года по 21 января 2026 года из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в виде принудительных работ, а также времени нахождения под домашним арестом в период с 22 января 2026 года по день постановления приговора из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в виде принудительных работ.

Заслушав доклад судьи Шляпникова Н.В., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления, выступления прокурора Никонова М.А., осужденного ФИО1, его адвоката Власовой В.С. по доводам представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ч., опасного для жизни человека, совершенном 24 ноября 2025 года в селе Кояново Пермского муниципального округа Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ТеплыхА.В., не оспаривая обоснованность осуждения, правильность квалификации содеянного осужденным ФИО1, вид и размер назначенного наказания, поставил вопрос об изменении приговора в связи с неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Отмечает, что при описании в приговоре преступного деяния, признанного доказанным, суд ошибочно сослался на «причинение потерпевшему закрытой черепно-мозговой травмы груди» и не указал о количестве сломанных у потерпевшего ребер, что противоречит предъявленному обвинению и выводам заключения судебно-медицинского эксперта № 3990 м/д относительно локализации имеющихся у потерпевшего Ч. телесных повреждений. В связи с чем полагает необходимым указанное ошибочное суждение о локализации имевшихся у потерпевшего телесных повреждений из приговора исключить, дополнив описание преступного деяния количеством сломанных Ч. ребер. Считает, что суд необоснованно, вопреки требованиям ч. 3 ст. 72 УК РФ, руководствуясь ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, произвел зачет времени нахождения ФИО1 под домашним арестом из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день принудительных работ, тем самым неправомерно увеличил назначенный ему срок наказания. Отмечает, что с учетом применения положений ч. 3 и ч. 3.4. ст. 72 УК РФ суду необходимо было указать о зачете в срок отбытого наказания в виде принудительных работ времени содержания под стражей в период с 24 ноября 2025 года по 21 января 2026 года из расчета один день нахождения под стражей за два дня принудительных работ, а затем произвести зачет времени нахождения осужденного под домашним арестом в период с 22 января 2026 года по день постановления приговора с учетом последовательного применения положений ч. 3 и ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в виде принудительных работ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия находит вывод суда о доказанности вины осужденного в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ч., опасного для жизни человека, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, правильным, установленным судом на основании исследованных и проверенных в судебном заседании доказательств, включая последовательные показания самого ФИО1, потерпевшего Ч. и иные материалы дела, содержащие объективные данные о времени и месте совершенного преступления.

Анализ этих доказательств, приведенный в приговоре, свидетельствует о том, что судом первой инстанции в основу осуждения ФИО1 обоснованно положены его признательные показания о нанесении Ч. в ходе ссоры, возникшей из-за оскорблений со стороны последнего в грубой нецензурной форме, кулаком одного удара по лицу и нескольких ударов по ребрам и грудной клетке справа, что полностью подтвердил потерпевший Ч., испытавший именно после ударов ФИО1 по ребрам и грудной клетке сильную физическую боль, о чем он сообщил своей матери Ф., подтвердившей данное обстоятельство.

При проверке показаний вышеуказанных лиц в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 87 УПК РФ, суд сопоставил их друг с другом и иными собранными по делу доказательствами, в частности, с заключением эксперта № 3990 м/д от 30 декабря 2025 года о наличии у потерпевшего Ч. закрытой травмы груди (ЗТГ) в виде переломов трех ребер справа, разрыва правового легкого, гемопневмоторакса справа, верно квалифицированных как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека на основании п. 5.1.1.10 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Минздрава России от 8 апреля 2025 года № 172н, образовавшихся от ударного (одного и более) воздействия (воздействий) твердого тупого предмета (предметов) с зоной приложения травмирующей силы в область грудной клетки справа; протоколом проверки на месте показаний потерпевшего Ч., подтвердившего механизм и локализацию причиненных осужденным ФИО1 телесных повреждений; показаниями свидетеля Щ., из которых следует нахождение пострадавшего Ч. и осужденного ФИО1 наедине в момент совершения преступления; явкой с повинной, подтвержденной ФИО1 и иными доказательствами.

По результатам проверки суд пришел к правильному выводу о том, что данные доказательства не содержат каких-либо существенных противоречий, взаимно дополняют друг друга и получены в установленном уголовно-процессуальном законе порядке. С учетом этого суд, руководствуясь ст. 88 УПК РФ, обоснованно признал их относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности достаточными для вывода о доказанности виновности осужденного ФИО1

Об умысле ФИО1 на причинение Ч. тяжкого вреда здоровью свидетельствует нанесение в ходе ссоры с достаточной физической силой нескольких ударов кулаком по ребрам и грудной клетке спереди, в результате чего пострадавшему была причинена закрытая травма груди с повреждением внутренних органов.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел в действиях осужденного ни необходимой обороны, ни превышения ее пределов, поскольку какого-либо насилия потерпевший Ч. к осужденному ФИО1 не применял.

Вменяемость ФИО1 с учетом последовательности его поведения до, в момент и после совершения преступления у судебной коллегии сомнений не вызывает, о чем, в частности, свидетельствуют выводы заключения комиссии экспертов № 4777 от 16 января 2026 года, не доверять достоверности которых оснований не имеется (л.д. 141-142).

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым изменить приговор по доводам апелляционного представления, поскольку при описании преступного деяния, признанного доказанным, суд допустил техническую ошибку, сославшись на «причинение потерпевшему закрытой черепно-мозговой травмы груди» и не указав о количестве сломанных у потерпевшего ребер, что противоречит описанию преступного деяния, содержащемуся в обвинении и обвинительном заключении, а также выводам заключения судебно-медицинского эксперта № 3990 м/д от 30 декабря 2025 года относительно локализации имевшихся у потерпевшего Ч. телесных повреждений в области грудной клетки справа.

Данное нарушение подлежит устранению путем изменения приговора с исключением из его описательно-мотивировочной из описания преступного деяния суждения «черепно-мозговой» и указанием на «причинение Ч. закрытой травмы груди (ЗТГ) в виде переломов трех ребер справа», поскольку допущенная судом явная техническая ошибка не влияет на законность приговора в целом, не нарушает право осужденного на защиту, существенно не изменяет фактических обстоятельств дела и юридической оценки содеянного, что явно следует из предъявленного осужденному обвинения.

При таком положении юридическую квалификацию действий осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, следует признать правильной.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ в полной мере принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности содеянного, совокупности смягчающих обстоятельств в виде явки с повинной, полного признания вины и раскаяния в содеянном, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, наличия у виновного малолетних детей и престарелых родителей на иждивении, противоправного и аморального поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, принесения извинений потерпевшей стороне, добровольного возмещения вреда, причиненного в результате преступления, состояния здоровья осужденного, которую (прим. – совокупность) суд признает исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности преступления, а также отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд пришел к правильному выводу о назначении с применением ст. 64 УК РФ более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 111 УК РФ, в виде принудительных работ, поскольку данное наказание будет соответствовать его целям, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Оснований полагать о неполном учете смягчающих наказание обстоятельств и характеризующих осужденного данных, по мнению судебной коллегии, не имеется.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Также, исходя из всех обстоятельств дела, влияющих на размер и вид наказания, суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, приведя мотивы такого решения, оснований не соглашаться с которыми не имеется.

С учетом изложенного, назначенное осужденному наказание является справедливым и соразмерным содеянному.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы апелляционного представления относительного неверного зачета в срок наказания в виде принудительных работ времени нахождения ФИО1 под домашним арестом.

Согласно ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу засчитывается в срок принудительных работ из расчета один день за два дня.

Приняв решение о зачете в срок принудительных работ периода нахождения осужденного под домашним арестом с 22 января 2026 года по день постановления приговора, суд сослался на положения ч. 3, 3.4 ст. 72 УК РФ, при этом зачет произвел из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день принудительных работ, что не соответствует требованиям уголовного закона.

Исходя из положений ст. 72 УК РФ и разъяснений, содержащихся в ответах на вопросы из судов по применению положений ст. 72 УК РФ, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ от 31 июля 2019 года, при пересчете меры пресечения к назначенному наказанию необходимо любую меру пресечения перевести к содержанию под стражей по правилам ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, а после этого срок стражи засчитывать исходя из коэффициента кратности конкретного вида назначенного наказания по правилам ч. 3 ст. 72 УК РФ.

Учитывая, что ФИО1 назначено наказание в виде принудительных работ, в резолютивной части приговора необходимо указать о последовательном зачете в срок принудительных работ времени нахождения ФИО1 под домашним арестом в период с 22 января 2026 года по 4 февраля 2026 года (прим. – дата постановления приговора) в соответствии с положениями ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей, а затем в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ – из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Вместе с тем, в остальной части апелляционное представление удовлетворению не подлежит, поскольку: судом правильно в соответствии с положениями ч. 3 ст. 72 УК РФ произведен зачет в срок принудительных работ времени содержания под стражей; в свою очередь, зачет времени нахождения осужденного под домашним арестом в период с 22 января 2026 года по день постановления приговора с учетом последовательного применения положений ч. 3 и ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в виде принудительных работ, не соответствует закону.

Иных оснований для изменения приговора судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 386.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

апелляционное представление государственного обвинителя ТеплыхА.В. удовлетворить частично.

Приговор Пермского районного суда Пермского края от 4 февраля 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

В описательно-мотивировочной части приговора из описания преступного деяния исключить суждение «черепно-мозговой», указав на «причинение Ч. закрытой травмы груди (ЗТГ) в виде переломов трех ребер справа».

В резолютивной части приговора указать о последовательном зачете в срок принудительных работ времени нахождения ФИО1 под домашним арестом в период с 22 января 2026 года по 4 февраля 2026 года в соответствии с положениями ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей, а затем в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ – из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя ТеплыхА.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи