Решение № 2-3423/2017 2-3423/2017~М-2659/2017 М-2659/2017 от 24 декабря 2017 г. по делу № 2-3423/2017

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

город Черкесск 25 декабря 2017 года

Именем Российской Федерации

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Коцубина Ю.М.,

при секретаре судебного заседания Гергоковой Т.К.,

с участием представителя истца (ФИО1) – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело № 2-3423/17 по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании незаключённым договора целевого займа,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 и ФИО4 о признании незаключённым договора целевого займа от 17 сентября 2012 года между ФИО3 и ФИО4, согласно которому займодавец ФИО3 передал заёмщику ФИО4 деньги в размере 62 000 000 руб на срок до 17 сентября 2014 года под 2 % в месяц. В обоснование заявленного требования истец указал, что очевидная недостоверность обстоятельств совершения этого договора вызывает неустранимые сомнения в добросовестности ответчиков и свидетельствует о совершении договора без фактической передачи денежных средств в результате злонамеренного соглашения заёмщика. Согласно информации, размещённой на сайте ФССП России, в отношении ФИО3 возбуждено исполнительное производство от 11 августа 2016 года по решению суда от 07 июня 2012 года по иску ОАО «Россельхозбанк» к ООО «Прогресс», ФИО5 и ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на принадлежащее ФИО3 заложенное имущество. Решение суда от 07 июня 2012 года вынесено за 3 месяца до даты, когда якобы был выдан займ. Исполнительное производство в отношении ФИО3 до сих пор не исполнено, его задолженность перед ОАО «Россельхозбанк» с 2012 года не погашена, что подтверждает отсутствие у ФИО3 финансовой возможности предоставить наличными заём в размере 62 000 000 руб на 2 года. Согласно договору займа от 17 сентября 2012 года заёмщик использует сумма займа на семейные нужды, в том числе на приобретение земельного участка в Одинцовском районе и строительство жилого дома, а также на увеличение сохранности и ликвидности имущества, находящегося в совместной собственности заёмщика с её супругом ФИО1 Однако ни ФИО1, ни ФИО4 после 17 сентября 2012 года никакого недвижимого имущества в Одинцовском районе не приобретали, что подтверждается документально. В период брака они с женой действительно приобретали недвижимость в Одинцовском районе, но это было задолго до заключения договора займа от 17 сентября 2012 года. В 2012 году ни у него(истца), ни у ФИО4 необходимости в получении займа для нужд, указанных в договоре целевого займа, не было. В приложении № 1 к договору займа и в исковом заявлении ФИО3 указано, что деньги были получены ФИО4 и переданы ему (ФИО1) в офисе ООО «Концерн Союзвнештранс», однако ему никакие деньги не передавались, его подпись в договоре займа и в акте приёма-передачи денег отсутствует. О существовании договора займа ФИО4 ему никогда не говорила. ФИО4 впервые побывала в офисе ООО «Концерн Союзвнештранс» лишь в 2015 году, после расторжения с ним брака. При разделе супружеского имущества ФИО4 о договоре займа также не упоминала, о наличии долга не заявляла. В период брака, расторгнутого в конце 2014 года, ФИО4 являлась домохозяйкой, и никакого финансового участия в жизни семьи не принимала. ФИО3 к нему как к лицу, которое получило заёмные деньги, по поводу возврата денег никогда не обращался. Вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют о безденежности и незаключённости договора целевого займа.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, письменным заявлением поддержал свой иск, просил рассмотреть дело в его отсутствие, с участием представителя.

Представитель истца – ФИО2 в судебном заседании поддержала исковые требования ФИО1, просила иск удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Объяснила, что существованием оспоренного договора займа нарушаются права истца, так как дата этого договора попадает на период его брака с ФИО4, которая может потребовать раздела долга с бывшим супругом. Незаключённость договора займа подтверждается самим фактом непредоставления его подлинника в суд. Не смотря на требование суда, ни подлинник договора займа, ни оригинал акта приёма-передачи денег суду так и не были предоставлены. Учитывая осведомлённость ответчиков о наличии ходатайства о проведении экспертизы документов, непредоставление ими в суд договора и акта является основанием для того, чтобы считать факт незаключения договора займа установленным согласно ч.3 ст.79 ГПК РФ.

Ответчики ФИО3 и ФИО4, а также их представители, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, доказательств уважительности причин неявки не предоставили, об отложении судебного разбирательства не просили. По определению суда дело рассмотрено в отсутствие ответчиков и их представителей, в заочном порядке.

Выслушав объяснения представителя истца, исследовав имеющиеся в деле документы, суд пришёл к выводу об отсутствии достаточных оснований для удовлетворения иска.

В соответствии с ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности. Согласно ч.1 ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) принцип состязательности сторон является одним из основных принципов осуществления правосудия по гражданским делам. Согласно ч.1 ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, имеют право представлять доказательства и участвовать в их исследовании, заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств. В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основания своих требований. К числу допустимых доказательств по делу ст.55, ст.68 и ст.71 ГПК РФ относят объяснения сторон об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, а также письменные доказательства.

В данном случае истец просил суд признать незаключённым договор целевого займа от 17 сентября 2012 года между ФИО3 и ФИО4, по условиям которого займодавец ФИО3 передал заёмщику ФИО4 деньги в размере 62 000 000 руб на срок до 17 сентября 2014 года под 2 % в месяц. В обоснование заявленного требования истец сослался на безденежность этого договора, подтверждённую очевидной недостоверностью обстоятельств его совершения и неустранимыми сомнениями в добросовестности ответчиков, которые действовали в условиях злонамеренного соглашения.

Между тем, совокупность имеющихся в деле доказательств не позволяет суду прийти к однозначному выводу о незаключённости оспоренного истцом договора.

В соответствии с п.5 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Данная норма означает, что при совершении сделок и иных юридически значимых действий граждане считаются действовавшими законно (правомерно), добросовестно и разумно до тех пор, пока не будет доказано обратное. В данном случае обратное истцом не доказано, а отсутствие в деле оригиналов этих документов исключает возможность их проверки на подлинность.

Копия договора целевого займа от 17 сентября 2012 года и копия акта приёма-передачи денежных средств от 17 сентября 2012 года были направлены в суд ФИО3 в виде приложений к исковому заявлению о взыскании денежных средств с ФИО4 и в качестве письменных доказательств по гражданскому делу, о которых говорится в ч.1 ст.55 и в ст.71 ГПК РФ.

Заявив о безденежности оспоренного договора и о его подложности, ФИО1 фактически заявил о совершении ответчиками преступления, предусмотренного ч.1 ст.303 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ), – фальсификация доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле. Между тем, в соответствии со ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Применительно к рассматриваемому делу единственным допустимым доказательством фальсификации доказательств по гражданскому делу может быть только обвинительный приговор, вступивший в законную силу. Данный вывод вытекает из конституционно закреплённого принципа презумпции невинности и основывается на следующих положениях.

В соответствии с ч.1 ст.49 Конституции Российской Федерации вина гражданина в совершении преступления (то есть, в совершении уголовно наказуемого деяния) может быть установлена и подтверждена только вступившим в законную силу обвинительным приговором суда. Никакие другие акты (будь то постановление дознавателя, следователя, прокурора или суда, иные официальные или неофициальные документы, устные или письменные заявления, решения, рапорты, справки, объяснения или показания) не могут доказывать или подтверждать совершение гражданином преступления в отсутствие в отношении этого гражданина обвинительного приговора.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.2 Постановления от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» отметил, что согласно ч.1 ст.15 Конституции Российской Федерации Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. В соответствии с этим конституционным положением судам при рассмотрении дел следует оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Конституцию Российской Федерации в качестве акта прямого действия. Здесь же, в п.15 Постановления Пленум Верховного Суда обратил внимание судов на то, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. При этом недопустимо возлагать на обвиняемого (подсудимого) доказывание своей невиновности.

Согласно части 2 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года каждый обвиняемый в уголовном преступлении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону. Аналогичная норма содержится и в части 2 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.5 Постановления «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» указал, что при осуществлении правосудия судам надлежит исходить из того, что общепризнанные принципы и нормы международного права, закреплённые в международных пактах, конвенциях и иных документах (в частности, во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах), и международные договоры Российской Федерации являются в соответствии с ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации составной частью её правовой системы.

В соответствии с ч.1 ст.14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном этим кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Как неоднократно указаывал Конституционный Суд Россисйкой Федерации, право гражданина считаться невиновным в совершении преступления до тех пор, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке, является в силу ст.18 Конституции Российской Федерации непосредственно действующим и должно обеспечиваться правоприменителем на основе закрепленного в части 1 ст.15 Конституции Российской Федерации требования о прямом действии конституционных норм, на что неоднократной обращал внимание Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях и определениях. В отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора в отношении истца невозможно установить ни сам факт его уклонения от прохождения военной службы, ни его виновность в совершении этих деяний.

Удовлетворение заявленного ФИО1 иска по указанным истцом основаниям (то есть, вследствие изготовления фиктивных документов, предоставленных в суд в качестве доказательств) будет означать установление судом факта совершения ответчиками (либо одним из них) преступления, предусмотренного ч.1 ст.303 УК РФ. Между тем, квалифицировать совершённые ответчиками (либо одним из них) действия как фальсификация доказательств по гражданскому делу, уполномочен только суд, рассмотревший по существу уголовное дело, путём изложения такого вывода в обвинительном приговоре. Никакие другие доказательства, в чём бы они не заключались, виновность ответчиков в данных деяниях подтверждать не могут и, по существу, являются недопустимыми доказательствами, которыми суд не вправе руководствоваться в качестве оснований для удовлетворения предъявленного иска.

В данном случае никакой обвинительный приговор в отношении ответчиков в связи с фальсификацией ими документов не выносился. В такой ситуации суд, рассматривая настоящее гражданское дело, не может вторгаться в сферу уголовной юрисдикции и делать вывод об обратном, устанавливая или подтверждая своим решением факт фальсификации ответчиками доказательств по гражданскому делу. Поскольку вступившим в законную силу приговором суда ответчики виновными в изготовлении и предоставлении в суд фальсифицированных документов не признаны, ссылки истца на безденежность и фиктивность оспоренного истцом договора займа не могут быть признаны обоснованными и подлежат отклонению.

Проверить доводы истца о фиктивности договора целевого займа от 17 сентября 2012 года и акта приёма-передачи денежных средств от 17 сентября 2012 года в рамках настоящего гражданского дела путём назначения и проведения судебных экспертиз (почерковедческой и/или давности изготовления документов) не представляется возможным в виду отсутствия в деле подлинных экземпляров (оригиналов) этих документов.

Отказывая в удовлетворении предъявленного ФИО1 иска о признании договора целевого займа от 17 сентября 2012 года незаключённым, настоящим решением суд не устанавливает тот факт, что этот договор является действительным, и что указанная в нём денежная сумма фактически передавалась займодавцем заёмщику, равно как не делает вывод и об обратном. Данные вопросы не являлись предметом судебного исследования ввиду отсутствия в деле самого договора. Имеющиеся в деле светокопии договора и акта от 17 сентября 2012 года не могут быть признаны письменными доказательствами, поскольку не заверены надлежащим образом, как это предусмотрено ч.2 ст.71 ГПК РФ. Копии этих документов были предоставлены суду в качестве доказательств денежных требований, предъявленных ФИО3 к ФИО4 и ФИО1 Однако от своего иска к ФИО4 и ФИО1 о взыскании с них долга по договору целевого займа от 17 сентября 2012 года ФИО3 отказался, в связи с чем производство по делу в этой части было прекращено. Данное обстоятельство исключает возможность повторного обращения ФИО3 в суд с таким иском.

Суд признаёт несостоятельными доводы истца и его представителя о том, что существование оспоренного истцом договора целевого займа от 17 сентября 2012 года нарушает его права. Истец ФИО1 стороной данного договора не являлся и не является, а потому этот договор согласно ст.8 и ст.153 ГК РФ не порождает, не изменяет и не прекращает никаких прав и/или обязанностей истца. Указание истца на возможное предъявление к нему ФИО4 иска о разделе общих долгов является всего лишь его предположением. Кроме того, в случае, если такой иск к ФИО1 всё-таки будет предъявлен, обоснованность этого иска необходимо будет доказать путём предоставления суду договора целевого займа от 17 сентября 2012 года в подлиннике либо в надлежаще заверенной копии. В этом случае ФИО1 будет иметь процессуальное право оспорить договор, предъявив к его сторонам требование о признании сделки недействительной.

Руководствуясь статьями 194-199, 233-235 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать ФИО1 в иске к ФИО3 и ФИО4 о признании незаключённым договора целевого займа от 17 сентября 2012 года между ФИО3 м ФИО4.

Ответчики вправе подать в Черкесский городской суд заявление об отмене настоящего решения в течение семи дней со дня получения копии этого решения. Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца по истечении срока подачи ответчиками заявлений об отмене настоящего решения, а в случае, если такие заявления будут поданы, - в течение месяца со дня вынесения определений суда об отказе в удовлетворении этих заявлений.

Судья Черкесского городского суда Ю.М.Коцубин