Решение № 2-1011/2024 2-1011/2024~М-621/2024 М-621/2024 от 22 мая 2024 г. по делу № 2-1011/2024

Дело № 2-1011/2024

УИД № 37RS0005-01-2024-001136-91


Р Е Ш Е Н И Е ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДАРАЦИИ

23 мая 2024года г. Иваново

Ивановский районный суд Ивановской области

в составе председательствующего судьи Меремьяниной Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

с участием истца – ФИО5, его представителя по доверенности - ФИО3, помощника прокурора Ивановской межрайонной прокуратуры – Макаровой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,причиненного незаконным уголовным преследованием.

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ Фрунзенским МСО СУ СК России в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.

По данному уголовному делу 02.05.2020 ФИО2 был задержан в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ. Органы предварительного расследования обращались в суд с ходатайством об избрании в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу, однако 04.05.2020 <данные изъяты> подозреваемый ФИО2 освобожден из-под стражи ввиду отсутствия обстоятельств, являющихся исключительными для избраниямеры пресечения в виде заключения под стражу.

Расследование уголовного дела носило явно затяжной характер. Предварительное следствие по делу неоднократно прекращалось и приостанавливалось. Длительное время по вине органов следствия ФИО2 пребывал в статусе подозреваемого и находился под гнетом уголовного преследования.

Постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Ивановской области от 12.09.2022 уголовное дело № прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1. ст. 24 УПК РФ - в связи с отсутствием события преступления.

В ходе уголовного судопроизводства по уголовному делу, которое длилось 2 года и 4 месяца, в отношении истца проводились следующие действия уголовно-процессуального характера: задержание и содержание под стражей, обыск жилого помещения в присутствии беременной супруги, проведение многочисленных допросов.

В результате незаконного уголовного преследования истец на протяжении более двух лет, находясь под страхом лишения свободы по обвинению в совершении <данные изъяты>, испытывал угнетенное психологическое состояние, испытывал острое социальное недоверие членов своей семьи, родственников, знакомых и друзей, партнеров по бизнесу (представлявшее собой веру указанных лиц в отрицательные качества ФИО2 в период уголовного преследования), что в последствии привело к прекращению межличностных отношений ФИО2 с частью указанных лиц, прекращению бизнес-партнерских отношений, в связи с чем, ФИО2 вынужден был прекратить свою коммерческую деятельность в <адрес> и перенести ее в <адрес>.

Ссылаясь на данные обстоятельства, истец просил суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб.

Определением суда от 03.04.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено СУ СК России по Ивановской области.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, дополнительно указал, что в период уголовного преследования он один день для производства экспертизы находился в <данные изъяты> 3-4 дня в психиатрической больнице в <адрес>. Кроме того, пока он находился 48 часов в ИВС, в его доме проводился обыск. В связи со случившимся он перестал общаться с отцом, поскольку последний считал, что сын его опозорил, также он был вынужден переехать проживать и работать в другой город.

Представитель истца – ФИО3 требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания был извещен в соответствии с главой 10 ГПК РФ. Согласно представленному отзыву, Министерство финансов Российской Федерации считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда 2000000 руб. не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, не отвечает принципу разумности и справедливости и явно завышена. Исковые требования могут быть удовлетворены частично в сумме, не превышающей 200 000 руб., поскольку истцом не представлены доказательства причинения морального вреда в большем размере.

Безусловно, уголовное преследование невиновного лица влечет причинение ему морального вреда. Между тем, истец по данной категории дел полностью не освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, и в соответствии с ч, 1 ст. 56 ГПК Российской Федерации обязан представить доказательства, обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объём причиненных физических и нравственных страданий.

Поводом для возбуждения уголовного дела послужило заявление потерпевшей ФИО11, поданное в СУ СК России по Ивановской области, о совершении ФИО8 <данные изъяты>, а также показания ФИО9

Кроме того, из показаний представителя истца - адвоката Подольского В.И., данных на судебном заседании следует, что с момента разрыва отношений до возбуждения уголовного дела между ФИО11 и ФИО8 сложились неприязненные отношения и финансовые разногласия. В связи с чем, подача ФИО11 заявления в правоохранительные органы о совершении преступления носила цель не защитить <данные изъяты>, а создать неприятности в жизни ФИО2

Таким образом, сложившаяся ситуация произошла и в результате поведения самого истца и в результате конфликта, который имелся между ФИО11 и ФИО8При таких обстоятельствах, для соблюдения баланса между интересами потерпевшего и лица, подозреваемого в совершении преступления, правоохранительные органы обязаны провести полную всестороннюю проверку для установления всех обстоятельств дела и принятия решения по существу, особенно, когда преступление касается прав <данные изъяты>. Истцом не доказан факт того, что сотрудники правоохранительных органов, проводя следственные действия, выходили за рамки возложенных на них законом полномочий. Доказательств совершения должностными лицами государственных органов в отношении ФИО2 действий, превышающих обычную степень неудобств, связанных с уголовным преследованием, не имеется.

Уголовное дело было прекращено в 2022 году за отсутствием события преступления. При этом, истцом не представлено доказательств, что он пытался привлечь ФИО10 к ответственности за ложный донос.

В ходе предварительного расследования по уголовному делу в отношении ФИО2 какая-либо мера пресечения не избиралась. В ходе предварительного расследования по уголовному делу истец был задержан в рамках ст. 91 УПК РФ и доставлен в ИВС. В соответствии с ч. 2 ст. 94 УПК РФ ФИО2 находился в ИВС в рамках 48 часов, что не является нарушением действующего законодательства. ФИО2 являлся подозреваемым по уголовному делу, обвинение ему не предъявлялось.

Довод истца о том, что в результате уголовного преследования и распространении сведений о его привлечении к уголовной ответственности разрушились отношения с партнёрами по бизнесу, и он был вынужден перенести свой бизнес из <адрес> в <адрес>, является личным мнением истца. Данных о том, что истцу отказывали в проведении каких-либо бизнес встреч, заключении контрактов/договоров и т.д. на основании возбужденного уголовного дела, не имеется. Согласно показаниям адвоката Подольского В.И., сведения о том, что в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело, распространяла ФИО10 Минфин России не отвечает за действия физических лиц. Распространение информации государственными органами или должностными лицами не доказано. Решение закрыть бизнес в <адрес> и перенести его в <адрес> ФИО2 принял самостоятельно, исходя из своих личных обстоятельств, желаний и амбиций (подтверждается выводами экспертов о личных качествах ФИО2, как о лице, обладающем лидерскими качествами, направленными на достижение целей). При этом не представлено документов, подтверждающих наличие и закрытие бизнеса в <адрес>.

При расследовании уголовного дела были проведены экспертизы, допрошены свидетели и другие следственные действия. Уголовное преследование неоднократно приостанавливалось в результате нахождения истца на лечении, а также врезультате объявления карантина на территории Ивановской области. При данных обстоятельствах, учитывая специфику расследования данной категории уголовных дел, проведением множестваэкспертиз, Минфин России полагает, что срок уголовного преследования является разумным.

Как указано в исковом заявлении, истец осуществляет коммерческую деятельность. Занятие данным родом деятельности требует выдержки и стрессоустойчивости, следовательно, истец умеет справляться со стрессами и различного рода переживаниями гораздо лучше, чем обычный человек.

Постановление, которым было прекращено уголовное преследование, было вынесено в 2022 году. Только спустя больше года истец обратился в суд за защитой своих прав, что свидетельствует о минимальных моральных страданиях у истца.

В исковом заявлении ФИО2 указывает, что испытывал нравственные переживания в связи с распространением сведений о привлечении к уголовной ответственности среди знакомых, друзей, партнеров по бизнесу, что отразилось на его отношениях с близкими людьми. Однако, данные доводы являются субъективным мнением истца, ничем не подтверждены.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, СУ СК России по Ивановской области, о дате и времени судебного заседания извещен в соответствии с главой 10 ГПК РФ.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке лиц, участвующих в деле.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, изучив материалы гражданского дела, заключение прокурора о наличии оснований для удовлетворения иска, оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что 01.05.2020 старшим следователем <данные изъяты> в ходе проведения доследственной проверки от ФИО2 были получены объяснения.

02.05.2020 <данные изъяты> в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного № УК РФ.

02.05.2020 ФИО2 задержан в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ, допрошен в качестве подозреваемого.

02.05.2020 составлено заключение специалиста № по результатам проведения в отношении ФИО2 психофизиологического исследования с применением полиграфа.

02.05.2020 на основании постановления следователя <данные изъяты> в жилище ФИО2 произведен обыск.

Постановлением судьи <данные изъяты> от 04.05.2020 отказано в удовлетворении ходатайства старшего следователя <данные изъяты> об избрании в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу. ФИО2 освобожден из-под стражи.

В соответствии с постановлением старшего следователя <данные изъяты> от 05.05.2020 в отношении ФИО2 была проведена <данные изъяты> экспертиза. Данная экспертиза была проведена в <данные изъяты>

Постановлением старшего следователя <данные изъяты> от 22.07.2020 ФИО2 привлечен по уголовному делу в качестве гражданского ответчика.

17.07.2020 старшим следователем <данные изъяты> вынесено постановление о проведении в отношении ФИО2 <данные изъяты> экспертизы.

Постановлением <данные изъяты> от 23.07.2020 удовлетворено ходатайство старшего следователя <данные изъяты>, дано разрешение на наложение ареста на имущество ФИО2

Постановлением <данные изъяты> от 24.07.2020 удовлетворено ходатайство старшего следователя <данные изъяты> о помещении подозреваемого ФИО2 в отделение стационарной судебно-психиатрической экспертизы <данные изъяты> для производства <данные изъяты> экспертизы на срок 30 суток со дня помещения в стационар.

22.07.2020, 28.12.2020, 02.02.2021, 20.02.2021 ФИО2 допрошен в качестве подозреваемого, что следует из протоколов допроса.

16.03.2021 в отношении ФИО2 проведено исследование с применением полиграфа.

31.03.2021 вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с отсутствием события преследования.

Постановлением заместителя прокурора <данные изъяты> от 21.05.2021, отменено постановление о прекращении производства по уголовному делу от 31.03.2021.

Постановлением 11.06.2021 предварительное следствие по делу возобновлено.

На основании постановления следователя по особо важным делам СУ СК России по Ивановской области от 23.06.2021 в отношении ФИО2 проведено освидетельствование.

Постановлением следователя по особо важным делам от 12.07.2021 предварительное следствие по уголовному делу приостановлено по основанию, предусмотренному п.4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, в связи с временным тяжелым заболеванием обвиняемого.

Постановлением и.о. руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел от 04.08.2021, отменено постановление о приостановлении уголовного дела от 12.07.2021.

Постановлением следователя от 13.08.2021 возобновлено предварительное расследование по уголовному делу.

13.09.2021 предварительное следствие вновь было приостановлено по п.4 ч.1 ст. 208 УПК РФ.

Постановлением следователя от 08.10.2021 предварительное следствие по уголовному делу возобновлено.

Постановлением следователя по особо важным делам СУ СК России по Ивановской области от 08.11.2021 уголовное преследование в отношении ФИО2 прекращено по п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преследования.

Постановлением заместителя прокурора Ивановской области от 10.02.2022 признано незаконным и отменено постановление следователя от 08.10.2021 о прекращении уголовного дела.

03.03.2022 предварительное следствие возобновлено.

31.03.2022 следователем по особо важным делам СУ СК России по Ивановской области вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием события преследования.

10.08.2022 постановлением и.о. руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Ивановской области указанное постановление отменено.

Постановлением от 10.08.2022 предварительное следствие возобновлено.

Постановлением от 12.09.2022 уголовное дело № и уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преследования.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии 53 Конституции РФ каждому гарантировано право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Ответственность за вред, причиненный актами правоохранительных органов и суда, регламентирует и ст. 1070 ГК РФ, которой предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст. ст. 133 - 139, 397 и 399).

В соответствии с частью 1 и пунктом 1 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В соответствии с частью 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 24 октября 2019 года N 2725-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П.С. на нарушение его конституционных прав статьями 133 - 139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации" указал, что конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, федеральный законодатель установил порядок и условия возмещения причиненного лицу в уголовном судопроизводстве вреда в отраслевых законодательных актах, прежде всего в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, нормами статей 133 - 139 которого регламентируются основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда (причем согласно части второй его статьи 136 иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства), а также в Гражданском кодексе Российской Федерации, статьи 1064, 1069 и 1070 которого закрепляют общие основания ответственности за причинение вреда, в частности государственными органами, включая органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а статья 1101 - способ и размер компенсации морального вреда. При этом согласно статьям 133 и 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации применение реабилитации в конкретном деле является результатом принятия в рамках уголовного судопроизводства решения, снимающего с лица выдвинутые против него обвинения, - оправдательного приговора, постановления (определения) о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в связи с отсутствием события или состава преступления, в связи с непричастностью лица к совершенному преступлению и по некоторым другим основаниям.

Статья 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

На основании ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда":Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как разъяснено в пунктах 25 - 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В связи с указанным сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" с учетом положений статей 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации, Гражданский и Уголовно-процессуальный кодексы Российской Федерации гарантируют возмещение вреда лицу, пострадавшему в результате незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе лицу, незаконно привлеченному к уголовной ответственности. Российская Федерация, как демократическое правовое государство, принимает на себя обязательства по возмещению указанного вреда. Справедливая компенсация государством этого вреда не может противоречить принципам добросовестности, разумности и справедливости и повлечь нарушение бюджетного законодательства.

В рамках настоящего спора истцом заявлены требования о компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование.

Судом установлено, что проанализировав собранные материалы уголовного дела, следствие пришло к выводу о том, что собранных в ходе расследования уголовного дела № доказательств в отношении ФИО2 недостаточно, что не дает возможности сделать вывод о его виновности.

В связи с чем, постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ивановской области от 12.09.2022 уголовное дело № и уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преследования.

Указанные обстоятельства участниками процесса в рамках судебного разбирательства не оспаривались, подтверждены материалами дела, доказательств обратного суду не предоставлено.

Таким образом, суд находит установленным факт незаконного уголовного преследования истца по п. «б» ч.4 ст. 132 УК РФ.

Учитывая вышеизложенного, суд, руководствуясь приведенными положениями закона, приходит к выводу о наличии у ФИО2 права на реабилитацию. Тот факт, что в постановлении следователя о прекращении уголовного дела право на реабилитацию истца не указано в силу вышеуказанных норм правового значения не имеет.

С учетом изложенного, поскольку уголовное преследование в отношении истца прекращено по реабилитирующему основанию, суд приходит к выводу о наличии законных оснований по возложению на ответчика обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец и его представитель ссылались на то, что он испытывал острое социальное недоверие членов своей семьи, родственников, знакомых и друзей, партнеров по бизнесу, что в последствие привело к прекращению межличностных отношений, прекращению коммерческой деятельности в <адрес> и переносе ее в <адрес>.

Вместе с тем, данные доводы не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств наличия причинной связи между уголовным преследованием и прекращением у истца межличностных отношений с иными лицами, а также переносом бизнеса в иной город, истцом не представлено.

При этом суд соглашается с доводом стороны истца о том, что сам факт необоснованного уголовного преследования может вызывать сильные нервные переживания, психологическое напряжение, стресс которые истец неизбежно испытывает в результате преследования, сопряженного с осознанием привлечения к уголовной ответственности впервые, будучи уверенным в том, что незаконных и противоправных действий он не совершал, с нарушением привычного уклада его жизни, что приводит к повышенному уровню тревожности, отражается на общественном мнении об истце среди его знакомых и близких людей, на его репутации.

Кроме того, незаконное уголовное преследование истца свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав, принадлежащих ему от рождения: право на доброе имя, достоинство личности, личную неприкосновенность, репутацию, право не подвергаться уголовному преследованию за преступление, которое он не совершал.

Однако суд также учитывает, что и органы предварительного следствия, производя действия уголовно-процессуального характера с целью установления значимых для уголовного дела обстоятельств и добывая сведения, характеризующие в том числе личность истца, действовали в рамках предоставленных им законом полномочий и осуществляли необходимые процессуальные и следственные действия в ходе предварительного следствия.

Не представлено истцом неоспоримых доказательств того, что условия и состояние жизни родственников семьи истца значительно ухудшились в результате его незаконного преследование.

Принимая решение о том, что исковые требования о возмещении морального вреда являются обоснованными, суд при определении компенсации морального вреда учитывает характер и степень нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности истца, его личность (молодой мужчина, трудоспособность истца, семейное положение, наличие несовершеннолетних детей), конкретные обстоятельства настоящего дела, продолжительность уголовного преследования (более двух лет) и длительность периода нахождения истца в статусе подозреваемого, виды, формы и количество следственных и процессуальных действий с его участием, задержание истца в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ на 48 часов, тяжесть преступления, в совершении которого подозревался истец (особо тяжкое преступление), характер преступления (насильственные действия сексуального характера в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста), условия жизни его семьи в период уголовного преследования, а также то, что обвинение истцу не предъявлялось, мера пресечения не избиралась и отсутствие для истца тяжких и необратимых последствий в результате уголовного преследования, и, исходя из требований разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что имеются основания для частичного удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости, которые должны обеспечить баланс частных и публичных интересов и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, суд определяет к взысканию размер компенсации в сумме 400000 руб., поскольку приходит к выводу о том, что данный размер соразмерен характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел истец.

Оснований для дальнейшего снижения размера компенсации морального вреда, а также для освобождения ответчика от обязанности по возмещению компенсации морального вреда, суд не усматривает.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 года N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, денежные средства, подлежащие взысканию в пользу истца должны быть взысканы с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,суд

решил:

исковые требования ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №, выдан <данные изъяты>) компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 400000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Меремьянина Т.Н.

Мотивированное решение суда изготовлено 30.05.2024