Решение № 2-23/2023 2-23/2023(2-645/2022;)~М-240/2022 2-645/2022 М-240/2022 от 1 ноября 2023 г. по делу № 2-23/2023

Производство №2- 23/2023


Р Е Ш Е Н И Е Именем Российской Федерации

02.11.2023 г. Смоленск

Смоленский районный суд Смоленской области

в составе:

председательствующего судьи Моисеевой О.В.,

при ведении протокола

секретарём судебного заседания ФИО1,

с участием представителей сторон, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок,

по иску ФИО5 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, об определении долей в совместно нажитом имуществе, признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 <дата> обратилась в Смоленский районный суд <адрес> с иском к ФИО3, ФИО4 о признании недействительными договоров дарения от <дата>, от <дата>, заключённых между ФИО2 и ФИО4, и от <дата>, заключённых между ФИО4 и ФИО3, в отношении недвижимого имущества - дома и земельного участка, применении последствий недействительности этих сделок, восстановлении срока для признания сделок недействительными.

В обоснование иска указав, что с учетом своего состояния здоровья и сложившегося доверительного отношения к ФИО4, при наличии устной договоренности об отчуждении спорного имущества ФИО4 третьим лицам, и передачи денежных средств от продажи истцу, <дата> и <дата> при подписании договоров дарения в пользу ФИО4, она в договора «не вчитывалась», поскольку полностью доверяла ФИО4, и полагала, что выдает доверенности на имя последней, для того чтобы ответчик от имени истица осуществила продажу недвижимости третьим лицам. Не понимала, что после этих сделок она больше не будет являться собственником недвижимого имущества – земельного участка с кадастровым номером № <номер> и жилого помещения по адресу: Смоленский район, Козинское сельское поселение, д.Туринщина, дом №43, квартира №1. Летом <дата> года истица поняла, что была обманута, после того, как ответчица поменяла замки в доме и вывезла все ее вещи из жилого помещения. На момент сделок дарения она заблуждалась относительно их правовой природы, и правовых последствий, без намерения подарить имущество, осуществила подписания договоров, заключив их под влиянием обмана и заблуждения. Указывает, что ФИО4, зная о незаконной природе совершения сделок дарения, с целью затруднения процесса оспаривания сделок, злоупотребив своим правом, <дата> осуществила дарение спорного имущества своей матери - ФИО3 Со ссылкой на ст.ст.10,166,167,170,178,173.1,572 ГК РФ просит исковые требования удовлетворить (том 1 л.д.4-6).

ФИО5, привлеченный судом к участию в деле в качестве третьего лица, <дата> подал иск к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, об определении долей в совместно нажитом имуществе, указав, что он, как супруг ФИО2 и собственник спорного имущества, не давал своего разрешения на его отчуждение ФИО2 С <дата> года он и его супруга владеют спорным имуществом, находясь в браке, за счет общих средств, произвели ремонт квартиры, построили забор, высадили деревья на участке. О дарении супругой спорного имущества, которое имело место в 2018 году, узнал недавно. Со ссылкой на ст.ст. 34,35,38,39 СК РФ, ст.ст. 10,128,129,168,170,205,213,254,256 ГК РФ просит признать договора дарения от <дата>, от <дата>, заключённые между ФИО2 и ФИО4, и от <дата>, заключённые между ФИО4 и ФИО3, в отношении недвижимого имущества - дома и земельного участка недействительными, применить последствия недействительности сделок, восстановить срок для признания сделок недействительными, определить доли в совместно нажитом имуществе - земельный участок с кадастровым номером № <номер> и жилое помещение № <номер> по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, равными по ? доли каждому ФИО5 и ФИО2 (том 1 л.д.158-159, том 2 л.д.58-60).

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Управление Росреестра по Смоленской области, Администрация МО «Смоленский район» Смоленской области.

Стороны, третьи лица в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом.

Представитель истца ФИО5 – ФИО6 в судебном заседании встречные исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить.

Представитель истца ФИО2 - ФИО7 ранее в судебном заседании просила исковые требования ФИО2 удовлетворить, по основаниям указанным в иске и доводам, приведенным в ходе рассмотрения дела.

Представитель ответчиков по первоначальному и встречному искам ФИО3, ФИО4 – ФИО8 в судебном заседании исковые требования ФИО5, ФИО2 не признала, просила отказать за необоснованностью, применить срок исковой давности, ранее поданные письменные возражения на иск поддержала. Указала, что гараж не расположен на спорном участке с кадастровым номером № <номер>, предметом договоров дарения не являлся, ответчики на него не претендуют (том 2 л.д.92-96).

Заслушав участников процесса, свидетелей, экспертов, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим убеждениям.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора дарения.

Согласно ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В силу п. 1 и п. 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 названной статьи требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пункт 3 данной статьи устанавливает, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.

В п. 1 ст. 168 ГК РФ закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу подпунктов 3, 5 пункта 2 статьи 178 ГК Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку, а также если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Закон позволяет оспорить сделку, если воля лица формировалась несвободно, под воздействием указанных в законе факторов.

Согласно ч. 1 ст. 179 ГК Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В случае признания сделки недействительной, применяются правила, предусмотренные абзацем вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3 названной статьи), а именно: каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость; дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу, и именно с этого момента у него возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением своего права и начинает течь срок исковой давности.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях (пункт 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

В силу статьи 37 Семейного кодекса Российской Федерации имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

Судом установлено, что ФИО2 и ФИО5 состоят в зарегистрированном браке с <дата> по настоящее время (том 1 л.д.10).

ФИО2 работает на предприятии МУП «Автоколонна -1308» с <дата> года, неоднократно была награждена.

ФИО2 после смерти ее отца - ФИО9, умершего <дата>, было выдано свидетельство о праве на наследства по закону от <дата> на земельный участок с кадастровым номером № <номер> (том 1 л.д.39).

Как усматривается из выписки из ЕГРН границы земельного участка с кадастровым номером № <номер> установлены в соответствии с действующим законодательством.

Решением Смоленского районного суда от <дата> за ФИО2 признано право собственности на жилое помещение - квартиру площадью <данные изъяты> кв.м по адресу <адрес>, <адрес>, <адрес>. В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО2 вступила во владение оставшимся наследством после смерти <дата> своего отца ФИО9 квартирой № <номер>, которая со слов ФИО2 до <дата> г. находилась во владении ее отца. С учетом указанных обстоятельств за истицей было признано право собственности на квартиру (том 1 л.д.114-117).

Жилое помещение - квартира №№ <номер> площадью <данные изъяты> кв.м по адресу <адрес>, <адрес>, <адрес>, с <дата> стоит на кадастровом учете под номером № <номер> (том 1 л.д.31-33).

<дата> и <дата> ФИО2 лично обратилась в уполномоченный орган с заявлениями о регистрации права собственности на указанные объекты - квартиру и земельный участок (том 1 л.д.37-38, 111-112).

<дата> между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) был заключен договор дарения в отношении спорного земельного участка с кадастровым номером № <номер> В этот же день был подписан акт приема-передачи и стороны договора обратились в уполномоченный орган с заявлением о регистрации перехода права собственности (том 1 л.д.36-67).

<дата> между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) был заключен договор дарения в отношении <адрес> по адресу <адрес>, <адрес>, <адрес>, подписан акт приема-передачи и в день подписания договора подано заявление о регистрации перехода права собственности на указанную квартиру (том 1 л.д. 109-146).

За ФИО4 в <дата> году было зарегистрировано право собственности на спорные объекты недвижимости в ЕГРН.

С <дата> в жилом помещении по адресу <адрес>, <адрес>, <адрес> был зарегистрирован ФИО10, который решением суда от <дата> признан утратившим право пользования данным помещением (том 2 л.д.139-148). На <дата> в жилом помещении никто не зарегистрирован.

В абзаце втором пункта 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> N 861, указано, что акт об осуществлении технологического присоединения (акт о технологическом присоединении) представляет собой документ, составленный по окончании процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям и подтверждающий технологическое присоединение в установленном порядке.

Как следует из акта об осуществлении технологического присоединения <дата> объект - спорная <адрес> была присоединена к электрическим сетям, <дата> была произведена проверка состояния изменения электроэнергии и работы прибора. <дата> между АО «АтомЭнергоСбыт» и ФИО4 заключен договор энергоснабжения (том 2 л.д.128-136).

<дата> между ФИО4 и ФИО3 были заключены договора дарения в отношении земельного участка с кадастровым номером № <номер> и квартиры с кадастровым номером № <номер>, в тот же день подписаны акты приема-передачи и поданы документы на регистрацию права (том 1 л.д. 54-61, 134-140).

С <дата> собственником спорных объектов недвижимости квартиры и земельного участка является ФИО3 <дата> г.р. (том 1 л.д.153-156).

Согласно выписки из истории болезни от <дата>, сведений о приеме у врача от <дата> следует, что в период с <дата> по <дата> ФИО2 находилась на лечении с диагнозом <данные изъяты>. На <дата> выставлен диагноз <данные изъяты> (том 2 л.д.14,15).

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что она первоначально оформляла право собственности ФИО2 на дом и участок. Спустя некоторое время ФИО2 позвонила и спросила, какие документы нужны для оформления доверенности на куплю-продажу недвижимости, пояснила, что ничего не понимает, что у нее есть невестка и она будет заниматься этим вопросом. ФИО11 рассказала невестке, какие нужны документы для оформления доверенности. ФИО4 сказала, что будет не доверенность, а договор дарения, пояснила, что ФИО2 неправильно выразилась. В МФЦ при оформлении сделки дарения присутствовали свидетель и стороны по договору. ФИО11 объясняла ФИО2, что подготовлен договор дарения, а не доверенность, разъясняла ей разницу, ФИО2 сказала, что ничего не понимает, сказала, что ФИО4 поймет лучше, чем она. В день подписания договора дарения в МФЦ, ФИО2 вела себя нормально, адекватно, говорила, что неважно себя чувствует, сделку отложить не требовала, время для прочтения договора было достаточно.

Из пояснений стороны истца по первоначальному иску следует, что - ФИО2 просит признать недействительными односторонние сделки, как совершенные под влиянием существенного заблуждения и обмана; в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий.

Для проверки доводов стороны истца определением суда от <дата> по делу была назначена судебная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ОГБУЗ «Смоленская областная клиническая психиатрическая больница» (том 2 л.д.18-19). Согласно проведенному экспертному исследованию от <дата> № <номер> комиссией судебно-психиатрических экспертов установлено, что ФИО2, <дата> года рождения, хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые бы лишали её способности понимать характер и значение своих действий и руководить ими не страдала ранее и не страдает в настоящее время, что подтверждается отсутствием в анамнезе поведенческих, аффективных, психотических (галлюцинаторных, бредовых) расстройств, необходимости обращения за лечебно-консультативной помощью к наркологу и психиатру, сведениями о достаточной социально-бытовой адаптации испытуемой, а также выявленными в ходе настоящего обследования сохранностью ориентировки, восприятия, последовательностью мышления, отсутствием грубых нарушений памяти, внимания, достаточным интеллектуальным уровнем, способностью защищать свои интересы. Таким образом, в период совершения юридически значимых действий (<дата> и <дата>) по своему психическому состоянию ФИО2 могла понимать значение своих действий и руководить ими. У ФИО2 не имелись какие-либо индивидуально-психологические особенности (нарушения когнитивных функций и интеллектуально-мнестической сферы, нарушения социального функционирования, критических, прогностических и волевых способностей), в том числе признаки повышенной внушаемости, которые могли бы оказать существенное влияние на её волеизъявление <дата> и <дата> (том 2 л.д. 31-34).

В заключении экспертов также отмечено, что ранее (<дата>) ФИО2 подписывала доверенность на ФИО11 (том 1 л.д.79), то есть она была осведомлена, как выглядит данный документ.

Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что на момент подписания договоров дарения от <дата> и от <дата> и их передачи в МФЦ для регистрации ФИО2 могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен принцип свободы договора.

По смыслу статьи 153 ГК РФ сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Суд считает необходимым отметить, что договора дарения от <дата> и от <дата> подписаны истицей лично и поданы в уполномоченный орган для регистрации. При заключении договоров стороны заявили, что добровольно и осознанно заключают настоящий договор. Обстоятельства, вынуждающие стороны заключить настоящий договор на невыгодных для них условиях отсутствуют. Стороны поставили друг друга в известность, что не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора.

Кроме того, свидетель ФИО11 пояснила, что в МФЦ она сообщала ФИО2, что она подписывает не доверенность, а договор дарения, и разъясняла ей разницу между договором дарения и доверенностью.

Также в акте приема-передачи на земельный участок отражено, что даритель передал в фактическое владение и пользование одаряемому земельный участок и все документы, относящиеся к передаваемому недвижимому имуществу. Претензий стороны друг к другу не имеют на момент подписания данного акта.

Доводы стороны истца о том, что в <дата> году до подписания договоров дарения между ФИО2 и ФИО4 было достигнуто соглашение о том, что ответчица продаст дом и участок и денежные средства передаст истице, как это имело место в апреле месяце <дата> года при оформлении на ее имя гаража с кадастровым номером № <номер> (том 1 л.д.68-108), не являются основанием для вывода, что даритель был введен в заблуждение, поскольку как следует из п. 6 каждого из договоров, стороны предусмотрели, что «Данный договор содержит весь объём соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора».

Суд считает необходимым отметить, что в материалах дела отсутствуют доказательства, объективно подтверждающие иные мотивы оформления спорных договоров дарения.

Те обстоятельства, что спорная квартира предлагалась к продаже третьим лицам, и, что с <дата> в жилом помещении по адресу <адрес>, <адрес>, <адрес> был зарегистрирован ФИО10, до того как решением суда от <дата> он признан утратившим право пользования данным помещением, также не свидетельствует о недействительности спорных сделок и наличии договоренности между ФИО2 и ФИО4, об отчуждении после заключения договоров дарения спорного имущества ответчиком третьим лицам, и передачи денежных средств от их продажи истцу.

Оценив, собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе заключение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, исходя из того, что истцом не представлено достаточных и бесспорных доказательств, подтверждающих, что она в момент заключения оспариваемых договоров дарения не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, а также свидетельствующих о том, что сделка совершена под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчика, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований.

Более того, ФИО2 пропущен срок исковой давности для признания договоров дарения недействительными, поскольку заключение и исполнение сторонами договоров дарения имело место в <дата> году, а первоначально в суд ФИО2 обратилась в <дата> года (том 1 л.д.8,14).

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что о наличии договоров дарения от <дата> и от <дата> ФИО2 не было известно до указанных дат, в деле не имеется.

Оснований для иного исчисления срока, не имеется, поскольку каждым из договоров (от <дата> и от <дата>), который оспаривается дарителем, стороны, установили, что данный договор содержит весь объём соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, таким образом, с момента заключения договоров даритель осознавала, что данное имущество по его условиям перешло в собственность одаряемого.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, по которым срок исковой давности пропущен, истцом не представлено.

Суд отказывает в удовлетворении заявления стороны истца о восстановлении срока, поскольку пропуск срока исковой давности не обусловлен какой-либо болезнью истца в период пропуска срока, или иными причинами, которые бы не позволили ФИО2 осуществить действия по защите своего права.

Истец по встречному иску ФИО5 и его представитель в ходе рассмотрения дела, уточнив объём осуществлённых супругами ФИО18 работ по улучшению жилого дома и земельного участка, указали, что после <дата> истцы в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес> произвели замену электропроводки, розеток выключателей, устройство водоснабжения от центрального, канализации, устройство септика, частичный ремонт кровли и стропил (замена шифера частично 7 шт.), замену лаг пола в доме, окраску дома, ремонт окон, замену обоев, ремонт печи, оклеивание потолка плиткой. Также построили туалет, забор, гараж, сарай, что повлекло значительное увеличение стоимости спорного имущества и позволяет его отнести к совместной собственности ФИО5 и ФИО2

Свидетель ФИО12 суду пояснила, что с ФИО10 состоит в гражданском браке, в <дата> году ФИО10 предложил ей купить дом в <адрес>, в <дата> она в первый раз была в этом доме. Внутри дома стены были оклеены обоями, потолок выложен плиткой, установлена новая проводка, был покрашен фасад дома, выложена отмостка, фундамент дома был оштукатурен. С конца <дата> года и по июнь <дата> года она и ФИО10 жили в доме в <адрес>. Отец и мать ФИО10 осуществили ремонт в доме: провели канализацию, воду в дом. ФИО10 рассказывал, что доверил продажу дома супруге, а она завладела им. С <дата> сторона истца не имеет доступа в спорный дом. Пояснила, что в доме была переложена печь, забор и фасад дома были покрашены, осмотрев чердак, видела, что лаги в доме меняли, а также поменяли 2 окна. В доме было печное отопление, стоял бойлер. Со слов ФИО10 знает о ремонте в доме. При ней были проведены канализация и вода в дом.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что ФИО2 и ФИО5 приходятся ему родителями, после смерти бабушки в <дата> году их семья следила за состоянием дома: осуществляла мелкий ремонт окон, ремонт помещений. В <дата> году часть обшивки снаружи дома менялась, восстановили фундамент, делали отмостку вокруг дома. Внутри дома делали ремонт: меняли лаги, часть пола, перекладывали печку, обои клеили на стены, потолки плиткой обклеивали, меняли электрическую проводку, провели воду в дом, прокладывали канализацию. Со спорного участка убирали деревья, вспахивали участок, выравнивали. Возле дома находился гараж, он ремонтировался. Был сделан забор на участке. Ремонт осуществлялся за счет родителей, он тоже помогал. После <дата> в дом проводили воду, канализация частично переделывалась, укреплялся фундамент. Отцу о сделке стало известно в прошлом году.

Судом по ходатайству ФИО5 назначена комплексная строительно-техническая, оценочная экспертиза, дополнительная экспертиза (том 2 л.д.220-224, том 3 л.д. 189-192).

Экспертом ФИО13 на местности в присутствии заинтересованных лиц, был произведен вынос в натуру характерных (поворотных) точек границы земельного участка с кадастровым номером № <номер> сведения о местоположении которой содержатся в ЕГРН. Эксперт указал, что определить проводились ли работы по корчеванию растительности и выравниванию участка в период с <дата> по <дата> не представляется возможным, так как, в момент осмотра участок был заросшим дикой растительностью, и видимых признаков использования земельного участка для ведения личного подсобного хозяйства экспертом не установлено. Исходя из проведенного обследования местности и подготовленной по итогам осмотра схемы экспертом установлено следующее: сарай (фото № <номер>) расположен на земельном участке с кадастровым номером № <номер>, гараж, туалет, дом не находятся на участке с кадастровым номером № <номер>.

Экспертами ООО «Центр Оценок и Экспертиз» ФИО14, ФИО15, с учетом их пояснений в судебном заседании и дополнений установлено, что рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером № <номер> на <дата> без имеющихся там строений (сарая) и работ по его выравниванию составляет: 107 583 рубля. Рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером № <номер> на <дата> с имеющимся там строением (сараем) составляет: 138 082 рубля (стоимость сарая - 30499 руб., рассчитана по затратному методу, том 3 л.д.34).

Рыночная стоимость квартиры на <дата>. без учета спорных работ по ремонту помещения и строений около дома (туалет, забора, гаража) составляет - 216 676 рублей.

Рыночная стоимость квартиры (части жилого дома), расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес> после произведенных работ по ремонту, а также с учетом наличия около дома туалета, забора, гаража составит 228415 рублей.

Рыночная стоимость квартиры (части жилого дома), расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес> учетом работ и строений, но без гаража составляет 223 803 рубля.

Стоимость улучшений, проведеных ремонтных работ в период с <дата> по <дата> составляет 22 338 рублей (расчет стоимости ремонтных работ произведен по состоянию цен <дата>).

Экспертом указано, что в виду отсутствия в материалах дела каких-либо подтверждающих документов производства вышеупомянутых работ достоверно определить дату их проведения не представляется возможным. Исходя из предоставленных в деле фотоматериалов спорные работы были произведены в период с <дата> по <дата> годы.

Экспертами установлено, что работы, поименованные как устройство водоснабжения от центрального, канализации, устройство септика, частичный ремонт кровли и стропил (замена шифера частично 7шт), замена лаг пола в доме, ремонт печи, замена межкомнатных дверей, замена газового котла - фактически не производились. Работы, поименованные как замена электропроводки, розеток, выключателей производились позднее рассматриваемого периода (том 3 л.д.12-114, том 4 л.д. 2-68, 113-158).

Экспертами ООО «Агентство оценки ФИО12 и ФИО16» в заключении от <дата> установлено, что с учетом фактического состояния деревянных фундаментов и стен, зданию сарая не менее 20 лет, ориентировочно год постройки сарая <дата> год., год постройки туалета <дата> года (том 4 л.д.69-103).

Суд считает необходимым отметить, что все обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, должны быть подтверждены относимыми, допустимыми доказательствами, которых должно быть достаточно.

Суд, проанализировав представленные доказательства, приходит к выводу, что доводы ФИО5 том, что он и его супруга после <дата> г. возвели сарай и осуществили действия по улучшению земельного участка, являются несостоятельными и опровергаются выводами экспертов, согласно которым на момент осмотра участок являлся заросшим дикой растительностью, сарай на земельном участке с кадастровым номером № <номер> был возведен в <дата> году, т.е. до возникновения у ФИО2 права собственности на данный участок.

Согласно выводам экспертизы и пояснений экспертов в судебном заседании, наличие около спорного дома, забора, туалета и фактически осуществлённых работ по ремонту, на которые ссылается ФИО17, не повлекли значительного увеличения стоимости квартиры.

К пояснениям стороны истца и показаниям свидетелем о том, что Д-вы осуществили замену пола, перекладку печи, меняли электропроводку, провели в дом воду, канализацию, суд относится критически, поскольку как установлено экспертом работы, поименованные как устройство водоснабжения от центрального, канализации, устройство септика, частичный ремонт кровли и стропил (замена шифера частично 7шт), замена лаг пола в доме, ремонт печи, замена межкомнатных дверей, замена газового котла - фактически не производились. Работы, поименованные как замена электропроводки, розеток, выключателей производились позднее рассматриваемого периода.

Таким образом, стороной истца по встречному иску ФИО5 не представлено в материалы дела достоверных, допустимых и относимых доказательств, достаточных в своей совокупности и взаимной связи для вывода о том, что после <дата> года он и его супруга за счет общих средств осуществили действия, которые привели к значительному увеличению стоимости спорного имущества, что позволило бы его отнести к совместному имуществу ФИО5 и ФИО2

Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (ч. 1 ст. 12 ГПК РФ).

При таких обстоятельствах, законных оснований для вывода, что спорные земельный участок и квартира являются совместной собственностью супругов Д-вых, не имеется.

Поскольку дом и земельный участок на момент заключения договоров дарения в <дата> году являлись собственностью ФИО2, согласие супруга на его отчуждение не требовалось.

ФИО2 и ФИО5 доказательств того, что договора дарения от <дата>, заключенные между ФИО4 и ФИО3, в отношении земельного участка с кадастровым номером № <номер> и квартиры с кадастровым номером № <номер> являются мнимыми, ничтожными, нарушающими их права в ходе рассмотрения дела не представлено. Сведения, отраженные в договорах дарения, актах приема - передачи, свидетельствуют об обратном. Фактов злоупотребления правом со стороны ответчика - ФИО4 судом не установлено.

Сторонами указанных сделок – ФИО4 и ФИО3 были совершены необходимые действия для создания правовых последствий, связанных с переходом права собственности, а именно осуществлена их государственная регистрация и фактическая передача имущества, что подтверждается выпискам из ЕГРН, пояснениями представителя ответчиков, актами приема - передачи.

С учетом указанных обстоятельств, у суда не имеется законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 и ФИО5 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, а также требований ФИО5 об определении долей в совместно нажитом имуществе, признании права собственности.

Разрешая заявление ответчиков по встречному иску о применении срока исковой давности, суд приходит к выводу, что ФИО5 о следках дарения, совершенных ФИО2 узнал летом <дата> года, в суд обратился <дата>, при таких обстоятельствах срок исковой давности им не пропущен.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что о наличии договоров дарения от <дата> года ФИО5 было известно до указанной даты, в деле не имеется.

Исходя из изложенной правовой позиции относительно того, что право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу, суд приходит к выводу, что срок на подачу в суд заявления об оспаривании сделок между ФИО4 и ФИО3, истцами в данном случае не пропущен, так как об их наличии они узнали не раньше октября – декабря <дата> года (том 2 л.д.139).

Согласно пункту 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

Определением судьи от <дата> в отношении спорного имущества приняты обеспечительные меры, с учетом положений ст. 144 ГПК РФ, они подлежат отмене после вступления в законную силу решения суда (том 1 л.д.171, 219-220).

Согласно определению суда от <дата> расходы по оплате повторной судебной строительно-технической экспертизы, производство которой поручено ООО «Агентство оценки ФИО12 и компании» постановлено произвести за счет федерального бюджета (том 4 л.д.70-72, заявление, счет экспертной организации).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО2 (паспорт № <номер>) к ФИО3 (паспорт № <номер>), ФИО4 (паспорт № <номер>) о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, - оставить без удовлетворения.

Иск ФИО5 (паспорт № <номер>) к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, об определении долей в совместно нажитом имуществе, признании права собственности, - оставить без удовлетворения.

Обеспечительные меры, установленные определением судьи от <дата>, отменить по вступлению в силу настоящего решения суда.

Расходы по экспертизе ООО «Агентство оценки ФИО12 и компании» в сумме 25000 (двадцать пять тысяч) руб. оплатить за счет средств федерального бюджета.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Смоленский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.В. Моисеева

Мотивированное решение изготовлено 24.11.2023.