Решение № 2-106/2019 2-106/2019~М-848/2018 М-848/2018 от 18 февраля 2019 г. по делу № 2-106/2019

Дело №


Решение

Именем Российской Федерации

<адрес> 18 февраля 2019 года

Окуловский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Петрова А.С.,

при секретаре судебного заседания Егоровой Ю.Е.,

с участием представителя истца ФИО2 – адвоката Андреева И.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ года

ответчика ФИО6,

ответчика ФИО8 и его представителя ФИО9,

заместителя прокурора <адрес> Булатова И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО6 и ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

В рамках уголовного дела по обвинению ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, гражданским истцом ФИО2 был заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО6 в ее пользу компенсации морального вреда.

Приговором Окуловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Также судом было постановлено удовлетворить гражданский иск. С ФИО6 в пользу ФИО2 была взыскана компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Апелляционным определением Новгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор в части взыскания с ФИО6 в пользу ФИО2 <данные изъяты> рублей компенсации морального вреда отменен, уголовное дело в этой части направлено на новое судебное разбирательство в порядке гражданского судопроизводства.

В связи с изложенными обстоятельствами было возбуждено гражданское дело.

Истец ФИО2, предъявляя исковые требования к ФИО6, указывала, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ФИО6 погиб ее супруг ФИО7 Она получила тяжкий опасный для жизни вред здоровью, в связи с чем ей был причинен моральный вред.

С учетом характера и последствий, полученных ею телесных повреждений, времени лечения, она оценивает компенсацию своих физических и нравственных страданий в <данные изъяты> рублей. Моральный вред, связанный с преждевременной утратой близкого человека, она оценивает в <данные изъяты> рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика был привлечен ФИО8

В судебном заседании истец ФИО2 не явилась, направив в судебное заседание своего представителя Андреева И.В., который исковые требования о компенсации морального вреда поддержал, указывал на необходимость удовлетворения исковых требований за счет обоих ответчиков в солидарном порядке.

Ответчик ФИО6 в ходе судебного заседания указывал на правомерность требования истца о компенсации морального вреда, однако указывал, что размер компенсации чрезмерно завышен.

Ответчик ФИО8 и его представитель ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признали. Указывали, что ФИО8 в рассматриваемой ситуации не является субъектом ответственности.

Заместитель прокурора <адрес> Булатов И.А. дал заключение о необходимости удовлетворения исковых требований ФИО2 за счет ответчика ФИО6

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело судом рассмотрено в отсутствии третьих лиц ОА «Страховое общество газовой промышленности», СПАО «РЕСО».

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

Вступившим в законную силу приговором Окуловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 16 час. 15 мин. ФИО6, управляя технически исправным грузовым автомобилем с фургоном модели «<данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, осуществлял движение по проезжей части автодороги «<данные изъяты>» на территории <адрес> по направлению движения со стороны <адрес> в сторону <адрес> и на 48 (по нумерации со стороны <адрес>) километре указанной дороги, подъехал к участку дороги, на правой обочине которого проводились дорожные работы, в связи с чем на данной обочине на расстоянии <данные изъяты> м был установлен дорожный знак 2.6 Приложения 1 к ПДД РФ, а на правой половине проезжей части на расстоянии <данные изъяты> м были установлены водоналивные барьеры, располагая с технической точки зрения возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие, отказавшись (воздержавшись) от объезда препятствия и уступив дорогу встречному автомобилю, однако, ФИО6, в нарушение требований п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением ФИО1 РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (далее по тексту – ПДД РФ) в отношении дорожного знака 2.6 Приложения 1 к ПДД РФ предписывающего: «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки...» «Дорожный знак 2.6 Приложения 1 к ПДД РФ «Преимущество встречного движения». Запрещается въезд на узкий участок дороги, если это может затруднить встречное движение. Водитель должен уступить дорогу встречным транспортным средствам, находящимся на узком участке или противоположном подъезде к нему», в соответствии с Правилами дорожного движения «уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость», управляя грузовым автомобилем с фургоном модели «<данные изъяты>», продолжил движение со скоростью около 50 км/ч, для объезда водоналивных барьеров выехал на полосу встречного движения, не уступив дорогу двигавшемуся во встречном ему направлении по своей полосе движения легковому автомобилю «<данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком <***> под управлением ФИО7, чем создал ему опасность для движения и помеху, и, продолжив движение по полосе встречного движения на 48 км +798,1 м совершил столкновение с легковым автомобилем «<данные изъяты><данные изъяты>» под управлением ФИО7, перевозившего пассажирку ФИО3 В результате чего водителю легкового автомобиля «<данные изъяты>» ФИО7 при соударениях с выступающими частями интерьера салона легкового автомобиля «<данные изъяты>» в момент столкновения по неосторожности была причинена тупая сочетанная травма тела, в комплекс которой вошли множественные (в количестве 16) двухсторонние переломы ребер с повреждением пристеночной плевры и ткани легких, перелом тела грудины, разрыв перикарда, разрыв левого желудочка сердца, разрыв нижней полой вены, закрытые переломы диафизов обеих бедренных костей в средней трети, ссадина /1/ верхней трети левой голени, множественные /свыше 15/ ссадины на тыле левой кисти, ссадина на лбу слева /1/, ссадина на подбородке /1/, кровоизлияние лобной области слева, кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки, средостение.

Вышеуказанными повреждениями ФИО7 был причинен тяжкий опасный для жизни вред здоровью. Непосредственной причиной смерти ФИО7 явилась острая массивная кровопотеря, развившаяся от полученных повреждений. Таким образом, между причиненной ФИО7 тупой сочетанной травмой тела и наступлением его смерти имеется прямая причинная связь.

Пассажирке легкового автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 при соударении с выступающими частями интерьера салона легкового автомобиля «<данные изъяты>» в момент столкновения по неосторожности были причинены следующие телесные повреждения – закрытая тупая травма живота с образованием гематомы и разрыва корня брыжейки тонкой кишки, закрытого перелома вертлужной впадины без смещения отломков, отрыва костного фрагмента седалищной кости слева, ссадин лба слева, кровоподтеков лба справа, левой кисти, правого и левого коленных суставов. Вышеуказанными повреждениями ФИО2 был причинен тяжкий опасный для жизни вред здоровью.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, предусмотренному в п. 2 ст. 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, факт нарушения Правил дорожного движения водителем ФИО6, а также факт того, что в связи с этим ФИО2 получила телесные повреждения, квалифицированные как тяжкий опасный для жизни вред здоровью, а ФИО3 скончался, установлены вступившим в законную силу приговором суда и не подлежат отдельному доказыванию в рамках настоящего спора.

Определяя субъект ответственности, который обязан компенсировать причиненный истцу моральный вред, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Для целей возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, используется понятие «владелец источника повышенной опасности» и приводится перечень законных оснований владения транспортным средством (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Этот перечень не является исчерпывающим.При этом в понятие «владелец» не включаются лишь лица, управляющие транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Таким образом, исходя из положений вышеприведенных правовых норм и разъяснений в их взаимосвязи, незаконным владением транспортным средством должно признаваться противоправное завладение им.

Остальные основания наряду с прямо оговоренными в Гражданском кодексе Российской Федерации, ином федеральном законе, следует считать законными основаниями владения транспортным средством.

Из материалов дела следует, что собственником грузового автомобиля с фургоном модели «<данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> является ФИО8

ДД.ММ.ГГГГ гражданская ответственность владельцев данного транспортного средства была застрахована в <данные изъяты>», что следует из страхового полиса №, в который ФИО8 в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, был включен ФИО6

В своих объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 указывал, что неофициально работает у ИП «ФИО4» водителем на автомобиле <данные изъяты>.

В судебном заседании ФИО6 пояснил, что он знал, что собственником автомобиля является ФИО8 Однако ФИО6 не привел доводов и не представил каких-либо доказательств того, что управляя автомобилем в момент ДТП, он действовал в силу каких-либо договорных отношений с ФИО8, то есть в интересах и по поручению ФИО8 Напротив, он пояснил, что на указанном автомобиле он периодически совершал поездки из <адрес> в г. <адрес>. Для этого ему звонил некий человек по имени ФИО5. Он забирал автомобиль на стоянке, ехал в г. <адрес>, там автомобиль загружали, после чего он возвращался в <адрес>, где оставлял автомобиль. За подобную услугу ФИО5 ему передавал денежные средства. В момент ДТП он возвращался из г. В. <адрес> куда также ездил по просьбе другого лица за товаром, но товара не оказалось, поэтому автомобиль был пустой.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО8 в настоящее время не является индивидуальным предпринимателем, утратил данный статус ДД.ММ.ГГГГ.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10 показал, что в день ДТП он позвонил ФИО6 и попросил съездить того в г. <адрес>, чтобы забрать товар, на что тот согласился. Он попросил заправить автомобиль и заплатить за поездку <данные изъяты> рублей.

Однако в судебном заседании не установлено, что ФИО10 обладал каким-либо правом в отношении автомобиля <данные изъяты>.

Таким образом, суд считает, что на момент ДТП владельцем автомобиля <данные изъяты>, как источника повышенной опасности, в целях применения ст. 1079 ГК РФ, являлся ФИО6, поскольку он управлял автомобилем на законных основаниях, будучи наделенный правом управления данным транспортным средством со стороны собственника, включившего его в число лиц, допущенных к управлению транспортным средством, при оформления полиса обязательного страхования гражданской ответственности.

При этом в ходе судебного заседания ФИО6 отрицалось наличие между ним и ФИО8 трудовых отношений. Каких-либо объективных доказательств этому суду также не предоставлено, также как и доказательств того, что в момент ДТП ФИО6 управлял автомобилем на основании гражданско-правового договора с собственником автомобиля ФИО8

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что ФИО6 направился на автомобиле в г. <адрес> по его просьбе за определенное денежное вознаграждение, однако каких-либо доказательств того, что ФИО10 при этом, придя к договоренности с ФИО11 по поводу поездки в г. <адрес>, обладал каким-либо правом в отношении автомобиля, на котором ФИО6 должен был совершить поездку, не представлено.

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившим вред; вина такого лица предполагается, пока не доказано обратное (абзац 3 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, обязанность по доказыванию обстоятельств, исключающих ответственность за причиненный при управлении транспортным средством вред, принадлежала ФИО6

Однако ФИО6 суду не представил каких-либо объективных доказательств того, что он на момент ДТП не являлся законным владельцем транспортного средства, либо доказательств того, что осуществлял управление транспортным средством, состоя в трудовых или иных гражданско-правовых отношениях с собственником или иным законным владельцем этого транспортного средства.

По смыслу приведенных выше положений статьи 1079 ГК РФ и в соответствии со статьей 56 ГПК РФ, бремя доказывания того, что владение источником повышенной опасности перешло к другому лицу на законных основаниях, возлагается на законного владельца (собственника и/или арендатора) транспортного средства.

ФИО8 представлены доказательства того, что ФИО6 владел автомобилем на законных основаниях, так как он был включен ФИО8 в число лиц, допущенных к управлению транспортным средством, в полис ОСАГО.

При таких обстоятельствах надлежащим ответчиком по делу является ФИО6

Согласно ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность являются нематериальными благами и защищаются законом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Также суд считает, что гибелью супруга истцу безусловно причинены нравственные и физические страдания, в связи с чем ее требования о взыскании компенсации морального вреда в данной части также являются обоснованными и законными.

По смыслу действующего законодательства определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая обстоятельства дела, личность потерпевшего и причинителя вреда, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства в рассматриваемом случае, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости (часть 2 статьи 151, часть 2 статьи 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации, пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20 декабря 1994 года).

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его полного возмещения, денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Исходя из изложенного, а также, учитывая требования разумности и справедливости; то обстоятельство, что со смертью ФИО7 - близкого и родного истцу человека, необратимо нарушены целостность их семьи и семейные связи, относящиеся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения; степень понесенных истцом нравственных и физических страданий, вызванных смертью мужа, невосполнимой утратой близкого человека, ее возраст; фактические обстоятельства дела, в том числе, характер фактических обстоятельств, при которых был причинен вред; материальное положение ответчика ФИО6, его возраст, степень и форма вины причинителя вреда, суд полагает определить размер компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО7 в пользу истца равным 500000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, связанных с причинением вреда здоровью ФИО2, суд руководствуется положениями ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, учитывает характер причиненных истцу физических страданий, вину ответчика ФИО6, а также требования разумности и справедливости.

Судом при определении компенсации морального вреда учитывается, что жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), а право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Материалами дела подтверждается причинение истцу телесных повреждений, квалифицированных экспертом как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.

В связи с полученными телесными повреждениями истец ФИО2 длительное время находилась на стационарном лечении, перенесла оперативное вмешательство, была лишена возможности вести обычный образ жизни.

Исходя из фактических обстоятельств дела, в том числе, при которых ФИО2 получила указанные телесные повреждения, характера причиненных истцу телесных повреждений их тяжести и последствий, индивидуальных особенностей потерпевшей, ее возраста, суд полагает, что сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию в пользу истца с ответчика ФИО6 в размере <данные изъяты> рублей будет соответствовать требованиям разумности и справедливости.

При этом суд также учитывает то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не ставится в прямую зависимость от наличия или отсутствия денежных средств у ответчика для его возмещения.

Таким образом, общая сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию в ответчика ФИО6 в пользу истца, составит <данные изъяты> рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 750000 рублей.

Взыскать с ФИО6 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Новгородский областной суд через Окуловский районный Новгородской области суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, начиная с ДД.ММ.ГГГГ.

Судья А.С. Петров