Решение № 02-0384/2026 02-384/2026 02-4562/2025 от 20 января 2026 г. по делу № 02-0384/2026

УИД № 50RS0021-01-2024-018184-57


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 января 2026 года Никулинский районный суд города Москвы

в составе судьи Самороковской Н.В.,

при секретаре Артёмовой М.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-384/26 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 первоначально обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в котором просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 135 793 рублей 00 копеек (включая стоимость восстановительного ремонта транспортного средства в размере 105 471 рублей 00 копеек и величину утраты товарной стоимости в размере 30 322 рублей 00 копеек), расходы по оплате услуг экспертов в размере 20 000 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 074 рублей 00 копеек, расходы по оплате юридических и детективных услуг в размере 70 000 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг по копированию и распечатке документов в размере 10 000 рублей 00 копеек, почтовые расходы в размере 2 680 рублей 00 копеек.

В обоснование первоначально заявленных требований истец указал, что 25 ноября 2022 года в 12 часов 30 минут по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки Чери Тигго, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО3, собственником которого является ФИО1, и автомобиля марки Хендэ IX35, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО2, являющегося собственником данного транспортного средства.

Виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия признан водитель ФИО2, нарушивший Правила дорожного движения Российской Федерации. По утверждению истца в первоначальном исковом заявлении, гражданская ответственность собственника автомобиля Хендэ IX35 не была застрахована, истец не обращался в страховую компанию за выплатой страхового возмещения в связи с отсутствием сведений о страховом полисе ОСАГО ответчика. Для определения размера ущерба истец обратился к специалистам ООО «ЭКБИСТ», которые установили стоимость восстановительного ремонта в размере 105 471 рублей 00 копеек и величину утраты товарной стоимости в размере 30 322 рублей 00 копеек.

После поступления в материалы дела возражений ответчика ФИО2, в которых было указано на наличие у истца договора добровольного страхования (КАСКО) и факт восстановления повреждённого автомобиля за счёт страховой выплаты, истец 23 ноября 2025 года подал заявление об уточнении исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В уточнённом исковом заявлении истец ФИО1 признал, что ремонт автомобиля марки Чери Тигго, государственный регистрационный знак <***>, повреждённого в результате дорожно-транспортного происшествия от 25 ноября 2022 года, был произведён по договору добровольного страхования (КАСКО) № 9864336306 от 25 марта 2022 года.

Истец изменил предмет исковых требований и просил взыскать с ответчика: денежные средства в счёт утраты товарной стоимости транспортного средства в размере 30 322 рублей 00 копеек; оплату безусловной франшизы в размере 30 000 рублей 00 копеек; расходы по оплате услуг экспертов в размере 20 000 рублей 00 копеек; расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 074 рублей 00 копеек; расходы по оплате юридических и детективных услуг в размере 70 000 рублей 00 копеек; расходы по оплате услуг по копированию и распечатке документов в размере 13 140 рублей 00 копеек; почтовые расходы в размере 4 000 рублей 00 копеек.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО4 в судебное заседание не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие, исковые требования с учётом уточнений поддержали в полном объёме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, его представитель по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объёме, просил в удовлетворении иска отказать, представил письменные возражения.

Третьи лица — АО «Т-Страхование», ФИО6 — в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, возражений относительно исковых требований не представили.

Суд, счел возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, огласив исковое заявление, выслушав представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 25 ноября 2022 года в 12 часов 30 минут по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки Чери Тигго, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО3 (собственник — ФИО1), и автомобиля марки Хендэ IX35, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО2, являющегося собственником транспортного средства.

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № 18810877226602297939 от 25 ноября 2022 года виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия признан водитель ФИО2, нарушивший требования Правил дорожного движения Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность истца ФИО1 как собственника автомобиля марки Чери Тигго была застрахована в АО «Т-Страхование» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (полис ОСАГО серии ХХХ № 0220649993).

Кроме того, судом установлено, что истец ФИО1 имел действующий договор добровольного страхования транспортного средства (КАСКО) № 9864336306 от 25 марта 2022 года, заключённый с АО «Т-Страхование», по которому был застрахован риск повреждения автомобиля марки Чери Тигго, государственный регистрационный знак <***>.

После наступления страхового случая (ДТП от 25.11.2022 г.) истец ФИО1 обратился в АО «Тинькофф Страхование» с заявлением о страховом возмещении. Убыток был зарегистрирован страховщиком под номером AUT-22-189921. Страховщиком АО «Тинькофф Страхование» было выдано направление на ремонт автомобиля истца к индивидуальному предпринимателю ФИО7, что подтверждается заказ-нарядом № К00109741 от 11.12.2022 г.

Согласно счёту № К000000277 от 20.12.2022 г., выставленному ИП ФИО7 в адрес АО «Тинькофф Страхование», стоимость ремонта автомобиля истца составила 73 396,50 рублей. Автомобиль истца был полностью отремонтирован, претензий по объёму и качеству выполненных работ не поступало, что зафиксировано в заказ-наряде.

АО «Тинькофф Страхование» произвело оплату ремонта автомобиля истца, тем самым исполнив свои обязательства по договору КАСКО. Впоследствии АО «Тинькофф Страхование», реализуя право на суброгацию, обратилось к ответчику ФИО2 с досудебной претензией о возмещении убытков в размере 43 396,50 рублей.

Ответчик ФИО2 добровольно удовлетворил указанное требование страховщика, что подтверждается справкой АО «Тинькофф Страхование» об отсутствии со стороны ответчика задолженности по данному убытку.

Из уточнённого искового заявления от 23 ноября 2025 года и приложенных к нему документов также следует и подтверждается, что после дорожно-транспортного происшествия истец обратился в страховую компанию АО «Т-Страхование» с заявлением о страховом случае по договору КАСКО, на основании которого автомобиль марки Чери Тигго был полностью отремонтирован страховой компанией.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключён договор (выгодоприобретателю), причинённые вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определённой договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с пунктом 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещённые в результате страхования.

Пунктом 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Суброгация представляет собой переход к страховщику, выплатившему страховое возмещение, права требования к лицу, ответственному за причинённый ущерб. При этом страхователь (выгодоприобретатель) утрачивает право требования к причинителю вреда в той части, в которой его убытки были возмещены страховщиком.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик, выплативший страховое возмещение по договору добровольного страхования (КАСКО), вправе предъявить требование в порядке суброгации к причинителю вреда.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Судом установлено, что в первоначальном исковом заявлении истец ФИО1 не указал следующие юридически значимые обстоятельства:

Во-первых, истец в первоначальном иске не сообщил суду о наличии у него действующего договора добровольного страхования транспортного средства (КАСКО) № 9864336306 от 25 марта 2022 года, по которому был застрахован риск повреждения автомобиля.

Во-вторых, истец не указал факт обращения в страховую компанию АО «Т-Страхование» за страховым возмещением по договору КАСКО после дорожно-транспортного происшествия.

В-третьих, истец не сообщил суду о том, что его автомобиль марки Чери Тигго был полностью отремонтирован за счёт страховой выплаты по договору КАСКО, то есть фактически истец уже получил возмещение ущерба в виде восстановительного ремонта транспортного средства.

В-четвёртых, в первоначальном исковом заявлении истец прямо указал, что «не обращался в страховую компанию за выплатой ему страхового возмещения», что, как выяснилось впоследствии, не соответствовало действительности в отношении договора КАСКО.

Данные обстоятельства были раскрыты истцом только после того, как ответчик ФИО2 представил в материалы дела возражения, в которых указал на наличие у истца договора КАСКО и факт восстановления автомобиля за счёт страховой выплаты. Лишь после этого истец 23 ноября 2025 года подал уточнённое исковое заявление, в котором признал указанные обстоятельства и существенно изменил предмет и основания исковых требований.

Такое процессуальное поведение истца суд квалифицирует как недобросовестное, противоречащее принципам добросовестности и разумности, установленным гражданским законодательством.

В соответствии с принципом эстоппель (запрет противоречивого поведения), являющимся общепризнанным принципом гражданского права и получившим закрепление в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, сторона не вправе получать преимущества и выгоды вследствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестно положилась на определённую юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Как указано в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Данное разъяснение выражает принцип эстоппель, применимый к различным правоотношениям.

Первоначально заявляя требования о взыскании полной стоимости восстановительного ремонта в размере 105 471 рублей 00 копеек и утраты товарной стоимости в размере 30 322 рублей 00 копеек, при этом умышленно скрывая факт полного восстановления автомобиля за счёт страховой выплаты по КАСКО, истец фактически предпринял попытку получить двойное возмещение одного и того же ущерба: сначала от страховой компании, затем от причинителя вреда.

Такие действия истца суд расценивает как злоупотребление правом в форме недобросовестного осуществления гражданских прав, что в силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в защите права.

Истец в уточнённом исковом заявлении просит взыскать с ответчика величину утраты товарной стоимости транспортного средства в размере 30 322 рублей 00 копеек, ссылаясь на заключение специалистов ООО «ЭКБИСТ».

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», утрата товарной стоимости подлежит возмещению и в случае, если страховое возмещение осуществляется в рамках договора обязательного страхования в форме организации и (или) оплаты восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства на станции технического обслуживания.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 года № 2, а также в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утверждённом Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей транспортного средства.

Вместе с тем суд учитывает следующее.

Как указывалось выше, в силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключён договор (выгодоприобретателю), причинённые вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определённой договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что её страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключённым договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причинённый вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из системного толкования положений статей 929, 931, 943, 947 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при наличии договора добровольного страхования имущества (КАСКО) потерпевший в первую очередь должен реализовать своё право на получение страхового возмещения, включая УТС, от страховщика в рамках заключённого договора страхования.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утверждённом Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017 (ответ на вопрос № 3), утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Таким образом, при наличии действующего договора КАСКО истец имеет право и обязан требовать возмещения УТС от своего страховщика — АО «Т-Страхование».

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом не представлено доказательств того, что он обращался к АО «Т-Страхование» с требованием о выплате утраты товарной стоимости транспортного средства в рамках договора КАСКО № 9864336306 от 25.03.2022 г. Также истцом не представлено доказательств отказа страховщика в выплате УТС.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение).

Взыскание УТС одновременно со страховщика по договору КАСКО и с причинителя вреда приведёт к неосновательному обогащению истца, что недопустимо в силу указанной нормы права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Вместе с тем реализация принципа полного возмещения вреда не означает возможность произвольного выбора потерпевшим лица, к которому предъявляется требование о возмещении ущерба. При наличии заключённого договора страхования имущества потерпевший обязан действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ) и реализовать право на получение страхового возмещения в установленном порядке.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Истец, имея действующий договор КАСКО, не представил суду доказательств невозможности получения возмещения УТС от страховщика, что свидетельствует о ненадлежащей реализации своих прав. Кроме того, истец не доказал, что размер страхового возмещения недостаточен для покрытия данного вида убытков, правовые основания для взыскания УТС непосредственно с причинителя вреда отсутствуют.

При рассмотрении требования о взыскании утраты товарной стоимости суд также принимает во внимание, что истец в первоначальном исковом заявлении уже включал указанную сумму в состав требований (общий ущерб 135 793 рублей включал утрату товарной стоимости в размере 30 322 рублей). Таким образом, истец с самого начала осознавал размер данного требования, однако недобросовестно скрывал обстоятельства, связанные с получением страхового возмещения по КАСКО.

Учитывая установленную недобросовестность истца при предъявлении исковых требований, выразившуюся в сокрытии существенных обстоятельств дела, суд в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отказывает в удовлетворении требования о взыскании утраты товарной стоимости.

Истец просит взыскать с ответчика сумму безусловной франшизы в размере 30 000 рублей 00 копеек, уплаченную при восстановлении автомобиля по договору КАСКО.

В соответствии с частью 9 статьи 10 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» франшиза — это часть убытков, которая определена федеральным законом и (или) договором страхования, не подлежит возмещению страховщиком страхователю или иному лицу, интерес которого застрахован в соответствии с условиями договора страхования, и устанавливается в виде определённого процента от страховой суммы или в фиксированном размере. Безусловная франшиза предполагает, что размер страховой выплаты определяется как разница между размером убытка и размером франшизы.

Суд отмечает, что установление франшизы является результатом свободного волеизъявления сторон договора страхования. Заключая договор КАСКО с условием о безусловной франшизе, страхователь добровольно принимает на себя обязательство нести часть расходов по возмещению ущерба в пределах размера франшизы. Взамен страхователь получает преимущество в виде уменьшения страховой премии.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец, заключая договор КАСКО с условием о безусловной франшизе в размере 30 000 рублей, добровольно принял на себя риск несения данных расходов при наступлении страхового случая. Выбор такого условия договора был обусловлен собственным интересом истца, в том числе возможным снижением размера страховой премии.

В соответствии с пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создаёт обязанностей для лиц, не участвующих в нём в качестве сторон (для третьих лиц). Ответчик ФИО2 не являлся стороной договора КАСКО и не давал согласия на установление условия о франшизе. Следовательно, условия договора страхования, заключённого между истцом и страховой компанией, не могут возлагать дополнительные обязанности на ответчика.

Возложение на причинителя вреда обязанности по возмещению франшизы, размер которой определён договором между потерпевшим и страховой компанией без участия причинителя вреда, противоречило бы принципу относительности обязательственных правоотношений.

Суд также принимает во внимание, что франшиза по своей правовой природе представляет собой часть убытков, которую страхователь добровольно обязался нести самостоятельно. Данное условие является элементом договорных отношений между страхователем и страховщиком и не может автоматически трансформироваться в деликтное обязательство причинителя вреда.

Кроме того, суд учитывает, что истец выбрал способ возмещения ущерба — получение страхового возмещения по договору КАСКО с условием о франшизе. Данный выбор являлся добровольным и осознанным. Истец мог выбрать иной способ защиты своего права: обратиться непосредственно к причинителю вреда за возмещением полной стоимости восстановительного ремонта без какого-либо уменьшения на сумму франшизы.

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика суммы безусловной франшизы в размере 30 000 рублей 00 копеек удовлетворению не подлежит.

Требование о взыскании расходов по оплате услуг экспертов в размере 20 000 рублей

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг специалистов ООО «ЭКБИСТ» в размере 20 000 рублей 00 копеек за составление отчёта об оценке стоимости восстановительного ремонта транспортного средства.

Судом установлено, что отчёт ООО «ЭКБИСТ» № 22/12-04 от 05 декабря 2022 года был составлен для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 105 471 рублей 00 копеек и величины утраты товарной стоимости в размере 30 322 рублей 00 копеек.

Вместе с тем автомобиль истца был фактически отремонтирован по договору КАСКО, и истец в уточнённом исковом заявлении отказался от требования о взыскании стоимости восстановительного ремонта. Таким образом, основная часть отчёта (определение стоимости восстановительного ремонта в размере 105 471 рублей) утратила своё практическое значение для разрешения настоящего спора.

Расходы на оценку утраты товарной стоимости также не могут быть признаны обоснованными, поскольку требование о взыскании утраты товарной стоимости не подлежит удовлетворению по основаниям, изложенным выше.

В соответствии со статьёй 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, и другие признанные судом необходимыми расходы.

Учитывая, что основные исковые требования удовлетворению не подлежат, а изготовление отчёта об оценке было обусловлено недобросовестными действиями истца, направленными на получение неосновательного обогащения (взыскание ущерба, уже возмещённого страховой компанией), суд не находит оснований для взыскания данных расходов с ответчика.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объёме, его требования о взыскании судебных расходов удовлетворению не подлежат, в том числе расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 074 рублей 00 копеек; расходы по оплате юридических и детективных услуг в размере 70 000 рублей 00 копеек; расходы по оплате услуг по копированию и распечатке документов в размере 13 140 рублей 00 копеек; почтовые расходы в размере 4 000 рублей 00 копеек.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов не подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

1) Истец при подаче первоначального искового заявления действовал недобросовестно, не указав наличие договора КАСКО, факт обращения за страховым возмещением и факт полного восстановления повреждённого автомобиля за счёт страховой выплаты. Такое поведение квалифицируется как злоупотребление правом в соответствии со статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

2) Применение принципа эстоппель исключает возможность защиты прав лица, которое действует непоследовательно и недобросовестно, создавая у других участников правоотношений ложное представление об обстоятельствах дела.

3) Требование о взыскании утраты товарной стоимости не подлежит удовлетворению в связи с недобросовестным поведением истца и злоупотреблением правом.

4) Требование о взыскании суммы безусловной франшизы не подлежит удовлетворению, поскольку франшиза является результатом добровольного договорного условия между истцом и страховой компанией, а ответчик не являлся стороной данного договора и не может нести ответственность за условия, в формировании которых он не участвовал. Кроме того, данное требование не подлежит удовлетворению в связи с недобросовестным поведением истца и злоупотреблением правом в соответствии со статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При отказе в удовлетворении основных требований производные требования о взыскании судебных расходов также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 1, 10, 15, 308, 421, 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 10, 12 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», статьями 12, 56, 67, 94, 98, 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (ХХХХ г.р., паспорт РФ ХХХХ) к ФИО2 (ХХХХ г.р., паспорт РФ ХХХХ) о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Мосгорсуд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Никулинский районный суд.

Судья: Самороковская Н.В.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 06 марта 2026 г.

Судья: Самороковская Н.В.