Решение № 2-219/2024 2-219/2024(2-6108/2023;)~М-2096/2023 2-6108/2023 М-2096/2023 от 19 июня 2024 г. по делу № 2-219/2024

УИД: 78RS0015-01-2023-002972-93

Дело № 2-219/2024 (2-6108/2023;)


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 20 июня 2024 г.

Невский районный суд Санкт-Петербурга

в составе председательствующего судьи: Поповой Н.В.

при помощнике судьи: Хабибулиной К.А.

с участием прокурора: Якимовича К.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова", Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга, Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ответчику ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" в котором просил взыскать компенсацию морального вреда 1 500 000 руб., штраф за отказ удовлетворить требования потребителя

В обоснование иска истец указал, что 15.06.2021 истцу в ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" проведена мультиспиральная компьютерная томография, по результатам которой обнаружены структурные изменения правой почки и паранефральной клетчатки воспалительного характера, а также паранефральный асцесс. Истцу оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, в результате которой проведена операция – удаление правой почки. Истец полагает, что ответчиком допущен дефекты оказания медицинской помощи, поскольку своевременно не диагностировано гнойно-воспалительное изменение правой почки, что привело к тяжким последствиям в виде сепсиса и нефрэктомии (удаление почки). Учитывая, что медицинская помощь оказана истцу ненадлежащим образом, привела к причинению вреда его здоровью, истец обратился в суд с вышеназванными требованиями.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика были привлечены Комитет имущественных отношений Правительства Санкт-Петербурга и Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга.

Представитель истца в судебное заседание явилась, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме.

Представители ответчика ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" в судебное заседание явились, возражали против заявленных исковых требований.

Представитель ответчика Комитета имущественных отношений Правительства Санкт-Петербурга и Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга, третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, об отложении слушания дела ввиду наличия уважительных причин не явки не ходатайствовали, в связи с чем, и руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в части, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 03.06.2021 года осмотрен в ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" врачом – онкологом ФИО2

По назначению 03.06.2021 врача-онколога ФИО2 ФИО1 в организации ответчика выполнена мультиспиральная КТ, по результатам которой (по заключению) выявлено, в том числе структурные изменения правой почки и перинефральной клетчатки воспалительного характера, наиболее вероятно разрешающейся перинефральный абсцесс.

17.06.2021 ФИО1 повторно осмотрен врачом-онкологом ФИО2, ему установлен диагноз клинический основной: «<данные изъяты>», даны рекомендации: наблюдение гастроэнтеролога, отказ от алкоголя, соблюдение диеты.

Бригадой скорой помощи 04.08.2021 истец был доставлен в СПб ГБУЗ "Городская Александровская больница" где ему установлен диагноз – <данные изъяты>, и проведена операция в объеме <данные изъяты>.

На стационарном лечении в СПб ГБУЗ «Городская Александровская больница» истец находился с 04.08.2021 по 27.08.2021.

По жалобе ФИО1 ТО Росздравнадзора по Санкт-Петербургу и Ленинградской области проведена внеплановая документарная проверка.

Согласно акта проверки №78-831/21 от 06 декабря 2021 года выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- при осмотре пациента врачом-онкологом учреждения ФИО2 17.06.2021 не оформлено обоснование клинического диагноза соответствующей записью в амбулаторной карте, в том числе, интерпретируя данные специальных методов исследования (рентгенологических (КТ от 15.06.2021);

- при осмотре пациента врачом-онкологом учреждения ФИО2 17.06.2021 не проведена коррекция плана обследования ( по результатам выявленных на КТ от 15.06.2021 структурных изменений правой почки и перинефральной клетчатки воспалительного характера, наиболее вероятно, разрешающегося перинефрального асцесса), в частности, пациент не направлен на осмотр (консультацию) к врачу-урологу для определения дальнейшей тактики обследования и лечения.

Свои требования истец мотивировал тем, что ответчиком была некачественно оказана медицинская помощь, своевременно не диагностировано гнойно-воспалительное изменение правой почки, что привело к тяжким последствиям в виде сепсиса и нефрэктомии (удаление почки).

Возражая против заявленных требований, представитель ответчика ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" указал, что ФИО1 были оказаны медицинские услуги надлежащего качества и в полном объеме.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству представителя ответчика ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено СПб ГБУЗ «БСМЭ».

Как следует из заключения экспертов СПб ГБУЗ «БСМЭ» №26-П/вр от 12 апреля 2024 года, согласно данным медицинской карты пациента № 914487 при осмотре пациента врачом-онкологом учреждения ФИО2 17.06.2021 г. - не оформлено обоснование клинического диагноза соответствующей записью в амбулаторной карте, в том числе, интерпретируя данные специальных методов исследования (МСКТ от 15.06.2021), что является дефектом ведения медицинской документации; и не проведена коррекция плана дальнейшего обследования (по результатам выявленных на МСКТ от 15.06.2021 структурных изменений правой почки и перинефральной клетчатки воспалительного характера).

Пациент не был направлен на консультацию к врачу-урологу амбулаторного звена для определения дальнейшей тактики его обследования и лечения, не определены сроки обращения за последующей медицинской помощью, что является дефектом преемственности. (Нарушение п.2 ч.1 ст.79, ч.2 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп «ж», «и» п.2.1 приложения к Приказу Минздрава России от 10.05.2017 N 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» приложения к Приказу Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 N 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения»).

В тоже время, следует отметить, что 17.06.2021 г. врачом - онкологом ФИО2 был проведён объективный осмотр пациента и, с учётом результатов проведённых лабораторных и инструментальных исследований, онкологическое заболевание было обоснованно исключено и установлен основной клинический диагноз: «<данные изъяты>»; также были даны следующие рекомендации: «<данные изъяты>».

Поскольку целью обращения ФИО1 в ГБУЗ «СПб КНпЦСВМП(о)» была консультация врача- онколога, а онкологическое заболевание не подтвердилось («медицинские манипуляции» сводились к проведению диагностических исследований на предмет исключения онкологического заболевания) и поэтому экстренного направления пациента «к врачу другой специализации» не требовалось, но были даны обоснованные рекомендации по динамическому наблюдению и обследованию в поликлинике по месту жительства согласно основному заболеванию «Хронический панкреатит, последствия парапанкреатита».

При МСКТ брюшной полости от 15.06.2021 г. у ФИО1 были выявлены «Структурные изменения правой почки и перинефральной клетчатки воспалительного характера...». Однако, заключение специалиста лучевой диагностики не является диагнозом, и поэтому для верификации предполагаемого заболевания и установления клинического диагноза в рассматриваемом случае пациенту необходимо было динамическое наблюдение врача-уролога с проведением дополнительного комплекса лабораторных и инструментальных исследований.

Поскольку такое наблюдение отсутствовало, а клинические проявления заболевания начались остро, через 1,5 месяца после обнаруженных врачом-рентгенологом изменений правой почки, также учитывая тот факт, что за эти 1,5 месяца пациент был на пяти приёмах у врачей поликлиники и ни разу не предъявлял жалоб на органы мочевыделительной системы поэтому экспертная комиссия не может обоснованно утверждать, что заболевание: «<данные изъяты>», потребовавшее проведения 04.08.2021 г. нефрэктомии справа (удаление правой почки), этиопатогенетически (с позиций причины возникновения и механизма развития заболевания) было связано с изменениями, установленными по результатам МСКТ брюшной полости от 15.06.2021 г.

Исходя из изложенного выше, причинно-следственная связь между допущенным в ГБУЗ «СПб КНпЦСВМП(о)» дефектом (не дана рекомендация о наблюдении именно у врача-уролога) и неблагоприятным исходом (удаление правой почки) не усматривается. Дефект ведения медицинской документации также в причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом (удаление правой почки) не находится.

Экспертиза проведена в установленном законом порядке экспертами специализированного экспертного учреждения, предупрежденным об ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеющим необходимые специальные познания, квалификацию и стаж работы в данной области. Заключение содержит подробное описание проведенного исследования, является аргументированным, согласуется с иными доказательствами. Выводы экспертизы обоснованы и мотивированы. Оснований не доверять выводам судебного эксперта у суда не имеется.

Анализируя изложенные выводы экспертного исследования, суд приходит к выводу о том, что в данном случае со стороны ответчика имеет место оказание истцу медицинской услуги ненадлежащего качества, о чем свидетельствует допущение дефектов ведения медицинской документации, дефекты преемственности, выразившиеся в том, что пациент не был направлен на консультацию к врачу-урологу амбулаторного звена для определения дальнейшей тактики его обследования и лечения, не определены сроки обращения за последующей медицинской помощью, ввиду чего требование ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации, причиненного ему морального вреда в результате оказания медицинских услуг ненадлежащего качества, подлежит удовлетворению, вне зависимости от того, что отсутствует причинно-следственная связь между выявленными дефектами и неблагоприятными последствиями в виде карбункула правой почки, паранефрита справа, сепсис, нефрэктомии справа.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 12, 14, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, суд принимает во внимание нашедший подтверждение в материалах дела факт оказания истцу медицинской помощи ненадлежащего качества, допущенные дефекты преемственности и ведения медицинской документации, отсутствие причинно-следственной связи между выявленными дефектами и неблагоприятными последствиями для здоровья истца, и полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, что по мнению суда с учетом допущенных дефектов оказания медицинской помощи истцу будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Согласно п.10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2020 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном часть. 3 ст. 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" - бюджетное учреждение, собственником имущества которого является Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга.

Согласно ст. 123.21 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждением признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

В соответствии с абз.2 п.5 ст. 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что при недостаточности имущества ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова", на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по его обязательствам несет Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга, как осуществляющий полномочия собственника имущества, в связи с чем на Комитет возлагается субсидиарная ответственность.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика штрафа, предусмотренного абз.6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» суд полагает их не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей", этот Закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный Закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного, положения Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей", устанавливающие, в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей" требования потребителя этих услуг.

При таких обстоятельствах, учитывая, что медицинская помощь истцу оказывалась бесплатно в рамках обязательного медицинского страхования (ОМС), что лицами, участвующими в деле не оспаривается, оснований для взыскания с ответчика в пользу штрафа в порядке ст. 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей" суд не усматривает.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при подаче иска была освобождена от оплаты государственной пошлины с СПБ ГБУЗ «Городская поликлиника №86» в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

При недостаточности денежных средств у ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" имущества для удовлетворения требований ФИО3 вышеуказанные денежные средства подлежат взысканию с Санкт-Петербурга в лице Комитета имущественных отношений за счет средств бюджета Санкт-Петербурга.

Взыскать с ГБУЗ "Санкт-Петербургский клинический научно-практический центр специализированных видов медицинской помощи (онкологический) имени Н. П. Напалкова" расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путём подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Н.В. Попова

Мотивированное решение изготовлено 02 августа 2024 года