Решение № 2А-73/2021 2А-73/2021(2А-876/2020;)~М-528/2020 2А-876/2020 М-528/2020 от 22 июня 2021 г. по делу № 2А-73/2021

Дело № 2а-73/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Енисейск 23 июня 2021 года

Енисейский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Штея Н.А.,

при секретаре Дидоха Д.В.,

с участием административного истца ФИО22, представителя административных ответчиков – ФИО23,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО22 к Федеральному казённому учреждению исправительная колония № 5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, Министерству финансов Красноярского края, Министерству финансов России об оспаривании действий (бездействий) должностных лиц, связанных с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО22 обратился с требованиями к ФКУ ОИК 36 ИК-5 ГУФСИН РФ по Красноярскому краю (далее – ИК 5), Министерству финансов Красноярского края о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, который мотивированы следующим.

Административный истец как осужденный приговором Енисейского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по ч.1 ст.228.1 УК РФ к 7 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, постановлением Емельяновского районного суда от 16.03.2016 г. переведён на строгий вид режима. ДД.ММ.ГГГГ он прибыл для отбытия наказания в ОИК 36 ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю; ДД.ММ.ГГГГ - переведен из карантинного отряда ИК 5 в отряд №9, в котором отбывал наказание по ДД.ММ.ГГГГ г.

За период отбывания наказания в указанном отряде истец столкнулся со следующими нарушениями (по его мнению), вследствие чего в настоящий момент он претендует на компенсацию в порядке ст. 227.1 КАС РФ:

Отряд №9 был расположен на 5-ом этаже пяти этажного здания, количество проживающих заключенных в отряде составляло 95-105 человек. В отряде девять жилых секций с разным числом наполняемости, практически в каждой секции установлены смежные кровати (спальные места).

Административный истец проживал в секции № 9, общей площадью 65 кв.м., где было установлено 18 спальных мест, 10 прикроватных тумб, 18 табуретов. На одного проживающего в секции заключенного приходилось около 1,9 кв.м свободного пространства. Спальное место истца (длина 2 м, ширина 0,7 м) было установлено вплотную к спальному месту другого осужденного. Ночью во время сна истец испытывал сильный дискомфорт, часто просыпался из-за того, что сосед по спальному месту непроизвольно во время сна накидывал на него руки и ноги, сдергивал с него одеяло, кашлял в лицо. Кроме того в 24:00 и 04:00 часов инспектора ИУ проводили обход спальных мест с подсчетом заключенных, в ботинках громко топали и светили световыми приборами в лицо каждому заключенному. В таких условиях нормальный человек не мог спокойно спать и высыпаться. Согласно ПВР (правилам внутреннего распорядка) в течение дня осужденным запрещено находиться на спальном месте. Таким образом у него не было возможности лечь отдохнуть в течение дня, он не получал положенный восьмичасовой сон на протяжении долгого периода времени.

Также истец высказал замечания по санитарно-бытовым зонам отряда №9, а именно один общий туалет, в котором установлено 4 чаши Генуя, разделенные перегородками по бокам в один метр образуя «туалетные кабины», на двух кабинах отсутствовали дверные створки. Низкие перегородки и полное отсутствие дверных створок не обеспечивали должной зоны приватности.

В отряде была одна комната для умывания, площадью 12 кв. м, в которой установлено всего 7 раковин для умывания и натянутые бельевые веревки для сушки белья. Согласно ПВР, на утренний туалет, умывание и заправку спальных мест отводилось 15 минут. Таким образом из 100 заключенных, не все успевали сходить в туалет, умыться и почистить зубы, в том числе, и истец.

В 06:15 ПВР предусмотрено обязательное построение на утреннюю физическую зарядку, опоздание на неё являлось нарушением, влекло привлечение к дисциплинарной ответственности. После зарядки в 06:30 час. производилось построение первой очереди для следования в столовую на завтрак. Истец, не умытый, с желанием справить естественную нужду, вынужден был следовать в столовую, где находился до 07:00 часов (в столовой отсутствовал общий туалет).

В помещении отряда его коридор в ширину составлял всего 104 см., вследствие чего ему приходилось прижиматься к стене коридора, чтобы разойтись со встречным человеком.

В комнате воспитательной работы отряда, площадью 45 кв. м., имелось всего 44 посадочных места, два стола для письма и один телевизор. На одного заключенного приходилось 0,45 кв.м.

В комнате приема пищи отряда имелось 18 посадочных мест, 5 обеденных столов, 2 холодильника, общая площадь данного помещения составляла 40 кв.м или 0,37кв.м на одного заключенного.

В раздевалке отряда, общей площадью 24 кв.м, в зимний период времени создавались очереди, ввиду того, что при ограниченном времени, снимая и одевая верхнюю одежду, заключенные толпились, толкались, ругались.

Все помещения отряда были маленькие, большое количество заключенных постоянно спорило, кто будет пить чай, употреблять свои продукты питания, смотреть телевтзор или писать письмо. Отряд не был оборудован вспомогательными помещениями, отсутствовали: комната для уединения и психологической разгрузки; комната для написания писем, для чтения книг, для написания жалоб и работы с документами.

В жилых секциях отсутствовала принудительная система вентиляции воздуха. Спальные места были расположены вблизи оконных проемов и вдоль противоположной от окон стены (в два ряда). При открытии окон в ночное время людей, которые спали у окна, продувало сквозняком, возникали частые простуды, ОРЗ, воспаление легких. При закрытых окнах ночью образовывался спертый удушливый воздух, зловония, сырость в секции, из-за отсутствия кислорода (чистого воздуха), постоянно болела голова.

Площадь локального сектора отряда составляла 170 кв.м, там проводились общие построения для проверки и подсчета заключенных, физические зарядки и прогулки. Поскольку это массовые мероприятия, то на одного заключенного приходилось 1,7 кв.м. При выполнении комплекса физических упражнений приходилось невольно задевать, толкать рядом стоящего человека. На фоне общего психонервного состояния, возникшего от недостатка сна, отсутствия возможности сходить в туалет в утром, умыться и почистить зубы, от постоянного сталкивания друг с другом на переполненных площадях возникала агрессия между заключенными.

За весь период отбывания наказания в отряде №9 истец ежедневно испытывал нервное (психическое) напряжение, чувство неудовлетворенности, унижение человеческого достоинства и отсутствия веры в государственную защиту его прав и основных свобод.

Ежемесячно и во внеплановом порядке в ИУ проводились различные проверки вышестоящими надзирающими органами государственной власти (прокуратура, ГУФСИН и т.д.). На его неоднократные жалобы и жалобы других осужденных на невыносимые условия содержания предоставлялись устные ответы такие как: «недостаточно финансовых ресурсов», «недостаточно площадей для проживания в заключении», «большое количество заключенных в РФ, которых необходимо содержать под стражей» и т.д.

При этом в отчетах надзирающих органов обращается внимание на незначительные нарушения, выявленные при обходе ИУ, и не бралось во внимание и нигде, не указывалось на массовые систематические нарушения прав человека. Как правило, проверки носили формальный характер в целях сокрытия данных нарушений.

Европейский Суд по правам человека вынес решения о присуждении справедливой компенсации по делам: «Андросов против России», «Радейко против России» и др. за нарушения ст. 3 Европейской конвенции. Указанные лица содержались с истцом в ИК5 в один период времени, Радейко проживал с ним в отряде №9.

В период отбывания наказания истцом в отряде № 9 ИК-5 административный ответчик и его должностные лица проявили бездействие, выразившееся в необеспечении минимальных норм материально-бытового обеспечения, обеспечения жилищно-бытовых, санитарных условий содержания административного истца, осужденного к лишению свободы, уклонялись от обязанностей, возложенных на них в установленном законом порядке.

Перечисленные выше условия содержания, по мнению административного истца, нарушают его права, гарантированные ст. 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а именно право не подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, а также право на охрану достоинства личности от пыток, насилия, другого жестокого или унижающего обращения или наказания, гарантированное статьей 21 Конституции РФ.

Административным ответчиком были нарушены положения главы 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, а именно нарушение условий отбывания наказания в исправительном учреждении. Нарушение норм материально-бытового обеспечения связано с неисполнением минимальных норм, установленных Постановлением Правительства РФ от 11.04.2005 г. № 205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время».

В связи с тем, что ответчиком допущены вышеуказанные нарушения, административным истцом 31.05.2017 г. была подана жалоба в Европейский суд по правам человека. Жалоба была принята, ей присвоен номер №, но решение по существу дела пока не вынесено (на момент обращения с иском в суд).

В соответствии с частью 2 статьи 5 Федерального закона от 27.12.2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в течение 180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона лицо, подавшее в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона, может обратиться в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении с указанием в нем даты обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека и номера этой жалобы.

Согласно ч. 1 ст. 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 47 от 25.12.2018 г. «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил требования, сообщил, что просит взыскать с ответчика 7500 евро, что в пересчете на рубли по курсу на 02.08.2020 г., Центрального Банка России составляет 654 675 рублей, данная сумма компенсации высчитана истцом исходя из практики Европейского суда по аналогичным делам. Данный размер компенсации истец заявляет за понесенные им страдания во время содержания с 12.04.2016 г. по ДД.ММ.ГГГГ в отряде №9 ФКУ ОИК 36 ИК 5 ГУФСИН России по Красноярскому краю. Плавающая цифра наполнения отряда № 9 - от 95 до 105 человек - обусловлена тем, что с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ., осужденные прибывали в отряд и убывали из него. Все данные списочного состава отряда находятся в архиве у ответчика, куда истец не имеет доступа.

Истец был освобожден из мест лишения свободы на основании постановления Емельяновского райсуда об условно-досрочном освобождении ДД.ММ.ГГГГ., т.е. более двух лет он находится на свободе.

В письменной форме истец не обращался ни в органы прокуратуры, ни в ГУФСИН, т.к. считал, что данная процедура не являлась эффективным средством правовой защиты. Обращался в устной форме, на что получал устные ответы.

Просил учесть, что в Европейском Суде рассматривается дело №11404/18 «ФИО24 против России». Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека в письме от 22.06.2020 г за №10-70044/20 признал факт нарушения ст. 3 Конвенции во время содержания ФИО24 в отряде № 9 ИК 5, уполномоченный РФ согласился выплатить ФИО24 6000 евро без дальнейшего разбирательства дела. ФИО24 также содержался с нарушения расположения отряда, переполнением, нарушениям по санитарно-бытовым зонам и т.д.

В уточнениях от 31.08.2020 г. ФИО22 просил признать незаконными бездействие ФКУ ОИК-36 ИК-5 ГУФСИН РФ по Красноярскому краю.

В уточнениях от 23.10.2020 г. ФИО22 просил перечислить сумму компенсации (в случае её взыскания) на его банковский счет, реквизиты которого указал.

14.12.2020 г. ФИО22 уточнил исковые требования. Просил обратить внимание на решение ЕСПЧ по делу «Евгений Андросов против РФ» (жалоба № 46461/18 от 10.12.2020 г.), которым установлено нарушение 13 Европейской конвенции при содержании заявителя в ИК-5 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (в период, когда отбывал наказание в данной колонии истец) в условиях, не отвечающих требованию ст. 3 Европейской конвенции. Фактически за 18 лет, власти не предприняли никаких мер, направленных на конструктивное изменение мест для проживания в заключении. Наполняемость ИК-5 с 2006 г. по 2018 г. значительно не изменилась. Причиной этого является вышеуказанные ответчиком приказы и НПА на основании которых обустраивается быт в заключении с 1997 г. Из позитивных изменений за указанный период - это ежегодные косметические ремонты помещений в виде покраски, побелки, поклейки кафеля и заправки спальных мест по образцу « по белому», и полный запрет на нахождение на спальном месте в не отведенное для сна время. Данные обстоятельства не могут свидетельствовать о том, что жилая площадь соответствует тем стандартам, которые изложены в постановлениях ЕСПЧ (например, дело «Бутко против РФ», жалоба 32036/10).

Европейский Суд отмечает, что значительная часть площади общежития была занята мебелью, например, кроватями, прикроватными тумбочками и табуретами. Проходы вдоль кроватей были не более 35 сантиметров, и центральный проход между двумя рядами кроватей был немногим шире, чем в два раза. Это расположение, очевидно, оставляло заключенным очень мало пространства, в котором они могли легко передвигаться. Острая нехватка пространства, препятствующая свободному передвижению заключенных между предметами мебели, как было установлено ранее, является указанием на унижающее достоинство обращение, превышающее минимальный порог суровости, в соответствии со статьей 3 Конвенции (постановления ЕСПЧ по делу «ФИО25 и другие против Российской Федерации», «ФИО26 против Российской Федерации», жалоба № 41833/04; «Ушаков против Российской Федерации» 25.10.2011 г., жалоба № 10641/09; «ФИО27 против Российской Федерации» от 12.03.2009 г., жалоба № 15217/07.

ЕСПЧ указывает, что предоставляемая площадь должна быть разграничена с мебелью, т.е. должно предоставляться площадь свободного пола, чтобы не создавался дискомфорт в передвижении между мебелью и сокамерниками.

По делу «Андросов против России» власти согласились с тем, что площадь составляла 1.2-2.1 кв.м на одного человека, отсутствие приватности в туалете, беспрепятственный доступ к санитарно гигиеническим узлам, доступ чистого воздуха, неадекватная температура. Таким образом производить доказанность доказанного не имеет смысла.

Истец не согласен с утверждением ответчика о том, что доступ к окну в жилом помещении является достаточным для получения свежего воздуха, что в корне противоречит Приказу Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 12.06.2012 г. № 191-ст межгосударственный стандарт гост 30494-2011 г., введен в действие в качестве национального стандарта РФ с 01.01.2013г. СП 60.13330.2010; СНиП 41-01-2003; СанПиН 2.,1,2,2645 санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Так, учитывая климатические условия, где более 8-ми месяцев температура воздуха на улице составляет ниже 0 градусов, то открытие окон для проветривания несет негативные последствия как в дневной, так особенно и в ночной период времени, где на небольшой площади одновременно выделяют углекислый газ 18-20 человек. Открытие окна для проветривания понижает температуру воздуха в помещении в холодный период времени, а в теплый период воздуха обмена не происходит. Вследствие чего возникают постоянные головные боли, частые ОРЗ. Отсутствие вспомогательной вентиляции приводит к нарушению как санитарно-эпидемиологических требований, так и к нарушению ст. 3 Конвенции.

В Постановлении от 25.12.2018 г. № 47 Пленум Верховного Суда РФ уточнил некоторые вопросы, возникающие при применении КАС РФ в делах, связанных с нарушением условий содержания под стражей. Уточняется, какие признаки могут свидетельствовать о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц. К ним относятся переполненность камер, невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отсутствие либо непредставление возможности пребывания на открытом воздухе, недостаточное количество санитарно-гигиенических помещений, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, нарушение требований к уровню шума, к качеству еды и питьевой воды. В то же время суды должны принимать во внимание смягчающие факторы, например, если незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено доступом лишенных свободы лиц к иным помещениям, в частности, для занятий спортом, досугом и профессиональной деятельностью. Особое внимание следует уделять уязвимым категориям лишенных свободы лиц, в том числе беременным женщинам, кормящим матерям, инвалидам и несовершеннолетним (пп. 14,15 Пленума).

Предоставленный ответчиком фотоотчет не соответствует периоду времени нахождения административного истца в колонии. Тем самым искажается суть, на представленных фото видно, что в туалете установлены дверные перегородки, которых не было в обжалуемый период.

Утверждение о том, что в расположении отряда было установлено 7 туалетов с перегородками, создающими условия приватности, не соответствует действительности, на самом деле в отряде было установлено 4 чаши Генуя, на двух отсутствовала приватность, и пятая чаша работала только в ночной период времени. Количество туалетов также подтверждает план схема отряда, туалетов пять, один из которых нерабочий. Также указано 9 раковин. Однако, 3 из них находились вне санитарно-гигиенической зоне, где отсутствует доступ для умывания. В этой связи дополнительно просил признать нарушение ответчиком требований приказа Минюста РФ от 02.07.2003 г. № 130-ДСП; признать ответчика в несоблюдении Приказа федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 12.06.2012 г. № 191-ст межгосударственный стандарт ГОСТ 30494-2011, введен в действие в качестве национального стандарта РФ с 01.01.2013 г. СП 60.13330.2010; СНиП 41-01-2003; СанПиН 2.,1,2,2645 санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях; признать ответчика в несоблюдении конвекционных требований изложенных в решениях Европейского Суда, что является составной частью правовой системы. Ответчиком не выполнены требования указанные в п.9.11 Приказа Министерства Юстиции РФ от 02.07.2003 г. №130 ДСП, согласно которому на 15 человек должен быть установлен 1 умывальник и 1 унитаз. В отряде не было ни одного унитаза. Отличия между унитазом и чашей Генуя являются существенными.

Определениями суда от 27.08.2020 г., 25.09.2020 г., 19.11.2020 г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство финансов РФ, ФСИН РФ, а в качестве заинтересованных лиц – ГУФСИН РФ по Красноярскому краю, Министерство юстиции РФ, Аппарат уполномоченного РФ при Европейском Суде по правам человека.

Определением суда от 02.11.2020 г. ГУФСИН исключено из состава заинтересованных лиц и привлечено в качестве соответчика по делу.

На заявленные уточненные требования представитель ИК-5, ГУФСИН РФ по Красноярскому краю (далее – ГУФСИН) и ФСИН РФ (далее – ФСИН) ФИО28 представила письменные возражения о нарушении административным истцом сроков предъявления искового заявления, в соответствии с ч. 1,8 ст. 219 КАС РФ.

Представитель ФИО28, ранее участвуя в судебном заседании, не согласилась с требованиями, затруднилась в суде пояснить, какие именно по видам работ были произведены в отряде № 9, в соответствии с представленным в государственным контрактом №114 от 19.04.2017 г. В качестве доказательств того, что с 2009 года произошло дооборудования помещения отряда санузлами, указала на ранее представленные суду фотографии, на которых видно, где и сколько унитазов установлено. Дооборудование производилось до прибытия Яроши в исправительное учреждение. В помещениях №20,21,22 делалось дооборудование, и устанавливался унитаз, это помещение не закрывается, оно доступно для осужденных. В помещении №22 имеется раковина, санитарный узел отдельный. Туда имелся свободный доступ.

Дополнительная раковина имелась в комнате № 11, для её использования не было ограничения, осужденные могли помыть руки. В помещении №11, 16, 20 (22) осужденные могли умываться.

Наличие механической системы вентиляции предусматривалось, в соответствии с п. 20.16 приказа ДСП №130, с учётом обеспечения учреждения. В данном случае предусмотрена приточно-вытяжная вентиляция, в отрядах установлены форточки. Техническим паспортом предусмотрена приточная вытяжная вентиляция, количество осужденных небольшое, вентиляция работала, жалоб не поступало. Права осужденных не нарушались. Относительно проверок осужденных в ночное время пояснила, что согласно журналу приема-сдачи дежурств, проверка проводилась в 10.00 и 16.00 часов. Согласно распорядку дня осужденным предоставлен 8-часовой сон с 22.00 часов до 06.00 часов. Проверка наличия осужденных велась с помощью системы видеонаблюдения, каждое движение осужденного контролировалось оператором, дополнительных проверок не осуществлялось, спальные места проверяются у лиц, склонных к побегу в ночное время, при этом 8-часовой сон осужденных не прерывается и не нарушается. Такие осужденные располагались при выходе из спального помещения, в связи с этим не могли помешать сну осужденных. Яроша в эту категорию не попадал, т.к. Яроша не состоял на профилактическом учете. Все помещения просматриваются через систему видеонаблюдения, мертвые зоны отсутствовали.

Относительно общей площади отряда пояснила, что осужденные были трудоустроены, они не могут находиться в полном количестве в отряде в одно время. Нормативными приказами не предусмотрено минимальной площади для гардеробной. Гардеробную использовали для хранения личных вещей, осужденные не только в раздевалке могли переодеться, это можно было сделать и в спальном помещении.

Ширина коридора в отряде не менялась в период с 2016 по 2018 года, она составляла от 120 до 132 см.

В письменном отзыве представитель Минюста РФ ФИО29 от 23.10.2020 г. указала на пропуск срока обращения с исковым заявлением административным истцом. Просили рассмотреть дело в отсутствие представителя министерства.

На пропуск срока обращения с иском указано и в письменном отзыве от 11.11.2020 г. представителем Министерства финансов РФ ФИО30 Дополнительно указано, что надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является ФСИН РФ.

В судебном заседании административный истец ФИО22 поддержал заявленные требования с учётом их уточнений, просил взыскать в его пользу 654675 рублей. Подтвердил, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не имел полноценного сна. Дискомфорт в расположении его спального места заключался в том, что кровати были прижаты вплотную, перегородок между ними не было. Когда он спал, сосед закидывал на него ноги. Утверждение в суде представителя ответчиков Лисовицкого о возможности сдвигать мебель назвал ложным. Согласно плану в секциях были установлены кровати и прикроватные тумбы, табуреты. Передвигать эти предметы с места на место было запрещено, за это помещали в штрафной изолятор

При этом инспекторы совершали ночные обходы в 00.00 и 04.00. У них имелись световые приборы, они их включали, создавали шум, мешали сну, светили прямо в лицо. Отбой был в 22.00 часов, подъем в 06.00 часов.

В секции находились спальня, гардероб, столовая, всего 12 отрядов, они были разделены. На каждом этаже был отряд. Здание было пятиэтажное. 9 отряд находился на 5 этаже. Перегородки в туалете были до пояса, дверных створок не было на кабинках. Было всего 4 туалета на 100 человек, 6 умывальников.

Относительно работы осужденных в две смены пояснил, что во 2-ю смену работало до 10 человек, основной поток работал в 1-ю смену.

С осужденным Андросовым он знаком, тот отбывал наказание в 3 и 6 отряде с 2016 года. Освободился уже позднее. Он (истец) был в одном отряде с Радейко. В иске, указывая на недостаточность площади, имел в виду деление всей полезной площади на человека, то есть в данном случае не учитывается раздевалка, умывальник, туалет. Он соотносит площадь, распорядок, время и возможность пребывания в учреждении с учетом распорядка дня. После его освобождения отряд реконструировали, объединили с отрядом №11, расширили умывальник и туалет.

Утверждение представителя ответчиков в отзыве о том, что в помещении отряда имелось 9 раковин и 7 чаш генуа, не соответствует действительности. В помещении 6, площадью 14,3 кв.м (технического паспорта), изображено 4 унитаза, в действительности это было 4 чаши Генуя. На плане отряда также имеется комната №20, площадью 1,2 метра, где расположен унитаз. Этот унитаз стоял в помещении профилактического учета, в дневной период времени закрывался, так как вся комната закрывалась, доступа туда не было. ФИО1 как раз проживал в комнате профилактического учета.

Из семи раковин одна не работала, в комнату для приема пищи не пускали. Другие осужденные ФИО2, ФИО3, ФИО4 ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 ему знакомы, все из 9 отряда. Подавали жалобы в ЕСПЧ.

В запросе суда от 29.09.2020 г. в ИК-5 ответчику предлагалось представить доказательства по доводам, изложенным в административном исковом (дополнении к нему), с приложением подтверждающих документов, фото и видео материалов; документы о состоянии помещений отряда, как по состоянию на период отбывания наказания истцом, так и в настоящее время (если производились изменения – ремонт, демонтаж, реконструкция, приобретена новая сантехника и пр.). Предлагалось представить документы, подтверждающие данные изменения. Также суд просил сообщить, в какие периоды времени и в каких отрядах в исправительном учреждении отбывали наказание осужденные ФИО13., ФИО14., ФИО15.; представить журнал (его заверенную копию) обхода отряда № 9 администрацией ФКУ ОИК-36 ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, содержащий подписи сотрудников, проводивших с количественным подсчетом содержащихся в отряде лиц (за период отбывания наказания истцом); фото, видео материалы помещений отряда № 9 (коридора, спальной, санузла, комнаты воспитательной работы, прогулочного дворика, столовой и иных помещений) за период с 2016 г. по 2018 г. либо предоставить мотивированный ответ о невозможности предоставления данной информации. Суд просил представить пояснения, по какой причине фотоматериалы не были представлены в Европейский Суд по правам человека; медицинскую карту ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

06.10.2020 г. (исх. № 24/ТО/47/13-358) ИК-5 сообщило суду, что документально состояние помещений отряда не фиксируется, поскольку данные действия законодательно не регламентированы, текущий ремонт помещений отрядов производится ежегодно. На основании государственного контракта №114 от 19.04.2017 г. производился капитальный ремонт здания «Общежитие №2». Архивное хранение журналов обходов отрядов представителями администрации ИУ не предусмотрено нормативными правовыми актами, при окончании ведения журнала он утилизируется. В целях подтверждения численности осужденных в отряде №9, в материалы дела предоставлены копии из журнала «Учета рапортов о приеме-сдаче дежурств дежурными помощниками начальника ИК-5 ОИК-36». Также сообщалось, что ФИО14 в отряде № 9 отбывал наказание с 13.06.2012 г. по 16.06.2017 г.; с 12.07.2017 г. до убытия в иное исправительное учреждение (16.03.2018 г.); ФИО15 отбывал наказание в том же отряде с 18.01.2011 г. по 29.01.2015 г.; с 10.02.2015 г. по 15.03.2017 г.; с 27.03.2017 г. по 28.09.2017 г.; ФИО13 – отбывает наказание в ИК-5 с 01.11.2010 г., в отряде № 9 не содержался.

03.02.2021 г. (исх. № 24/ТО/47/13-895) ИК-5 сообщило суду, что по состоянию на 25.01.2021 г.количество осужденных данной колонии, которые ведут переписку с ЕСПЧ составляет 257 человек, из них в отряде № 9 в период с 12.04.2016 г. по 12.01.2018 г. содержалось 18 осужденных. Среди них указан ФИО15, осужден к 22 годам и 9 месяца лишения свободы.

Также представлены сведения на лиц, содержавшихся в отряде № 9 и лиц, которые отбывали наказания в ИК-5 и были допрошены в суде: ФИО14 – с 13.06.2012 г. по 16.06.2017 г. (допрошен по делу в качестве свидетеля); ФИО15 – с 18.01.2011 г. по 29.01.2015 г.; с 10.02.2015 г. по 15.03.2017 г.; с 27.03.2017 г. по 28.09.2017 г. (в отношении него имеется решение ЕСПЧ о взыскании компенсации); ФИО16 – с11.11.2014 г. по 14.04.2015 г.; с 01.02.2019 г. по 06.09.2019 г.; с 03.12.2019 г. по 12.12.2019 г. (допрошен свидетелем по настощему делу); ФИО2 – с 31.07.2017 г. по 22.01.2019 г.; ФИО3 – с 10.03.2012 г. по 02.02.2021 г.; ФИО17 – с 11.07.2016 г. по 03.02.2017 г.; ФИО18 – с 04.04.2017 г. по 15.05.2017 г.; ФИО5 - с 23.10.2018 г. по 31.01.2019 г.; ФИО19 – с 24.08.2016 г. по 05.09.2016 г.; ФИО6 – с 23.11.2017 г. по 10.05.2019 г.; ФИО20 – с 31.10.2017 г. по 28.02.2018 г.; ФИО7 – с 21.03.2016 г. по 04.10.2016 г.; ФИО8 - с 23.11.2017 г. по 23.05.2018 г.; ФИО9 – с 07.04.2017 г. по 03.11.2017 г.; ФИО21 – с 28.12.2016 г. по 28.04.2018 г.; ФИО10 – с 16.10.2017 г. по 15.03.2019 г.; ФИО11 – с 06.01.2017 г. по 12.02.2017 г.; ФИО115 – с 15.07.2016 г. по 01.10.2017 г.; ФИО116 – с 01.11.2016 г. по 01.10.2019 г.; ФИО12 – с 16.06.2016 г. по 29.11.2016 г.; ФИО13 – отбывает наказание в ИК-5 с 01.11.2010 г., в отряде № 9 не содержался; ФИО1 – в ИК-5 с 27.09.2007 г. по 26.09.2016 г. (в отряде № 9 не отбывал, допрошен свидетелем по настоящему делу).

10.02.2021 г. (б/н) начальник отдела по воспитательной работе с осужденными ИК-5 сообщил суду, что среди осужденных за период с 01.01.2016 г. по 31.12.2018 г. случаев привлечения к дисциплинарной ответственности за нарушения установленного порядка отбывания наказания, выразившиеся в передвижении предметов мебели в жилых помещениях, использования раковин в комнате хранения продуктов питания и приема пищи, в иных целях, кроме как для мытья посуды – не было, поскольку Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 №295, не установлены запреты и ограничения при совершении указанных действий осужденными.

Согласно пункту 1 раздела 1 Приказа Федеральной службы исполнения наказаний от 27.07.2006 г. №512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» (далее - Приказ №512) спальное помещение оборудуется кроватями металлическими 1 шт. на человека, тумбочками прикроватными 1 шт. на 2-х человек, табуретами 1 шт. на человека, указанные предметы мебели не крепятся к полу.

Свидетель ФИО1., допрошенный по ходатайству истца сообщил суду, что отбывал наказание в ИК-5 совместно с истцом с 2016 по 2019 год. Отряд у них был один, но секции разные, но по условиям они были одинаковыми. Его секция была 60 кв.м, в ней проживал 21 человек. Туалет был внутри секции, примерно 4 на 4 метра.

Отряд в целом был переполнен, их было 95-105 человек, невозможно было проживать. В 2010 году в данном учреждении были двуярусные кровати, а в 2015 году поставили одноярусные, проход между ними составлял 40 см., расстояние до тумбочки небольшое. Кровати были установлены вплотную друг к другу, мужчины возраста 40 и 50 лет фактически вместе спали. Сосед мог закинуть ногу на него ночью во время сна. Администрация мер никаких не принимала по этому поводу. Чтобы отодвинуть кровать, нужно было спросить разрешение, но им не разрешали этого делать, администрация за это наказывала и могла поместить в изолятор. Если сдвинуть кровать, то тумбочку заслоняешь, расстояние до другой кровати будет еще меньше. Их нельзя было сдвигать. Кровати, которые стояли по краям, их невозможно было сдвинуть, т.к. стены были близко, проход составлял 40 см. В этом пространстве заправлялась кровати. Тумбочки перемещать было нельзя. Знает случаи, когда осужденный подвергался наказанию за то, что отодвигал кровати и тумбочки. Тот хотел сделать проход шире, его за это в изолятор посадили. Обход в ночное время производился сотрудниками учреждения - с 22.00 часов до 06.00 часов, всего был 5 раз, в 22.00 часов закрывали двери, затем в 00.00, 02.00, 04.00, 06.00 часов приходили. Они использовали фонарь яркий, светили им в лицо, проверяли на своем ли месте осужденный спит. Когда к ним приходили, то еще ботинками громко стучали при ходьбе, он в этот момент просыпался, потом было тяжело заснуть. По поводу туалетов сообщил, 105 человек в 6 утра просыпались и бежали в туалет, было всего 4 чаши в полу. В течение 10 минут все не могли сходить, далее шла зарядка, заправка кроватей, в умывальнике и раздевалке также была очередь. Было невозможно жить, они были как в муравейнике, из-за этого были конфликты, можно было услышать нехорошие слова. Когда надо было идти на зарядку, пол отряда не сходило в туалет даже, затем шли в столовую, там проводили 1 час, затем шли на работу, только в промышленной зоне могли сходить в туалет. На 2 чашах Генуи были перегородки, остальные были без перегородок. Крайние правые чаши (если стоять к ним лицом) были без перегородок, были открытыми, перегородки были только слева. Все это было в мае 2019 года. В кабинках туалета высота перегородок не обеспечивала приватность, человека было видно, если подойти ближе. Другие осужденные всё время подгоняли, говорили «давай быстрее». Ширина коридора не позволяла осужденным разойтись, не столкнувшись. Из-за этого были драки. В столовой сходить в туалет было невозможно, т.к. там туалет был предназначен только для работников, со служебным входом.

В умывальнике были очереди, умывальник был 5 на 3 или 4 метра, всего было 6 раковин, 1 раковина для ног предназначалась, седьмая раковина не работала. Всего было 6 раковин для рук и одна для ног на 105 человек. Одна раковина постоянно не работала, там был снят кран на ремонт, ввернута заглушка, сантехник сказал, отремонтирует, но ничего не сделал. В комнате приема пищи умывальники стояли, но пользоваться ими нельзя было, там можно было только кружки мыть. Если там умыться, то администрация наказывала за это. Делалось это умышленно, чтобы стеснить 105 человек, невозможно было умыться за 15 минут всем.

Комната для воспитательной работы была маленькая, максимум для 40-45 человек, остальные на ногах стояли и смотрели телевизор. Раздевалка – для 10 человек максимум. Если осужденный разделся не в раздевалке, а в секции, то его за это наказывали.

По поводу вентиляции сообщил, что в отряде её не было, стояла вонь, форточку оставляли открытой. Проветривание помещений производилось, когда осужденные уходили на зарядку и со столовой возвращались. А так закрывали окна, так как было холодно. Открывали окна в 6 утра и закрывали в 7 утра, зимой форточки открывали, так как в помещении температура была 16-17 градусов. После 20-30 человек было плохо дышать, после проветривания температура в помещении была 8-10 градусов.

В отряде было две смены, он был в швейном цеху 1 смены. Их было 60 человек, затем 2-я смена приходила, постоянно там находились только завхоз и бригадир. Подъем у первой смены был в 06:00, второй – не знает. В отряде была необходима комната для письма, духовная и психологическая комната, где можно было уединиться. Сидеть можно было в комнате ПВР или на кухне, в секции лежать и сидеть нельзя было. В субботу и воскресенье много народу было. Даже если 2-я смена отдыхает, то они просыпались, так как 1-ю смену будили, осужденные ругались, говорили «можно по тише, мы только пришли».

Он сам обращался в ЕСПЧ, решение по его жалобе ещё не принято.

Свидетель ФИО31, допрошенный в суде по ходатайству истца, сообщил, что отбывал с ним наказание в ИК-5 с 2014 по 2018 года в 9 отряде. Они жили в разных секциях – Яроша в девятой, а он в седьмой. В секциях условия были одинаковыми: установлены смежные кровати. Ночью, можно было проснуться из-за того, что сосед во сне толкается ногами, Яроша жаловался часто, что его сосед мог кашлять прямо в лицо или храпеть. Осужденные пытались делать занавески, но администрация за это наказывала, так как было запрещено завешивать спальные места. Он видел очень часто, как сотрудники администрации угрожали, что составят документы за занавешивание спальных мест. Часто возникали ссоры между осужденными из-за этого. Между кроватями проходы были узкими, невозможно было разминуться с соседом. Утром приходилось ждать, когда сосед заправит свою кровать, только после этого он мог заправить свою. Толкались и мешались друг другу в проходе. Находиться на спальном месте было запрещено правилами внутреннего распорядка. Секции очень плохо освещались, было всего 2 лампы по 60 Ватт, этого было недостаточно, чтобы полноценно вечером читать или писать. Болели глаза. Была плохая вентиляция в секции, очень часто болела голова из-за нехватки свежего воздуха, тяжело было спать по ночам. Туалет был один - общий, с 4 напольными чашами, каждая чаша была огорожена высотой 1 метр, на одной чаше ограждение отсутствовало вообще. В туалете создавались очереди. На последней кабинке перегородки не было, приходилось справлять нужду на глазах других осужденных. Дверцы не было, все было видно. На других туалетах были перегородки высотой 1 метр, но приватности это не обеспечивало. Это было так на всем протяжении отбывания наказания.

В умывальнике было 7 раковин, одна не работала. Помыться или побриться условий не было. В комнате приема пищи была 1 раковина, но она была предназначена для мытья посуды. Чтобы помыться, надо было нести с собой полотенце, раздеваться, за это могли наказать, так как была нарушена форма одежда. Была не огорожена сушилка, присутствовала постоянная сырость, она не была оборудована нагревательными приборами, одежду сушили в секции, за что также администрация наказывала, развешивать одежду на спальные места, было запрещено.

Раздевалка была площадью 20 кв.м., в ней невозможно было развернуться, было мало места, невозможно было раздеться.

Комната для просмотра телепередач была рассчитана на 44 посадочных места, в среднем численность осужденных колебалась от 104 до 110 человек. Там невозможно было всем уместиться. Некоторые осужденные вообще стоя смотрели телевизор, так как места не хватало.

Комната для приема пищи и чаепития, в ней было 2 холодильника и 5 столов на 18 посадочных мест. Здесь часто осужденные ругались.

Коридор был настолько узкий, что невозможно было пройти, приходилось прижиматься к стене, чтобы пройти. Ширина прохода была 120 см.

Локальный сектор был 170 кв.м, этого было мало на такое количество осужденных. При выполнении физических упражнений утром было мало места, можно было случайно толкнуть соседа. Условия содержания были ненадлежащими, бесчеловечными.

Он устно жаловался на условия содержания, в письменном виде не обращался, осужденные пытались писать письма, но затем подвергались карательным мерам, на них составлялись документы, затем их отправляли в изолятор, тем самым портили биографию и не могли пойти на УДО. Реакции на устные замечания отсутствовали, были отговорки, ничего не делалось, были постоянно прокурорские обходы, но результатов не было. Второй смены в отряде фактически не было, оставалось 5-10 человек. Вентиляция в секциях вообще отсутствовала, осужденные пытались открыть окна и простывали, приходилось терпеть сжатый воздух.

В период с 2014 по 2018 гг. сотрудники администрации делали ночные обходы, заглядывали с регистратором в секцию, считали осужденных, тем самым будили, топали ногами. Восьмичасового сна не было.

По собственной инициативе передвигать мебель в секции запрещалось. Висел отдельно график с фотографией расположения спального места, администрация сама расставляла мебель, как надо.

Свидетель ФИО14 допрошенный в суде по ходатайству истца сообщил, что отбывал наказание в отряде №9 ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 2011 по 2018 год на 5 этаже по приговору Яшкинского районного суда. Условия содержания были невыносимые, тоже самое в туалете и умывальнике, утром были конфликты с осужденными. С истцом проживали в разных секциях, но в одном отряде. Площадь жилой секции была меньше 60 кв.м. на 20 человек. Проход между кроватями был 40 см. или 45 см. Чтобы открыть тумбочку, места было мало, из-за этого были конфликты. Тумбочка была 1 на 2 осужденных. Кровати не раздвигали, т.к. они мешали тумбочке. Крайняя кровать стояла у самой стены. Если раздвинуть кровати, то за это было наказание, составлялся рапорт. Сотрудники администрации проводили осмотр после отбоя: в 02.00 часов была проверка, фонарями в лицо светили, также топали, из-за шума все просыпались, сотрудникам делалось замечание, но они ухмылялись. Далее в 05.00 или 06.00 часов такая же проверка. В 06.00 был подъем, затем умывание, туалет, кто успел, все терпели, если бы в столовой был туалет, то было бы проще, так как не все успевали. После подъема была зарядка, заправка кроватей, туалет, затем необходимо надо было одеться по форме, на это все давалось 15 минут, также надо было успеть выбежать на улицу. Численность отряда составляла 100-110 человек. Вторая смена вставала в 08.00 часов, таких было 5-6 человек, в основном все работали в 1-ю смену. Туалет был забит, в 2-х туалетах вода не смывалась, огорожены были только 2 туалета, 2 - были открытыми, дверей не было, только каркас. В туалетах, где были кабинки, все равно снизу и сверху все было видно, высота ограждений была по плечо, можно было видеть, что делает человек в кабинке, приватность не соблюдалась. Туалетных чаш всем не хватало, народу было много, из-за этого были конфликты.

Относительно умывальников, осужденные стояли в очереди, некоторые не успевали умыться, площадь умывальника была маленькая, там же была сушилка. Раковин было 6 или 5, одна не работала. Осужденные толкались. Ширина коридора в отряде была недостаточной, чтобы разойтись 2 осужденным, необходимо было боком повернуться. С жалобами они обращались, но им говорили не задавать лишних вопросов.

В воспитательной комнате было 5 длинных сидений, 1 телевизор, помещалось на сиденье 30 человек, если стесняться, то 35 человек, остальные стоя смотрели телевизор, мест не хватало.

В комнате для приема пищи было 2 стола, умывальник, все заходили туда по очереди по 5 человек, был дискомфорт.

В раздевалке кто-то не успевал одеться или раздеться.

Вентиляции в жилой секции не было, они приоткрывали форточки для проветривания, в помещении было холодно, некоторые заболевали. В помещении также была сырость.

В секции ФИО22 также было холодно и мало места.

ФИО22 обращался с жалобами к администрации по поводу кроватей, но его жалобу не удовлетворяли.

Он обращался в Европейский суд по правам человека, ему отказали, так как он не все предоставил, что надо было. Жалоба признана неприемлемой.

В письменном отзыве на заявленные требования представителя ИК-5, ГУФСИН и ФСИН ФИО23 выражается несогласие с заявленными требованиями, дополнительно указано на следующее:

ФИО22 прибыл в ИК-5 ДД.ММ.ГГГГ из ИК-34 ГУФСИН России по Красноярскому краю. ДД.ММ.ГГГГ он был освобожден из мест лишения свободы. Отбыв установленный срок в карантинном отделении, ФИО22 содержался в отряде № 9 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Он проживал в спальном помещении №9 отряда №9, площадью 65 кв.м. (комната №7 на техническом плане), в данном помещении возможно проживание 32 осужденных. Нормы, предусмотренные ч. 1 ст. 99 УИК РФ о норме жилой площади из расчета на одного осужденного не менее двух квадратов в отношении истца не нарушены, т.к. законодательно не установлено, что расчет жилой площади производится без учета мебели, инвентаря и предметов хозяйственного обихода (имущества).

Согласно журналам №4083, 4461, 5052 «Учета рапортов о приеме-сдаче дежурств дежурными помощниками начальника ИК-5 ОИК-36» максимальное количество осужденных проживающих в отряде №9 ИК-5 составляло 100 человек.

Согласно п.9.11 (Таблица 13 п.п.34,35 Приказа Министерства юстиции РФ от 02.07.2003 г. №130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России» (далее - Приказа 130-ДСП) в общежитиях для проживания осужденных в умывальной комнате следует предусматривать 1 умывальник на 15 человек, в уборной в мужских исправительных учреждениях 1 унитаз на 15 человек. В отряде № 9 ИК-5 имелось 9 раковин. 7 напольных чаш. При проживании в данном отряде 100 осужденных нормы соблюдались. Два санитарных узла отряда №9. полностью изолированы от других помещений, другие санитарные узлы имеют ограждения высотой 120 см. Таким образом, приватность в санитарных зонах отряда №9 соблюдалась.

Постановлением Правительства РФ от 02.08.1997 г. №974 «Об утверждении норм создания материально-технической базы для организации воспитательной работы с осужденными в исправительных учреждениях» предусматривается что для проведения воспитательной работы в общежитии предусматривается комната воспитательной работы, площадью 0.4 кв. м. на одного человека.

В соответствии с требованиями таблицы №13 Приказа 130-ДСП площадь помещений в общежитии на 1 человека, должна составлять: комната воспитательной работы 0.4 кв.м. (пункт 10 таблицы №13); комната хранения продуктов питания с местом для приема пищи 0.3 кв. м. (пункт 18 таблицы №13); кладовая хранения личных вещей повседневного пользования 0,15 кв. м. (пункт 26 таблицы №13).

В отряде №9 имелась комната воспитательной работы общей площадью 57.4 кв.м, две комнаты хранения продуктов питания и приема пищи общей площадью 45.8 кв.м, гардеробная площадью 23.2 кв.м.

В соответствии с п. 20.16 Приказа 130-ДСП в жилых помещениях режимных зданий предусматривается приточно-вытяжная вентиляция с естественным побуждением, помещения отрядов ИК-5 проветриваются через форточки.

Вопреки доводам административного истца, согласно таблицы 13 Приказа 130-ДСП. не предусматривается наличие в общежитиях с обычными условиями содержания комнаты для уединения и психологической разгрузки и комнаты для написания писем и жалоб, чтения книг.

Представитель ответчиков ИК-5, ГУФСИН и ФСИН ФИО23 в суде с требованиями не согласился. Заявил, что УИК РФ не предусматривает расчетов площади мебели, находящейся в спальном помещении. Расстояние между кроватями имеется. Оно минимальное, то есть то расстояние, которые осужденные считали для себя достаточным. Администрация ИК-5 не ограничивала в расположении кроватей осужденных, нормы площади, предусмотренные УИК РФ, в помещении Яроши соблюдались. Расположение вплотную кроватей не препятствовало осужденным устанавливать необходимое для них расстояние во время сна. Кровати не фиксировались к полу, если осужденный хотел, то мог подвинуть её.

Расстановка спальных мест согласно фотографиям, представленным в дело, произведена исходя из времени бодрствования осужденных. За перемещение мебели не применялись меры дисциплинарного характера. Осужденные несут ответственность по п.17 главы 3 ПВР только за изменение спального места, которые определяет начальник отряда. Нарушением будет считаться, если Яроша лег на кровать Радейко и наоборот. За занавешивание спальных мест к осужденным применялись меры дисциплинарного характера. В действиях осужденных усматривались составы дисциплинарного проступка. В помещениях установлены видеокамеры, занавешиваясь, осужденные ограждались от контроля, за это предусмотрена ответственность.

Причины, по которым в письменном отзыве указывалось на наличие в отряде 7 напольных чаш, тогда как в представленном первоначально техническом паспорте их всего пять (в помещении 6 и 20) объяснил тем, что технический план составлен на основании инвентаризации от 2009 года, в дальнейшем было переоборудование спальных помещений осужденных, состоящих на профилактическом учете, где также имеются отгороженные санитарные узлы. Относительно количества раковин их было 7, они были установлены в умывальнике и 2 в комнате для приема пищи, итого - 9 штук. После инвентаризации 2009 года в отряде устанавливались перегородки, раздевалка и комната для приема пищи, площадью 11,9 кв.м. Это было одно помещение №14, площадью 46,4 кв.м., комната для приема пищи, площадью 34,2 кв.м. которая заштрихована.

Раковины в комнате для приема пищи осужденные были вправе использовать по своему усмотрению. Во время бодрствования, в период с 06.00 до 22.00 часов комната для приема пищи открыта, осужденные имеют туда свободный доступ.

По поводу показаний свидетеля ФИО1 заявил, что подъем у 1 смены был в 06.00 часов, у 2 смены - в 8.10 часов. Подъем был не одновременно у всех.

Иные участники, будучи извещёнными о дате и времени разбирательства, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении дела не заявлялось.

Заслушав истца, представителей ответчиков, показания допрошенных свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ (КАС РФ), гражданин, вправе обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к их осуществлению.

Административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (ч. 1 ст. 219 КАС РФ).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 8 ст. 219 КАС РФ).

Суд по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, удовлетворяет иск полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, а также возлагает обязанность на административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца (п. 2 ст. 227 КАС РФ).

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ).

В соответствии со ст. 3 Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме 04.11.1950 г.) (вместе с «Протоколом [№ 1]» (Подписан в г. Париже 20.03.1952 г.), «Протоколом № 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый Протокол к ней» (Подписан в г. Страсбурге 16.09.1963 г.), «Протоколом № 7» (Подписан в г. Страсбурге 22.11.1984 г.)), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве (ст. 13).

Лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ (далее – УИК РФ), осужденные имеют право на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, исполняющего наказания. Они не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. Меры принуждения к осужденным могут быть применены не иначе как на основании закона.

Осужденные имеют право на охрану здоровья (ч.6).

При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц (ч. 11).

В соответствии с ч. 1 ст. 99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

В соответствии с разъяснениями в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ) обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30.03.1998 г. № 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п.10).

В практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (п.15).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе:

- право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, части 3, 6, 6.1 статьи 12, статьи 13, 101 УИК РФ);

- право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 93, 99, 100 УИК РФ);

Европейский суд по правам человека установил критерии нарушения ст. 3 Конвенции относительно условий содержания в исправительном учреждении – недостаток личного пространства и других недостатков физических условий содержания.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Красноярской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в ИУ в период 2016-2018 гг. при осуществлении надзорной деятельности нарушения условий отбывания наказания осужденных в отряде № 9 ИК-5 не выявлялись.

В подтверждение того, что помещение отряда № 9 приводилось в соответствие с нормативными требованиями, ответчиками в материалы дела представлена копия государственного контракта № 114 от 19.04.2017 г., заключенного ФКУ ОИК 36 ГУФСИН РФ по Красноярскому краю на выполнение работ по капитальному ремонту зданий общежитий ИК-5 на общую сумму 400000 руб. со сроком действия контракта до 29.12.2017 г. (Приложения № 1 и 2). Согласно локальной смете к данному госконтракту в его цену были заложены следующие виды работ (без конкретизации по элементам ремонтируемого объекта): устройство стяжек, приготовление тяжёлых кладочных растворов, устройство покрытий на растворе их сухой смеси, плитки рядовые для полов, сплошное выравнивание внутренних бетонных поверхностей, плитки рядовые для стен, смесь штукатурная «Ротбанд», окраска, установка умывальников одиночных с подводкой, устновка смесителей, установка поддонов душевых стальных, смесители для душевой лейки, установка блоков из ПВХ, блоки дверные входные пластиковые, установка унитазов с бачком и пр.

Вместе с тем, в ответе Министерства юстиции РФ на запрос суда от 16.09.2020 г. отмечено, что в практике ЕСПЧ установлен минимальный стандарт площади личного пространства в учреждениях содержания под стражей и отбывания наказания, равный 3 кв. метрам для всех стран Совета Европы, в связи с чем в отношении ФИО22 с высокой долей вероятности ЕСПЧ признает нарушение ст. 3 Конвенции.

Кроме того, согласно решению ЕСПЧ по жалобе 69411/17, поданной 23.08.2017 г. ФИО32, ДД.ММ.ГГГГ г.р., последний в период с 16.03.2017 г. по 29.11.2017 г. (8 месяцев и 14 дней), с 20.12.2017 г. по настоящее время - при содержании 105 заключенных на площади не более 3 кв.м на человека, при 4 туалетах установлено нарушение ст. 13 Европейской конвенции (отсутствие эффективных средств правовой защиты в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей), а именно: переполненность, температурный режим, не отвечающий требованиям, отсутствие свежего воздуха, отсутствие или ненадлежащее состояние санитарно-гигиенических помещений, отсутствие или недостаточное электрическое освещение, отсутствие или ограниченный доступ к развлекательным или образовательным мероприятиям, отсутствие уединенности при посещении туалета, отсутствие или ненадлежащее состояние мебели, отсутствие или ограниченный доступ в душ, плохое качество пищи.

Таким образом, с 16.03.2017 г. по 29.11.2017 г., и с 20.12.2017 г. по 10.04.2018 г., ФИО22, отбывавший наказание в том же отряде (№9), что и ФИО32 претерпевал те же ограничения в части, установленной ЕСПЧ.

В дополнительном ответе Минюста РФ от 08.02.2021 г. сообщается, что во исполнение постановления ЕСПЧ по делу № 69411/17 «Радейко против России») Минюстом России осуществлена в полном объеме выплата причитающейся ФИО15 суммы компенсаций. Платежным поручением № 795288 перечислена причитающаяся ФИО32 сумма компенсации в размере 452 347,36 руб. (5 800 евро, переведенных в российские рубли по курсу Банка России на день оплаты, с учетом процентов за задержку платежа).

В судебном заседании также установлено, что 19.11.2020 г. ЕСПЧ принято решение по жалобе ФИО22 – о признании её неприемлемой.

В соответствии со ст. 1 Федеральный закон от 30.03.1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», Российская Федерация в соответствии со статьей 46 Конвенции признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации. Таким образом, правовые позиции ЕСПЧ, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении РФ, являются обязательными для судов РФ.

Учитывая, что предметом рассмотрения дела ЕСПЧ по жалобе 69411/17 являлись, в том числе условия содержания осужденных в отряде № 9 в части его переполненности, иных условий содержания в исправительном учреждении, принимая во внимание показания допрошенных по делу свидетелей о столпотворении осужденных, давке в туалете, умывальнике, в раздевалке, возникавших между ними ссорах и рукоприкладстве после подъема, ограниченности пространства для умывания, совершения утренних гигиенических процедур, отправления естественных потребностей, доводы истца, изложенные в исковом заявлении, подтверждаются указанным выше постановлением ЕСПЧ, а именно:

- об ограниченности пространства в помещениях отряда;

- недостаточности туалетов и отсутствии в них условий приватности;

- недостаточности умывальников, их неисправности, об ограниченном доступе ко всем умывальникам и туалетам;

- о качестве воздуха и фактическом отсутствии вентиляции в секциях;

- о качестве организации спальных мест.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указано, что суд оказывает административному истцу содействие в реализации его прав и принимает предусмотренные КАС РФ меры, в том числе для выявления и истребования доказательств по собственной инициативе (например, истребует имеющиеся материалы по итогам осуществления общественными наблюдательными комиссиями общественного контроля, а также материалы проверок, проведенных в рамках осуществления прокурорского надзора или ведомственного контроля). В целях реализации задач административного судопроизводства суд вправе, в частности, возложить на административного ответчика обязанность произвести видео-, фотосъемку и (или) представить в суд видеозаписи, фотографии помещений мест принудительного содержания (с указанием того, когда, кем и в каких условиях осуществлялась соответствующая съемка), сведения о точных размерах помещений, данных о температуре воздуха и освещенности в них, иные письменные и вещественные доказательства, которые приобщаются к материалам административного дела (статьи 70, 72, часть 1 статьи 76 КАС РФ).

Судом неоднократно предлагалось представить исчерпывающие доказательства по доводам иска. Вместе с тем, представленные ответчиками и их представителями доказательства суд не находит достаточными для опровержения обстоятельств, изложенных в административном исковом заявлении.

Так, в судебном заседании установлено, что жилая секция № 9 отряда № 9, в которой проживал ФИО22, согласно техническому паспорту имело и имеет площадь 65,9 кв.м. В данном помещении возможно проживание 32 осужденных, что даже без учёта предметов мебели, составляет 2,05 кв.м на человека, т.е. (менее 3 кв.м). С учётом количества кроватей, тумбочек и иных предметов мебели в секции, площадь, приходящаяся на одного осужденного составляет менее 2 кв.м на осужденного, что не соответствует приведённым выше положениям ч. 1 ст. 99 УИК РФ. При этом суд обращает внимание на то, что данные о площади предметов мебели в жилой секции № 9 ответчиком предоставлено не было, в суде это было объяснено представителе отсутствием обязанности учитывать площадь мебели, в соответствии с нормами УИК РФ.

Ответчикам предлагалось представить суду сведения о том, каково было в спорный период (время отбывания наказания истцом) соотношение осужденных, работающих в первую и вторую сменах для проверки доводов истца о фактически полном отсутствии либо незначительном количестве осужденных, работавших во вторую смену. Таких доказательств не было предоставлено со ссылкой на отсутствие учёта и хранения разнарядок на вывод осужденных на работы. Истец и допрошенные по делу свидетели пояснили, что количество таких осужденных не превышало и 10 человек.

Таким образом, при общей численности осужденных в отряде до 100 человек, отсутствие сбалансированного их разведения в примерно равных рабочих потоках – по сменам, существенно увеличивало нагрузку на помещения отряда, его локальный сектор наиболее многочисленной сменой, что неоправданно могло приводить к давке, столпотворению и конфликтам, в связи с чем довод о том, что площадь локального сектора отряда (около 170 кв.м) была недостаточна для 100 осужденных, т.е. 1,7 кв.м на человека, подтверждает выводы ЕСПЧ по делу ФИО32 в части переполненности отряда.

Кроме того, в соответствии с пп. 34 Таблицы № 13 п. 9.11 Приказа Минюста РФ от 02.07.2003 г. № 130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России», действовавшей на период спорных правоотношений, в общежитиях для проживания осужденных определяется по количеству приборов на 15 человек в умывальной комнате (а не в иных помещениях отряда, о чем прямо указано в приказе). Оно должно составлять 1 умывальник (прибор) на 15 человек – в умывальной комнате. В этой связи наличие раковин в иных помещениях отряда (например, в комнате для приема пищи – помещение № 11 на плане), не предназначенных для совершения гигиенических процедур (чистки зубов, бритья, умывания и пр.), не может рассматриваться как соблюдение нормативной численности раковин, предназначенных именно для умывания.

При максимальной наполняемости отряда – 100 человек (о чем указано в письменном отзыве представителя ответчиков ФИО23), количество умывальников в отряде должно было составлять не менее 7 (100/15=6,6).

Согласно плану расположения спальных помещений и санитарных узлов отряда № 9, площадь умывальной комнаты (на плане - помещение № 16) составляла 23,7 кв.м, в ней установлено 7 раковин.

Вместе с тем, ответчиками не опровергнуты доводы истца и показания допрошенных по его ходатайству свидетелей о том, что количество работающих раковин в умывальнике было меньшим – 5 или 6, а одна раковина была неисправна. Представленная цветная фотография умывальной комнаты отряда № 9 не опровергает указанные утверждения, более того на данной фотографии фактически изображено 6 раковин, а не 7. Одна раковина расположена на уровне ног и объективно не могла использоваться для умывания человека среднего роста. В суде ответчиками также не опровергнуты доводы истца и его свидетелей о том, что раковина, установленная в помещении № 22 (на плане) была открыта в доступе для всех осужденных, а не только тех, которые состояли на профилактическом учёте.

Относительно установленного в указанном выше решении ЕСПЧ по делу ФИО32 «отсутствия уединённости при посещении туалета», суд находит доводы истца также заслуживающими внимания.

В суде установлено, что на двух из 4 напольных туалетных чашах в помещении № 6 (на плане) отсутствовали перегородки, а имеющиеся перегородки не обеспечивали должной приватности. Утверждения представителя ответчиков о том, что данные перегородки в туалете имелись, суд находит опровергающимися показаниями допрошенных свидетелей. Кроме того, представленная в суде копия изображения санузла от 28.01.2018 г., подписанная начальником ФКУ ОИК-36, ранее предоставлявшаяся в Минюст РФ для ЕСПЧ (приобщена истцом в судебном заседании), визуально отличается от фотографий якобы того же санузла, представленного ИК-5 в суд. На фотографии от 28.01.2018 г. визуально просматриваются только две кабинки, отличается напольное покрытие (разная плитка). Кроме того, на цветной фотографии кабинки расположены на возвышенности, а на светокопии – на одном уровне с полом. Доказательств того, что с 28.01.2018 г. данное помещение подвергалось изменению ответчикам не представлено. Государственный контракт № 114 от 19.04.2017 г., суд в этой связи не признает допустимым доказательством, т.к. спецификации по видам работ и конкретным помещениям к нему не приложены. Кроме того, данные работы должны были быть выполнены ранее – в 2017 году, т.е. до снимка от 28.01.2020 г. Суд также не может принять в качестве допустимых доказательств представленные ответчиками цветные фотографии в подтверждение дооборудования после 2009 года помещений отряда № 9 тремя напольными чашами. Как указано выше фотоизображение основного узла отличается от фотографии, предоставленной суду истцом. На фотоснимках не указана дата и место их изготовления. Доказательств тому, что помещение было именно дооборудовано необходимым количеством туалетных чаш (контрактов, актов выполненных работ) в дело не представлено. Кроме того, на фотографиях изображено 4 чаши в санузле, 2 – в отдельных помещениях. Хотя в отзыве указано на наличие 7 напольных чаш. Суду также не предоставлено допустимых доказательств того, что чаши, установленные в помещениях № 27, 25 и 20 (на плане) были открыты для доступа всем осужденным. Допрошенные по делу свидетели это опровергают. Кроме того, суд обращает внимание на то, что, в соответствии с п. 35 Таблицы № 13 п. 9.11 Приказа Минюста РФ от 02.07.2003 г. № 130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России», в общежитиях для проживания осужденных определяется по количеству приборов на 15 человек в уборной мужской (а не в иных помещениях отряда, о чем прямо указано в приказе).

Таким образом, при максимальной численности отряда 100 человек, количество туалетных чаш именно в уборной должно было составлять не менее 7, а не 4, что объективно создавало предпосылки для давки и столпотворения. При ограниченности времени после подъема, общем количестве осужденных, желающих посетить туалет, суд находит убедительным довод о том, что истец (как и другие осужденные отряда № 9) на протяжении длительного периода времени отбывания наказания в утреннее время должны были терпеть, справлять естественные потребности спустя более часа после подъема, после приема пищи и разведения на работы.

Отсутствие уединенности в спальных помещениях после отбоя, установка кроватей осужденных вплотную друг к другу, фактически сдвинутых, дискомфорт, испытываемый осужденным в ночное время от действий другого осужденного от непроизвольных во время сна действий, движений звуков, отсутствие элементарного безопасного санитарного расстояния друг от друга – все это в совокупности не опровергнуто ответчиками в суде, напротив подтверждено согласующимися показаниями допрошенных по делу свидетелей.

Такие условия сна вызывали естественное желание осужденных одного пола отгородиться друг от друга, прибегая к занавешиванию спальных мест, что администрацией учреждения квалифицировалось как дисциплинарное нарушение. Убедительных доказательств обратного, а именно того, что площадь спальных секций позволяла осужденным без риска быть привлеченным к дисциплинарной ответственности перемещать мебель, создавая комфортные условия для сна и дистанцию друг от друга, ответчиками суду не представлено, как и не представлено обоснования причин, по которым в спальных помещениях не могли быть установлены двухъярусные кровати, что позволило бы создать как условия для приватности осужденных, так и для экономии жилой площади.

В соответствии п. 21 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 г. № 295, осужденным гарантируется непрерывный восьмичасовой сон и предоставление им личного времени.

Ответчиками не опровергнуты показания допрошенных по делу свидетелей и пояснения истца о том, что сотрудниками колонии они проверялись в ночное время неоднократно, шумели, светили в лицо, нарушали сон.

Утверждение представителей ответчиков о том, что это не соответствует действительности, равно как и пояснения о том, что журналы таких обходов не велись и не хранились, суд не находит убедительными.

При отсутствии нормативных требований к площади гардеробной (раздевалки) отряда, в соответствии с Приказом Минюста РФ от 02.07.2003 г. № 130-ДСП, суд оценивает достаточность площади соответствующего помещения, имевшегося в период отбывания наказания ФИО22 – 23,2 кв.м., по пространственному критерию (наличие личного пространства), количеству осужденных, пользовавшихся гардеробной в конкретное время, согласно распорядку дня. По данным критерием указанное помещение гардеробной было явно недостаточным для переодевания на утреннее построение в сокращенные временные рамки: 15 минут, 90-100 осужденных первой смены, что составляло до 0,23 кв.м. площади гардеробной на одного осужденного. При таких условиях создание стеснённости и как следствие конфликтов было неизбежным.

В соответствии с п. 20.16 Приказа Минюста РФ от 02.07.2003 г. № 130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России», в помещениях зданий исправительных учреждений, в зависимости от их назначения следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.

Как следует из представленных в дело письменных пояснений представителей ответчиков, в отряде № 9 имелась приточно-вытяжная вентиляция без механического побуждения, и она была исправна. Вместе с тем, данные обстоятельства опровергаются решением ЕСПЧ по делу ФИО32, а равно показаниями свидетелей, допрошенных по настоящему делу о том, что в отряде отсутствовал свежий воздух, не соблюдался температурный режим, вытяжки в жилых секциях фактически не функционировали, в помещениях присутствовал зловонный и спертный запах, вследствие чего у осужденных нарушался сон и возникали головные боли. Доказательств обратного суду не представлено.

Перечисленные выше обстоятельства объективно указывают на то, что административный истец в период с 11.04.2016 г. по 23.04.2016 г., с 07.06.2016 г. по 10.04.2016 г. действительно претерпевал ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении – в ИК-5, испытывая дискомфорт недостатка личного пространства в жилой секции и иных помещениях отряда, отсутствие уединенности при посещении туалета, умывальной комнаты, во время сна, нарушение его восьмичасовой непрерывности.

При этом суд не принимает доводы истца о недостаточности площади комнаты воспитательной работы, т.к. в соответствии с п. 10 Таблица № 13 Приказа Минюста РФ от 02.07.2003 г. № 130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России», её площадь должна составлять 0,4 кв.м. на 1 человека. Помещение комнаты воспитательной работы (на плане № 9), имеет площадь 57,4 кв.м., что при максимальном количестве осужденных в отряде составляет около 0,6 кв.м. на человека (57,4 /100).

По тем же причинам суд не принимает доводы истца по недостаточности пространства в комнате для приема пищи (хранения продуктов): в соответствии с п. 19 – 0,3 кв.м. на человека. Общая площадь двух комнат для прима пищи составляла 45,8 или 0,45 кв.м. на человека.

При этом суд исходит из того, что данные помещения в период личного времени использовались не всеми осужденными сразу.

Доводы истца о ширине коридора опровергаются техническим паспортом, представленным ответчиками, которая составляла 1,25 и 1,29 м.

Отсутствие иных помещений, указанных в иске, не предусмотренных таблицей № 13 Приказа № 130-ДСП, суд также не рассматривает в качестве ненадлежащих условий содержания в исправительном учреждении, т.к. предметом рассмотрения и правовой оценки по делу могут быть реальные фактические обстоятельства, а не их предположение (в данном случае нарушение вследствие отсутствия необходимых истцу помещений в отряде).

Разрешая доводы, высказанные участниками по делу о пропуске истцом срока для обращения с административным исковым заявлением, суд находит несостоятельными.

Так, согласно п.2 ст. 5 Федерального закона от 27.12.2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в течение 180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона (документ начал действовать 27.01.2020 г.) лицо, подавшее в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона, может обратиться в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении с указанием в нем даты обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека и номера этой жалобы.

С административным исковым заявлением ФИО22 21.07.2020 г., т.е. в пределах срока, установленного ст. 5 приведенного выше закона, поскольку на тот момент решение о признании его жалобы № 49037/17, поданной 31.05.2017 г., ещё вынесено не было. Оно было вынесено ЕСПЧ только 19.11.2020 г. Таким образом, на момент обращения с административным исковым заявлением в порядке ст. 227.1 КАС РФ правовые основания для этого имелись.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175, 176, 177-180, 226, 227.1 КАС РФ,

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО22 удовлетворить частично.

Признать незаконным действия (бездействие) должностных лиц Федерального казённого учреждения исправительной колонии № 5 ГУФСИН России по Красноярскому краю по несоблюдению условий содержания в исправительном учреждении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. и с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России в пользу ФИО22 денежную компенсацию за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. в размере 250000 рублей.

Реквизиты банковского счета, на который подлежит перечислению средства компенсации: получатель ФИО22, номер счета – №, Банк получателя: Красноярское отделение № 8646 ПАО Сбербанк; БИК: 040407627; Корр.счет: 30101810800000000627; ИНН: <***>; КПП:246602001; SWIFT-код: SABRRUMM/

В остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца, со дня его принятия в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Енисейский районный суд.

Председательствующий Н.А. Штей

Мотивированное решение составлено 12.07.2021 г.