Решение № 2-3678/2017 2-3678/2017~М-3336/2017 М-3336/2017 от 17 октября 2017 г. по делу № 2-3678/2017

Дело № 2-3678/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 октября 2017 года город Рубцовск

Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Огородниковой В.В.,

при секретаре Татаринцевой Н.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения Исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по ... к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании причиненного ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец Федеральное казенное учреждение Исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю (далее по тексту ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю) обратился в суд с иском к ответчикам. В обоснование иска указал, что в 2014 ИП О. обратился в Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением к ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю о взыскании имущественного ущерба в размере 1 253 434руб.65коп. в связи с невозвратом имущества, переданного в безвозмездное пользование учреждению. Решением Арбитражного суда Алтайского края от *** исковые требования были удовлетворены частично, на сумму 142 074руб. 29коп. в счет возмещения стоимости имущества, 19 921руб. 93коп. взыскано процентов за пользования чужими денежными средствами и 8 418руб.74коп взыскано судебных расходов.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2015 решение Арбитражного суда Алтайского края от 20.07.2015 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.02.2016 решение Арбитражного суда Алтайского края от 20.07.2015 и Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2015 отменены в части отказа в удовлетворении иска и распределения судебных расходов. В указанной части дело направлено на новое рассмотрение.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 27.10.2016 исковые требования были удовлетворены частично, на сумму 899 539руб. 00коп. в счет неосновательного обогащения, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 292 697руб. 34коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 787руб. 00коп., за проведение судебной экспертизы 77 180руб. 00коп., а также с ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю взыскано в пользу Алтайской торгово промышленной палаты за проведение экспертизы 40 000руб. 00коп.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2016 Решение Арбитражного суда Алтайского края от 27.10.2016 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ИК-5 без удовлетворения.

В связи со вступлением в законную силу указанных решений всего по исполнительным листам предъявлено ко взысканию 1 598 074руб. 04коп.

Согласно приказа ФСИН России от 12.04.2012 № 198 в ИК-5 был издан приказ от 10.07.2017 № 151 «О создании комиссии и проведения служебной проверки».

По окончании проверки комиссией было подготовлено заключение, которым было установлено, что ненадлежащее исполнение должностных инструкций и требований приказа Минфина России от 01.12.2010 № 157н сотрудниками учреждения ФИО4, ФИО3 и ненадлежащее исполнение условий договора о полной материальной ответственности со стороны сотрудников учреждения ФИО2 и ФИО1 повлекло за собой расходы учреждения, в том числе в размере 1 113 152руб. 15коп. (неосновательное обогащение, проценты за пользование чужими денежными средствами, судебные расходы по уплате государственной пошлины и проведение судебных экспертиз), а также в размере 40 000руб. 00коп. (проведение экспертизы) и в размере 267 870руб. 70коп. (судебных издержек), таким образом, данными сотрудниками учреждению причинён ущерб на общую сумму 1 421 022 руб. 85 коп. (1 113 152,15+40 000,00+267 870,70). Принято решение о привлечении ответчиков к материальной ответственности. С результатами служебной проверки, отображенными в заключении, заинтересованные лица были ознакомлены под роспись, в том числе и ответчики. Результаты проверки не обжаловались. Письменные объяснения с ответчиков в ходе проверки были отобраны. Таким образом, истец просил взыскать со ФИО4, ФИО3, ФИО2, ФИО1 1 421 022 руб. 85 коп. в равных долях по 355 255 руб. 71 коп. с каждого.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования по доводам иска поддержала в полном объеме.

Ответчики ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме, заявили о применении к требованиям иска пропуска срока исковой давности.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения заявленных требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. ст. 1080, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации прямо указывается, что отношения по материальной ответственности работодателей и работников в сфере труда включаются в отношения, регулируемые трудовым законодательством.

Все основные вопросы материальной ответственности работника изложены в гл. 39 Трудового кодекса Российской Федерации.

Применение норм гражданского законодательства к трудовым правоотношениям возможно лишь в случаях, которые четко определены Трудовым кодексом Российской Федерации.

По общему правилу, предусмотренному ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со ст. 233 того же Кодекса, работник несет материальную ответственность за ущерб, причиненный в результате его виновного противоправного поведения, в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно положениям ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом. При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд. Работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. С согласия работодателя работник может передать ему для возмещения причиненного ущерба равноценное имущество или исправить поврежденное имущество.

В силу ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 52 от 16 ноября 2006 года "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба.

В силу ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 этого же Кодекса).

Аналогичные разъяснения приведены в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю".

Случаи полной материальной ответственности специально оговорены в Трудовом кодексе Российской Федерации и расширительному толкованию не подлежат.

Согласно ч. 1 ст. 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Как было указано выше, материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба, противоправности поведения работника, вины работника в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом. В соответствии со ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации бремя доказывания указанных выше обстоятельств лежит на работодателе.

Таким образом, в соответствии с презумпцией доказывания применительно к рассматриваемому спору работодатель (истец) обязан доказать: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение положений о полной материальной ответственности работника (п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52). Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 4 Постановления N 52 подчеркивает, что если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Вместе с тем, в ряде случаев законодатель предусмотрел возможность возложения на работника полной материальной ответственности и при отсутствии такого договора. Основаниями возложения на работника внедоговорной полной материальной ответственности, предусмотренными ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, являются:

- умышленное причинение ущерба;

- причинение ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;

- причинение ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;

- причинение ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;

- разглашение сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами;

- причинение ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Согласно ст. 245 Трудового кодекса Российской Федерации при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.

Для разрешения настоящего спора имеют значение занимаемые ответчиками должности, заключенные трудовые договоры, договоры о полной индивидуальной материальной ответственности и должностные инструкции, действия которых распространялись на период с *** по ***, когда исполнялся договор безвозмездного пользования от *** , заключенный истцом с ИП О., то есть на время причинения предполагаемого ущерба.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с *** был назначен на должность старшего инженера технической группы центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю, что подтверждается контрактом, приказом УФСИН России по Алтайскому краю от ***. В обоснование заявленных требований истец ссылается на договор о полной индивидуальной материальной ответственности , заключенный ***, вменяет ФИО1 непринятие надлежащих мер по сохранности и предотвращению ущерба вверенного ему имущества, что привело к необеспечению сохранности и работоспособности следующего оборудования, и при этом, материалами служебной проверки устанавливает, что при передаче оборудования с подотчета мастера ЦТАо ФИО2, на подотчет главному энергетику энерго-механической группы капитану внутренней службы ФИО1 инвентаризация при смене материально ответственных лиц (на день приемки - передачи дел) не производилась, что не позволило своевременно установить фактическое наличие оборудования принадлежащего ИП О. и индивидуализировать его. В связи с чем, не ясно, сохранность какого оборудования должен был обеспечивать ФИО1 В договор о полной индивидуальной материальной ответственности от *** должность ФИО1 поименована как «мастер», тогда как в то время он был в должности «старшего инженера технической группы центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю». Должностная инструкция не представлена.

С 02.09.2013г. ФИО1 согласно приказа УФСИН России по Алтайскому краю от *** был назначен на должность главного энергетика центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю. С *** ФИО1 был назначен на должность главного энергетика энерго-механической группы ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю, что подтверждается выпиской из приказа УФСИН России по Алтайскому краю от ***, контрактом.

Решая вопрос о правомерности заключения договора о полной индивидуальной материальной ответственности с работником, надо иметь в виду, что Постановлением Минтруда России от 31.12.2002 N 85 утверждены Перечни должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной и коллективной (бригадной) материальной ответственности.

При этом, даже если соответствующей должности в данном Перечне нет, но работник выполняет работы, указанные в разд. II этого Перечня, то с таким работником допустимо заключать договор о полной материальной ответственности.

Должность старшего инженера технической группы, которую занимал ФИО1 на момент заключения договора о полной индивидуальной материальной ответственности от *** не входит в перечень, приведенный в вышеуказанном нормативном акте. Поскольку должностная инструкция ФИО1 суду не представлена, круг обязанностей, возложенный на работника не определен, что позволяет суду сделать вывод об отсутствии законных оснований для заключения с ФИО1 договора о полной индивидуальной материальной ответственности от ***.

Установлено, что ФИО2 с *** в соответствие с приказом ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю от *** был принят на работу для выполнения работы по должности инженера энерго-механической группы центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю, что подтверждается трудовым договором от ***. В указанной должности ФИО2 состоит по настоящее время.

Проставление подписи в должностной инструкции достаточно для подтверждения факта ознакомления с указанным локальным актом. Наименование должности также правового значения не имеет, важны перечисленные в должностной инструкции обязанности и отсутствие противоречий с содержанием трудового договора. Должностная инструкция ФИО2 за 2012 год, с которой он был ознакомлен, не противоречит трудовому договору. Согласно п. 17 указанной должностной инструкции на ФИО2 возложена обязанность организовывать учет всех видов оборудования, а также отработавшего амортизационный срок и морально устаревшего, подготовку документов на их списание.

Несмотря на то, что должность ФИО2 не указана в Перечне, утвержденном Постановлением Минтруда России от *** N 85, между тем, исходя работ из разд. II этого Перечня, выполняемых ФИО2 должностных обязанностей, и сложившиеся между сторонами правоотношений, суд приходит к выводу о том, что на ФИО2 была возложена полная материальная ответственность за сохранность вверенного ему работодателем имущества.

Установлено, что ФИО4 проходил службу в качестве главного бухгалтера ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю, что подтверждается контрактом от ***. В дополнительном соглашении к контракту от *** ФИО4 обязался возместить материальный ущерб, причиненный учреждению, в котором он проходит службу, в случаях и порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Постановление Правительства РФ от 14.11.2002 N 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" не включает в себя должность главного бухгалтера, соответственно, заключить договор о полной материальной ответственности с ним не заключается.

Положения о полной материальной ответственности закрепляются в трудовом договоре.

Если трудовым договором не предусмотрено, что указанные лица в случае причинения ущерба несут материальную ответственность в полном размере, то при отсутствии иных оснований, дающих право на привлечение этих лиц к такой ответственности, они могут нести ответственность лишь в пределах своего среднего месячного заработка (п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 16.11.2006 N 52).

Полная материальная ответственность главного бухгалтера ФИО4 контрактом от *** и должностной инструкцией не была предусмотрена, обязанность возместить материальный ущерб, причиненный учреждению внесена только дополнительным соглашением от ***.

Установлено, что ФИО3 проходила службу в качестве заместителя главного бухгалтера ФКУ ИК-5 УФСИН России по Алтайскому краю, что подтверждается контрактом от ***, приказом -лс от ***. Согласно дополнительного соглашения к контракту от *** ФИО3 обязалась возместить материальный ущерб, причиненный учреждению, в котором проходит службу, в случаях и порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Полная материальная ответственность ФИО3 контрактом от *** и должностной инструкцией не была предусмотрена. Кроме того, исходя из приведенных норм, для возложения на ФИО3 полной индивидуальной материальной ответственности необходимо было заключение соответствующего договора. Договор о полной материальной ответственности не заключается только с главным бухгалтером.

Установлено, что между ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю и индивидуальным предпринимателем О. был заключен договор безвозмездного пользования от *** , согласно которому последний передал в безвозмездное временное пользование имущество согласно приложению , являющемуся неотъемлемой частью договора.

Впоследствии, индивидуальный предприниматель О. обратился в суд с иском к учреждению о взыскании 1 073 139 рублей 09 копеек задолженности по договору безвозмездного пользования от *** (далее - договор), 155 180 рублей 37 копеек неустойки.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от ***, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от ***, иск удовлетворён частично. С учреждения в пользу предпринимателя взыскано 142 074 рубля 29 копеек в счет возмещения имущества, 19 921 рубль 93 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от *** решение от *** и постановление от *** отменены в части отказа в удовлетворении исковых требований и распределения судебных расходов, дело в этой части направлено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела предприниматель уточнил исковые требования и просил взыскать с учреждения 1038439 рублей неосновательного обогащения, 317564 рубля 44 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами за период с *** по ***, судебные расходы по уплате государственной пошлины и оплате труда экспертов.

Решением суда первой инстанции от ***, оставленным без изменения постановлениями суда апелляционной инстанции от *** и суда округа от ***, иск удовлетворён частично. С учреждения в пользу предпринимателя взыскано 899 539 рублей неосновательного обогащения. 292 697 рублей 34 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами, 97 967 рублей судебных расходов. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Заслуживает внимание довод ответчиков о том, что истцом не доказано наличие прямого действительного ущерба.

Из решения Арбитражного суда Алтайского края от 02.11.2016 усматривается, что с ФКУ ИК УФСИН России по Алтайскому краю в пользу ИП О. взыскана сумма неосновательного обогащения в виде стоимости невозвращенного имущества.

По смыслу гл. 60 Гражданского кодекса Российской Федерации под обогащением следует понимать приобретение или сбережение имущества, осуществленные за чужой счет. Под приобретением следует понимать поступление в собственность приобретателя предусмотренных ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации объектов гражданских прав, относящихся к имуществу, в том числе приобретение имущественных прав.

Поскольку суд установил, что взысканная вышеуказанным решением суда сумма является неосновательным обогащением, рассмотрение вопроса о пропуске истцом срока, предусмотренного ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации правового значения не имеет, поскольку данная норма является специальной нормой закона по вопросам взыскания с работника материального ущерба, причиненного организации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 52 от 16 ноября 2006 года "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", именно на работодателя возлагается обязанность доказать наличие обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба, а именно: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вины работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Таким образом, именно на истца возлагается обязанность по представлению доказательств отсутствия обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправности поведения причинителя вреда; вины работника в причинении ущерба; наличия причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом; наличия прямого действительного ущерба; размера причиненного ущерба и соблюдения правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника. При доказанности работодателем указанных выше обстоятельств работник должен доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Основываясь на представленных сторонами доказательствах, оценив их в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств причинения ответчиками прямого действительного ущерба истцу, соблюдения правил заключения договора о полной материальной ответственности, что в силу ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации является обстоятельствами, исключающими материальную ответственность работника.

Более того, истец лишен права предъявления требований о возмещении ущерба в долях к указанным ответчикам, поскольку договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности с данными работниками вообще не заключался.

На основании изложенного, суд полагает исковые требования заявлены истцом не обоснованно и удовлетворению не подлежат в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования Федерального казенного учреждения Исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании причиненного ущерба оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий В.В. Огородникова