Решение № 2-2665/2017 2-2665/2017~М-1410/2017 М-1410/2017 от 20 апреля 2017 г. по делу № 2-2665/2017

Дело №2-2665/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 апреля 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи О.В. Мельниковой

при секретаре судебного заседания М.А. Лягиной

с участием прокурора А.Р. Зарипова,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску У.Р.Х. к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления федерального казначейства по Республике Татарстан о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

установил:

У.Р.Х. (далее – истец) обратился в суд с указанным иском к Министерству финансов Российской Федерации (далее – Минфин России) в лице управления федерального казначейства по Республике Татарстан (далее – УФК по Республике Татарстан), указав, что постановлением о частичном прекращении уголовного преследования от <дата изъята>, вынесенным заместителем руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан капитаном юстиции ФИО4 в связи с непричастностью к совершению преступления предусмотренного пунктами «а», «ж» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) было прекращено уголовное преследование; по подозрению в совершении данного преступления истец задержан <дата изъята>, на следующий день <дата изъята> в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, <дата изъята> предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ (убийство ФИО1 и ФИО2).

Истец, считая, что с момента задержания с <дата изъята> до <дата изъята> до предъявления обвинения в совершении преступления он находился под стражей незаконно, при этом за указанное время испытал сильное душевное потрясение, содержание в нечеловеческих условиях, вдали от семьи, не давая возможности увидеться и пообщаться с родными на протяжении более двух лет, а частые допросы усиливало чувство депрессии и негодования, беспомощность в доказывании в своей невиновности оставило неизгладимый след на психическом состоянии, обратился в суд с настоящим иском о взыскании морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным содержанием под стражей в связи с обвинениями, не получившими в дальнейшем подтверждения.

В связи с чем, истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Определением от <дата изъята> к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан (далее – СУ СК России по РТ).

Истец У.Р.Х. в судебном заседании исковые требования поддержал, по основаниям изложенным в исковом заявлении.

Представитель Министерства финансов РФ ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал.

Представитель СУ СК России по РТ ФИО6, действующий на основании доверенности, с заявленными требованиями не согласился, просили в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в возражениях на иск.

Представитель Прокуратуры Республики Татарстан с заявленными требованиями согласился, указав на чрезмерно завышенную сумму компенсации морального вреда, не соответствующую принципам разумности и справедливости.

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

К числу прав граждан, закрепленных в Конституции Российской Федерации, относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статьями 52 и 53).

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к таким способам защиты гражданских прав относится и компенсация морального вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со статьей 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статьей 6 УПК РФ предусмотрено, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию, имеют право на реабилитацию.

Под реабилитацией в соответствии с пунктом 34 статьи 5 УПК РФ понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию и возмещения причиненного ему вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием имеют подозреваемые или обвиняемые, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 стоящего Кодекса.

Из положений части 1 статьи 134 УПК РФ следует, что суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

В постановлении от 17.10.2011 № 22-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что из содержания уголовно-правового отношения между государством и гражданином вытекает не только обязанность последнего соблюдать уголовно-правовые запреты, но и право требовать от государства соблюдения установленных пределов уголовно-правового воздействия. Признавая необходимость повышенного уровня защиты прав и свобод граждан в правоотношениях, связанных с публичной ответственностью, в частности уголовной, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что законодательные механизмы, действующие в этой сфере, должны соответствовать вытекающим из статей 17, 19, 45, 46 и 55 Конституции Российской Федерации и общих принципов права критериям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, с тем, чтобы гарантировать эффективную защиту прав и свобод человека в качестве высшей ценности, в том числе посредством справедливого правосудия (постановления от 12.05.1998 №14-П, от 11.05.2005 №5-П от 27.05.2008 №8-П).

Как следует из материалов дела, в рамках уголовного дела <дата изъята> по подозрению в совершении преступлений в отношении ФИО1 и ФИО2 в порядке статьи 91 УПК РФ задержан У.Р.Х.

<дата изъята> постановлением Советского районного суда города Казани в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

<дата изъята> истцу предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ (по эпизоду убийства ФИО1 и ФИО2).

Срок содержания под стражей У.Р.Х. неоднократно продлевался и <дата изъята> Верховным судом Республики Татарстан срок содержания под стражей продлен на 3 месяца, до <дата изъята>.

<дата изъята> У.Р.Х. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 162 УК РФ, п.п. «д,ж» части 2 статьи 105 УК РФ (по эпизоду убийства ФИО3).

<дата изъята> постановлением заместителя руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по РТ капитаном юстиции ФИО4 по основанию пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления) прекращено уголовное преследование в части совершения истцом преступления, предусмотренного пунктами «а», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ (по эпизоду убийства ФИО1, ФИО2), за У.Р.Х. признано право на реабилитацию в части осуществления уголовного преследования по пунктам «а», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ (по эпизоду убийства ФИО1, ФИО2).

Таким образом, У.Р.Х. незаконно находился в статусе обвиняемого по обвинению в убийстве ФИО1, ФИО2 и содержался под стражей в период с <дата изъята> по <дата изъята>.

Статья 136 УПК РФ предусматривает возмещение морального вреда и согласно части 2 указанной процессуальной нормы иски за причиненный моральный вред в денежном выражении подаются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со статьей 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями или бездействиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п., или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими его имущественные права гражданина.

Таким образом, положения статей 1070 и 1100 ГК РФ предусматривают право гражданина на компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности независимо от вины должностных лиц органов предварительного следствия в порядке, установленном законом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» Верховный Суд Российской Федерации дал разъяснения по поводу применения судами положений о возмещении материального ущерба и морального вреда, причиненных вследствие незаконного уголовного преследования, исходя из которых, при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, а также требования разумности и справедливости.

Моральный вред в виде нравственных страданий, причиненных истцу заключается в том, что он в период незаконного лишения свободы испытывал нравственные страдания, был оторван от дома, семьи, работы, испытывал стрессовое состояние от непривычных для себя условий изоляции от общества, а также применения к нему мер процессуального принуждения и процессуальных действий, предусмотренных УПК РФ.

При этом истец отбывает наказание в пределах срока, назначенного ему за другие преступления в рамках судебного постановления, а уголовное преследование осуществлялось не только по тому составу преступления, по которому он был оправдан, но и по иным вменяемым ему в вину составам преступлений, все ограничения, которые применялись в отношении истца были обусловлены уголовным преследованием в целом, а не связаны именно с обвинением в совершении преступлений, за которые У.Р.Х. был оправдан.

Учитывая то обстоятельство, что истец был незаконно либо необоснованно подвергнут уголовному преследованию, чем были нарушены его личные неимущественные права, принимая во внимание, что обязанность по возмещению вреда, причиненного лицу незаконным уголовным преследованием, возложена на государство, с учетом объема и характера причиненных ему физических и нравственных страданий, а также того, что истец был подозреваемым в совершении особо тяжкого преступления, учитывая срок содержания под стражей, несостоятельность обвинения истца в совершении преступлений предусмотренных пунктами «а», «ж» части 2 статьи 105 УК РФ, с сохранением статуса обвиняемого по пункту «ж» части 2 статьи 105 УК РФ, и, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, исходя из требований разумности и справедливости, отсутствия доказательств наступления для истца тяжких неблагоприятных последствий, приходит к выводу о том, что с Минфина России за счет казны Российской Федерации в счет компенсации морального вреда истцу подлежит взысканию сумма в размере 3000 руб.

Довод представителя ответчиков о том, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие нравственные и физические страдания, не может быть принят во внимание, поскольку установление факта незаконного уголовного преследования, в случае оправдания по части предъявленного самостоятельного обвинения, уже является основанием к возложению на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда.

При таких обстоятельствах, заявленные У.Р.Х. требования подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковое заявление У.Р.Х. к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления федерального казначейства по Республике Татарстан о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 3 000 000 рублей удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу У.Р.Х. компенсацию морального вреда в размере 3000 (трех тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Татарстан через Советский районный суд г. Казани в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: подпись Мельникова О.В.