Решение № 2-1607/2020 2-86/2021 2-86/2021(2-1607/2020;)~М-1462/2020 М-1462/2020 от 29 марта 2021 г. по делу № 2-1607/2020

УИД 68RS0003-01-2020-002326-56

№2-86/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 марта 2021 года город Тамбов

Советский районный суд города Тамбова в составе:

судьи Моисеевой О.Е.,

при секретаре Карташовой Н.Ю.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного пожаром.

В обосновании заявленных требований указали, что в жилом доме, расположенном по адресу: г. , произошел пожар, что подтверждается справкой ТОНД и ПР по г. Тамбову и ПР ГУ МЧС России по Тамбовской области и ПР ГУ МЧС России по Тамбовской области от . Огонь перекинулся на часть дома истцов, в результате чего произошло повреждение чердачного помещения и протекание воды во внутренние помещения.

Истцы являются собственниками первой части дома, расположенного по данному адресу. Ответчики приобрели свое право собственности на вторую часть дома, вступив в наследство и получив свидетельства о праве на наследство по закону.

Согласно постановлениям об отказе в возбуждении уголовного дела от и от , выданного дознавателем ТОНД и ПР по г. Тамбову и ПР ГУ МЧС России по Тамбовской области ФИО5, причиной возникновения пожара явилось воспламенение сгораемых материалов в очаге пожара от электрического источника зажигания, образовавшегося в результате протекания аварийного режима работы электросети второй части дома.

Пожар начался во второй части дома, которая принадлежит ответчикам, таким образом, ответственность за возникновение пожара в доме, расположенном по адресу:

В результате пожара истцам был нанесен ущерб, который составляет 1 203 053 рублей, который подтверждается актом экспертного заключения от , составленным ФБУ Тамбовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, при этом восстановительная стоимость элементов помещений:

- указанных в пункте договора страхования, пострадавших в результате тушения пожара составила 789 214 рублей;

- не указанных в пункте договора страхования, пострадавших в результате тушения пожара, составила 413 839 рублей.

СПАО «Ингосстрах» согласно договору по ипотечному страхованию имущества физических лиц перечислило ПАО «Сбербанк России» 689 908 рублей 39 копеек, после предъявления претензии еще 96 621 рублей, всего 786 529 рублей 60 копеек, а также ФИО1 возвращена страховая премия 17 000 рублей.

Перед началом тушения пожара дом был обесточен и отключен от подачи газа. За замену и опломбирование КИПа истцы заплатили 1 473 рубля 75 копеек, за отключение, подключение к сети газораспределения и повторный пуск - 2 760 рублей 45 копеек.

Поскольку ответчики являются собственниками части дома, в котором начался пожар, и вследствие чего было уничтожено имущество истцов, то именно на ответчиков должна быть возложена обязанность по возмещению вреда.

На момент пожара в доме истцов проживали трое несовершеннолетних детей истцов, которые явились свидетелями пожара: В, года рождения, В, года рождения, В., года рождения. В течение длительного времени после пожара девочки плохо спали по ночам, постоянно кричали и просыпались. В связи с переживаниями старших детей, истцам пришлось обратиться к психологам. Работником МБУ «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» было проведено психолого-педагогическое исследование эмоциональной сферы дочерей истцов и выяснено, что у девочек есть признаки посттравматического стрессового расстройства, связанного с происшедшим событием (пожаром).

На основании изложенного, с учетом уточнений, истцы просят суд взыскать с ответчиков сумму материального ущерба в размере 413 839 рублей, расходы, связанные с отключением, подключением к сети газораспределения и повторным пуском - 2 760 рублей 45 копеек, расходы, связанные с заменой и опломбированием КИПа в размере 1 473 рубля 75 копеек; моральный вред - 100 000 рублей, судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя 10 000 рублей, связанные с уплатой госпошлины - 7 871 рубль, расходы по оплате почтовых расходов в размере 1 436 рублей 96 копеек, дополнительные расходы по оплате госпошлины 400 рублей. Возвратить истцам излишне оплаченную госпошлину в размере 680 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель по письменному заявлению ФИО6 требования о взыскании судебных расходов на оценку причиненного ущерба в сумме 17 000 рублей не поддержали, в остальной части исковые требования просили удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении, при этом пояснили, что нет оснований не доверять заключениям специалиста и эксперта, которые были даны о причинах возникновения пожара, содержащихся в отказном материале МЧС.Истцы понесли материальный ущерб, который подтверждается документально. Дети истцов испытывали нравственные страдания.Их дома с ответчиком соприкасаются, не имеют между собой пустот, как единый дом. Крыша разного цвета, у истцов - зеленая, у ответчиков - коричневая. Место соприкосновения крыш забито досками, потому что у них чердачное помещение, а у ответчиков жилая мансарда. , когда после звонка жены он вернулся с детьми к дому, увидел небольшое задымление в месте соприкосновения их крыш. Потом увидел более густой дым, и понял, что это пожар, после чего сразу постучал жене и попросил вызвать пожарных. Открытого огня, до того момента, пока он не перекинулся на все конструкции, он не видел. В задней части дома имеется фронтон, где вход на чердак, там установлена лестница, поднимаясь по которой, можно оказаться напротив забитого деревянного фронтона. Когда он открыл проход на чердак, увидел внутри вверху под коньком дым. Он начал поливать водой на стропильную систему, но так как шланг водой лил не достаточно далеко, он понял, что это не приносит пользу. Он стоял на лестнице и увидел, что от забора отсвечивают маячки пожарной машины, было слышно, что они где - то ломают металл. После этого началось тушение пожара. Когда вернулся к задней части дома, увидел огонь. В начале сентября 2019 года они заменили проводку от столба, который находится на противоположной стороне дороги, к гусаку, который находится на расстоянии 1 метра от дома. Внутри дома замену проводки не производили. Замену проводки производил сотрудник организации, договор с ним заключен не был.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась. От нее в материалах дела имеется заявление, в котором просит рассмотреть дело в ее отсутствие. Исковые требования поддерживает. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснила, что находилась дома, когда выключился свет. В связи с тем, что переехали в дом недавно, она не знала, где что находится, и позвонила мужу. Тут же приехал муж и постучал в дверь, крикнул, чтобы она вызывала пожарных. После чего она оделась и вышла встречать пожарных. В доме не было признаков горения, дыма не было.

Ответчики ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в иске отказать, поскольку очаг возгорания находился в части дома истцов, что подтверждается судебной пожарно-технической экспертизой, в связи с чем они не должны отвечать за повреждения вследствие пожара, имеющиеся в части дома истцов. При этом, ответчик ФИО4 пояснил, что он присутствовал в момент пожара и может пояснить, что вначале горела часть дома, принадлежащая истцам, к которой у них не было доступа. Именно в данной части дома производилась работа пожарных - вскрытие в данной точке крыши дома, тушение пожара. Изначально тушили половину дома истцов, затем перешли к их части дома. В процессе тушения пожара у пожарных закончилась вода, они уехали для забора воды. Когда пожарные машины вернулись, уже загорелась часть дома, принадлежащая им.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в иске отказать. При этом, пояснила, что в 18:15-18:30 она не могла подъехать к дому, поскольку на дороге стояла машина, а потом она подняла голову и увидела пламя на левой стороне крыши дома истцов. У них сгорела внутренняя обрешетка и фронтоны. Она сразу сообщила супругу о том, что горят соседи. У нее не возникло тревоги относительно их дома, поскольку пожар был у соседей, она зашла в свой дом, отключила электричество, задымления в доме не было. У них новая автономная индивидуальная проводка, которая не зависит от дома истцов, с разных столбов. Начали собираться соседи, подъехала пожарная машина. Она позвонила сыновьям и сообщила, что у них пожар. Пожарный совместно с мужем поднялся на второй этаж их дома и не обнаружили ни дыма, ни огня. Часть крыши истцов потушили и после чего огонь перекинулся на их сторону. Пока вскрыли крышу, там уже полыхало и перешло на их второй этаж. У них сгорела вся мансардная часть дома, обрешетка. Мансарда была обшита железным сайдингом, в связи с чем стены не были затронуты. Также имелась стекловата, которая препятствовала горению. Если очаг возгорания был бы на их стороне, тогда огонь должен был распространяться на их часть и затем только перекинуться на часть истцов. А фактически было все наоборот. Судебная экспертиза подтвердила ее доводы. В связи с чем считает, что У-вы не должны отвечать за ущерб, причиненный истцам, поскольку их вины в произошедшем пожаре нет.

Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк России», о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, неявка суду неизвестна.

Представитель третьего лица филиала Страхового ПАО «Ингосстрах», о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, от представителя по доверенности ФИО8 в суд поступило ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Выслушав участников судебного заседания, специалиста ФИО9, эксперта ФИО10, эксперта ФИО11, заслушав свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу данной правовой нормы, для наступления ответственности за причинение вреда необходимы следующие условия: наличие вреда, противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда, причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

Возмещение последствий вреда, связанного с пожаром, возлагается на лицо, его причинившее.

Жилое помещение как объект жилищных прав является недвижимым имуществом, пригодным для постоянного проживания граждан, и должно отвечать установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства (часть 2 статьи 15 Жилищного кодекса РФ).

Согласно ст.30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме, а собственник комнаты в коммунальной квартире несет также бремя содержания общего имущества собственников комнат в такой квартире, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором.

Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В силу статей 209, 210 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, и собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных положений закона следует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник, а соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом, бремя содержания имущества предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Согласно части 1 статьи 38 Федерального закона от № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Добросовестное содержание собственником своего имущества предполагает соблюдение правил пожарной безопасности, включая контроль за исправностью электроприборов и проводки, осторожное обращение с огнем, меры по своевременному обнаружению и тушению возникшего пожара.

В судебном заседании установлено, что истцы ФИО1 и ФИО2 являются собственниками части 1 жилого дома общей площадью 122,7 кв.м., и земельного участка площадью 1470 кв.м. по этой частью, расположенных по адресу: г. что подтверждается договором купли-продажи от , зарегистрированным в Росреестре (выписка из ЕГРН от 11.04.2019г. (т.1 л.д. 25-28)

Собственниками жилого площадью 118,6 кв.м., расположенного по адресу: г. , согласно свидетельствам о праве на наследство по закону являются по 1/2 доле каждый - ФИО3 и ФИО4 (т. 2 л.д.135 -136).

В силу частей 1, 2 статьи 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Частью 1 статьи 1153 ГК РФ, установлено, что принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Несмотря на что право ответчиков на жилой дом не зарегистрировано в Росреестре, собственниками в праве общей долевой собственности на указанный жилой дом (вторая часть дома), с момента принятия наследства, являются ответчики ФИО4 и ФИО3

в жилом доме, расположенном по адресу: , произошел пожар, что подтверждается справкой ТОНД и ПР по г. Тамбову и ПР ГУ МЧС России по Тамбовской области и ПР ГУ МЧС России по Тамбовской области от (т.1 л.д.29).

В обосновании своих доводов о сумме причиненного ущерба, стороной истца был представлен акт экспертного исследования от 21 ноября 2019 года, выполненный МЮ РФ ФБУ «Тамбовская лаборатория судебной экспертизы» (т. 1 л.д. 53-73), в соответствии с которым восстановительная стоимость элементов помещений, пострадавших в результате тушения пожара от жилого на момент производства экспертизы составляет 1203 053 рубля:

- указанных в пункте договора страхования, пострадавших в результате тушения пожара составила 789 214 рублей;

- не указанных в пункте договора страхования, пострадавших в результате тушения пожара, составила 413 839 рублей.

В соответствии с материалами выплатного дела СПАО «Ингосстрах» по страховому полису ипотечного страхования имущества физических лиц от , по которому был застрахован риск «пожара» ФИО1 в пользу выгодоприобретателя ПАО «Сбербанк», выплатило страховое возмещение ПАО Сбербанк689 908 рублей 39 копеек, после предъявления претензии еще 96 621 рублей, всего 786 529 рублей 60 копеек, а также ФИО1 возвращена страховая премия 17 000 рублей за оплату стоимости экспертного заключения (т.1 л.д. 144, 154, 155).

Согласно сообщению АО «ОРЭС - Тамбов» от после визуального осмотра места возгорания была отключена воздушная линия электропередачи. В соответствии с оперативным журналом, отключение произошло в 19 часов 20 минут, повторное подключение в 21 час 40 минут (т.2 л.д. 28,36).

В журнале учета сообщений о пожарах ФКУ «ЦУКС ГУ МЧС России по Тамбовской области», дан подробный отчет как производился выезд пожарных и тушение очага возгорания, а именно: в 18 часов 19 минут поступило сообщение о том, что горит , в 18 часов 29 минут прибыли к месту пожара, в 19 часов 25 минут сделан отметка о возгорании второго дома (т.2 л.д. 176).

Согласно постановлениям об отказе в возбуждении уголовного дела от и от , вынесенным дознавателем ТОНД и ПР по и ПР ГУ МЧС России по ФИО5, причиной возникновения пожара явилось воспламенение сгораемых материалов в очаге пожара от электрического источника зажигания, образовавшегося в результате протекания аварийного режима работы электросети второй части дома (т.1 л.д.30-41).

Принимая во внимание собранный материал проверки, а, также следуя методу исключения, дознаватель ФИО5 установил, что причиной возникновения пожара, произошедшего в доме, расположенном по адресу: явилось воспламенение сгораемых материалов в очаге пожара от электрического источника зажигания, образовавшегося в результате протекания аварийного режима работы электросети второй части дома, в связи с чем отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления.

В материалах проверки имеется заключение специалиста от , подготовленное ФИО9, в котором сделан вывод, что очаг пожара располагался в северно - восточной части чердачного помещения второй части дома ближе к восточной стене мансардного этажа. Причиной пожара является воспламенение сгораемых материалов в очаге пожара от теплового воздействия, образовавшегося в процессе протекания аварийного режима работы электросети (т. 2 л.д.143).

Кроме того, в материалах проверки имеется заключение эксперта от , подготовленное экспертом ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Тамбовской области» ФИО10, в котором также имеется вывод о месте расположения очага пожара: Очаг пожара располагается в достаточно локальной зоне между северо-западной частью второго чердачного помещения первой части дома и северной частью восточной стены мансардного этажа второй части дома (т. 2 л.д. 164).

Основываясь на этих заключениях, истцами было подано настоящее исковое заявление.

Согласно п. 1 ст. 55 ГПК РФ, свидетельские показания являются одним из видов доказательств.

Из показаний свидетеля И.. - пожарного, данных им в судебном засеждании, усматривается, что по прибытию было видно открытое горение из - под крыши в месте подхода электричества к дому со стороны первой части дома. Они поставили лестницу около гусака со стороны первой части дома, там еще имелся переход, который являлся нежилым, начали вскрывать зеленую часть крыши в этом месте, их стало бить током. Изначально они не могли приступить к тушению из-за того, что не представлялось возможным вскрыть крышу, которая била током. Горела двускатная треугольная крыша. Они начали заливать чердак с внешней стороны. Второе отделение полезло внутрь под крышу со второго входа на чердачное помещение и заливало там. Затем приехал руководитель дежурной смены пожаротушения и дальше он руководил тушением. Открытое горение было на расстоянии 1-1,5 м. от мансарды. Крыша дома с мансардой, на момент прибытия не горела, признаков горения не имелось, запаса воды для тушения не хватило. Они фактически занимались тушением правой (первой) части дома, а тушением левой (второй) части дома не занимались, поскольку сначала на второй части дома признаков пожара не было. После того, как затушили двускатную крышу, поставили лестницу на мансарду и начали там работать. Ко второй части дома подавали линии уже другие пожарные машины, которые подъехали к тому времени. Наиболее интенсивное горение было в том месте, где ими была поставлена лестница, в месте ввода электричества в дом. Дознавателю при допросе им было сказано то же самое, что он сказал в данном судебном заседании.

Из показаний свидетеля Г. - пожарного, в судебном заседании усматривается, что на момент прибытия на место, очаг возгорания был в месте подхода электричества к дому под крышей, они увидели из-под зеленой крыши пламя огня. Точное место, справа или слева от гусака, не может показать, но помнит, что вскрывали зеленую крышу. Двое пожарных начали вскрывать крышу в данном месте. Самое интенсивное горение было под зеленой крышей в месте, где была поставлена лестница и начато вскрытие крыши. Он с другим пожарным работал с другой стороны. Они обошли дом и подали рукав во второй вход в чердачное помещение. В чердачном помещении было очень задымлено, они прошли вглубь около 10 м., встретили огонь и начали тушить, перегородку он не видел. Напарники тушили снаружи, друг друга не видели.

Свидетель К. пояснила суду, что вечером она была дома, готовила кушать, когда начал сильно моргать свет. Дом, в котором проживают 24, ранее принадлежал ее тете. Окна их дома выходят на восточную часть дома истцов и ей было видно, что сильное воспламенение было в восточной части дома Веклич. Когда приехали пожарные, все соседи кричали, чтобы они тушили дом, поскольку огонь может перекинуться на второй дом, принадлежащий ФИО12. Дом У-вых вначале не горел. В дальнейшем был виден переход пламеня с дома Веклич на дом У-вых. У пожарных закончилась вода и огонь перекинулся на другой дом.

Свидетель Ш. пояснил суду, что он увидел огонь на крыше, принадлежащей Веклич. Затем приехали пожарные, начали тушить. У них закончилась вода, пока они ждали другую машину с водой, вновь появилось пламя и оно перешло на дом У-вых.

Свидетель Н. пояснил суду, что около 17:10 - 17:15 начал сильно моргать свет, чему он не придал значения, поскольку такое бывает, когда кто-то включает сварку или иное сильное электрическое оборудование. В 18:15 от его жены ФИО7 поступил звонок, она кричала, что горят соседи. Он выбежал из сарая и пошел по дорожке, ведущей к дому. На восточной части крыши Веклич он увидел факел открытого пламени высотой около 2 м. Пожарные вскрывали крышу и тушили дом Веклич, а когда у них закончилась вода, огонь перешел на их мансарду.

Судом принимаются показания данных свидетелей, поскольку они не противоречивы, согласуются с другими материалами дела, не доверять показаниям данных свидетелей у суда нет оснований.

Свидетель Г.., проводивший расследование по данному факту пожара, пояснил суду, что позвонил диспетчер ГУ МЧС России, сообщил, что осуществлен выезд техники, по поступившему сообщению предварительно горел двухквартирный дом. По прибытию на место он обнаружил горение дома, одна часть которого с мансардным этажом. Сотрудники пожарной охраны производили действия по его ликвидации. На момент его прибытия пожарные тушили часть дома У-вых. Открытого огня он уже не видел, потому что возгорание было локализовано. Он выяснил, кто является собственниками данного дома. Проанализировав обстановку, перенес осмотр места происшествия на следующий день. Утром он приехал на осмотр места происшествия. На осмотре было установлено, что возгорание произошло в чердачном помещении. Совместно с экспертом приблизительно определили зону первоначального горения, опросили собственников относительно того, как разделен дом, конкретно интересовало помещение, где началось возгорание. В ходе объяснений было установлено, что данная часть дома принадлежит ФИО12. В последующем он опросил пожарных и направил материалы, вместе с изъятыми фрагментами проводов, на пожарно - техническое исследование в ФГБУ «СЭУ ИПЛ». По результатам исследования и собранных материалов было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела. На изъятых проводах были обнаружены следы вторичного короткого замыкания, т.е. короткого замыкания, которое произошло вследствие пожара. Это говорило о том, что данные провода на момент пожара находились под напряжением. Провода были изъяты из той зоны, где предположительно началось возгорание. В последующем прокуратура Октябрьского района г. Тамбова отменила данное постановление. Им были опрошены дополнительные очевидцы и материал отправлен на пожарно - техническую судебную экспертизу. При ее производстве эксперт более конкретно определил зоны первоначального горения. Согласно фототаблицы эксперта данная зона относится к стороне У-вых. Он не опрашивал пожарных, которые тушили мансардный этаж, а опрашивал пожарных, которые первыми прибыли на место. Состояние проводки в обеих частях дома не выяснял.

Отменяя постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от , вынесенное дознавателем ТОНД и ПР по г. Тамбову и ПР ГУ МЧС России по Тамбовской области ФИО5, заместитель прокурора Октябрьского района города Тамбова, указал дознавателю на необходимость в ходе дополнительной проверки: повторно опросить ФИО7, Н. проверить выдвинутые им версии о причинах возникновения пожара; опросить сотрудников пожарной охраны; выяснить, где происходило наибольшее горение и какую часть дома они стали тушить вначале; где находилась проводка и закладывалась ли она на крыше; установить направление ветра в день пожара, выяснить возможность распространения огня с первой части дома на вторую часть дома в результате воздействия ветра и др.

Однако, дознавателем ФИО5 указания прокурора в полной мере выполнены не были, сотрудники пожарной охраны повторно допрошены не были, остался не выясненным вопрос, где происходило наибольшее горение, какую часть дома они стали тушить вначале. Показания пожарных ФИО13 и ФИО14 отражены в материале проверки не полно, остался невыясненным вопрос об этапах тушения пожара, что привело к неверным выводам, сделанным специалистом ФИО9 и экспертом ФИО10 о расположении очага пожара и причинах возникновения пожара.

При допросе в судебном заседании пожарных И. и Г. они дали более полные и подробные пояснения об увиденном по прибытии на место пожара, о своих действиях по тушению пожара поэтапно, а также о том, что был перерыв тушении пожара, вследствие чего он перекинулся на часть дома, принадлежащего ответчикам.

Не согласившись с выводами специалиста ФИО9 и эксперта ФИО10, в связи с противоречиями в доказательствах, имеющихся в материалах дела и собранных в судебном заседании, стороной ответчиков У-вых было заявлено ходатайство о проведении судебной пожарно-технической экспертизы.

Согласно выводам, назначенной определением суда от 08.12.2020, судебной пожарно - технической экспертизы, проведенной экспертом ФБУ Тамбовская лаборатория судебной экспертизы ФИО15 от :

1. Очаг пожара в жилом доме по адресу: г. находился внутри чердачного помещения первой части дома (принадлежащего истцам Веклич) в юго-западном углу в районе расположения деревянной перегородки между чердаками, вблизи ввода электричества в первую часть дома.

2. Причиной пожара в жилом доме по адресу: г. послужило воспламенение горючих материалов в очаге от источника зажигания электрической природы, возникшего в результате аварийного режима работы электропроводки. Установить какой именно аварийный режим работы имел место, при возникновении исследуемого пожара, по имеющимся данным, невозможно (т.2 л.д.230-240).

Проанализировав содержание экспертного заключения, в совокупности с показаниями эксперта, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературы, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Каких-либо нарушений при производстве экспертизы, влекущих признание его недопустимым, экспертом не допущено.

Специалист ФИО9 допрошенный по инициативе стороны истца, в судебном заседании пояснил суду, что принимал участие в осмотре места пожара, в изъятии образцов проводов. Они с дознавателем осмотрели предположительную очаговую зону. Были осмотрены все провода, которые находились в зоне максимальных термических повреждений. Максимально похожие провода на аварийный режим работы были изъяты дознавателем. Откуда именно были изъяты провода, на данный момент он уже не помнит. Какие-то из них были вообще без повреждений, какие - то имели повреждения от тепла от пожара, какие - то были визуально похожи на аварийный режим работы. Они проводили анализ данных проводов. Данные провода не могут служить источником возникновения пожара. По результатам исследования было обнаружено вторичное короткое замыкание. Ввод электрического провода, который заходил с дворовой территории к чердачному помещению, проходил по полу, по чердачному перекрытию. Это был силовой кабель. Как далее проходил данный провод, где конструкции были целы, он не помнит. Он считает, что предполагаемый очаг, который он обнаружил, не был вторичным очагом возгорания, чтобы признать вторичным очаг горения, необходимо выявить первичный очаг, что обнаружено не было. Тепловая нагрузка была достаточно равномерной. Он квалифицировали максимальную точку термического воздействия как первоначальную точку возникновения пожара. Месторасположение очага пожара он связывал с местом наиболее сильных термических повреждений, также учитывались объяснения очевидцев пожара, и много других фактов.

Эксперт ФИО10 допрошенный по инициативе стороны истца, пояснил суду, что им было сделано заключение по факту произошедшего пожара. В своих выводах он указал точное местоположение очага пожара в соответствии с протоколом осмотра места происшествия. Кому принадлежит данная часть дома, ему было неизвестно, поскольку схема ему была предоставлена тоже недостоверная. Ни представленная схема, ни протокол это не отражали. Он не рассматривал версию о том, что то место, установленное как очаг пожара, могло являться вторичным очагом, поскольку предпосылок для данных выводов не было. Повышенной тепловой нагрузки он не увидел. Видно, что из указанной зоны было распространение горения, что отражено на конструкциях. С противоположной стороны конструкции остались не тронутыми. В этой зоне перекрытия имеют достаточно сильное термическое воздействие. С учетом того, что распространение горения происходит снизу вверх, и горячий воздух находится сверху, то это наиболее низко расположенная зона. Если не считать возможность наличия сквозняков. Ветер был незначительный 2-4 м/с, что значительного влияния не оказало. Крыша была целая, в неразобранном виде. Огонь распространялся под крышей. Очаг пожара находился между перегородкой и стеной дома, где обрешетка выгорела в форме конуса. Под минватой доски не обгорели. У них имелось донесение о пожаре. Журнал ими не запрашивается, поскольку он содержит учетную внутреннюю документацию. Информация о времени прибытия первого расчета, когда и куда были поданы рукава для тушения, что именно горело на момент прибытия пожарных, у него не было, если бы данная информация была предоставлена, то она была бы учтена. Все обстоятельства рассматриваются в комплексе.

Между тем, суд не может принять во внимание данные заключения, поскольку как указал эксперт ФИО11 в своем заключении и пояснениях в судебном заседании и с ними соглашается суд, выводы об очаге пожара в них были сделаны только на основании того, что в названном в выводах месте наблюдается наибольшие термические повреждения, а по мере удаления от этого места степень термических повреждений снижается. Данный факт объяснили тем, что в зоне очага пожара горение происходит более длительное время и при более высоких температурах, что выражается в более сильных локальных разрушениях. При этом, не было учтено, что зона максимальных термических повреждений может не совпадать с местом первоначального возникновения горения. В указанных выше заключениях, выводы об очаге сделаны без сопоставления выявленных очаговых признаков с распределением пожарной нагрузки в чердачных помещениях и без анализа мер по тушению данного пожара. Из-за этого за очаг пожара был принят вторичный очаг, который образовался из-за наличия большой пожарной нагрузки в указанном в заключениях месте, а также из-за имевшего место перерыва в тушении пожара (кончалась вода), за время которого горение в этом месте получило интенсивное развитие, что и привело к образованию значительных термических повреждений.

Более того, как указал эксперт ФИО11 при составлении первичных заключений у экспертов не было того комплекса документов и подробных объяснений свидетелей, в первую очень свидетелей - сотрудников МЧС, которые прибыли на место происшествия и производили тушение пожара.

Специалист ФИО9 в судебном заседании признал, что присутствовал при осмотре места происшествия с дознавателем, но протокол составлялся без его участия и подписывался им не на месте происшествия. Как только дознаватель посчитал, что его помощь ему больше не нужна, он его отпустил. Схема пожара составлялась также не в его присутствии.

Эксперт ФИО10 в заключении точно не установил местоположение очага пожара. Кому принадлежит данная часть дома, ему было неизвестно, поскольку схема ему была предоставлена, по его словам, недостоверная.

В связи с этим, суд не принимает заключение специалиста ФИО9 и эксперта ФИО10, а принимает за основу выводы судебной экспертизы, поскольку они мотивированы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертиза назначена на основании определения суда, что исключает личное обращение сторон в экспертное учреждение.

Таким образом, судом не установлены необходимые условия для наступления ответственности за причинение вреда у ответчиков, а именно: противоправное поведение, выразившееся в несоблюдение правил пожарной безопасности ответчиков, как собственников части жилого , причинная связь между действиями или бездействием ответчиков и наступившим вредом, а также вина ответчиков.

В соответствии со ст. 34 Федерального закона № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» 21 декабря 1994 г., граждане имеют право на: защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара; возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством; участие в установлении причин пожара, нанесшего ущерб их здоровью и имуществу; получение информации по вопросам пожарной безопасности, в том числе в установленном порядке от органов управления и подразделений пожарной охраны; участие в обеспечении пожарной безопасности, в том числе в установленном порядке в деятельности добровольной пожарной охраны.

Граждане обязаны: соблюдать требования пожарной безопасности; иметь в помещениях и строениях, находящихся в их собственности (пользовании), первичные средства тушения пожаров и противопожарный инвентарь в соответствии с правилами противопожарного режима и перечнями, утвержденными соответствующими органами местного самоуправления; при обнаружении пожаров немедленно уведомлять о них пожарную охрану; до прибытия пожарной охраны принимать посильные меры по спасению людей, имущества и тушению пожаров; оказывать содействие пожарной охране при тушении пожаров и др.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 581-О-О от 28.05.2009, положение п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего.

С учетом изложенного, бремя доказывания по данной категории споров возлагается на ответчиков, которые представили доказательство отсутствия своей вины в произошедшем пожаре.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 15, 1064, 210 ГК РФ, Федеральным законом № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» 21 декабря 1994 г., исходя из установления того факта, что именно истцы являются собственниками части домовладения, в котором располагался очаг возгорания, то есть должны нести обязанность по содержанию имущества с соблюдением требований пожарной безопасности, принимая во внимание, что доказательств, свидетельствующих о возникновении пожара по вине ответчиков, не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения ответственности за вред, причиненный истцам на ответчиков ФИО4 и ФИО3

На основании изложенного, суд находит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истцов о возмещении вреда, причиненного их имуществу с ответчиков, поскольку не установлена вина ответчиков в произошедшем пожаре, и отказе в иске в полном объеме.

В силу п.1 ст.322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимостипредмета обязательства.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Поскольку требования истцов оставлены без удовлетворения, то судебные расходы, понесённые ответчиком ФИО3 за оплату судебной пожарно-технической экспертизы в сумме 16 150 рублей, подлежат взысканию с истцов в равных долях в полном объеме, поскольку солидарная ответственность не предусмотрена.

Данные расходы суд признает необходимыми расходами, кроме того, они подтверждены документально.

Руководствуясь статьями 194-199ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного пожаром - отказать.

Взыскать с ФИО1, ФИО2 в равных долях в пользу ФИО3 судебные расходы 16 150 (шестнадцать тысяч сто пятьдесят) рублей за производство судебной экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Советский районный суд г. Тамбова в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: Моисеева О.Е.

Мотивированное решение изготовлено 05 апреля 2021 года.

Судья: Моисеева О.Е.