Решение № 2-679/2017 2-679/2017~М-637/2017 М-637/2017 от 25 сентября 2017 г. по делу № 2-679/2017

Дело № 2-679/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Каргапольский районный суд Курганской области в составе: председательствующего-судьи Гомзяковой И.Ю.,

при секретаре судебного заседания Рыбаковой М.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя адвоката Ергина И.А.,

представителя ответчика – ОАО «РЖД» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании 26.09.2017 в р.п. Каргаполье гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о признании незаконным и отмене акта о расследовании случая укуса клещом, признании случая укуса клещом несчетным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее по тексту – ОАО «РЖД») о признании незаконным и отмене акта о расследовании случая укуса клещом, признании случая укуса клещом несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что с 06.03.2006 и по сегодняшний день работает электромонтером контактной сети ст. Каргаполье в структурном подразделении ОАО «РЖД» – в Шадринской дистанции электроснабжения ЮУЖД. 8.06.2011 на перегоне «Ватолино-Качусово» ЮУЖД им в составе бригады выполнялись работы по регулировке контактных проводов, откопке опор контактной сети и фундаментов. Во время обеденного перерыва на траве возле железной дороги увидел в паху клеща, который от задевания пополз. Указывает, что снял с себя клеща и сжег его. Через полторы недели он был экстренно госпитализировано в Каргапольскую ЦРБ, в ходе взятия анализов было установлено, что клещ являлся энцефалитным. В период с 07.07.2011 по 05.06.2011 он находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении Каргапольской ЦРБ с диагнозом <данные изъяты>. В период с 22.01.2014 по 04.02.2014, с 01.10.2015 по 15.10.2015 находился на стационарном лечении в неврологическом отделении НУЗ «Отделенческая больница на ст. Курган ОАО «РЖД» с клиническим диагнозом: «<данные изъяты>. На основании его заявления от 31.03.2017, 15.05.2017 по месту его работы составлен акт о расследовании случая укуса клещом, в соответствии с которым сделан вывод о том, что укус клещом не связан с производством. С данным актом он не согласен. Указывает, что объяснения от 15.07.2011, в которых он указывал, что укус произошел вне рабочее время, были написаны им по просьбе ФИО11 Просит признать незаконным и отменить акт о расследовании случая укуса клещом от 15.05.2017, признать случай укуса клещом несчастным случаем на производстве, взыскать компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель Ергин И.А. исковые требования поддержали, дополнительно объяснили, что в выписных эпикризах содержится описка в указании года, поскольку как следует из амбулаторной карты ГБУ «Каргапольская ЦРБ» первое обращение ФИО1 по поводу укуса клещом было именно в 2011 году. Кроме того, ФИО1 отрицает факт укуса клещом при сборе грибов, поскольку он не мог их собирать 25.06.2011, так как находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении ГБУ «Каргапольская ЦРБ» с 07.07.2011 по 05.08.2011.

Представитель ответчика – ОАО «РЖД» - ФИО3 с иском не согласилась, дополнительно объяснила, что 15.07.2011 ФИО1 собственноручно без какого-либо давления написал объяснительную об обнаружении клеща 25.06.2011 после поездки в лес за грибами, то есть в не рабочее время. Кроме того, во всех выписных эпикризах, указан клинический диагноз – последствия нейроинфекции (2010 года). В исковом заявлении истец также ссылается на то, что проходил лечение по данным диагнозам, которые возникли в 2010 году.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей, о каждом несчастном случае, произошедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков острого профессионального заболевания (отравления).

В силу положений ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации и п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской федерации от 24.10.2002 № 73, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды, либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом работы и после окончания работы, либо при выполнении работ за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем, либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора.

В соответствии со ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образуют комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

В соответствии со ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законам и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форе в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что между Шадринской дистанцией электроснабжения Курганского отделения ЮУЖД филиала ОАО «РЖД» в лице начальника дистанции ФИО6 и ФИО1 заключен трудовой договора от 15.03.2006 № 10.

В соответствии с п. 2, 5, 7 указанного договора ФИО1 принят на работу в ЭЧК-65 Шадринской дистанции электроснабжения Курганского отделения ЮУЖД – филиала ОАО «РЖД» на должность ученика электромонтера контактной сети с 15.03.2006, с испытательным сроком три месяца.

Дополнительным соглашением от 01.06.2006 к трудовому договору № 10 от 15.03.2006, ФИО1 переведен на должность электромонтера контактной сети.

С 07.07.2011 по 05.08.2011 ФИО1 проходил стационарное лечение в ГБУ «Каргапольская ЦРБ» с диагнозом: «клещевой энцефалит, менингеальная форма. Остеохондроз грудного отдела позвоночника, нейродистрофическая стадия, с-м таракалгин».

15.07.2011 ФИО1 на имя и.о. Начальника ФИО7 была написана объяснительная, из которой следует, что 25.06.2011 он ездил в лес за грибами, вернувшись домой при осмотре обнаружил на себе клеща. 06.07.2011 почувствовал себя плохо, в связи с чем, обратился в медпункт, откуда был отправлен в Каргапольскую ЦРБ. От прививок от энцефалита отказался, претензий не имеет.

Как следует из выписных эпикризов из истории болезни НУЗ «Отделенческая больница на ст. Курган ОАО «РЖД», ФИО1 в период с 22.01.2014 по 04.02.2014 находился на стационарном лечении с клиническим диагнозом: <данные изъяты> с 01.10.2015 по 15.10.2015 находился на стационарном лечении с клиническим диагнозом: <данные изъяты>

30.03.2017 ФИО1 направил начальнику ЭЧ-11 заявление, в котором указал, что в июне 2011 года во время производственных работ на перегоне ст. Ватолино-Качусово был укушен клещом. Спустя две недели после укуса был госпитализирован в Каргапольскую ЦРБ, где находился на лечении в терапевтическом отделении с 07.07.2011 по 05.08.2011 с диагнозом: <данные изъяты>. В период его госпитализации, он по просьбе начальника ЭЧК-65 ФИО11 написал заявление о том, что укус клеща был получен в бытовых условиях. В связи с плохим самочувствием данное заявление было им написано, и о дальнейшем ухудшении своего самочувствия не предполагал. В 2013 году на фоне перенесенного клещевого энцефалита состояние его здоровья ухудшилось. Каждые полгода он проходит стационарное лечение в связи с перенесенным заболеванием, состоит на учете в лечебных учреждениях. Последнее обращение в медицинское учреждение в связи с заболеванием было в 2016 году. Полагает, что в его случае имеет место несчастный случай на производстве, в связи с чем, просит провести расследование произошедшего с ним несчастного случая в связи с укусом клеща.

15.05.2017 составлен акт расследования поступившего заявления.

Согласно указанному акту, ФИО1 обратился с заявлением о расследовании несчастного случая на производстве, случившегося с ним в июне 2011 года при производстве работ на перегоне Ватолино-Качусово. Проведя расследование, изучив документы, опросив очевидцев, комиссия пришла к выводу о квалификации данного несчастного случая как не связанного с производством и приняла решение о том, что произошедший несчастный случай, укус клещом ФИО1 не связан с производством, по следующим основаниям: собранные материалы расследования опровергают доводы заявления ФИО1 об укусе клещом в рабочее время; момент (дата) укуса клещом работника в медицинском учреждении не зафиксирована; комиссией не установлен факт укуса клещом ФИО1 во время исполнения трудовых обязанностей, выполнения какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем совершаемых в его интересах (случай произошел в выходной день работника).

В ходе расследования причин и обстоятельств случая было установлено, что ФИО1 15.07.2011 было дано объяснение, в котором он указал, что в выходной день ездил за грибами, вернувшись домой, при осмотре обнаружил на себе клеща. После удаления клеща не принял мер к своевременному оказанию медицинской помощи по введению иммуноглобулина и сдаче клеща на проверку. 06.07.2011 состояние его здоровья ухудшилось, и он был госпитализирован в ГБУ «Каргапольская ЦРБ». При проведении расследования ФИО1 указал, что укушен клещом при производстве работ на перегоне Ватолино-Качусово, при этом дату укуса назвать не смог. При расследовании были допрошены свидетели, которые видели извлечение клеща: ФИО8, ФИО9, ФИО10, которые принимали участие в работах на перегоне Ватолно-Качусово совместно с ФИО1 14, 28, 29 и 30 июня 2011 года. Свидетель ФИО11 пояснил, что в 2011 году, он работал начальником контактной сети ст. Каргаполье, с 16.06.2011 по 18.07.2011 находился в очередном отпуске. При получении информации о том, что ФИО1 находится в больнице, он предложил ФИО1 дать объяснения по вопросам: когда, кем и при каких обстоятельствах он был укушен клещом. ФИО1 даны объяснения от 15.07.2011.

Как следует из представленных материалов, ФИО1 05.04.2010 написал заявление об отказе от вакцинации клещевого энцефалита. При приеме работу проведен вводный инструктаж по охране труда 15.03.2006, первичный инструктаж по охране труда проведен 16.03.2006, стажировка на рабочем месте проведена с 27.06.2006 по 14.07.2006, первичная проверка знаний по охране труда прошла 17.07.2006. В период выполнения трудовых обязанностей ФИО1 был обеспечен средствами индивидуальной защиты для работы в летний период: костюм противоэнцефалитный, костюм «Электромонтер-Л», ботинке юфтевые, жилет сигнальный, сапоги резиновые, плащ для защиты от воды, каска, подшлемник. Также ФИО1 28.04.2011 был ознакомлен с Инструкцией о профилактических мерах заболевания клещевым энцефалитом ИОТ-ЭЧ-041-09, в которой в разделе 3 описаны действия работника при обнаружении на себе клеща.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 дал показания, аналогичные данные им при проведении расследования. Дополнительно показал, что не просил ФИО1 указать в объяснениях, что укус клещом был получен в нерабочее время.

Свидетель ФИО8 показал, что действительно летом 2011 года ФИО1 снимал с себя клеща, о том, укусил ли клещ ФИО1 пояснить не смог.

Согласно ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд считает, что в судебном заседании доказательств вины ответчика в причинении ФИО1 вреда здоровью, повлекшему наступившее у него заболевание не представлено. Не установлены виновные действия или бездействия ответчика, выразившиеся в не обеспечении безопасных условий труда или не обеспечения необходимыми средствами защиты. Не установлена причинно-следственная связь между какими-либо действиями или бездействиями работодателя в причинении вреда здоровью ФИО1, повлекшее заболевание, причинно-следственную связь между исполнением трудовых обязанностей ФИО1 и наступлением у него заболевания. Кроме того, истец ФИО1 в соответствии с положениями ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации немедленно после укуса клещом не поставил в известность работодателя о случившемся несчастном случае, полученном на производстве, и на нем лежит обязанность предоставления доказательств того, что укус клещом, получен им в результате несчастного случая на производстве. Следовательно, данный случай (укус клещом) нельзя квалифицировать как несчастный случай на производстве. В связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о признании незаконным и отмене акта о расследовании случая укуса клещом, признании случая укуса клещом несчастным случаем на производстве.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» моральный вред подлежит компенсации причинителем вреда.

Основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное помещение (действий и бездействие) работодателя, нарушаются права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страдания работника; вина работодателя.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Таким образом, с учетом указанных норм права и поскольку судом не установлена вина ответчика в наступлении заболевания у истца неправомерными действиями, то не имеется правовых оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о признании незаконным и отмене акта о расследовании случая укуса клещом, признании случая укуса клещом несчастным случаем на производстве, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Каргапольский районный суд Курганской области.

Судья Каргапольского

районного суда И.Ю.Гомзякова

Мотивированное решение изготовлено 29.09.2017 в 15:45.